АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 ноября 2022 года

Дело №

А56-11835/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Зарочинцевой Е.В. и ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 18.04.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Терминал» представителя ФИО4 (доверенность от 01.01.2021), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ГМК ГРУПП» ФИО5 представителя ФИО6 (доверенность от 16.12.2021),

рассмотрев 14.11.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.05.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2022 по делу № А56-11835/2021/сд.2,

у с т а н о в и л:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГМК ГРУПП», адрес: 197341, Санкт-Петербург, Афонская ул., д. 2, лит. А, пом. 2-Н, оф. 559 (3-407), ОГРН 

<

***>,               ИНН 

<

***> (далее – Общество), акционерное общество «Газпромнефть-Транспорт», адрес: 644099, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – АО «Газпромнефть-Транспорт»), обратилось в суд с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных Обществом в пользу ФИО2 в период с 13.03.2019 по 27.07.2020 на общую сумму 2 635 800 руб., и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания названной суммы с ответчика в конкурсную массу должника.

В ходе рассмотрения обособленного спора общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Терминал», адрес: 630099, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в связи с реорганизацией АО «Газпромнефть-Транспорт» путем присоединения к Компании.

Определением от 08.05.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2022, заявление Компании удовлетворено, платежи на сумму                             2 500 800 руб., 22 400 руб., 112 600 руб. в пользу ФИО2 признаны недействительными сделками, в порядке применения последствий недействительности сделок с ответчика взыскано 2 635 800 руб.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит определение от 08.05.2022 и постановление от 25.07.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что у судов отсутствовали основания для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку совокупность квалифицирующих признаков для признания сделки недействительной по названному основанию в рассматриваемом случае отсутствует.

Податель жалобы полагает, что заявителем не доказано наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Податель жалобы настаивает, что в момент совершения оспариваемых перечислений должник не обладал признаками неплатежеспособности. Как считает податель жалобы, выводы судов о возникновении признаков объективного банкротства у Общества ранее 05.06.2020 в связи с возникновением обязательств вследствие неосновательного обогащения не подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами и основаны на неправильном применении норм главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как отмечает податель жалобы, обязательство вследствие неосновательного обогащения возникло у Общества после расторжения договора, поскольку до этого момента существовало договорное обязательство осуществить монтаж оборудования. Указывая в отзывах на то, что признаки объективного банкротства у Общества наступили 19.07.2018, Компания не приобщила документальные доказательства, свидетельствующие об этом. Более того, в финансовом анализе Общества отсутствует указание на конкретную дату объективного банкротства должника.

Равным образом, по мнению подателя жалобы, Компанией  не доказаны ни наличие у ФИО2 цели причинить вред кредиторам Общества, ни факт причинения такого вреда. Вопреки мнению судов, Компанией  не доказано, что в результате совершения спорных сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов в части перечисления денежных средств на выплату заработной платы.

По мнению подателя жалобы, судами неверно распределено бремя доказывания: в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) они возложили бремя доказывания обстоятельств, которые подлежали доказыванию заявителем, а также не учли приобщенные к материалам дела ФИО2 документы, обосновывающие его позицию.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий и Компания возражали против ее удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, представители конкурсного управляющего и Компании возражали против ее удовлетворения по мотивам, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, с расчетного счета Общества, открытого в публичном акционерном обществе «Банк «Санкт-Петербург», осуществлялась выплата заработной платы генеральному директору ФИО2 в период с января по февраль 2019 года в размере 2 553 000 руб. (платежи с 13.03.2019 по 15.04.2019), в феврале 2020 года – 74 600 руб. (платежи с 30.03.2020 по 01.04.2020), в июне 2020 года –             164 800 руб. (платежи с 21.07.2020 по 27.07.2020).

При этом согласно сведениям, отраженным в расчетах по страховым взносам, размер заработной платы ответчика составлял 60 000 руб. в месяц, а с учетом обязанности уплаты налога на доходы физических лиц - 52 200 руб.

