АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-16323/2022 

Дата принятия решения –  28 ноября 2022 года.

Дата объявления резолютивной части –  22 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Ивановой И.В.,

при составлении протокола судебного заседания помощником судьи Шарафеевой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Палаты имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района, г.Менделеевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ответчикам - ФИО1, пгт.Кукмор; ФИО2, с.Мамашир, о привлечении учредителя ООО «Игенче» ФИО1 и директора ООО «Игенче» ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании с них в пользу истца 9 503 руб. 63 коп. долга, 2 394 руб. 44 коп. пени,

с участием:

от истца  – не явился, извещен;

от ответчиков:

ФИО1 –  представитель ФИО3 10.03.2021 г.,

ФИО2 – не явился, извещен;

установил:

Истец – Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района, г.Менделеевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к ответчикам - ФИО1, пгт.Кукмор; ФИО2, с.Мамашир, о привлечении учредителя ООО «Игенче» ФИО1 и директора ООО «Игенче» ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании с них в пользу истца 9 503 руб. 63 коп. долга, 2 394 руб. 44 коп. пени.

Истец, ответчик (ФИО2)   в судебное заседание не явились, извещены  в порядке ст.123 АПК РФ.

До судебного заседания от истца поступило ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя.

Суд в порядке ст.156 АПК РФ определил провести заседание без участия неявившихся сторон.

Представитель ответчика, ФИО1 дал пояснения по иску; поддержал позицию, изложенную в отзыве, просит применить срок исковой давности.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) и материалов регистрационного дела, Общество с ограниченной ответственностью «Игенче» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц 21.12.2016.

 29.07.2020 налоговым органом внесена запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

На дату исключения Общества из Единого государственного реестра юридических лиц, учредителем Общества значился ФИО1, директором Общества значился ФИО2.  

Из содержания искового заявления следует, что 02 мая 2017 года между Палатой имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан (далее – арендодатель) и ООО «Игенче» (ИНН 

<

***>) (далее – арендатор) был заключен договор аренды земельного участка № 68 со следующими характеристиками:

Кадастровый номер 16:27:040301:940;

Местонахождение: Республика Татарстан, Менделеевский район, Мунайкинское сельское поселение;

Общая площадь: 933500 кв.м.;

Целевое назначение: земли сельскохозяйственного назначения;

Разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства (пашня).

Согласно договору аренды земельного участка, арендодатель обязался предоставить вышеуказанный земельный участок в аренду сроком на 10 лет, арендатор же со своей стороны обязался принять в аренду данный участок и перечислять арендную плату за каждый месяц не позднее десятого числа следующего месяца (пункт 3.2. Договора).

В соответствии с пунктом 3.1. договора величина ежемесячной арендной платы за пользование земельным участком, на момент заключения договора, составляла 6 721,20 руб.

Согласно пункту 3.2. договора в случае несвоевременного внесения арендатором арендной платы на невнесенную сумму начисляется штраф в размере 0,1 % от просроченной суммы арендных платежей за каждый день просрочки.

Арендатор нарушил условия договора аренды, а именно не производил оплату.

В связи с чем, у Общества за период с 10.06.2017 года по 10.10.2018 года образовалась задолженность перед арендодателем по договору аренды земельного участка № 68 от 02.05.2017 года в размере 11 898,07 руб., из них 9 503,63 руб. - основной долг и 2 394,44 руб. - пени (расчет л.д.15).

Учитывая изложенное, принимая во внимание неисполнение со стороны исключенного из ЕГРЮЛ юридического лица – ООО «Игенче» обязательства по внесению арендной платы и его последующего исключения из ЕГРЮЛ, истец полагает, что бывший учредитель – ФИО1 и директор Общества – ФИО2, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании  статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 3.1 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).

В качестве неразумного (недобросовестного) поведения ответчиков истец приводит следующие обстоятельства: непринятие мер по погашению долга в период существования Общества, действий по прекращению либо отмене процедуры исключения Общества из ЕГРЮЛ  при наличии непогашенного долга.

Исследовав материалы дела,  суд пришел к следующим выводам.

Согласно подпункту «б» пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом при наличии в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Таким образом, предусмотренный статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»  порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях  наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об Обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц (статья 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ  «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»», влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии со статьей 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления гражданско-правовой ответственности в форме убытков необходимо наличие пяти обязательных условий: наличие убытков, противоправное поведение лица, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между противоправностью и убытками; вина должника (в необходимых случаях); доказанность существования всех этих условий.

Отсутствие или недоказанность одного из них является основанием для отказа в удовлетворении иска о возмещении убытков.

