ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-10236/2022

г. Саратов

23 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «12» сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен  «23» сентября 2024 года.

 

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В., 

судей Колесовой Н.А., Яремчук Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Шайкиным Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Морозова Андрея Александровича

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 23 июля 2024 года по делу                № А06-10236/2022

по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Центр приема платежей – Юг» (юридический адрес: 414032,  

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Астраханской области от 10.03.2023 в отношении общества с ограниченной  ответственностью «Центр приема платежей – Юг» (далее – ООО «ЦПП-Юг», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3, временный управляющий).

25.04.2023 ФИО2 (далее - ФИО2, кредитор, заявитель) обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов требований в размере 16 608 000 руб. 00 коп.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 23.07.2024 требования ФИО2 включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЦПП-Юг» в размере 16 608 000 руб. 00 коп., из которых основной долг 16 608 000 руб. 00 коп.                                        С ООО «ЦПП-Юг» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 106 040 руб. 00 коп. 

ФИО1 (далее – ФИО1), не согласившись с определением суда первой инстанции, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение полностью, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении требований отказать в полном объеме. 

В обоснование апелляционной жалобы указано, что судом первой инстанции проигнорирован тот факт, что спорное требование вытекает из аффилированности должника и кредитора, направлено на формирование искусственной кредиторской задолженности. Кроме того, апеллянт обращает внимание суда апелляционной инстанции на тот факт, что суд первой инстанции не применил положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не учел отсутствие экономической целесообразности  предоставления займа, а также финансовой возможности предоставлять займы в таком размере, нахождение должника в кризисном положение. 

В представленном отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу общество с ограниченной ответственностью «Тринет» (далее - ООО «Тринет») поддержало доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просило обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу временный управляющий ФИО3 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Согласно статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в судебном заседании объявлялся перерыв до 12.09.2024.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц. 

Изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                                                   «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО2 и ООО «Центр Приема Платежей - Юг» в 2015 и 2016 годах были заключены следующие договора займа:

- договор займа № 3 от 29.06.2015 в сумме 450 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 4 от 01.07.2015 в сумме 450 000 руб. 00 коп.,

- договор займа № 20 от 22.10.2015 в сумме 2 140 000 руб. коп.,

- договор займа № 21 от 28.10.2015 в сумме 1 100 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 26 от 12.11.2015 в сумме 503 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 28 от 18.11.2015 в сумме 420 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 29 от 21.11.2015 в сумме 90 000 руб. коп., 

- договор займа № 31 от 01.12.2015 в сумме 390 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 40 от 10.12.2015 в сумме 500 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 64 от 29.06.2016 в сумме 400 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 65 от 04.07.2016 в сумме 1 500 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 69 от 08.07.2016 в сумме 1 000 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 5 от 09.07.2015 в сумме 400 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 6 от 13.07.2015 в сумме 300 000 руб. 00 коп.,

- договор займа № 9 от 27.07.2015 в сумме 700 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 10 от 05.08.2015 в сумме 400 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 12 от 07.08.2015 в сумме 400 000 руб. 00 коп., 

- договор займа № 14 от 09.08.2015 в сумме 240 000 руб. 00 коп.,

- договор займа № 15 от 12.08.2015 в сумме 200 000 руб. 00 коп.

Согласно п. 2.1 договоров суммы по данным договорам займов были перечислены на расчетный счет ООО «Центр Приема Платежей - Юг», указанный в п. 6 договоров.

Согласно акту сверки за 01.01.2017 - 31.12.2017 на начало 2017 года задолженность ООО «Центр Приема Платежей - Юг» перед ФИО2 по выше приведенным договорам составила 11 583 000 руб. 00 коп. В течение 2017 года согласно акту сверки от 31.12.2017 от ФИО2 на расчетные счета ООО «Центр Приема Платежей-Юг» поступило займов на сумму 5 025 000 руб. 00 коп.

Общая сумма задолженности ООО «Центр Приема Платежей - Юг» перед ФИО2 на 31.12.2017 составила 16 608 000 руб. 00 коп. Данная задолженность подтверждается актами сверки от 31.12.2018, от 31.12.2019, от 31.12.2020, от 31.12.2021, от 30.06.2022.

