ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4570/2019

г. Челябинск

20 мая 2019 года

Дело № А47-15806/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Калиной И.В., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.02.2019 по делу № А47-15806/2017 (судья Ананьева Н.А.).

В судебном заседании с использованием систем  видеоконференц-связи, организация   которой  поручена  Арбитражному суду Оренбургской области, приняли участие:

представитель финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 16.10.2018);

ФИО4 (паспорт);

ФИО5 (паспорт);

представитель ФИО4 и ФИО5 - ФИО6 (паспорт, по устному ходатайству ФИО5).

 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.03.2018 (резолютивная часть от 01.03.2018) ФИО4 (далее – ФИО4, должник) признана несостоятельной (банкротом) с введением в отношении нее процедуры реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – ФИО2, финансовый управляющий).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано финансовым управляющим в газете «Коммерсантъ» № 55 от 31.03.2018, на сайте ЕФРСБ – 21.03.2018 (номер сообщения 2552400).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.08.2018 срок процедуры реализации имущества продлен до 01.03.2019.

03.08.2018 финансовый управляющий должника ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ИП ФИО5, ответчик), в котором просила:  

- признать недействительным договор № 1А/2017 безвозмездного пользования нежилым помещением от 01.01.2017;

- применить последствия недействительности сделки, взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 сумму в размере 448 000 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.02.2019 (резолютивная часть от 28.01.2019) в удовлетворении требований отказано.

С указанным определением суда от 26.02.2019 не согласился финансовый управляющий, обжаловав его в суд апелляционной инстанции.

Как утверждает апеллянт,  суд фактически делает взаимозачет и соглашается с тем, что расходы на содержание и ремонт помещения были впоследствии удержаны ФИО5 из арендной платы, что прямо противоречит Закону о банкротстве,  поскольку на момент заключения договора аренды 16.10.2018 у должника имелась непогашенная кредиторская задолженность перед ПАО «Сбербанк России», что подтверждается материалами дела и не оспаривалось лицами, участвующими в деле. Ответчик не подтвердил  выполнение самих ремонтных работ. Судом сделан вывод на основании только одного документа о согласовании стоимости работ и акта об их выполнении. Однако указанные документы не являются первичными документами, подтверждающими фактическое выполнение работ. Ответчиком не представлен договоров на выполнение работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), акты о приемке выполненных работ (форма КС-2). Расписка о получении денежных средств  Подрядчиком  также не является надлежащим доказательством по настоящему делу, поскольку не доказан сам факт наличия у ФИО5 указанной суммы на дату выдачи расписки. Кроме того, заказчиком работ по представленным документам  является ФИО5, как физическое лицо; договора же безвозмездного пользования и аренды были заключены от  имени индивидуального предпринимателя ФИО5, что подразумевает отсутствие  какой-либо правовой связи межу проведением ремонтных работ и деятельности ИП ФИО5, как предпринимателя.  Исходя из представленных документов, ремонтные работы были выполнены до 10.10.2017, то есть до заключения договора аренды, что исключает какую-либо взаимосвязь арендных платежей и затрат на ремонт. В том случае, если  ФИО5, как физически лицом, до введения процедуры банкротства  должника действительно осуществлялись  какие-либо затраты на ремонт недвижимого имущества, принадлежащего должнику, то Законом о банкротстве ей предоставлено право на включение в реестр требований кредиторов. Фактически по оспариваемой сделке имущество было передано должником заинтересованному лицу (дочери)  в безвозмездное пользование, которое затем заключило  договор аренды и распоряжалось суммами арендных платежей по собственному усмотрению. Податель жалобы также утверждает, что суммы арендных платежей должны поступать в конкурсную массу и распределяться в соответствии с правилами статьи  213.27 Закона о банкротстве. 

На основании изложенного финансовый управляющий просит определение от 26.02.2019 отменить, заявленные требования удовлетворить.

Отзывы ИП ФИО5 и  ФИО4 на апелляционную жалобу приобщены к материалам дела (статья 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель подателя апелляционной жалобы с определением суда не согласился,  просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель ответчика и должника с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из ЕГРП за ФИО7 на праве собственности зарегистрировано помещение (кадастровый номер 56:42:0229001:296) площадью 233,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>.

01.01.2017 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор № 1А/2017 безвозмездного пользования нежилым помещением, согласно которому ФИО7 передает в безвозмездное временное пользование ФИО5 нежилое помещение для осуществления предпринимательской деятельности.

16.10.2017 между ИП ФИО5 (Арендодатель) и ИП ФИО8 (Арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения, согласно которому Арендодатель обязуется передать Арендатору во временное пользование помещение площадью 233,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>. Срок данного договора с 16.10.2017 по 16.09.2018.

Согласно п. 5.1.1.1. арендная плата составляет 60 000 руб. ежемесячно.

