АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/

 

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-11538/2019

г. Чебоксары

26 ноября 2019 года

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии в составе судьи           Яхатиной С.Ю.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО1, ОГРНИП 315213000008173, ИНН 

<

***>, г. Чебоксары Чувашской Республики, 

к обществу с ограниченной ответственностью "УСТРА", ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 428020, 

<

...>,

третьи лица - ФИО2, ЗАО "ССК Чебоксарский",

о взыскании 329 996 руб. 52 коп. и штрафа,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - истец) обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Устра" (далее - ответчик) о взыскании 329 996 руб. 52 коп., в том числе:

- 254 396 руб. 652 коп. пени за период с 01.04.2017 по 04.09.2017 за нарушение срока передачи объекта долевого строительства по договору участия в долевом строительстве от 13.05.2016 №61-11/3;

- 75600 руб. неосновательного обогащения в виде излишне уплаченной суммы по договору от 13.05.2016 №61-11/3;

- штрафа за неисполнение законного требования потребителя.

Исковые требования основаны на нормах статей 309, 310, 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 6, 10 ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательства по договору участия в долевом строительстве от 13.05.2016 №61-11/3 в части своевременной передачи объекта строительства, а также передачей объекта долевого участия меньшей площади.

Определением суда от 07.10.2017 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; к участию в деле в качестве  третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ЗАО "ССК Чебоксарский".

Ответчик представил отзыв на исковое заявление от 30.10.2019, в котором исковые требования не признал, в случае удовлетворения иска ответчик просил применить положения статьи 333 Гражданского кодекса РФ и уменьшить размер взыскиваемой неустойки; указал, что каких-либо оснований по возвращению неосновательного обогащения у ООО "Устра" не имеется, т.к. договор исполнен в полном объеме между сторонами, что подтверждается подписанным актом приема-передачи; договорами также не предусмотрен возврат денежных средств; передача объекта долевого строительства не в установленный срок произошла по независящим от застройщика причинам; фактически задержкой сроков передачи квартиры были нарушены права ФИО2, а не истца по делу, и следовательно, негативные последствия наступили именно у участника долевого строительства. 

Третье лицо - ФИО2 в письменных пояснениях просило удовлетворить исковые требования.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вынося данное мотивированное решение в порядке статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд установил следующее.

13.05.2016 обществом с ограниченной ответственностью "Устра" (застройщик) и закрытым акционерным обществом "ССК "Чебоксарский" (участник долевого строительства) заключен договор участия в долевом строительстве жилья №61-11/3, по условиям которого застройщик привлекает участника долевого строительства к финансированию:

- одну двухкомнатную квартиру под условным номером 373, расчетной площадью 64,3 кв.м., расположенную на 13 этаже 9-12-15-ти этажного жилого дома со встроено пристроенными помещениями поз. 11 (третий этап строительства – блок-секции Ж, З, И) 14 мкр. НЮР г.Чебоксары на земельном участке с кадастровым номером 21:01:030312:4818.

Договор зарегистрирован в установленном порядке 16.06.2016 (номер регистрации 21-21/001-21/001/003/2016-7594/1).

Пунктом 3.7 договора предусмотрено обязательство застройщика после передать участнику долевого строительства квартиру, срок передачи 1 квартал 2017 года.

Стоимость указанных объектов, исходя из условий договора, составляет 2 700 600 руб. (пункт 5.1 договора).

Согласно справке, выданной ООО "Устра", участник долевого строительства произвел полный расчет по договору об участии в долевом строительстве жилья от 13.05.2016 №61-11/3.

Впоследствии ЗАО "ССК "Чебоксарский" уступило свои  права и обязанности, вытекающие из договора участия в долевом строительстве от 13.05.2016 №61-11/3, ФИО2 по договору уступки права требования (цессии) от 07.12.2016.

Договор уступки права требования (цессии) от 07.12.2016 зарегистрирован в установленном порядке 14.12.2016.

ООО "Устра" передало участнику долевого строительства объект долевого строительства - двухкомнатную квартиру общей площадью (без учета лоджии и балкона) 61,40 кв.м., расчетной площадью (коэфф. балкона 0,5) 62,50 кв.м. по акту приема-передачи от 05.09.2017 (л.д.21).