С учетом положений части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которым каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, истец должен представить доказательства наличия совокупности следующих обстоятельств: противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие и размер убытков; причинно-следственная связь между действиями (бездействием) арбитражного управляющего и возникшими убытками.

При этом причинно-следственная связь между действиями (бездействием) бывшего руководителя и негативными последствиями для истца в виде убытков должна быть прямой и непосредственной, то есть, именно действия (бездействие) управляющего являются единственным обстоятельством, не позволившим кредитору получить удовлетворение своих требований.

Обращаясь с исковым заявлением в суд, истец указал на недобросовестность и неразумность поведения ответчиков, выразившиеся в том, что ответчики, являясь контролирующими должника лицами, имеющими возможность определять действия ООО «Игенче», не приняли меры по погашению долга в период существования Общества, действия по прекращению либо отмене процедуры исключения Общества из ЕГРЮЛ  при наличии непогашенного долга.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В силу разъяснений, данных в абзацах четвертом и пятом пункта 1 постановления Пленума №25, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума № 62, в силу части 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Таким образом, обязанность по доказыванию недобросовестности или неразумности действий ответчиков возлагается на истца.

В рассматриваемом случае, суд пришел к выводу о доказанности истцом недобросовестности или неразумности действий ответчиков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

По смыслу приведенных норм, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового. На руководителя или участника юридического лица, исключенного из реестра по решению регистрирующего органа, ответственность за неисполнение обязательства таким юридическим лицом может быть возложена, если обязательство перед кредитором не было исполнено вследствие ситуации, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами, вследствие виновных в форме умысла или грубой неосторожности действий руководителя (участника), направленных на уклонение от исполнения обязательств перед контрагентом.

Само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (непредставление в регистрирующий орган сведений в целях исправления сведений, в отношении которых в реестр внесена запись об их недостоверности), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной выше нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В пункте 3 статьи 64.2 ГК РФ предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном данным законом.

Предусмотренный указанной нормой порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (пункт 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Таким образом, действующим законодательством в качестве правового основания для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя Общества, может служить наличие обстоятельств, предусмотренных  частью 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", согласно которой исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом №129-ФЗ для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Из изложенного выше следует, что само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (наличие в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. 

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. 

Привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, наличие у участников корпораций, учредителей, унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО4" указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)). При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

Статьей 12 ГК РФ возмещение убытков отнесено к способам защиты гражданских прав.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В рамках заключенного 02 мая 2017 года Палатой имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан (далее – арендодатель) и ООО «Игенче» (ИНН 

<

***>) договора аренды земельного участка № 68 арендодатель обязался предоставить вышеуказанный земельный участок в аренду сроком на 10 лет, арендатор же со своей стороны обязался принять в аренду данный участок и перечислять арендную плату за каждый месяц не позднее десятого числа следующего месяца (пункт 3.2. Договора).

В соответствии с пунктом 3.1. договора величина ежемесячной арендной платы за пользование земельным участком, на момент заключения договора, составляла 6 721,20 руб.

Согласно пункту 3.2. договора в случае несвоевременного внесения арендатором арендной платы на невнесенную сумму начисляется штраф в размере 0,1 % от просроченной суммы арендных платежей за каждый день просрочки.

Обществом обязательства по договору аренды не исполнены, а именно не произведена оплата, в связи с чем, у Общества за период с 10.06.2017 года по 10.10.2018 года образовалась задолженность перед истцом по договору аренды земельного участка № 68 от 02.05.2017 года в размере 11 898,07 руб., из них 9 503,63 руб. - основной долг и 2 394,44 руб. - пени. 

Истец в судебном порядке задолженность по указанному договору аренды не взыскивал.

При этом, отсутствие факта взыскания долга с Общества, которое впоследствии было исключено из ЕГРЮЛ, не является  обстоятельством для отказа в удовлетворении иска по настоящей категории споров. 

На основании статьи 614 Гражданского кодекса РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом.

Кроме того, в соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. 

Материалами дела подтверждается факт наличия арендных отношений между Палатой и Обществом,  доказательств оплаты ответчиками в материалы дела не представлено.

Ответчики не приняли мер по погашению задолженности ООО «Игенче» перед истцом  в период действия общества и осуществления полномочий как единоличного исполнительного органа и учредителя (участника) общества.

Материалами дела подтверждается, что фактически действия ответчиков, повлекшие исключение Общества из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с должника в судебном порядке, а при недостаточности имущества - возможности участвовать при ликвидации должника путем включения требования в промежуточный ликвидационный баланс.

Ответчики, будучи учредителем и единоличным исполнительным органом ООО «Игенче», не могли не знать о наличии задолженности по договору аренды.

