ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-4919/2019

г. Киров

13 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2021 года.  

Полный текст постановления изготовлен 13 декабря 2021 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судей Хорошевой Е.Н., Щелокаевой Т.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

 

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 02.02.2021).

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, ФИО5

на определение Арбитражного суда Кировской области от 06.04.2021 по делу № А28-4919/2019

по заявлению финансового управляющего ФИО4 (дата рождения 23.01.1978) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Промгаз» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес: 610017 

<

...>), ФИО6, ФИО5, ФИО7

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки заинтересованное лицо МИФНС №14 по Кировской области,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – ФИО4, должник) финансовый управляющий должника ФИО8 (далее – финансовый управляющий ФИО8) обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит признать недействительной сделку по увеличению уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Промгаз» (далее – ООО  «Промгаз») с 10 000 рублей 00 копеек до 14 500 рублей 00 копеек, в результате которой в состав участников общества включена ФИО5 (далее – ФИО5), по выходу ФИО4 из состава участников ООО  «Промгаз» и распределению доли, перешедшей ООО  «Промгаз» (ИНН 

<

***>) в связи с выходом ФИО4 из состава участников общества, в результате которой ФИО5 приобрела долю в уставном капитале ООО «Промгаз» в размере 45% номинальной стоимостью 6 525 рублей 00 копеек; и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления ФИО4 в качестве 45 % участника ООО «Промгаз» с номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, привлечена МИФНС №14 по Кировской области. К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены:  ФИО6, ФИО5, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 06.04.2021 заявление финансового управляющего ФИО4  удовлетворено, признана недействительной сделка по увеличению уставного капитала ООО «Промгаз» с 10 000 рублей 00 копеек до 14 500 рублей 00 копеек, в результате которой в состав участников общества включена ФИО5, по выходу ФИО4, из состава участников общества и распределению доли, перешедшей ООО  «Промгаз» в связи  выходом ФИО4 из состава участников, в результате которой ФИО5 приобрела долю в уставном капитале ООО  «Промгаз» в размере 45 % номинальной стоимостью 6 525 рублей 00 копеек; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления уставного капитала ООО  «Промгаз», а также прежнего состава участников общества и размер их долей:  

ФИО4 с долей участия в уставном капитале 45 % номинальной стоимостью 4 500 рублей 00 копеек;

ФИО6 с долей участия в уставном капитале 10 % номинальной стоимостью 1 000 рублей 00 копеек

ФИО7 с долей участия в уставном капитале 45 % номинальной стоимостью 4 500 рублей 00 копеек;

с ООО  «Промгаз» в пользу ФИО5 взыскано 4500 рублей 00 копеек;

с ФИО4 в пользу ООО  «Промгаз» взыскано 730 000 рублей 00 копеек.

ФИО4, ФИО5 с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции, отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Определения Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционных жалоб к производству вынесены 31.05.2021 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 01.06.2021

По мнению ФИО4, суд первой инстанции в нарушение процессуальных норм не дал оценку доводам должника об отсутствии признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки; необоснованно отклонил ходатайство о назначении экспертизы по определению стоимости действительной стоимости доли участия в ООО «Промгаз»; оставил без внимания доводы о наличии в действиях кредитора ФИО2 фактов злоупотребления и совершения кредитором преступления с целью создания несуществующей задолженности ФИО4 и не дал им никакой оценки.