Полагая, что оспариваемые платежи, общий размер которых составил               2 635 800 руб., совершены должником в пользу аффилированного лица при наличии у Общества признаков неплатежеспособности с целью причинения имущественного вреда кредиторам, АО «Газпромнефть-Транспорт» обратилось в суд с рассматриваемым заявлением. 

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, в связи с чем удовлетворил заявленные требования, признал оспариваемые платежи недействительными, в порядке применения последствий их недействительности взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника 2 635 800 руб.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции постановлением от 25.07.2022 оставил определение от 08.05.2022 без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции не усматривает оснований не согласиться с выводами судов.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Судами установлено, что дело о несостоятельности (банкротстве) Общества возбуждено 23.03.2021, оспариваемые платежи совершены в период с 13.03.2019 по 27.07.2020, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010            № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

При этом закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции не исключают прямого доказывания обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по этому основанию. В частности, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4)).

Довод подателя кассационной жалобы об отсутствии у Общества признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату совершения сделок получил надлежащую оценку судов, оснований не согласиться суд кассационной инстанции не усмотрел.

В обоснование неплатежеспособности должника в период осуществления оспариваемых перечислений АО «Газпромнефть-Транспорт» ссылалось на наличие у Общества задолженности перед ним, подтвержденной постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2021 по делу № А56-44685/2020 и впоследствии включенной в реестр требований кредиторов должника.

Обозначенная задолженность в размере 7 353 800 руб. основного долга и 62 769 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины возникла в связи с неисполнением Обществом принятых на себя обязательств по договору от 13.07.2018 № ГТР-18/09000/00089/Р. 

Вопреки доводу подателя жалобы об обратном, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», денежное обязательство должника по возврату неосновательного обогащения считается возникшим с момента фактического приобретения или сбережения имущества должником за счет кредитора (статья 1102 ГК РФ).

Как усматривается из постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2021 по делу № А56-44685/2020, обязательство должника по возврату неосновательного обогащения возникло 19.07.2018.

Согласно пояснениям кредитора в постановлении суда апелляционной инстанции по делу № А56-44685/2020 допущена ошибка, а именно акт передачи оборудования в монтаж фактически датирован 04.09.2018. 

При определении признаков неплатежеспособности необходимо исходить не из даты вынесения решения суда о взыскании, а из даты возникновения соответствующего обязательства, поскольку судебный акт лишь констатирует факт неисполнения обязательства, которое возникло ранее вынесения судебного решения. В рассматриваемом случае обязательства перед кредиторами возникли до совершения оспариваемых платежей.

Изложенное позволило судам прийти к правильному выводу о том, что уже в июле 2018 года у Общества имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Судами констатировано, что ФИО2 в оспариваемый период являлся генеральным директором и участником должника, то есть заинтересованным лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве. Следовательно, являясь по отношению к должнику заинтересованным лицом, ответчик не мог не знать о признаках неплатежеспособности последнего, имеющихся на период совершения оспариваемых платежей.

Таким образом, ответчик был осведомлен о причинении в результате выплаты оспариваемых платежей в установленном размере вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в уменьшении размера имущества должника на выплаченную сумму; уменьшение активов должника, в свою очередь, отрицательно повлияло на его платежеспособность и на возможность получения кредиторами удовлетворения своих требований за счет выбывшего имущества.

В обоснование наличия встречного предоставления по сделкам                 ФИО2 пояснил, что спорные денежные средства были использованы им для погашения задолженности Общества перед третьими лицами.

К аффилированным сторонам сделки подлежит применению повышенный стандарт доказывания, в рамках которого стороны должны раскрыть реальные взаимоотношения по спорной сделке и экономические мотивы ее совершения.

В нарушение положений части 1 статьи 65 АПК РФ доказательств, позволяющих соотнести представленные ответчиком документы с деятельностью Общества, не представлено.

