АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8327/21 

Екатеринбург

20 ноября 2023 г.

 

Дело № А60-15753/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 ноября 2023 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Плетневой В. В.

при ведении протокола помощником судьи Сулейменовой В.К. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2023 по делу № А60-15753/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по тому же делу о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «РИФ».

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседание в режиме веб-конференции принял участие представитель:

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 14.12.2022 № 66 АА 7024941).

В судебном заседание в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель:

конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 01.01.2023).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.04.2021 к производству суда принято заявление ФИО7 о признании общества с ограниченной ответственностью «РИФ» (далее – должник, общество «РИФ») несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2021 заявление ФИО7 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2021 определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2021 отменено в части утверждения ФИО5 временным управляющим должника. В указанной части вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области. 

Определением от 18.11.2021 Арбитражный суд Свердловской области утвердил временным управляющим общества «РИФ» ФИО1.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2021 общество «РИФ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2022 конкурсным управляющим общества «РИФ» утвержден ФИО1. 

В Арбитражный суд Свердловской области 28.03.2023 от конкурсного управляющего ФИО1 поступило заявление о взыскании с ФИО2 в пользу общества «РИФ» убытков в размере 21 188 631 руб. 88 коп., возникших в результате уклонения от обязанности по согласованию сроков передачи и размера части объекта, предусмотренного пунктом 3.6 Инвестиционного договора, инициирования спора в Новоуральском городском суда по вопросу передачи части объекта; бездействия по сохранению имущества общества «РИФ» и недопущению его передачи ФИО6 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 19.06.2023 и постановление от 23.08.2023 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего.

По мнению кассатора, ФИО6 как инвестор вложил в строительство объекта 15 млн рублей (31,09% от общей стоимости), то есть должен получить по Соглашению только 31,09% здания, однако из-за действий ФИО2 (назначенного самим ФИО6 на должность директора), не подписавшего Соглашение о разделе, ФИО6 получил в судебном порядке 75% доли по условиям пункта 5.3. Инвестиционного договора (как санкцию на отказ в добровольной передаче) – указанное причинило должнику убытки на 21 188 631, 88 рублей.

Как полагает кассатор, он доказал совокупность условий для привлечения ФИО2 к ответственности. 

Также конкурсный управляющий считает, что выводы судов об отсутствии вины ответчика не соответствуют фактическим обстоятельствам дела: судебный акт по делу А60-45549/2018 подтверждает факт передачи ФИО2 необходимой документации Общества.

Кассатор указывает, что материалы дела не содержат доказательств корпоративного конфликта между ФИО7 и ФИО6 вплоть до обращения ФИО6 в суд общей юрисдикции в декабре 2017 года.

При этом кассатор отмечает, что не обоснован вывод суда о возможности передачи объекта еще ФИО7, так как сроки передачи объекта согласованы не были; ФИО7 был руководителем до 30.03.2017, тогда как ФИО6 направил претензию только 26.08.2017.

Вдобавок, конкурсный управляющий указывает, что при заключении инвестиционного договора ФИО7 исходил из добросовестности действий ФИО6, а не из искусственно созданной ситуации по отъему бизнеса (смена директора общества «РИФ», обращение в суд со ссылкой на санкционный пункт в инвестиционном договоре, согласие ответчика с иском), однако ФИО6 действовал недобросовестно, как мажоритарный участник общества «РИФ» волевым решением прекратил полномочия ФИО7, утвердил в должности директора общества «РИФ» – ФИО2 и вместе с ним с помощью единых представителей разыграл в Новоуральском городском суде судебный процесс со ссылкой на пункт 5.3 инвестиционного договора о передаче ему в собственность 75% доли в здании торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей.

