﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-1753/2021

Дело № А65-9145/2020

г. Казань

24 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 мая 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Галиуллина Э.Р.,

судей Королевой Н.Н., Нагимуллина И.Р.,

при участии представителей:

истца –  Шамгуновой М.И., доверенность от 11.01.2021,

ответчика –  Богинской  В.Е., доверенность от 16.12.2019,

третьего лица – Шамгуновой М.И., доверенность от 10.02.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу   общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Премьер-лизинг» 

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2021

по делу № А65-9145/2020

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Премьер-Транс» к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Премьер-лизинг» о взыскании 822 854 руб. 54 коп. неосновательного обогащения

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Премьер-Транс» (далее – ООО «Премьер-Транс», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Премьер-лизинг» (далее – ООО «Группа компаний «Премьер-лизинг», ответчик, заявитель) о взыскании 1 164 455 руб. 46 коп. неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2020, оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2021, исковые требования удовлетворены частично. С ООО «Группа компаний «Премьер-лизинг» в пользу ООО «Премьер-Транс» взыскано 730 518 руб. 85 коп. неосновательного обогащения, 6 214 руб. 50 коп. расходов по судебной экспертизе. В остальной части в иске отказано.

Обжалуя принятые судебные акты в кассационном порядке, ответчик просит их отменить, принять новый судебный акт, взыскав с истца в пользу ответчика неосновательное обогащение в размере 448 206, 80 руб., мотивируя тем, что судом первой инстанции при расчете сальдо встречных обязательств необоснованно не были включены подтвержденные убытки ответчика в виде: агентского вознаграждения, уплаченного в связи с привлечением агента для поиска покупателей предмета лизинга; уплаты суммы НДС, которую невозможно предъявить к возмещению из бюджета; расходов по страхованию предмета лизинга. Кроме того, судом необоснованно снижена предусмотренная договором неустойка.

Проверив законность принятых по делу судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене, с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Как следует из материалов дела, между ООО «Премьер-Транс» (лизингополучатель) и ООО «Группа компаний «Премьер-лизинг» (лизингодатель) заключен договор финансовой аренды лизинга от 30.01.2018  №1046/18-5, в редакции дополнительного соглашения от 20.12.2018 №1, по условиям которого лизингодатель в соответствии с заявкой лизингополучателя на приобретение и передачу в лизинг транспортного средства (приложение №3 к настоящему договору), на условиях отдельно заключенного лизингодателем договора купли-продажи, инвестирует денежные средства и приобретает в свою собственность у выбранного лизингополучателем продавца, а именно: ООО «МТЛ» ИНН/КПП 1650254149/165001001 (продавец), указанное в Заявке лизингополучателя транспортное средство полуприцеп SCHM1TZ SKO 24/L-13.4 FP60 COOL РЕФРИЖЕРАТОР 2017 г.в., в кол-ве 1 (один) единицы, на основании Спецификации (приложение №1 к настоящему договору), которое предоставляется за плату с последующим выкупом во временное владение и пользование для предпринимательских целей (лизинг) лизингополучателю в порядке и на условиях, установленных настоящим договором.

Согласно пункту 2.2 договора общая сумма лизинговых платежей (включая авансовый платеж), подлежащая уплате лизингополучателем лизингодателю составляет 5 916 883,50 руб., в т.ч. НДС 18%.

Актом приема-передачи от 31.01.2018 ответчик передал истцу лизинговое имущество - SCHM1TZ SKO 24/L-13.4 FP60 COOL РЕФРИЖЕРАТОР 2017 г.в., в количестве 1 (одной) единицы.

График платежей приложен к материалам дела.

Между ООО «Группа компаний «Премьер-лизинг» (кредитор) и Шаеховым Р.М. (поручитель) подписан договор поручительства от 30.01.2018 №300118-1046, с целью обеспечения исполнения ООО «Премьер-Транс» обязательств по договору лизинга.

