АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ    РОССИЙСКОЙ    ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

дело №  А45- 31543/2018

13  февраля  2019  года

г. Новосибирск

 

резолютивная часть решения объявлена 7 февраля 2019 года

решение в полном объеме изготовлено 13 февраля 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи  Айдаровой А.И., при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании  дело по иску Кыштовского производственно-торгового потребительского общества в лице конкурсного управляющего ФИО2, г. Новосибирск, (ОГРН 

<

***>), 

 к обществу с ограниченной ответственностью "Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза", (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск,  

о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1 430 414 рублей,  

при участии в судебном заседании представителей:  

истца - ФИО2, лично, паспорт;  

ответчика – до перерыва - ФИО3, директор, постановление № 61-с от 22.12.2017г., паспорт; после перерыва – не явился,  ФИО4, доверенность от 09.02.2018, паспорт; 

эксперта ООО «ОЦЕНКА XXI ВЕК»  ФИО5, лично, паспорт,

установил:

Кыштовское  производственно-торговое потребительское общество в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее – истец, Кыштовское ПТПО)  обратилось с иском к  обществу с ограниченной ответственностью "Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза", (далее- ответчик, ООО «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза») с требованием о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1 430 414 рублей (с учетом уточнения истцом суммы,  принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Ответчик в отзыве на иск просит отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности, полагает, что отсутствует недобросовестность в его действиях, представил контррасчет исковых требований в сумме 324 138 руб.

Как следует из материалов дела, исковые требования основаны на том, что решением Арбитражного суда Новосибирской области от 29 сентября 2014 года по делу № А45-5588/2014 должник Кыштовское ПТПО (632270, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В соответствии с имевшейся у конкурсного управляющего информацией ООО «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза» и Кыштовское ПТПО 18 января 2013 года заключили договор купли-продажи одноэтажного здания магазина «Хозяйственные товары» площадью 154,7 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> (кадастровый номер 54:16:010229:45).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 21 июля 2017 года по делу № А45-5588/2014 указанный договор купли продажи недвижимого имущества от 18.01.2013 года признан недействительным, арбитражный суд обязал ООО «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза суд возвратить магазин «Хозяйственные товары» Кыштовскому ПТПО.

По акту приема-передачи от 01.02.2018 года  ООО «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза» возвратило из незаконного владения указанное недвижимое имущество.

Поскольку основанием для признания сделки недействительной явилось заключение договора купли-продажи на невыгодных для Кыштовского ПТПО условиях,  по заниженной стоимости в предверии банкротства, и обществу с ограниченной ответственностью «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза» было известно о неплатежеспособности Кыштовского ПТПО в момент совершения сделки, на основании статьи 303 ГК РФ истец обратился с иском о взыскании всех доходов, которые  ответчик извлек или должен был извлечь за время незаконного владения.

Размер неосновательно полученных доходов в виде рыночной стоимости размера неосновательного обогащения за пользование имуществом за период с 18.01.2013 по 01.02.2018 года истцом определен на основании отчета ЗАО «Юридические услуги» от 05.06.2018 года № 240518, исходя из методики определения размера арендной платы при сдаче в аренду нежилых помещений, согласно которому стоимость неосновательного обогащения составила 1 430 414 руб.

Рассмотрев доводы истца, сопоставив их с возражениями ответчика и нормами действующего законодательства, суд пришел к следующим выводам. 

Между Кыштовским производственно-торговым  потребительским  обществом (продавцом) и обществом с ограниченной  ответственностью «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза» (покупателем)  был заключен договор купли-продажи от 18.01.2013 года  магазин «Хозяйственные товары», нежилое здание, площадью 154, 7 кв.м., инв. № 16:00231, литер А,  этажность: 1. кадастровый (условный) номер: 54-54-06/003/2008-266, расположенный по адресу: 

<

...>.

Согласно статье 69 АПК РФ  обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из определения  Арбитражного суда Новосибирской области  от 21 июля 2017 года по делу № А45-5588/2014 следует, что 23.09.2015 года конкурсный управляющий Кыштовского ПТПО обратился с заявлением в арбитражный суд о признании  недействительными сделок по отчуждению имущества должника, в том числе  договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.01.2013, заключенный  между ПТПО и ООО «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза» и применении последствий недействительности сделки.

При рассмотрении обособленного спора суд пришел к выводу, что продажа объектов недвижимого имущества осуществлена по заведомо заниженной цене имущества должника. Таким образом, имеет место неравноценное встречное исполнение обязательства другой стороной сделки.