В дополнениях к жалобе ФИО4 указывает, что суд первой инстанции необоснованно не учел доводы должника ФИО4 о невозможности применения к оспариванию решения об увеличении уставного капитала ООО «Промгаз» банкротных оснований. Решение об увеличении уставного капитала ООО «Промгаз» не является единоличным волеизъявлением ФИО4, представляет собой единогласное решение участников Общества, принятое в коммерческих интересах непосредственно ООО «Промгаз». Материалами дела подтверждены обстоятельства фактического участия ФИО5 в управлении делами Общества. Мотивы принятия решения об увеличении уставного капитала иными участниками ФИО7, Фурманом. А.В. объективно никак не могут быть связаны с предполагаемой финансовым управляющим ФИО8 целью причинения ФИО4 ущерба «потенциальным» кредиторам последнего как физического лица. ФИО4 полагает, что решение об увеличении уставного капитала ООО «Промгаз» (принятое не единолично должником ФИО4), с точки зрения действующего законодательства РФ, может быть оспорено только по корпоративным основаниям. ФИО4 полагает, что не доказано, что реализуя свое право на выход из состава участников, должник действовал с намерением причинить вред кредиторам или причинил врем своими действиями. Проанализировав расчет финансового управляющего, ФИО4 обращает внимание суда на то, что в нем применены показатели строк бухгалтерского баланса ООО «Промгаз», не соответствующие реальной бухгалтерской отчетности. Должник считает, что в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы судом первой инстанции было необоснованно отказано, что нарушило право должника на судебную защиту посредством доказывания обстоятельств, на которые ссылался в обоснование своих доводов ФИО4 Должник указывает, что да дату совершения оспариваемых сделок ФИО4 не имел признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества, располагал активами, свободно распоряжался денежными средствами, что подтверждается движением денежных средств по счетам ФИО4 ФИО4 ссылается на возбуждение уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО4 полагает, что судебный акт, который будет вынесен по результатам рассмотрения уголовного дела, может повлиять на выводы суда о наличии неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника в момент совершения оспариваемых сделок.

ФНС России в лице Управления федеральной налоговой службы по Кировской области в отзыве просила о рассмотрении жалобы в отсутствие представителя.

Конкурсный кредитор ФИО2 в отзыве на апелляционные жалобы просит отказать в апелляционных жалобах. Указывает, что сделка по увеличению уставного капитала привела к уменьшению активов Должника на 1 179 626,8 руб. (3 799 800 руб. - 2 620 173,20 руб.), таким образом, сделка по увеличению уставного капитала совершена за счет уменьшения активов должника, что повлекло нарушение прав кредиторов. ФИО5 внесла вклад, равный номинальной стоимости полученной им доли, в размере 4 500 руб., т.е. ФИО5 за 4 500 руб. получила долю действительной стоимостью 3799800 руб., что явно не соответствует объему внесенного ей дополнительного вклада, соответственно обмен ценностями не является эквивалентным. В результате принятия решения об увеличении уставного капитала из конкурсной массы выбывает часть доли в уставном капитале в результате перераспределения долей, соответственно, финансовый управляющий компетентен обжаловать такого рода решения общества. Должник, зная о наличии просроченной задолженности перед Дортрансбанком и действующих обеспечительных мер, намерено выводит из своей собственности активы. ФИО2 полагает, что представленный ООО «Промгаз» корректировочный баланс, сданный 29.12.2019 после подачи заявления об оспаривании сделки, свидетельствует о злоупотреблении ответчика. Получение наличных денежных средств также вызывает сомнения. Должником не представлено подтверждение расходования данных денежных средств. Кроме того, на момент получения данных денежных средств у Должника уже было возбуждено исполнительное производство. Получается, он намеренно не погашал долги перед службой судебных приставов. Представленные ООО «Промгаз» страницы из кассовой книги также ставят под сомнение реальность выдачи наличных денежных средств, т.к. касса не представлена в полном объеме значит и не может являться допустимым доказательством. Также ФИО2 заявляет возражения относительно оплаты ФИО4 части доли газовыми баллонами в количестве 200 штук.

Финансовый управляющий в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, жалобы без удовлетворения. Указал, что при вынесении определения об удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделки должника судом всесторонне исследованы документы, доказательств нарушения норм материального и процессуального права не представлено. Разбирательство по делу длилось более года, от ответчиков представлено множество документов, которые были исследованы в судебных заседаниях,   соответственно   суд   рассмотрел   множество   документов,   выслушал   доводы ответчиков и обоснованно удовлетворил заявление финансового управляющего о признании сделки должника недействительной.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы неоднократно откладывалось.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 01.10.2021 отказано в удовлетворении ходатайств ФИО4, ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО10 о приостановлении производства по апелляционной жалобе, ходатайства ФИО9 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

Представитель ФИО2 явку в судебное заседание  обеспечил, иные лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие не явившихся лиц.