Дополнительным соглашением  от 20.12.2018 №1 в п. 2.2. стороны установили: Общая сумма лизинговых платежей (включая авансовый платеж), подлежащая уплате лизингополучателем лизингодателю, составляет 5 993 621,10 руб., в том числе НДС 20%.

Дополнительным соглашением  от 20.12.2018 №1 сторонами утвержден График платежей (Приложение №2 к Договору) в новой редакции, изложенной в Приложении №1 к настоящему Дополнительному соглашению, которым установлены сроки и размеры платежей по договору.

Согласно материалам дела, истцом по платежным поручениям № 26 от 31.01.2018, № 59 от 02.03.2018, № 90 от 26.03.2018, № 135 от 08.05.2018, № 162 от 30.05.2018, № 193 от 05.07.2018, № 243 от 15.08.2018, № 290 от 31.08.2018, № 376 от 12.10.2018, № 475 от 03.12.2018, № 498 от 21.12.2018, № 75 от 21.02.2019, № 108 от 14.03.2019, № 142 от 01.04.2019, № 231 от 13.05.2019, № 338 от 05.08.2019, № 369 от 02.09.2019, № 418 от 11.10.2019, № 472 от 26.11.2019, № 6 от 21.01.2020  оплачены лизинговые платежи (л.д. 30-49, т.1).

Ввиду несвоевременного исполнения взятых на себя обязательств истцом, ответчик направил в его адрес извещение об одностороннем отказе от исполнения договора финансовой аренды (лизинга) № №1046/18-5.

Транспортное средство (лизинговое имущество) передано от истца ответчику на основании акта об изъятии имущества (предмета лизинга) от 23.12.2019 (л.д 28 т.1).

При этом в акте отражен пробег техники, а также выявленные повреждения.

В обоснование изложенных возражений и произведенного контррасчета, ответчиком в том числе представлен договор купли-продажи транспортных средств от 17.02.2020 № 1046дкп/170220, подписанный с ООО «Транзит-Сервис» на сумму 3 300 000 руб. (л.д. 87-92 т. 1).

Имущество передано ООО «Транзит-Сервис» по акту приема-передачи от 18.02.2020 (л.д.90, т.1). Согласно платежному поручению №3 от 20.02.2020 ООО «Транзит-Сервис» оплатило ответчику сумму в размере 3 300 000 руб.

Кроме того, ответчиком представлен договор возмездного оказания услуг паркования № 1 от 15.12.2019, подписанный с ООО «ИСК «СДС», учитывая приложение № 1 в виде схемы парковочных мест открытого паркинга, актов оказанных услуг и платежных поручений в подтверждение произведенных оплат.

Исходя из произведенного расчета парковка 1 единицы техники определена в сумме 2 465, 90 руб. и подтверждена истцом для возможности включения в расчет сальдо.

Также представлен агентский договор от 20.01.2020 № АГ/20012020, подписанный с ИП Попутниковым В.В., акт сдачи-приемки оказанных услуг от 11.02.2020, с учетом указанного в акте вознаграждения в сумме 6 551 250 руб., а также платежных поручений № 2934 от 22.07.2020, № 2939 от 24.07.2020, № 2968 от 28.07.2020, № 2979 от 30.07.2020, № 3149 от 10.08.2020, № 3647 от 20.10.2020, № 3652 от 23.10.2020, № 3655 от 27.10.2020 в подтверждение оплаты оказанных услуг.

В силу пункта 5.1 агентского вознаграждения вознаграждение эксперта составляет 5% от стоимости реализованного имущества.

По мнению, ответчика размер агентского вознаграждения по спорному договору составил 165 000 руб.

В качестве документального подтверждения фактического оказания агентских услуг ответчиком представлен скриншот рекламного сайта Avito, с размещенным объявлением о продаже имущества.

Со ссылкой на пункт 9.1 договора ответчик указывал на необходимость включения в расчет договорной неустойки в общей сумме 747 849 4, 44 руб. за период с 26.02.2018 по 18.02.2020, из расчета 0, 5 % за каждый день просрочки (л.д 74 т.1).