Оспариваемые сделки совершены в отношении заинтересованных лиц в понимании ст. 19 Закона о банкротстве, при анализе учредительных документов, судом установлено, что Новосибирский облпотребсоюз - добровольное объединение потребительских обществ Новосибирской области, членом которого является и должник. Новосибирский облпотребсоюз является учредителем ООО «Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза».

Материалами спора подтверждается, что после совершения спорных сделок должник прекратил осуществление хозяйственной деятельности.

Данные обстоятельства и доказательства свидетельствуют о том, что сделки по отчуждению недвижимого имущества совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку в результате продажи ликвидного актива по значительно заниженной цене кредиторы должника фактически утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, чем был причинен вред их имущественным правам, вследствие чего договор купли-продажи от 18.01.2013 года был признан недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным по п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу общества недвижимого имущества –  магазина «Хозяйственные товары», нежилое здание, площадью 154,7 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>.

Регистрация перехода права собственности в отношении недвижимого имущества  на истца на основании определения арбитражного суда от 21.07.2017 произведена 01.11.2017 г., что подтверждается выпиской из ЕГРП от 03.11.2018 г. (л.д.27, 28, т.1). Указанное здание было передано ответчиком истцу 01.02.2018 года, что не оспаривается истцом и ответчиком.

За время нахождения здания магазина во владении и пользовании ответчика, между ответчиком (арендодателем) и арендаторами были заключены договоры аренды № 20 от 16 августа 2014 года (л.д.58-63,т.1), № 64 от 23 февраля 2017 года (л.д.68-71), согласно которым размер арендной платы составляет 4 500 руб., 4100 руб. в месяц.

За время действия договоров  аренды, согласно справкам, представленным  ответчиком  в материалы дела, уплачено   было арендной платы 123 411, 32 руб. (л.д. 64,т .1) и 27 000 руб. (л.д.72, т.1).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных  вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды",  при рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 ГК РФ, которые являются специальными для регулирования  отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ). Указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь.

Согласно ст.303 ГК РФ при истребовании имущества из чужого незаконного владения  собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые  это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца  возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени,  когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Таким образом, правомерны доводы истца о применении в данной правовой ситуации положений статьи 303 ГК РФ. 

Проверив доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. В соответствии с п. 1. статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Согласно п. 1. ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Поскольку истец обратился с исковым заявлением в арбитражный суд 17.08.2018 года, ответчик  полагает, что срок исковой давности о взыскании доходов, которые ответчик получил или мог бы получить за период с 18.01.2013 по 17.08.2015 года, истцом пропущен.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных  вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды",  указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь. Таким образом, требование о возврате или возмещении всех доходов, которые  это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; производно от рассмотрения в судебном порядке требования истца о возврате в конкурсную массу спорного имущества. Поскольку определение Арбитражного суда Новосибирской области от 21.07.2017 года, признавшего недействительным договор купли-продажи и обязавшего ответчика возвратить в конкурсную массу спорное имущество   вступило в силу 18.09.2017 года, следовательно, срок исковой давности с требованием о возмещении всех доходов начинает исчисляться с 18.09.2017 года. Таким образом, истцом срок исковой давности не пропущен.

Истец в обоснование своего иска ссылается на несоответствие размера арендной платы, установленного в договорах аренды ответчиком,  рыночной цене  арендной платы, в связи с чем просит взыскать с ответчика доходы, которые он мог бы получить за пользование вещью, основываясь на отчете оценочной компании – ЗАО «Юридические услуги».

По ходатайству ответчика  судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту Общества с ограниченной ответственностью «ОЦЕНКА XXI ВЕК» ФИО5. 

Как следует из экспертного заключения от 21.11.2018 № 051-18-Р, величина рыночной стоимости дохода от аренды здания – магазина «Хозяйственные товары», расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 154, 7 кв.м., кадастровый номер 54:16:010229:45 за период с 18.01.2013 по 01.02.2018 года составляет 721 780 руб.

Величина размера арендной платы за здание магазина «Хозяйственные товары», кадастровый номер 54:16:010229:45, общей площадью 154,7 кв.м., указанная в договоре аренды № 20 от 16 августа 2014 года и в договоре аренды № 64 от 23 февраля 2017 года не соответствует рыночной величине размера арендной платы. 

Истец с данным экспертным заключением не согласен, просил назначить повторную судебную экспертизу, заявил о фальсификации экспертного заключения.

Руководствуясь статьей 86 АПК РФ, суд удовлетворил заявление истца о вызове эксперта для допроса, в адрес эксперта направлены вопросы, возникшие в ходе судебного заседания. 