В связи с невозможностью погашения задолженности в оговоренные в договорах сроки, к каждому из указанных договоров были заключены дополнительные соглашения о продлении срока возврата суммы займа.

Наличие задолженности по вышеуказанным обязательствам в общем размере на сумму 16 608 000 руб. 00 послужило основанием для обращения ФИО2 с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Признавая требование ФИО2 обоснованным, суд первой инстанции исходил из доказанности материалами дела факта задолженности перед кредитором на сумму 16 608 000 руб. 00 коп. При этом, судом первой инстанции были отклонены доводы о необходимости субординации  требований заявителя на основании его аффилированности с должником.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве и разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Требование о включении в реестр задолженности по договорам займа по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В тоже время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору и (или) арбитражному управляющему должника достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В тоже время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015               № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что все платежи по договорам займа, заключенным между должником и заявителем осуществлялись безналичным путем через банковские организации.

Согласно пункту 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) (далее – Обзор) контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям, оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

В пункте 2 Обзора разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

В соответствии с пунктом 3 Обзора требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Приведенные разъяснения в подпунктах 3.1, 3.2, 3.3 Обзора предполагают, что одним из видов компенсационного финансирования является предоставление займов (включая беспроцентные), непринятие мер к истребованию задолженности, сокрытие финансирования посредством заключения внешне гражданско-правовых сделок, включая договоры аренды, услуг, подряда или поставки.

В пункте 3.4 Обзора разъяснено, что бремя раскрытия экономического смысла лежит на аффилированном лице.

В силу пункта 3.4 Обзора не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли представленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Верховным Судом Российской Федерации последовательно формируется правоприменительная практика, определяющая для судов ориентиры в исследовании вопросов аффилированности участников хозяйственного оборота, обстоятельств и доказательств, которые могут и должны быть исследованы для проверки соответствующих доводов.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (с лицом, заявившем о включении требования в реестр требований, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из материалов дела, ФИО2 в период с 09.01.2017 по 30.11.2018 являлся работником ООО «ЦПП-Юг», а также учредителем в ООО «ЯПК-сервис» (с 23.05.2014) и ООО «Александрия».

Единоличным исполнительным органом (директором) и учредителем ООО «ЦПП-Юг» (с долей участия 76%) являлся ФИО5 (далее – ФИО5), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ ООО «ЦПП-Юг». 

Кроме того, ФИО5 являлся учредителем ООО «Александрия» с долей участия 76%, где единоличным исполнительным органом (директором) являлся ФИО2, что также подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

ФИО2 является сыном ФИО6 (далее – ФИО6), с которым в свою очередь ООО «ЦПП-ЮГ» был заключен договор № 5 о присоединении к Правилам приема Платежей Платежным агентом ООО «ЦПП-Юг» от 02.04.2015.

Также  ФИО5 являлся представителем детей ФИО2 в различных обособленных спорах, что свидетельствует о наличии фактической аффилированности между сторонами. 

Обстоятельства фактической аффилированности ФИО2, ФИО6 (отец  ФИО2), ФИО5 и ООО «ЦПП-Юг» установлена вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 01.07.2019 по делу № А81-4212/2018.

В соответствии с положениями части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, несмотря на то, что юридическая аффилированность ФИО2 с должником наступила лишь с 2017 года, обстоятельства фактической аффилированности существовали и на момент совершения спорных сделок.

В материалы дела не представлены разумные экономические мотивы выбора конструкции займов, привлечения займов именно от аффилированного лица, а не от иных лиц.

Исходя из условий договоров, займы предоставлены на нерыночных условиях (беспроцентные), фактически для пополнения оборотных средств, в связи с отсутствием                    у ООО «ЦПП-Юг» достаточных средств для расчетов с контрагентами.

Предоставленные займы не истребовались, срок возврата займов неоднократно продлевался дополнительными соглашениями к каждому из говоров займа.