Вместе с тем ответчики не предприняли никаких действий к погашению задолженности общества, в том числе не приняли действий к прекращению, либо отмене процедуры исключения ООО «Игенче» из Единого государственного реестра юридических лиц.

В пп. 5 п. 2 постановления Пленума ВАС РФ N 62 от 30.07.2013 г. "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли.

Суд приходит к выводу о том, что возможность взыскания денежных средств с ООО «Игенче» утрачена в связи с исключением указанного юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц, в связи с чем, истец обоснованно обратился в суд с указанным иском о привлечении учредителя и руководителя общества - должника к субсидиарной ответственности в размере неисполненного обществом денежного обязательства.

Доказательств того, что учредителем или руководителем общества должника предпринимались меры по своевременному исполнению денежных обязательств перед истцом в материалы дела не представлено.

Таким образом, вышеуказанное подтверждает недобросовестность действий ответчиков.

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для привлечения ФИО1, пгт.Кукмор к субсидиарной ответственности в силу следующего.

Ответчик (ФИО1), возражая относительно удовлетворения исковых требований, заявил о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о взыскании долга по договору аренды.

Проверив расчеты истца с учетом заявленного ответчиком ходатайства о пропуске истцом сроков исковой давности, суд усматривает следующее.

Согласно расчетам истца, им заявлено требование о взыскании задолженности по арендной плате за период с мая 2017 по сентябрь 2018 года на сумму 9 503 руб. 63 коп. и неустойки за период с 10.06.2017 по 10.10.2018 в размере 2 308 руб. 91 коп.

В статье 195 ГК РФ установлено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 ГК РФ).

Течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что  согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно пункту 3 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Как указывалось судом ранее, исковые требования мотивированы наличием долга по арендной плате за период с мая 2017 по сентябрь 2018.

Согласно п. 3.2 Договора аренды сроки внесения арендной платы: до окончания срока аренды ежемесячно не позднее десятого числа следующего месяца, ввиду чего срок оплаты наступил с 10.06.2017 по 10.10.2018.

Из материалов дела следует, что претензия направлена в адрес ответчика 16.04.2021, исковое заявление подано в арбитражный суд 18.06.2022 (через систему «Мой Арбитр»). 

Принимая во внимание разъяснения пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности"  о приостановлении течения срока исковой давности при применении сторонами несудебной процедуры разрешения спора, в данном случае обязательного претензионного порядка, то срок продлевается еще на 1 месяц. 

Между тем, принимая во внимание представленные в материалы дела документы в совокупности, с учетом статьи 71 АПК РФ,  суд пришел к выводу о том, что требование о привлечении ФИО1 о взыскании задолженности по договору аренды за период с мая 2017 по сентябрь 2018 в порядке привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности предъявлено за пределами срока исковой давности (срок давности по требованию истек в ноябре 2021 года), что является самостоятельным основанием для отказа в иске на основании ст. 199 ГК РФ.

Надлежащие доказательства, свидетельствующие о перерыве срока исковой давности, истец в материалы дела не представил, соответственно, доводы ответчика в этой части принимаются судом.

При этом судом учитывается, что в пределах срока исковой давности и до исключения общества из ЕГРЮЛ истец имел возможность обратиться  в суд с иском о взыскании с общества задолженности, между тем таких действий не произвел.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом по правилам статьи 71 АПК РФ с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле, применительно к части 2 статьи 9 АПК РФ.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Учитывая вышеизложенное, исковые требования к ФИО1 удовлетворению судом не подлежат.

В отношении исковых требований заявленных к ФИО2, суд отмечает следующее.

В силу абзаца 2 пункта 10 постановления Пленума N 43, в силу части 3 статьи 40 ГПК РФ, части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

Суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (абзац третий постановления Пленума 43).

Однако подобных обстоятельств, допускающих распространение заявления одного из ответчиков о пропуске срока исковой давности на второго ответчика, судом при рассмотрении настоящего дела не установлено. 

Ответчик ФИО2 отзыв на исковое заявление не представил.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

При изложенных обстоятельствах, суд считает исковые требования к ФИО2 подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в порядке ст.110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика ФИО2, со взысканием в доход бюджета.

руководствуясь статьями 110,  167 – 169, 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В иске к ФИО1, пгт.Кукмор, отказать.

Исковые требования к ФИО2,  удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, с.Мамашир, в пользу Палаты имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района, г.Менделеевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 11 898руб. 07коп. в порядке привлечения к  субсидиарной ответственности по долгам исключенного ООО «Игенче» (

<

***>).

Взыскать с ФИО2, с.Мамашир, в доход бюджета 2 000руб. государственной пошлины.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Судья                                                                                                                И.В. Иванова