Финансовый управляющий полагает, что договор №1А/2017 безвозмездного пользования нежилым помещением от 01.01.2017) является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в связи тем, что заключена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. На момент заключения договора у должника имелась задолженность перед ПАО «Сбербанк России», которая установлена решением суда еще от 31.03.2015. В результате совершения указанной сделки ФИО7 фактически недополучила денежные средства в размере 448 000 руб., составляющие арендную плату, что привело к уменьшению конкурсной массы должника и повлекло нарушение имущественных прав и законных интересов кредиторов. (т. 1 л.д. 58-60)

В суде первой инстанции ответчик ФИО5  возражала против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь при этом на следующее. Договор безвозмездного пользования был заключен лишь с единственной целью: сохранить имущество - нежилое встроенное помещение, общей площадью 233,7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый (условный) номер: 56-56-22/026/2005-476, являющееся залоговым имуществом по кредитному договору, в состоянии, соответствующем периоду заключения кредитного договора и его оценки ПАО «Сбербанк России», т.е. не допустить ухудшения его состояния и стоимости. Учитывая тот факт, что ФИО7 была вынуждена поменять место жительства:  г. Новотроицк на п. Пригородный Оренбургского района, и не могла содержать это залоговое имущество на удаленном расстоянии, единственным верным на тот период времени решением было передать на сохранение простаивающее без использования имущество дочери ФИО5 Из-за отсутствия в г.Новотроицке собственника указанного помещения с 2014 года по 31.12.2016 оно простаивало без присмотра, приобрело заброшенный и неухоженный вид.

Залоговое имущество расположено на первом этаже многоквартирного дома и обслуживалось управляющей компанией (ООО УКХ). На период передачи указанного имущества имелась задолженность по коммунальным  платежам, которую необходимо было ФИО5 погашать. Кроме того, по независящим от ФИО7 и ФИО5 обстоятельствам, жильцами квартир этого жилого дома, расположенных над залоговым помещением, периодически причинялся урон в виде затопления. На ликвидацию таких последствий нужны денежные средства. Для содержания залогового помещения в надлежащем состоянии ФИО5 на собственные средства привлекался человек, в обязанности которого входила периодическая уборка помещения (удаление пыли со стен, потолков, подметание и мойка полов, оконных рам и стекол, дверных блоков). ФИО5 была проделана работа по поиску арендатора, который смог бы хоть как-то восполнять коммунальные расходы. Заключение ФИО5 с ИП ФИО8 договора аренды залогового имущества от 16.10.2017 позволило получить на содержание этого помещения 330 967 руб. 74 коп. (декабрь 2017 - 30 967 руб. 74 коп. и январь-май 2018 - 300 000 руб.). Кроме того, для сдачи залогового помещения арендатору ИП ФИО8 за свой счет ФИО5 была вынуждена осуществить следующие ремонтные работы: 

-  перепланировка (демонтаж ненужных стен), о чем свидетельствуют план в 

<

...> этаж от 12.02.2014 и приложенные снимки, сделанные на момент сдачи залогового помещения ФИО2; 

-  черновая и чистовая отделка (полы - бетон + сверху кафельная плитка, стены-гипсокартон, замена окон на пластиковые, электропроводка и тепло-снабжение заменены на новые, потолок - черновая отделка + плитка-армстронг).

Ответчик также пояснил, что затраты на содержание помещения складываются из налога, который взимается с ФИО5 как индивидуального предпринимателя, ежемесячных коммунальных платежей, денежных средств, выделенных на выполнение ремонтных работ в помещении, возмещение причиненного ущерба в результате затопления квартирами сверху.

Таблица расчета доходов и расходов при сдаче нежилого помещения должника в аренду представлена для объективного выведения финансовых результатов от выполнения финансовых обязательств по договору доставление коммунальных услуг от 04.02.2013 за должника ИП ФИО5 в сумме 129 131 руб. 27 коп.; от выполнения обязанностей за должника ИП ФИО5 по договору ипотеки № 3181 от 12.02.2013 по п. 4.1.2 по сохранности предмета залога, включая текущий и капитальный ремонт на сумму 389 793 руб.; от уплаченной в бюджет общей суммы налога ИП ФИО5 (27 948 руб. 25 коп.) от поступивших от ИП ФИО8 арендных платежей; по поступлению арендных платежей в сумме 330967 руб. 74 коп.