Доказательств того, что ФИО2 предпринимались меры по истребованию                от должника суммы в размере 9 083 000 руб. 00 коп., т.е. той суммы займов, которые передавались в период, когда он еще не являлся работником должника в материалы дела представлено не было. Таким образом, обстоятельства неистребования всей заявленной ко включению в реестр требований суммы (16 608 000 рублей) более 7 лет явно свидетельствует об аффилированности и наличия финансирования должника.

В условиях невозврата ранее выданных займов в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811,                    ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Ссылка ФИО2 на отсутствие имущественного кризиса у должника, судебной коллегией признается несостоятельной, на основании следующего.

Под имущественным кризисом подразумевается трудное экономическое положение, имеющее место при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В частности, имущественный кризис имеет место в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. В силу абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность представляет собой прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В качестве доказательства наличия у должника на момент заключения договоров займа признаков имущественного кризиса применительно к положениям абз. 6 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве свидетельствует отсутствие у должника возможности поддерживать текущую деятельность собственными денежными средствами.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов:

- ООО «Тринет» на сумму в размере 847 024 руб. 83 коп. - основной долг, 171 946 руб. 04 коп. - неустойка, 21 018 руб. 00 коп. расходы по оплате государственной пошлины (определение Арбитражного суда Астраханской области от 10.03.2023);

- ФИО1 на сумму в размере 145 788 руб. 24 коп., из которых 66 332 руб.               25 коп. – основной долг, 58 319 руб. 50 коп. – судебные расходы на оплату услуг представителя, 6 790 руб. 00 коп. – госпошлина, 14 346 руб. 49 коп.- проценты за пользование чужими денежными средствами (определение Арбитражного суда Астраханской области от 02.05.2023),

- ФИО4 на сумму в размере 62 223 руб. 28 коп., из которых 60 000 руб.                     00 коп. – основной долг, 2 223 руб. 28 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами (определение суда от 04.05.2023). 

При этом, следует отметить, что задолженность перед ООО «Тринет» по договору                  № 42-КРМ от 25.08.2015 на организацию приема платежей уже существовала на момент выдачи займов ФИО2

Кроме того, исходя из анализа представленных в материалы дела выписок по расчетным счетам следует, что полученные от ФИО2 денежные средства  в этот же день или короткий промежуток времени направлялись в пользу поставщиков услуг в качестве гарантийного взноса или обеспечительных платежей, что также свидетельствует о том, что  ФИО2 в целях надлежащего исполнения обязательств должника перед поставщиками финансировал его деятельность путем предоставления займов.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, применение повышенного стандарта доказывания к требованиям аффилированного лица в деле о банкротстве, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о компенсационном характере финансирования должника со стороны кредитора. При этом, возникновение обязательств перед кредитором приходится на период имущественного кризиса должника, о чем не мог не знать ФИО2, являясь аффилированным к должнику лицом.

Правовыми последствиями такого поведения не может быть установленное судом первой инстанции равенство требований ФИО2 и иных требований независимых кредиторов. Удовлетворение такого требования на равных началах нарушит права неаффилированных кредиторов, а также войдет в противоречие с нормами закона о банкротстве. 

Согласно разъяснениям пункта 3 указанного Обзора, при банкротстве требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, в составе очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а именно: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что требования ФИО2 являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита прав и законных интересов должника, его кредиторов, в связи с чем обжалуемый судебный акт на основании статьи 270 АПК РФ подлежит изменению с изложением резолютивной части обжалуемого определения в новой редакции.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле,  посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 23 июля 2024 года по делу                           № А06-10236/2022 изменить, изложив первый абзац резолютивной части определения в следующей редакции: «Признать обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований  указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты) требование ФИО2 в размере 16 608 000 руб. 00 коп. – основной долг».

В остальной части определение Арбитражного суда Астраханской области от 23 июля 2024 года по делу  № А06-10236/2022  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судья                                                                                 Н.В. Судакова

 

Судьи                                                                                                                           Н.А. Колесова

 

Е.В. Яремчук