16.09.2019 между ФИО2 (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки №16, согласно условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования с ООО "Устра": законной неустойки за нарушение предусмотренного договором об участии в долевом строительстве жилья от 13.05.2016 №61-11/3 срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства за период с 01.04.2017 по 05.09.2017; неосновательного обогащения в размере 75600 руб., возникшего из  разницы между фактической и оплаченной площадью квартиры; штрафа в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя на основании ч.6 ст. 13 "Закона о защите прав потребителя".

Уведомление о состоявшейся уступке направлено ответчику 16.09.2019.

Неисполнение ответчиком обязанности по своевременной передаче квартиры в установленный договором срок и неисполнение им требований о выплате неустойки за такую просрочку, штрафа, неосновательного обогащения послужило основанием для предъявления в суд настоящего иска.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Отношения, возникшие из договоров долевого участия в строительстве, регулируются нормами Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее – Закон № 214-ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 4 Закона № 214-ФЗ по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

Согласно пункту 1 статьи 5 Закона № 214-ФЗ в договоре указывается цена договора, то есть размер денежных средств, подлежащих уплате участником долевого строительства для строительства (создания) объекта долевого строительства.

Как следует из материалов дела, пунктом 2.1 стороны договора от 13.05.2016 №61-11/3 определили, что расчетная площадь передаваемой квартиры составляет 64,3 кв.м.

Участник долевого строительства произвели оплату по договору от 13.05.2016 №61-11/3 в полном объеме, что подтверждается представленными в дело документами, в том числе справкой ООО "Устра" и ответчиком не оспаривается.

Материалы дела свидетельствуют, что площадь объекта в ходе строительства изменилась по сравнению с проектной.

05.09.2017 ООО "Устра" передало долевику по договору от 13.05.2016 №61-11/3 по акту приема-передачи объект долевого строительства общей площадью (без учета лоджии и балкона) 62,50 кв.м. (коэф. балкона 0,5 кв.м.).

Разница между площадью, установленной в договоре и фактически принятой долевиком по акту приема-передачи, составила 1,8 кв.м. в сторону уменьшения, что в денежном выражении составляет 75600 руб. = (64,30 кв.м. (оплаченная площадь квартиры) – 62,50 кв.м. (фактическая площадь квартиры)) х 42000 руб. (стоимость 1 кв.м. согласно пункту 5.1 договора).

Ответчик свой контррасчет не представил. Расчет неосновательного обогащения судом  проверен и признан обоснованным. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в виде излишне уплаченной денежной суммы по договору от 13.05.2016 №61-11/3, которое подлежит возврату в силу статьи статей 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации в заявленной  истцом сумме. 

За просрочку срока передачи квартиры, предусмотренного договором об участии в долевом строительстве жилья от 13.05.2016 №61-11/3, истец просит взыскать с ответчика 254 396 руб. 52 коп. неустойки за период с 01.04.2017 по 04.09.2017.

Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2014 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее – Закон № 214-ФЗ) застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

Обязательства застройщика считаются исполненными с момента подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства (статья 12 Закона № 214-ФЗ).

Ответчик нарушил сроки передачи объекта, установленные договором об участии в долевом строительстве жилья от 13.05.2016 №61-11/3.

Указанное обстоятельство ответчиком не оспаривается и подтверждается материалами дела.

Пункт 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает передачу права (требования), которое принадлежит кредитору на основании обязательства, другому лицу по сделке (уступка требования).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании договора уступки №81 от 05.09.2017, условия которого соответствуют требованиям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, право требования излишне оплаченной суммы и оплаты неустойки по договору от 13.05.2016 №61-11/3 перешло к истцу.

На основании пункта 2 статьи 6 Закона № 214-ФЗ в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки.

По смыслу приведенной нормы при исчислении неустойки, подлежащей взысканию с застройщика в связи с просрочкой передачи объекта участнику долевого строительства, подлежит применению неустойка, действующая на день исполнения застройщиком обязательства по передаче объекта.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, объект строительства передан его участнику 05.09.2017.

Разъяснения, содержащиеся в Обзоре практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, не затрагивают ситуацию, когда спорное обязательство было исполнено (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2018 № 302-ЭС18-10991).

Согласно пункту 1 Указания Центрального банка Российской Федерации от 11.12.2015 № 3894-У "О ставке рефинансирования Банка России и ключевой ставке Банка России" с 1 января 2016 года значение ставки рефинансирования Банка России приравнивается к значению ключевой ставки Банка России, определенному на соответствующую дату.