От ФИО9 поступило ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе.

В удовлетворении ходатайства отказано, поскольку ранее определением Второго арбитражного апелляционного суда от 01.10.2021 ФИО9 было отказано в удовлетворении аналогичного ходатайства по тем же основаниям.

От ФИО10 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное рассмотрением кассационной жалобы на определение Второго арбитражного апелляционного суда от 01.10.2021.

В соответствии с частью 1 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о времени и месте судебного разбирательства.

Исходя из системного толкования указанной нормы права во взаимосвязи с частями 2 - 5 статьи 158 АПК РФ следует вывод, что в остальных случаях арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, при установлении соответствующих оснований невозможности рассмотрения дела.

Отложение судебного заседания является правом суда, а не его обязанностью. Заявителем не указаны причины объективной невозможности рассмотрения апелляционной жалобы.

Судебная коллегия расценивает данное ходатайство как направленное на необоснованное затягивание рассмотрения апелляционной жалобы. 

ФИО9 привлечена определением Арбитражного суда Кировской области от 07.10.2021 третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, ей неоднократно предлагалось высказать позицию по доводам жалобы, однако в течение длительного времени мотивированной позиции ФИО9 не представила, в судебные заседания не являлась.

ФИО9 подавались ходатайства об ознакомлении с материалами дела, которые были одобрены апелляционным судом, в связи с чем ФИО9 обеспечена возможность и предоставлено достаточное количество времени, чтобы выразить свою позицию по настоящему обособленному спору.

Явка ФИО9 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не признана обязательной, на необходимость предоставления дополнительных документов в суд апелляционной инстанции ФИО9 не ссылается.

Поскольку ФИО9 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, подача кассационной жалобы на определение Второго арбитражного апелляционного суда от 01.10.2021 не препятствует рассмотрению апелляционных жалоб по существу.

При таких обстоятельствах, учитывая, что судебное разбирательство по рассмотрению жалоб неоднократно откладывалось, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ФИО10 об отложении разбирательства по делу.

Как следует из материалов дела, после подачи апелляционной жалобы ФИО4 умер, о чем представлено свидетельство о смерти от 16.07.2021. 

В связи с данным обстоятельством, определением Арбитражного суда Кировской области от 07.10.2021 к рассмотрению дела № А28-4919/2019 применены правила параграфа 4 главы X Закона о банкротстве, устанавливающего особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти.

Поскольку предметом заявленного требования являются сделки с имуществом должника и последствия их недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу, от апелляционной жалобы заявитель ФИО4 не отказывался, от иных лиц требования о прекращении производства по жалобам не поступало, при этом имеется апелляционная жалоба ФИО5 с теми же требованиями, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть обе жалобы по существу.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Кировской области от 18.04.2019 принято к производству заявление о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Кировской области от 22.07.2019 в отношении ФИО4 введена процедура банкротства - реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 22.01.2020 ФИО4 признан банкротом, в его отношении введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО8

Первоначально участниками ООО «Промгаз» являлись ФИО4 (доля 45% номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек), ФИО6 (доля 10% номинальной стоимостью 1000 рублей 00 копеек, ФИО7 (доля 45% номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек). С момента регистрации общества его директором являлся ФИО4, 10.02.2020 директором стал ФИО6

В протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Промгаз» от 10.04.2017 указано на решение о принятии ФИО10 в состав участников общества, увеличении уставного капитала общества до                    14 500 рублей 00 копеек (представлен посредством системы «Мой Арбитр» 07.04.2020).