ФИО2 предоставил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу без удовлетворения. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, с 2011 года ФИО7 являлся единственным участником и руководителем должника, затем с привлечением к строительству объекта нового инвестора (ФИО6) доля его участия была уменьшена и с февраля 2015 года ФИО7 владел только 25% доли в уставном капитале общества «Риф»; после раздела имущества супругов Т-ных самому ФИО7 с июля 2019 года стало принадлежать 12,5% доли в уставном капитале общества и 12,5% доли в уставном капитале – ФИО8 

Директором общества «Риф» с 30.03.2017, т.е. более 4-х лет, является ФИО2 

В период, когда ФИО7 являлся единственным участником должника, началось строительство 2-этажного здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей, площадью 944 кв.м, автостоянки общей площадью 4 122 кв.м. Строительство объекта сначала финансировалось за счет денежных средств от предпринимательской деятельности самого ФИО7 (порядка 18 млн руб.) и кредитных средств ПАО «Сбербанк России» (14 млн руб.), затем были привлечены денежные средства нового инвестора (15 млн руб.).

Так, между ФИО9 (Инвестор), обществом «РИФ» (Заказчик) и ФИО7 (Исполнитель) 05.03.2015 заключен Инвестиционный договор (далее – договор), по условиям которого Инвестор обязался осуществить финансирование Проекта строительства здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей по ул. ФИО11, 6/1 в г. Новоуральске, а Заказчик и Исполнитель обязались использовать переданные средства в соответствии с данным Договором с последующим возвратом денежных средств Инвестору и передачей в собственность Инвестору части Объекта. 

Из пояснений ФИО7 здание использовалось должником в хозяйственной деятельности общества «РИФ» по мере заполняемости арендаторами. 

Затем на основании заявления общества «Сбербанк России» 17.10.2016 в арбитражном суде возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества «РИФ» (№А60-49821/2016). Требования Банка основаны на решении Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 11.03.2016 по делу № Т-ЕКТ/16/0479, по которому с общества «РИФ» как с поручителя в пользу общества «Сбербанк России» взысканы денежные средства по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 10.04.2014 в размере 11719353 руб. 85 коп. Основной заемщик по кредитному договору – ФИО7 

Между ФИО10 и обществом «Сбербанк России» 15.06.2017 заключен договор уступки права требования № 151715, по которому общество «Сбербанк России» уступило ФИО10 право требования по кредитному договору № 

<

***> от 10.04.2014 на сумму 11645915 руб. 69 коп. Определением арбитражного суда от 26.06.2017 в рамках дела № А60-49821/2016 произведена замена кредитора с общества «Сбербанк России» на его правопреемника ФИО10 Производство по делу о банкротстве общества «РИФ» прекращено в связи с принятием отказа ФИО10 от заявления. Задолженность по кредитному договору обществом «РИФ» после прекращения производства перед ФИО10 не погашена. На общем собрании участником общества «РИФ» 30.03.2017 принято решение о смене директора общества с ФИО7 на ФИО2

В феврале 2018 года ФИО6, ссылаясь на ненадлежащее исполнение обществом «РИФ» принятых на себя обязательств, обратился в Новоуральский городской суд Свердловской области с иском, в котором просил взыскать с общества «РИФ» задолженность по Инвестиционному договору в сумме 11665000 руб., а также обязать общество передать в его собственность часть Здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей, расположенного по адресу: ул. ФИО11 6/1 в г. Новоуральске Свердловской области в размере доли 75%. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2019 по делу № А60-22281/2018 по иску ФИО7 признаны недействительными решения общего собрания участников общества «РИФ» от 22.02.2018. 

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 27.09.2018 по делу № 2-224/2018 суд обязал общество «РИФ» передать собственность ФИО6 часть Здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей, расположенного по адресу: у. ФИО11, д. 6/1 в г. Новоуральске Свердловской области в размере доли 75% кадастровый номер 66:57:0102068:564 в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу. В рамках вышеуказанного дела интересы общества «РИФ» представляла ФИО3, которая признала исковые требования ФИО6, пояснив, что дополнительное соглашение к инвестиционную договору между сторонами не подписано.