Платежные поручения представлены в качестве доказательств выполнения договорных обязательств за должника ИП ФИО5 по оплате коммунальных услуг на общую сумму 129 131 руб. 27 коп.    Приговор по уголовному делу № 1-8/2015 от 14.05.2015 представлен в качестве доказательства отсутствия у супруга А.М. Нечипуренко – С.В. Нечипуренко возможности по оказанию в 2015 - 2016 годах финансовой поддержки в виду отбывания срока уголовного наказания. Во время пользования нежилым помещением арендатор ИП ФИО8 обеспечивал охрану собственного имущества и арендуемого помещения в целом. Финансовый управляющий ФИО2 получила по акту осмотра (приема-передачи) от ФИО5 от 14.06.2018 залоговое имущество в надлежащем качестве, что подтверждается самим актом и снимками, выполненными на указанную дату. В последующем финансовый управляющий ФИО2 расторгла указанный выше договор аренды и отказала арендатору в заключении договора аренды.

Должник ФИО4 позицию ответчика поддержала.

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований признания сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, выслушав пояснения сторон, оценив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В подпункте 1 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом была заключена спорная сделка и имела ли место неравноценность встречного исполнения.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемая сделка заключена 01.01.2017, тогда как дело о банкротстве должника возбуждено 27.12.2017, то есть указанная сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом также установлена родственная связь между ФИО4 и ФИО5, последняя приходится дочерью должницы, то есть заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве.

Кроме того, на момент заключения оспариваемой сделки у ФИО4 имелась задолженность перед ПАО «Сбербанк России», которая включена в реестр требований кредиторов (т. 1 л.д. 29, 45).

Таким образом, на момент заключения договора безвозмездного пользования нежилым помещением № 1А/2017 от 01.01.2017 ФИО4 обладала признаками неплатежеспособности.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума № 63).

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность       участников       гражданских       правоотношений       и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно,     для     квалификации     сделки     как     совершенной     со злоупотреблением       правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага, уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий     и     поведения     этих     лиц     с     позиции     возможных     негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Совокупный анализ представленных в материалы дела доказательств позволил суду прийти к обоснованному выводу о том, что оспариваемый договор был заключен с целью обеспечения сохранности и надлежащего состояния имущества должника, поскольку ФИО4 не имела возможности поддерживать помещение в надлежащем состоянии в связи с удаленностью места жительства. 

Суд также обоснованно исходил из того, что заключение оспариваемого договора не повлекло уменьшение стоимости или размера имущества должника, увеличение размера имущественных требований к должнику, а также какие-либо иные последствия, которые могли бы привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве).

При этом, в случае не заключения оспариваемого договора, понесенные ФИО5 расходы по содержанию помещения должна была бы осуществлять ФИО4, что повлекло бы увеличение размера обязательств должника.

Как следует из материалов дела, ФИО5 в период действия договора безвозмездного пользования нежилым помещением были понесены расходы по ремонту помещения с целью сдачи его в аренду, оплате коммунальных услуг по возмещению вреда в результате залива помещения в сумме 533 139 руб. 27 коп. От ФИО8 ФИО5 по договору аренды было получено 330 967 руб. 74 коп., коммунальные платежи возмещены в сумме 91861 руб. (т. 1 л.д. 61-109, 130-150, т. 2 л.д. 1-4, 21-22). Следовательно, убыток ответчика составил 110 310 руб.  53 коп.

В качестве подтверждения несения ФИО5 расходов на содержание залогового имущества представлены следующие документы: претензия ИП ФИО8 от 04.05.2018; письмо ИП ФИО9 от 19.04.2018; письмо ИП ФИО9 от 01.05.2018; счет на оплату № ГВЗЗ от 08.05.2018; выписка по лицевому счету ФИО5 ПАО АКБ «АКЦЕНТ»; предписание ООО «УКХ РЭС № 1»; платежное поручение № 338 от 07.09.2018; письмо ФИО5 от 06.08.2018; счет-фактура №0015033/0303 от 30.04.2018; акт приема-передачи электрической энергии №0015033/0303 от 30.04.2018; платежное поручение № 129 от 06.07.2018; счет-фактура № 6845 от 31.05.2018; акт № 6845 от 31.05.2018; платежное поручение № 128 от 06.07.2018; счет-фактура № 0019431/0303 от 31.05.2018; акт №0019431/0303 от 31.05.2018; платежное поручение № 126 от 06.07.2018; счет-фактура № 5399 от 30.04.2018; акт № 5399 от 30.04.2018; платежное поручение № 127 от 06.07.2018; счет-фактура № 3764 от 31.03.2018; акт № 3764 от 31.03.2018; платежное поручение № 183 от 03.05.2018 ; платежное поручение № 182 от 03.05.2018; счет-фактура № 2217 от 28.02.2018; акт № 2217 от 28.02.2018; счет на оплату № 148 от 28.02.2018; акт № 148 от 28.02.2018; платежное поручение № 119 от 26.03.2018; платежное поручение № 118 от 26.03.2018; счет-фактура № 628 от 31.01.2018; акт№ 628 от 31.01.2018; счет на оплату № 51 от 31.01.2018; акт№ 51 от 31.01.2018; платежное поручение № 73 от 27.02.2018; платежное  поручение № 72 от 27.02.2018; счет-фактура № 18385 от 31.12.2017; акт № 18385 от 31.12.2017; счет на оплату № 817 от 31.12.2017; платежное поручение № 41 от 08.02.2018; платежное поручение № 39 от 08.02.2018; счет-фактура № 16899 от 30.11.2017; акт № 16899 от 30.11.2017; квитанция к приходному кассовому ордеру № 712 от 26.01.2018 с кассовым чеком; акт сверки между ООО УКХ и ФИО7