Решением МИФНС №14 по Кировской области от 18.04.2017 №5512А отказано в государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащихся в ЕГРЮЛ, связанных с внесением изменений в учредительные документы ООО «Промгаз»: о включении сведений о ФИО10 как о новом участнике ООО «Промгаз», поскольку ранее она являлась участником ООО «Медиз», которое на момент исключения из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица имело задолженностью перед бюджетом и с данного момента не истекли три года (представлено посредством системы «Мой Арбитр» 07.04.2020).

В протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «Промгаз» от 02.05.2017 указано на решение о принятии ФИО5 в состав участников общества, увеличении уставного капитала на основании заявления ФИО5, установлении уставного капитала в размере 14 500 рублей 00 копеек, также следующего соотношения долей участников: ФИО4 31,03%, ФИО7- 31,03%, ФИО5 – 31,03%, ФИО6 6,91% (представлен посредством системы «Мой Арбитр» 07.04.2020).

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру ООО «Промгаз» от 30.05.2017 ФИО5 внесла 4500 рублей 00 копеек в качестве взноса в уставный капитал (представлена посредством системы «Мой Арбитр» 08.09.2020).

ФИО4 подписано заявление от 05.06.2017 о выходе из ООО «Промгаз», выплате действительной стоимости доли (31,03%). Заявление удостоверено нотариусом (т. 1 л.д. 119).

В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Промгаз» от 05.06.2017 на собрании приняты следующие решения: о выводе ФИО4 из состава участников общества, определении, что доля в уставном капитале общества номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек, что составляет 31,03% уставного капитала, принадлежащая ФИО4, переходит к Обществу.

Принято решение о выплате ФИО4 действительной стоимости его доли, которая будет определена на основании бухгалтерской отчетности  общества за предшествующий период (1 квартал 2017 года) в установленном законом порядке (т. 1 л.д. 120-121).

Участники ООО «Промгаз» ФИО6, ФИО7, ФИО5 пришли к соглашению о выплате части действительной стоимости доли вышедшему участнику – ФИО4 имуществом в натуре  - баллонами б/у в количестве 200 штук по рыночной цене 4 000 рублей 00 копеек/штука (т. 1 л.д. 37).

Полагая, что вхождение ФИО5 в состав участников ООО «Промгаз», выход должника из состава участников ООО «Промгаз» произведены с целью причинения вреда кредиторам, вывода ликвидного имущества на аффилированное лицо, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на них, заслушав представителя ФИО2, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Как следует из пункта 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, в ситуации принятия единственным участником хозяйственного общества формального решения об увеличении уставного капитала за счет дополнительного вклада третьего лица, невнесения этим третьим лицом реального дополнительного вклада (либо внесения им символического дополнительного вклада) и при установлении обстоятельств, указывающих на взаимосвязанность упомянутых действий (бездействия) и последующих действий по выходу из общества бывшего единственного участника, перераспределению его доли в пользу нового участника, соответствующие сделки подлежат признанию притворными (пункт 2 статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), прикрывающими прямое безвозмездное отчуждение доли. В свою очередь, прикрываемая сделка, совершенная в нарушение положений пункта 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, является недействительной (ничтожной).

Если же во исполнение решения об увеличении уставного капитала за счет дополнительного вклада третьего лица последнее внесло вклад, равный номинальной стоимости полученной им доли, сделка по увеличению уставного капитала подлежит проверке на соответствие требованиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом следующего.

По смыслу ст. 19 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" увеличение уставного капитала общества за счет дополнительного вклада третьего лица, принимаемого в общество, направлено на привлечение хозяйственным обществом инвестиций в обмен на передачу инвестору другого актива - доли участия в хозяйственном обществе с увеличенным уставным капиталом. При получении инвестором доли, наделяющей его имущественными и корпоративными правами, явно не соответствующими объему внесенного им дополнительного вклада, обмен ценностями не является эквивалентным. В этом случае, по сути, приобретение доли осуществляется инвестором как за счет его дополнительного вклада, так и за счет вложений в общество, сделанных ранее бывшим единственным участником, то есть происходит прирост активов инвестора за счет снижения актива бывшего единственного участника (уменьшения размера его доли в стоимостном выражении), причиняя тем самым вред кредиторам последнего. К оспариванию подобных сделок, совершенных за счет должника, применяются положения гл. III.1 Закона о банкротстве (п. 1 ст. 61.1 Закона).