Впоследствии между обществом «РИФ» и ФИО10 17.01.2019 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условия которого должник передал в собственность ФИО10 следующее недвижимое имущество: – сооружение дорожного транспорта - платную автостоянку, общей площадью 4122 кв. м, кадастровый номер 66:57:0102068:550, расположенную по адресу: 

<

...>;– право аренды земельного участка, кадастровый номер 66:57:0102068:88, общей площадью 4122 кв. м, расположенный по адресу: 

<

...>, по цене 2 100 000 руб. 

Согласно пункту 2.1 договора стоимость передаваемого имущества составила 2100000 руб., в том числе стоимость сооружения дорожного транспорта платная автостоянка 120 867 руб., стоимость права аренды земельного участка 1 979 133 руб. 

Между обществом «РИФ» и ФИО10 25.02.2019 подписан Акт зачета взаимных требований по договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.01.2019 и по решению Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 11.03.2016 по делу № Т-ЕКТ/16/0479. Учитывая вышеизложенные обстоятельства, договором купли-продажи платной автостоянки и актом взаимозачета общество «РИФ» произвело погашение ФИО10 задолженности по обязательствам, вытекающих из договора об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 10.04.2014.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.02.2020 по делу № А60-22074/2019 в удовлетворении исковых требований ФИО7 о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.01.2019, акта зачета взаимных требований от 25.92.2019, применении последствий недействительности сделок, отказано.

Также в рамках дела № А60-63428/2016 о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 по обособленному спору об оспаривании сделки, отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании инвестиционного договора от 05.03.2015, заключенного между обществом «РИФ», ФИО7 и ФИО9 (в дальнейшем заменен на правопреемника ФИО6), недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и применении последствий недействительности сделки (определение Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2018 по делу № А60-63428/2016, оставленное без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2018 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 05.02.2019).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2023 в рамках настоящего дела о банкротстве общества «Риф», оставленным в силе постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 и постановлением суда округа от 06.09.2023, - отказано в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, при этом судом было особо отмечено, что с учетом состава кредиторов, предшествующих многочисленных споров дело о банкротстве представляет собой продолжение корпоративного конфликта между участниками общества семьей Вишневецких и ФИО7 Возбуждение дела о банкротстве, а также предъявление требований о привлечении к субсидиарной ответственности не преследует в качестве своей основной цели защиту внешних кредиторов должника. Фактически посредством инструментов банкротства предпринимается попытка пересмотра результатов судебных актов, принятых по результатам рассмотрения корпоративного спора, что не соответствует требованиям главы 3.2. Закона о банкротстве и является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

В рамках настоящего обособленного спора (в деле о банкротстве общества «Риф»), обращаясь с рассматриваемыми требованиями, конкурсный управляющий просит взыскать с ФИО2 убытки в размере 21 188 631 руб. 88 коп., выразившееся в: 

- умышленном и противоправном уклонении от обязанности по согласованию сроков передачи и размера части Объекта, передаваемой в собственность Инвестору; 

- инициировании совместно с ФИО6 спора в Новоуральском городском суде по вопросу передачи части Объекта, чтобы через получение судебного акта Новоуральского городского суда передать в единоличную собственность ФИО6 100% здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей; 

- бездействии по сохранению имущества общества «РИФ» и недопущению его передачи в собственность ФИО6 в размере 75%.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, исходя из отсутствия правовых оснований для взыскания убытков с ФИО2 в размере 21 188 631 руб. 88 коп., отказал в удовлетворении заявленных требований.

При этом суды руководствовались следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

По пункту 2 указанной статьи требование, предусмотренное пунктом 1, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

По смыслу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Указанное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 названной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 той же статьи).

В силу положений пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве при нарушении руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные вследствие такого нарушения.

Из разъяснений, изложенных в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Судами установлено, что ФИО7 за счет собственных и с привлечением заемных денежных средств ПАО «Сбербанк России», вёл строительство Здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей по адресу: ул. ФИО11, д. 6/1, в г. Новоуральске Свердловской области, с целью использования здания в производственной/хозяйственной деятельности общества «РИФ». 