Из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что в соответствии с требованиями части 1 статьи 162 АПК РФ суд при исследовании доказательств огласил поступившие в письменной форме пояснения эксперта, обеспечил представителям возможность для ознакомления.

Согласно п. 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

На вопрос истца относительно того, что среднемесячная стоимость 1 кв.м. исследуемого здания магазина «Хозяйственные товары» составила 77 рублей, при этом заключение эксперта содержит исследование указанного показателя в пределах региона (Новосибирская область), по результатам которого установлено, что средняя величина арендной ставки составляет 446 рублей (том 2, лист дела 79), что составляет отличие арендной ставки исследуемого здания от среднеобластной в  5,8 раз, эксперт пояснил ,что  Кыштовский район относится к району значительного удаления от областного центра, а село Кыштовка находится в 600 км. от Новосибирска и в 160 км. от ближайшей ж/д станции. Рынок недвижимости в России нельзя назвать организованным, а в отдалённых сельских районах, как в Кыштовке, он вообще не является сформированным.

Ссылка истца на то, что в материалах дела имеется копия договора аренды торгового помещения в соседнем здании, ставка арендной платы по которому составляет 200 рублей в месяц за один квадратный метр общей площади, включая подсобное помещение,  что подтверждается договором   от 01 января 2012 года между Кыштовским ПТПО и ИП ФИО6, не свидетельствует о сформированном рынке недвижимости сам по себе и эксперту для проведения экспертизы не направлялся.

Также эксперт пояснил, что аналитика, использованная экспертом в заключении, предлагает усреднённые значения рыночной арендной ставки в 4 зоне, т.е. в целом ряде районов: Кыштовский, Венгеровский, Татарский, Купинский, Баганский, Карасукский, Усть-Таркский, Чановский, Чистоозерный. Таким образом, значение средней арендной ставки может быть лишь ориентиром для реальной величины аренды. Эксперт максимально использовал открытую рыночную информацию для определения реальной величины арендной платы.

Парвомерны доводы эксперта о том, что согласно статье 3  Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ (ред. от 03.08.2018) "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда:

одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение;

стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах;

объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки;

цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было;

платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

Предоставленные истцом договоры не являются на момент исследования публичной офертой - главным условием рыночной стоимости (135-ФЗ « Об оценочной деятельности в РФ»), следовательно может содержать нерыночные условия, в  таком случае его нельзя использовать в качестве рыночных данных. Эксперт должен опираться на открытые публичные источники, что и было сделано в заключении.

Поскольку осмотр объекта на ретроспективную календарную (прошедшую) дату невозможен, эксперт использовал расчётный метод оценки на основании имеющейся технической документации, с учетом корректировки на общее техническое состояние объекта 1930 года постройки, отсутствия доказательств  проведения капитального ремонта, улучшившего состояние объекта оценки   (стр. 20 экспертного заключения), в связи с чем эксперт сделал корректировку на техническое состояние объекта в размере 15%. 

Факт указания экспертом о том, что производился наружный осмотр (стр.7 экспертного заключения) не свидетельствует  о недостоверности экспертного заключения с учетом того, что осмотр объекта на ретроспективную календарную (прошедшую) дату невозможен.

Формулировка «по результатам наружного осмотра» является технической ошибкой, шаблонной фразой.

Технической состояние объекта эксперт определял на основании техдокументации, расчётными методами определения износа, а также используя личный опыт при оценке подобных зданий.  

Доводы истца о том, что заключение эксперта не содержит исследований относительно зависимости размера арендной ставки от места расположения объекта внутри населенного пункта также не свидетельствует о наличия противоречий в выводах эксперта, поскольку эксперт пояснил, что размер арендной платы внутри населённого пункта напрямую зависит от его размера и количества жителей, создающих спрос. Всего в Кыштовке проживает около 5,5 тысяч жителей. При таком количестве населения спрос и предложение носят единичный, случайный характер и формируются не по законам рынка, а на договорной основе. Таким образом, учитывая практически полное отсутствие открытой информации по сделкам аренды в Кыштовке, проведение исследования размера аренды внутри населённого пункта не представляется возможным.

Представленные истцом объекты-аналоги, из которых он делает вывод о недостоверности экспертного заключения, не могут быть приняты судом в качестве допустимых доказательств, поскольку указанные объявления размещены в открытом доступе после проведения судебной экспертизы.