С учетом изложенного при расчете неустойки, подлежащей взысканию с ответчика, следует руководствоваться ставкой, действовавшей по состоянию на день исполнения обязательства по передаче дольщику квартиры, то есть по состоянию на 05.09.2017 (ключевая ставка Банка России составляла 9%).

Представленный истцом расчет неустойки судом проверен и признан верным.

Доводы ответчика об отсутствии его вины в образовавшейся просрочке суд считает несостоятельными, в связи со следующим.

Пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 402 Кодекса).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.2012 № 3352/12 юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности ее существенных характеристик: чрезвычайности и непредотвратимости. Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы "нормального", обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость.

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия обстоятельств, являющихся по смыслу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации чрезвычайными и непредотвратимыми, которые могут служить основанием для освобождения ответчика от ответственности за нарушения срока передачи истцу объекта долевого строительства.

Суд не считает, что обстоятельства, указанные ответчиком в отзыве на исковое заявление, являются основанием для освобождения его от ответственности за нарушение срока передачи квартиры.

Ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" установлено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем, для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

С учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 2 определения от 21.12.2000 № 263-О, положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. 

Оценив в совокупности представленные ответчиком в обоснование ходатайства об уменьшении размера неустойки доказательства, суд приходит к выводу о явной несоразмерности заявленной суммы неустойки последствиям нарушения обязательства.

На основании изложенного в силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд удовлетворяет ходатайство ответчика и уменьшает размер неустойки до одной трехсотой ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, примененной истцом при расчете пени, то есть до размера 127 198 руб. 26 коп. за период с 01.04.2017 по 04.09.2017, что повлечет для ответчика имущественную ответственность и не приведет к извлечению преимущества из его незаконного поведения (нарушение срока передачи объекта долевого строительства) и при этом истец получает компенсацию, которая адекватна и соизмерима последствиям нарушения обязательства.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика штрафа, предусмотренного абзацем 1 пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей".

Пунктом 6 статьи 13 Закона о  защите  прав  потребителей  № 2300-1 установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Указанной нормой определен субъектный состав лиц, которые вправе обратиться в суд с требованием о взыскании с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Согласно абзацу первому преамбулы к Закону о защите прав потребителей, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами.

Потребителем, согласно абзацу третьему преамбулы, признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При удовлетворении в судебном порядке требования истца о взыскании неустойки на основании части 2 статьи 6 Федерального закона №214-ФЗ, суд приходит к выводу о том, что у истца, не могло возникнуть предусмотренное пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей право на присуждение ему штрафа, поскольку истец, в силу буквального прочтения и толкования абзаца третьего преамбулы к указанному Закону, не является и не может являться потребителем.

В Определении Конституционного Суда РФ от 15.01.2019 №3-О "По запросу Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" указано дословно следующее:

"В силу статей 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников. Возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм. Сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, а именно основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Оспариваемая в запросе статья 383 ГК Российской Федерации, запрещающая переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, направлена на конкретизацию статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 38 (часть 2) и 64 Конституции Российской Федерации и сама по себе, как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не может рассматриваться как нарушающая какие-либо конституционные права граждан (определения от 26 января 2010 года №142-О-О, от 20 декабря 2016 года № 2622-О и др.).

Что касается пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", то Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что предусмотренное им правовое регулирование, устанавливающее самостоятельный вид ответственности в виде штрафа за нарушение установленного законом добровольного порядка удовлетворения требований потребителя как менее защищенной стороны договора, направлено на стимулирование добровольного исполнения требований потребителя изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) как профессиональным участником рынка (определения от 17 октября 2006 года № 460-О, от 16 декабря 2010 года №1721-О-О, от 21 ноября 2013 года № 1836-О, от 22 апреля 2014 года №981-О, от 23 апреля 2015 года № 996-О и др.) и с учетом разъяснений, содержащихся, в частности, в пунктах 1, 2, 10 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", пункте 1.4 Обзора судебной практики разрешения дел по спорам, возникающим в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2017 года, не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что обеспечение применения абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" с учетом разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, относится к полномочиям судов общей юрисдикции и, следовательно, возникающие случаи отступления от смысла данного законоположения, придаваемого ему сложившейся правоприменительной практикой, подлежат исправлению в рамках системы судов общей юрисдикции (определения от 16 июля 2015 года № 1804-О и № 1805-О), равно как и арбитражных судов".