Возможность самостоятельного заключения договора аренды ФИО4 с ФИО8 или иным лицом была исключена, поскольку в связи с вынесением Новотроицким городским судом Оренбургской области приговора от 14.05.2015 ее муж не мог осуществлять трудовую деятельность и получать доход (т. 1 л.д. 128), в соответствии с определением от 21.09.2015 по делу № А 47-5708/2015 (т. 2 л.д. 23) производство по делу о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО4, возбужденному по заявлению ФНС России в лице Межрайонной инспекции ФНС России № 7 по Оренбургской области, было прекращено на основании п. 1 ст. 57 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» в связи с отсутствием у должника имущества для погашения расходов по делу о банкротстве, должник фактически прекратил осуществление предпринимательской деятельности после принятия Межрайонной ИФНС России № 8 по Оренбургской области решения о привлечении ФИО4 к ответственности за совершение налогового правонарушения от 12.08.2014 № 11-13/57, в 2014-2017 деятельность должника заключалась в оспаривании данного решения, в том числе в судебном порядке (дело № А 47-8060/2015) (т. 2 л.д. 26). Постановлением Арбитражного суда Уральского округа по делу А47- 8060/2015 от 16.02.2017 решение Межрайонной ИФНС России № 8 по Оренбургской области от 12.08.2014 № 11-13/57 было отменено.  Только после этого у ФИО7, прекратившей предпринимательскую деятельность, были разблокированы счета в кредитных учреждениях. 

ФИО4 помещение ранее было передано в аренду ООО «Институт Красоты» по договору аренду нежилого помещения № 1 от 11.10.2013 г. на срок по 31.10.2014 (т. 2 л.д. 29), но в связи с налоговой проверкой ООО «Институт Красоты» досрочно договор был расторгнут в апреле 2014 г. Между тем по договору подряда № 01/06 от 01.06.2013 с  ФИО10 (т. 2 л.д. 33-39) данное помещение было оборудовано для ООО «Институт Красоты», имело множество перегородок. Чтобы сдать имущество в аренду, необходимо было проводить ремонт, однако денежных средств у должника не имелось.

Довод  о том, что ответчиком  не  представлены договор на выполнение работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), акты о приемке выполненных работ (форма КС-2), подлежит отклонению, поскольку  ответчиком представлен  договор  подряда от 25.08.2017 , заключенный между ИП ФИО5 и ФИО11 (т.2, л.д. 21-22), перечень  подлежащих выполнению работ (т.1, л.д.140) и акт  №18 от 10.10.2017  о выполнении работ на сумму 389 793  руб. (т.2, л.д.141), а также  расписка  о  проведении  расчетов  с подрядчиком (т.1 л.д.142). 

Довод о том, что суд фактически  произвел  взаимозачет  расходов   ФИО5 в счет  арендной платы, что прямо противоречит Закону о банкротстве,   подлежит  отклонению, поскольку  суд  оценивал   расходы   арендатора в качестве  равноценного встречного предоставления.

Доказательств  того, что ответчик  получил  доходы от сдачи имущества   должника в аренду в размере, превышающем расходы  по надлежащему  содержанию данного  имущества, подателем  жалобы не представлено.

Совокупность установленных по делу обстоятельств позволяет судебной коллегии прийти к выводу об отсутствии признаков, позволяющих квалифицировать оспариваемую сделку по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а  также   по статье 61.2 Закона  о  банкротстве

Доводы жалобы об обратном являются ошибочными, ввиду чего не принимаются судом апелляционной инстанции.

Учитывая недоказанность совершения оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, а также того, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Иные обстоятельства, приведенные в апелляционной жалобе, не имеют правового значения, так как основанием для удовлетворения апелляционной жалобы не являются.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Поскольку при подаче апелляционной жалобы апеллянту предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, ее следует взыскать  с конкурсной  массы  должника в судебном порядке в установленном законом размере 3 000 руб. (статья 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункты 4 и 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями  176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.02.2019 по делу № А47-15806/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Взыскать с конкурсной массы должника ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            М.Н. Хоронеко 

 

Судьи:                                                                                   И.В. Калина

 

                                                                                                     С.В. Матвеева