ФИО5 внесено 4500 рублей 00 копеек в качестве взноса в уставный капитал ООО «Промгаз», что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру ООО «Промгаз» от 30.05.2017. О фальсификации данного документа не заявлено.

Таким образом, ФИО5 внесен дополнительный вклад в уставный капитал ООО «Промгаз», равный номинальной стоимости приобретенной ей доли, к спору  применяются положения главы III.1 Закона о банкротстве, доводы должника о невозможности оспаривания данных сделок в рамках дела о банкротстве должника основаны на неверном толковании норм права.

В данном  конкретном случае при увеличении уставного капитала вред имущественным правам кредиторов выразился не в отчуждении актива должника безвозмездно или по заниженной стоимости, а в снижении стоимости актива, сохранившегося у должника.

Поскольку отчуждение доли в пользу ФИО5 по номиналу не привело к росту чистых активов Общества, при этом произошло снижение доли должника с 45% до 31,03% уставного капитала, то вывод суда первой инстанции о том, что вред кредиторам от этой части сделки состоял в том, что уменьшение доли должника в уставном капитале не компенсировано увеличением чистых активов Общества, что негативно отразилось на стоимости актива должника, является правильным.

В дальнейшем ФИО4 подписано заявление от 05.06.2017 о выходе из ООО «Промгаз», выплате действительной стоимости доли (31,03%). Заявление удостоверено нотариусом (т. 1 л.д. 119). В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Промгаз» от 05.06.2017 на собрании приняты следующие решения: о выводе ФИО4 из состава участников общества, определении, что доля в уставном капитале общества номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек, что составляет 31,03% уставного капитала, принадлежащая ФИО4, переходит к Обществу. Принято решение о выплате ФИО4 действительной стоимости его доли, которая будет определена на основании бухгалтерской отчетности  общества за предшествующий период (1 квартал 2017 года) в установленном законом порядке (т. 1 л.д. 120-121). Участники ООО «Промгаз» ФИО6, ФИО7, ФИО5 пришли к соглашению о выплате части действительной стоимости доли вышедшему участнику – ФИО4 имуществом в натуре  - баллонами б/у в количестве 200 штук по рыночной цене 4 000 рублей 00 копеек/штука (т. 1 л.д. 37).

Всего размер действительной доли ФИО4 определен в размере  1 530 000 рублей 00 копеек, из которых 730 000 рублей 00 копеек выплачены денежными средствами (НДФЛ с которых перечислен), 800 000 рублей 00 копеек – путем передачи газовых баллонов в количестве 200 штук по цене 4000 рублей 00 копеек/штука.

Так как оценка имущественных последствий спорной сделки предполагает консолидацию объекта оспаривания, то есть широкую оценку действий сторон, которые привели или не привели к материальным последствиям для конкурсной массы, то судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что в целях выяснения наличия неравноценного встречного предоставления или фактов причинения вреда имущественным правам кредиторов по оспариваемым сделкам необходимо в целом оценивать правоотношения должника и ответчика в совокупности с иными договорами между ними. 

В данном случае судом первой инстанции установлено, что имела место цепочка взаимосвязанных сделок, в результате которых из обладания должника выбыл ликвидный актив без предоставления равноценного встречного предоставления.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 Постановления № 63).

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 18.04.2019, оспариваемые сделки совершены в период 02.05.2017-05.06.2017, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, сторонами не оспаривается, что ФИО5 является матерью ФИО4, соответственно является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Таким образом, в результате совершения оспариваемых сделок за короткий промежуток времени произведена совокупность действий, которая привела к переходу доли ФИО4 в ООО «Промгаз» на заинтересованное лицо.