Таким образом, Конституционный Суд прямо указал на возможность присуждения соответствующего штрафа только судом общей юрисдикции при рассмотрении спора с участием потребителя.

Кроме того, в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено: "Права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ).

Присужденные судом суммы компенсации морального вреда и предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа могут быть переданы по договору уступки права требования любому лицу".

Хотя указанное постановление и посвящено в основном иным вопросам правового регулирования, принципиальным является указание Верховного Суда о недопустимости уступки права требования штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей до принятия судебного акта по иску потребителя. Только после определения судом по иску потребителя соответствующего штрафа указанный штраф (равно как и сумма компенсации морального вреда) может быть передан в порядке цессии.

Следовательно, требование истца к обществу-ответчику о взыскании штрафа не тождественно требованию потребителя и его невозможно передать субъекту предпринимательской деятельности до момента вынесения судом решения о его удовлетворении. Закон №2300-1, закрепляя возможность взыскания с указанных лиц штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований гражданина-потребителя, исходя из необходимости защиты интересов определенной стороны в правоотношениях в связи с ее особым экономическим положением устанавливает как конкретный состав лиц, которые вправе обратиться в суд, также момент возникновения указанного права требования.

Предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штраф за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя по своей правовой природе является правом гражданина-потребителя на безусловную компенсацию предполагаемых убытков, связанных с нарушением имущественных и личных неимущественных прав, составляющих в своей совокупности единый комплекс прав гражданина-потребителя, неразрывно связанных с его личностью. Учитывая, что переход права путем его уступки по договору является идеальным (неовеществленным), переход указанного права, неразрывно связанного с личностью гражданина - потребителя, на основании статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации следует считать несостоявшимся.

Суд отмечает, что указанное разъяснение подлежит применению не только к договорам ОСАГО. Норма пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей не может быть истолкована по-разному применительно к разным видам договоров, если указанные договоры регулируются Законом о защите прав потребителей и если самим законом не предусмотрено исключения.

Существом законодательного регулирования Закона о защите прав потребителей является принцип повышенной защищенности граждан, вступающих в гражданские правоотношения с профессиональными участниками, являющимися экономически и организационно более сильными участниками данных отношений.

В свою очередь передача таких прав граждан-потребителей в пользу других профессиональных участников гражданских правоотношений, в том числе для их реализации в ином процессуальном порядке (по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а не Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), может создать для них не обусловленные их статусом преимущества.

Поскольку по своей правовой природе уступка права требования оплаты штрафа за добровольное неисполнение требования потребителя является уступкой будущего требования, которое возникает после вынесения решения суда о взыскании соответствующего штрафа в пользу потребителя, доказательства присуждения в пользу дольщика спорной суммы штрафа не представлены, оснований для удовлетворения исковых требований истца в части взыскания штрафа на основании части 6 статьи 13 Закона №2300-1 не имеется.

Таким образом, поскольку передача участником права требования штрафа возможна только после его присуждения судом, принимая во внимание положения Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2019 № 3-О, пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания суммы штрафа.

Аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 №5-КГ19-52, согласно которой право на предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штраф может перейти по договору цессии после его присуждения цеденту-потребителю либо в том случае, когда в результате цессии цессионарий сам становится потребителем оказываемой должником услуги или выполняемой им работы.

При указанных обстоятельствах оснований для взыскания штрафа, предусмотренного Законом о защите прав потребителей, в пользу предпринимателя не имеется.

Государственную пошлину суд относит на ответчика по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 Кодекса на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения. 

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Устра" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 127 198 (Сто двадцать семь тысяч сто девяносто восемь) руб. 26 коп. неустойки за период с 01.04.2017 по 04.09.2017, 75 600 (Семьдесят пять тысяч шестьсот) руб. 00 коп. неосновательного обогащения.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Устра" в доход федерального бюджета 9600 (Девять тысяч шестьсот) руб. 00 коп. государственной пошлины.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный  суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения – со дня принятия решения в полном объеме.

Решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в Арбитражный суд Волго-Вятского округа только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики –Чувашии.

 

Судья

С.Ю. Яхатина