Как указано ранее, между ФИО9 (инвестор), обществом «РИФ» (заказчик) и ФИО7 (исполнитель) был заключен инвестиционный договор, по условиям которого инвестор обязался осуществить финансирование Проекта строительства здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей по ул. ФИО11, 6/1 в г. Новоуральске, а заказчик и исполнитель обязались использовать переданные средства в соответствии с данным договором с последующим возвратом денежных средств инвестору и передачей в собственность инвестору части объекта. 

По пункту 5.1 договора, инвестор ФИО9 осуществляет финансирование строительства объекта в размере 15 000 000 руб. в виде прямых инвестиций в Объект, с последующим возвратом данных денежных средств. 

На основании пункта 3.5 инвестиционного договора, заказчик обязан обеспечить сдачу объекта приемной комиссии в срок до 15.07.2015. При этом после сдачи объекта в эксплуатацию: осуществить государственную регистрацию прав собственности на объект. Передать инвестору в собственность часть объекта. Срок передачи и размер части объекта, передаваемой в собственность инвестору, стороны определяют дополнительным соглашением к настоящему договору (п. 3.6 Договора). Дополнительного соглашения к договору, определяющего срок передачи, размер части Объекта сторонами заключено не было. 

На основании пункта 5.3 договора, в том случае, если условия настоящего договора по передаче в собственности части Объекта не будут исполнены, Инвестор вправе потребовать от Заказчика передачи ему части в размере 75%. 

Для обеспечения гарантий инвестора, в том числе, условием инвестирования было вхождение инвестора в состав общества в размере 75% уставного капитала. Впоследствии после возврата денежных средств, окончания строительства, инвестиционным договором предусматривалось наделение инвестора частью объекта. 

Между сторонами 06.10.2015 был заключен договор цессии, согласно которому, все права и обязанности по Инвестиционному договору от ФИО9 перешли к ФИО6 

ФИО6 приобрёл долю в уставном капитале общества «РИФ» в размере 75%. 

ФИО7 объект был построен, свидетельством о государственной регистрации права от 19.11.2015 подтверждено наличие зарегистрированного за обществом «РИФ» права собственности на единый объект недвижимости - Здание торгово-сервисного обслуживания автомобилей, 2 этажа, общей площадью 994 кв.м., балансовой стоимостью 44 729 182 руб. 35 коп. 

ФИО6 обратился в Новоуральский городской суд Свердловской области с иском к обществу «РИФ» о взыскании задолженности по инвестиционному договору, возложении обязанности передать часть объекта. 

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 01.10.2018 по делу № 2-224/2018 исковые требования ФИО6 к обществу «РИФ» о взыскании задолженности по инвестиционному договору, возложении обязанности передать часть объекта удовлетворены частично. Суд обязал общество «РИФ» передать в собственность ФИО6 часть здания торгового сервисного центра по обслуживанию автомобилей, расположенного по адресу: ул. Корнлиова, д. 6/1 в г. Новоуральске Свердловской области в размере доли 75%, кадастровый номер 66:57:0102068:564 в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу. С общества «РИФ» в пользу ФИО6 взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 57 196 руб. 12 коп. В оставшейся части исковых требований отказано. 

Решение суда общей юрисдикции обжаловано ФИО7, апелляционным определением Свердловского областного суда от 15.01.2019 в удовлетворении жалобы отказано. 

Участником общества «РИФ» ФИО6 30.03.2017 принято решение о досрочном прекращении полномочий ФИО7 в качестве директора общества «РИФ» и назначении директором общества ФИО2 

ФИО6 26.05.2017 обратился к обществу «РИФ» с требованием о заключении дополнительного соглашения, определяющего срок передачи и размер части Объекта, подлежащего передачи Инвестору на основании п. 3.6 Инвестиционного договора. 

Требование ФИО6 от 26.05.2017 оставлено обществом «РИФ» без ответа. 