Как правильно указал апелляционный суд, довод подателя жалобы о том, что денежные средства, перечисленные ответчику, были использованы им для погашения задолженности Общества перед третьими лицами, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, не подтвержден соответствующими доказательствами с учетом того, что помимо заработной платы в пользу ответчика ежедневно перечислялись подотчетные денежные средства. При этом само по себе отсутствие операций по счету должника не свидетельствует об аресте счета должника.

Апелляционным судом обоснованно принято во внимание и то, что согласно заключению конкурсного управляющего о наличии признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства ФИО2 в период с марта 2018 года по октябрь 2020 года перечислено в общей сумме более                         34 000 000 руб. При этом ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих, что подотчетные денежные средства были использованы исключительно на нужды должника и в связи с их недостаточностью ответчик вынужден был дополнительно использовать денежные средства, перечисление которых оспаривается в рамках настоящего обособленного спора.

Суды верно исходили из того, что выбытие из состава имущества Общества денежных средств накладывает на ответчика бремя доказывания их расходования в интересах должника при разумном и добросовестном поведении ответчика.

Поскольку в ходе рассмотрения заявления ответчиком не были представлены доказательства того, что перечисленные ФИО2 денежные средства были израсходованы именно на хозяйственные нужды должника, суды пришли к правильному и обоснованному выводу о совершении оспариваемых перечислений в отсутствие встречного исполнения со стороны ответчика.

Довод о том, что спорные перечисления являлись задолженностью Общества перед ФИО2 по невыплаченной заработной плате, также был предметом исследования суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонен, поскольку ответчиком не представлено документального обоснования выплаты денежных средств в качестве заработной платы за прошедшие периоды. Каких-либо доказательств, подтверждающих получение заработной платы в иные периоды в размере, эквивалентном оспариваемым платежам, либо доказательств изменения ее размера на основании локального акта не представлено.

Суды критически отнеслись к пояснениям ответчика о наличии задолженности по заработной плате, указав, что с учетом назначения спорных платежей в качестве заработной платы за январь - февраль 2019 года, февраль, июнь 2020 года и размера ежемесячной заработной платы за спорный период ответчику могла быть перечислена сумма, не превышающая                        208 800 руб.

ФИО2, в свою очередь, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих обоснованность перечисления спорных сумм, не представил, тогда как именно на ответчике лежит бремя опровержения разумных сомнений в равноценном характере оспариваемых сделок. При этом, коль скоро ответчик занимал должность руководителя Общества и на него были возложены задачи и обязанности, связанные с управлением финансово-хозяйственной деятельностью должника, ФИО2 мог и должен был обеспечить в должной мере соблюдение финансового порядка расходования денежных средств должника и представления соответствующих оправдательных документов в обоснование правомерности их расходования.

При таких обстоятельствах следует признать правомерным вывод судов о совершении платежей на сумму 2 635 800 руб. в пользу заинтересованного лица без предоставления какого-либо встречного исполнения (безвозмездно), что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов и образует совокупность условий для признания спорных перечислений недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Признав спорные перечисления недействительными сделками и учитывая, что они осуществлены без встречного предоставления, суды, руководствуясь пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, верно применили в качестве последствий недействительности сделок одностороннюю реституцию в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника 2 635 800 руб.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из того, что доказательства, опровергающие установленные судами обстоятельства и свидетельствующие об ином, в материалы дела не представлены (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Вопреки доводам подателя жалобы, из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды дали оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовали все имеющиеся в материалах дела доказательства, установили все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора.

Приведенные в кассационной жалобе доводы заявителя не опровергают выводы судов, изложенные в обжалуемых судебных актах, были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанций и подлежат отклонению, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке доказательств и установленных по делу обстоятельств, оснований для которой суд кассационной инстанции не усматривает в силу статьи 286 АПК РФ. 

Несогласие подателя жалобы с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалованных судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд                   Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.05.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2022 по делу                                           № А56-11835/2021/сд.2 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

Е.В. Зарочинцева

ФИО1