Истец 03.03.2020 направил в адрес ответчика досудебную претензию, согласно которой произвел расчет сальдо встречных обязательств и просил оплатить неосновательное обогащение в его пользу по указанным банковским реквизитам.

В ответе на досудебную претензию лизинговая компания указала сальдо встречных обязательств в ее пользу, что и послужило основанием для обращения истца с иском в суд.

Судебные  инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление Пленума № 17) по вопросу методики расчета сальдо встречных обязательств, проверив представленные сторонами расчеты сальдо, установили завершающую обязанность сторон в отношении друг друга (сальдо встречных обязательств), а именно наличие у лизингодателя завершающей обязанности выплатить лизингополучателю неосновательное обогащение в размере 730 518, 85 руб.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех 5 лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

При разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора, судам надлежит исходить из положений, приведенных в постановлении Пленума № 17.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума № 17, по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного. 

Расторжение договора выкупного лизинга не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 3.1 постановления Пленума № 17 разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой. 

Методика соотнесения взаимных предоставлений сторон договора выкупного лизинга изложена в пунктах 3.2 - 3.6 постановления Пленума № 17, в соответствии с которой взыскание неосновательного обогащения с лизингодателя при расторжении договора лизинга возможно только в случае сальдо на его стороне.

Применив методику расчета сальдо встречных обязательств, предусмотренную постановлением Пленума № 17, соотнеся взаимные предоставления сторон по договору лизинга, суды двух инстанций установили завершающую обязанность сторон в отношении друг друга (сальдо встречных обязательств), а именно наличие у лизингодателя завершающей обязанности выплатить лизингополучателю неосновательное обогащение в размере 730 518, 85 руб.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 постановления Пленума № 17).

Под убытками в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В подтверждение убытков, понесенных в связи с привлечением агента для поиска покупателей предмета лизинга имущества, заявитель кассационной жалобы ссылается на агентский договор от 20.01.2020 № АГ/20012020.

По условиям агентского договора от 20.01.2020 № АГ/20012020 вознаграждение агента составляет 5 % от стоимости реализованного имущества (с НДС) покупателю по договору купли-продажи, учитывая перечисление денежных средств в течение 30 календарных дней со дня подписания договора купли-продажи. 

Как верно отметили суды, из представленного скриншота рекламного сайта Avito, с размещенным объявлением о продаже с указанием на наличие аналогичных 5-ти тягачей, с возможностью представления дополнительной информации невозможно установить дату и срок его размещения, а также лицо его разместившее. Общедоступными сведениями является информация об отсутствии сохранения ранее выложенных объявлений, что также делает невозможным проверку указанного факта.

Из представленного рекламного объявления невозможно достоверно установить даты его публикации, чередование и его обновление в сети Интернет, а также невозможно установить относимость данных предпринятых мер для реализации предмета лизинга с действиями агента в феврале 2020 года.

Размещение одного объявления в отсутствие иных подтверждающих документов и доказательств совершения в рамках заключенного агентского договора иных действий для поиска покупателей на предмет лизинга (ведение переговоров, коммерческой переписки с потенциальными покупателями), с учетом установленного вознаграждения, суды правомерно признали невозможными отнести к убыткам понесенных лизинговой компанией. 

Оплата агентского вознаграждения в указанном размере является правом ответчика (статьи 420, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), между тем направлена на значительное снижение суммы полученной от продажи и в отсутствии документального подтверждения предпринятых мер для продажи имущества (подача большего числа объявлений на разных рекламных площадках, организация торгов, проработка потребительской необходимости у имеющихся контрагентов).

Оценив представленные истцом документы и пояснения, учитывая также, что полуприцепы не являются специальной техникой, не пользующийся спросом, нижестоящие инстанции правомерно отметили отсутствие документального подтверждения указанных затрат и невозможность включения в расчет агентского вознаграждения  165 000 руб., которая не может быть противопоставлена лизингополучателю при расчете сальдо встречных обязательств. 