 Несогласие истца  с отдельными подходами и методикой проведенной по делу судебной экспертизы, не является безусловным основанием для назначения повторной экспертизы по делу, поскольку сомнения в правильности экспертного заключения устранены с учетом письменных пояснений эксперта по поставленным судом вопросам, а также в ходе дачи экспертом пояснений в судебных заседаниях, в связи с чем судом отказано в ходатайствах ответчика о назначении повторной экспертизы, а также отклонено заявление  о фальсификации экспертного заключения, поскольку истцом не представлено доказательств недостоверности или подложности  экспертного заключения. 

Остальные договоры субаренды и аренды, заключенные в отношении иных объектов недвижимого имущества,  на которые ссылается истец, к предмету спора не относятся, для производства экспертизы судом не направлялись, на выводы экспертного заключения не влияют и повлиять не могут, являются не относимыми доказательствами и не принимаются судом во внимание.

Доводы ответчика об отсутствии доказательств недобросовестности ответчика заключения сделки с целью причинения вреда другому лицу и о том, что о неправомерности  владения он узнал с момента подачи в арбитражный суд конкурсным управляющим  заявления о признании договора купли продажи недействительным – 23.09.2015 года, опровергаются выводами суда, изложенными в определении от 21.07.2017 года по делу № А45-5584/2014,  из которого следует, что  продажа объектов недвижимого имущества осуществлена по заведомо заниженной цене имущества должника (в 55 раз ниже рыночной). Таким образом, имеет место неравноценное встречное исполнение обязательства другой стороной сделки; оспариваемые сделки совершены в отношении заинтересованных лиц в понимании ст. 19 Закона о банкротстве, после совершения спорных сделок должник прекратил осуществление хозяйственной деятельности, сделки по отчуждению недвижимого имущества совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку в результате продажи ликвидного актива по значительно заниженной цене кредиторы должника фактически утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, чем был причинен вред их имущественным правам.

Кроме того, при рассмотрении данного спора судом также установлено, что и величина размера арендной платы за здание магазина, указанная в договоре аренды № 20 от 16 августа 2014 года и в договоре аренды № 64 от 23 февраля 2017 года не соответствует рыночной величине размера арендной платы. Таким образом, доводы об отсутствии доказательств недобросовестности ответчика судом не могут быть приняты во внимание, как не обоснованные.

Таким образом, истцом правомерно исчислен доход за время незаконного владения имуществом, начиная с даты выбытия имущества из законного владения истца. Возможность получения дохода в виде арендной платы доказана материалами дела. Из представленных в материалы дела доказательств следует, что имущество могло быть сдано в аренду, препятствий не было, разрешение вопроса о взыскании дохода зависит от технических и эксплуатационных характеристик этого имущества, который определен в  экспертном заключении.

Доказательств, опровергающих представленный в экспертном заключении расчет доходов, которые ответчик должен был извлечь за указанный период, а также доказательств, позволяющих усомниться в выводах, содержащихся в экспертном  заключении, ответчиком в материалы дела не представлено (ст.ст.9, 65 АПК РФ).

На основании изложенного, судом не может быть принят во внимание контррасчет ответчика о начислении доходов  с 23.09.2015 года.  

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере 721 780 руб. 00 коп., в остальной части иска следует отказать ввиду необоснованности.

В связи с частичным отказом в удовлетворении исковых требований (49, 5%), расходы по оплате экспертных услуг в размере 25 000 руб., понесенные ответчиком, в соответствии со статьями 109,  110 АПК РФ подлежат взысканию с истца в пользу ответчика пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ, п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Государственная пошлина в связи с уменьшением истцом размера исковых требований подлежит возврату истцу из дохода федерального бюджета на основании статьи 333.40 Налогового кодекса РФ, в остальной части в связи с частичным удовлетворением исковых требований взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать  в пользу Кыштовского производственно-торгового потребительского общества (ОГРН 

<

***>) с общества с ограниченной ответственностью "Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза", (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск,  неосновательное обогащение в сумме 721 780 руб. 00 коп.,   13 777 руб. 00 коп. государственной пошлины. 

В остальной части исковых требований отказать.

Возвратить истцу из дохода федерального бюджета 4 404   рубля 39 коп. государственной пошлины. Выдать справку на возврат госпошлины. 

Взыскать с Кыштовского производственно-торгового потребительского общества (ОГРН 

<

***>) в пользу  общества с ограниченной ответственностью "Вексельный центр Новосибирского облпотребсоюза", (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), 

<

...> 375 руб. 00 коп. в возмещение судебных издержек за оплату стоимости экспертных услуг.

Исполнительные листы   выдать после вступления решения арбитражного суда в законную силу. 

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

   Решение, выполненное в форме электронного документа,  подписанное усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам,  участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

     По ходатайству лиц,  участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья                                                                                 А.И. Айдарова