 Из пояснений ФИО12 следует, что требование ФИО6 от 26.05.2017 оставлено без ответа ввиду отсутствия сведений и документов, позволяющих определить, какая доля в здании подлежит передачи ФИО6 и отказе ФИО6 от подписания дополнительного соглашения с долей меньше 75%. 

Кроме того, ответчик на момент получения требования ФИО6, занимал должность директора непродолжительное время (менее двух месяцев). Поскольку фактически спор имелся между участниками общества «РИФ», которые должны были решить вопрос самостоятельно, без вовлечения в этот спор стороннего лица ФИО2 

В период исполнения обязанностей руководителя должника (вплоть до 30.03.2017) ФИО7 мог произвести заключение дополнительного соглашения по определению размера части объекта, подлежащего передачи инвестору, без ожидания соответствующего требования инвестора. 

Пункт 3.6 инвестиционного договора расположен в разделе «Обязанности Заказчика». В указанном пункте прямо обязанность по заключению дополнительного соглашения ни на одну из сторон не возложена. Соответственно, суд исходит из того, что любая сторона договора (в том числе общество «РИФ», действующий от его имени ФИО7, сам ФИО7 как сторона договора) могла обратиться к другой стороне с требованием о заключении дополнительного соглашения. 

Суд указал, что одним из основополагающих принципов гражданского законодательства является принцип свободы договора, согласно которому граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. 

По смыслу приведенных выше законоположений свобода договора означает свободу волеизъявления стороны договора на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании, обязаны исполнять договор надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. 

Статьей 309 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Как отметили суды, заключая с ФИО9 инвестиционный договор от 05.03.2015, индивидуальный предприниматель ФИО7, действующий на свой страх и риск, согласился как на условие пункта 3.6 (определение срока и размера части объекта, передаваемого инвестору путем подписания доп. соглашения), так и на условие пункта 5.3 (право заказчика потребовать 75% размера объекта в случае неисполнения обязанности по передаче в собственность части объекта). 

В связи с этим, суды, руководствуясь вышеизложенными положениями гражданского законодательства и учитывая отказ ФИО6 от подписания дополнительного соглашения на иных условиях (кроме как передачи 75% доли), пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего. 

Судами указано, что не имеется оснований для взыскания убытков ввиду инициирования ответчиком совместно с ФИО6 спора в Новоуральском городском суде вопроса о передачи в собственности части объекта, поскольку истцом заявленных требований выступил ФИО6, у которого имелось намерение воспользоваться предусмотренными инвестиционным договором гарантиями, на которые согласился сам ФИО7 при его подписании. 

Суды констатировали, что обращение в Новоуральский городской суд с заявлением о взыскании задолженности по инвестиционному договору и возложении обязанности по передаче части объекта не может рассматриваться в качестве основания для взыскания убытков, поскольку направлено на реализацию истцом ФИО6 своих прав, указав, что фактически выбытие имущества (75% здания торгово-сервисного центра) из собственности общества «РИФ» обусловлено сложившейся ситуацией, вызванной невозможностью возвратить полученные денежные средства в полном объеме, а также несогласованием условий, предусмотренных пунктом 3.6 инвестиционного договора. 

Ссылка конкурсного управляющего на то, что ФИО2 не предпринимал разумных действий по сохранению имущества общества «РИФ» судами отклонена, поскольку доказательств того, что у ФИО2 имелась реальная возможность сохранить здание торгово-сервисного центра после назначения его директором, в суд не было представлено.

Учитывая вышеизложенное и принимая во внимание отсутствие в деле доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиком действий с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и о том, что при их совершении стороны действовали исключительно с целью причинения такого вреда, суды правомерно пришли к выводу о недоказанности наличия в данном случае совокупности всех необходимых условий для привлечения ответчика к ответственности за указанные действия.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для взыскания убытков с ФИО2 – соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. 

Кассационная жалоба повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда апелляционной инстанций. 

Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку. 

Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2023 по делу № А60-15753/2021  и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             В.В. Плетнева