Заключая агентский договор, ответчик действовал собственной волей и в своем интересе, в том числе неся риски предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 3.6 постановления Пленума № 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. 

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. 

Прибылью в целях главы 25 НК РФ  признаются доходы, уменьшенные на величину расходов, которые определяются в соответствии с данной главой. 

При определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль в целях его исчисления, не имеет правового значения, относятся ли доходы и (или) расходы к конкретной операции либо имуществу. 

Материалами дела подтверждается факт реализации изъятого лизингового имущества.

Возникновение у лизингодателя обязательств по уплате налоговых платежей не связано с действиями/бездействиями лизингополучателя. 

Уплата налога на добавленную стоимость является законодательно предусмотренным обязательством лизингодателя как налогоплательщика и бремя его уплаты не может возлагаться на его контрагентов, в том числе в отсутствии условия предусмотренного договором. 

Исходя из механизма начисления и уплаты этого налога, он является суммой, дополнительно предъявляемой покупателю товаров (работ, услуг) и оплачиваемой последним. 

Сумма налога на добавленную стоимость, включенная в цену товара и уплаченная покупателем, не может рассматриваться как убыток и не подлежит исключению из стоимости реализованного предмета лизинга при расчете сальдо. 

С учетом изложенного, суды правомерно пришли к выводу, что налог на прибыль не может быть отнесен к убыткам лизингодателя, поскольку его уплата является законной обязанностью лизингодателя, в случае, если договор лизинга не был расторгнут, то ответчик получал бы доход от лизинговых платежей, с которого в любом случае исчислял и уплачивал бы налог на прибыль. 

При этом судами первой и апелляционной инстанции не дана оценка доводу ответчика о необходимости включения расходов по страхованию предмета лизинга при определении размера финансирования, предоставленного лизингодателем.

В силу пункта 3.4 постановления Пленума № 17 размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. 

Пунктом 6.1 договора лизинга предусмотрена обязанность лизингодателя за свой счет застраховать предмет лизинга от всех рисков, связанных с его утратой или повреждением. 

Указанная обязанность исполнена лизингодателем, что подтверждается материалами дела (т. 2, л.д. 101). 

Поскольку расходы по страхованию предмета лизинга ответчик понес в связи с заключением договора лизинга и передачей истцу предмета лизинга, они должны учитываться при определении размера финансирования, предоставленного лизингодателем. 

Учитывая, что баланс интересов сторон подразумевает недопущение ситуации, когда одна из сторон при расторжении договора находится в лучшем положении, чем то, в котором она находилась бы при надлежащем исполнении договора, то установление вышеуказанных обстоятельств необходимо для правильного разрешения дела. 

При таких обстоятельствах выводы суда основаны на неправильном применении норм материального права и сделаны без установления всех обстоятельств по делу, имеющих существенное значение для полного и всестороннего рассмотрения спора по существу, а суд апелляционной инстанции не устранил допущенные нарушения, в связи с чем судебная коллегия окружного суда приходит к выводу, что оспариваемые судебные акты подлежат отмене. 

В соответствии с положениями пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Суд кассационной инстанции приходит к выводу о невозможности принятия нового судебного акта в рамках настоящего кассационного рассмотрения, поскольку судами первой и апелляционной инстанции не исследованы и не оценены надлежащим образом доказательства, представленные в материалы дела, доводы ответчика не получили надлежащей оценки. 

В связи с тем, что суд кассационной инстанции в силу своей компетенции лишен возможности устанавливать фактические обстоятельства дела, дело подлежит направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

При новом рассмотрении суду первой инстанции необходимо с учетом изложенного и в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверить доводы и возражения сторон, всесторонне, полно, объективно исследовать фактические обстоятельства по делу, осуществить расчет встречных обязательств в соответствии с разъяснениями постановления Пленума № 17, вынести законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2021 по делу № А65-9145/2020 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья                                              Э.Р. Галиуллин

 

Судьи                                                                                       Н.Н. Королева

 

                                                                                              И.Р. Нагимуллин