На момент совершения оспариваемой сделки должник уже являлся поручителем ООО «Вятская газовая компания» обязательств по заключенному с  АО «Первый Дортрансбанк» генеральному кредитному договору № 

<

***> от 02.12.2015 на открытие кредитной линии, которые в последующем не были исполнены, а в отношении ООО «Вятская газовая компания» введена процедура банкротства (дело №А28-14950/2017).

Доводы о неосведомленности должника о финансовом состоянии основного заемщика отклонены в определении Арбитражного суда Кировской области от 28.09.2020, оставленном без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021.

Указанное обстоятельство установлено судами и не подлежит повторному доказыванию.

Решением Ленинского суда г. Кирова от 31.07.2017 удовлетворены исковые требования АО «Первый Дортрансбанк» с кредитора ООО «ВГК» и поручителей ФИО2 и ФИО4 взыскана солидарно сумма задолженности в размере 4 184 119,70 руб., образовавшаяся ввиду предоставления Обществу Банком кредитной линии.

Поскольку ФИО2 исполнено решение суда от 31.07.2017, суд, руководствуясь п.п.3 п.1 ст.387 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства поручителем должника, взыскал с ФИО4 2 091 971,86 руб. Определением арбитражного суда Кировской области от 02.08.2019 требования ФИО2 сумме 2 091 971  рубль 86 копеек долга включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

ФИО4, опровергая наличие неплатежеспособности на момент совершения сделок, указал на возбуждение уголовного дела в отношении ФИО2

Однако результат рассмотрения указанного уголовного дела автоматически не ведет к изменению или отмене определения Арбитражного суда Кировской области от 02.08.2019, которым требования ФИО2 включены в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того на момент совершения сделки ФИО4 имел обязательства перед ООО «Кировская газовая компания» по договору купли-продажи автомобиля от 18.05.2016, задолженность по данному кредитору в последующем  была включена в реестр требований кредиторов должника (определение от 23.04.2020 по делу №А28-4919/2019-165).

По смыслу положений пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ), действуя разумно и добросовестно, в том числе в интересах своих кредиторов, должник, оценивая высокую вероятность предъявления к нему требования, должен был обеспечить возможность исполнения ранее принятого на себя обязательства за счет своей имущественной массы.

При этом доводы о превышении стоимости принадлежащего должнику имущества над суммой обязательств перед кредитором не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего, поскольку наличие имущество само по себе не свидетельствует о платежеспособности должника.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) по делу № А40-177466/2013 выражена правовая позиция, в соответствии с которой из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. 

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

С учетом изложенного, сами по себе доводы апеллянта об отсутствии на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности должника основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований не являются.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К таким основаниям может быть отнесен факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, заключение сделки с аффилированным лицом, что в своей совокупности является обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, указанные обстоятельства могут служить основанием для констатации наличия у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, недоказанность установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не может рассматриваться как единственное основание для отказа в удовлетворении заявления, в подобном случае суду надлежит исследовать все обстоятельства совершения сделок по общим процессуальным правилам доказывания.

Вхождению ФИО5 в состав участников общества предшествовала неудавшаяся аналогичная попытка сестры ФИО4 – ФИО10 Соответствующие решения общего собрания участников общества приняты с разницей менее месяца – 10.04.2017 и 02.05.2017.

Указанное обстоятельство дополнительно свидетельствует о согласованности и целенаправленности действий аффилированных лиц по переводу доли должника на ближайших родственников.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки совершены с намерением причинить вред кредиторам должника.

Финансовый управляющий должника указывает, что выход ФИО4 из состава участников ООО «Промгаз» являлся безвозмездным. Должник, ООО «Промгаз», ФИО5, ФИО7 отмечают, что действительная стоимость доли выплачена ФИО4 в полном объеме.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998  №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей в спорный период) в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 указанного Федерального закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект составляет годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность, если иное не установлено другими федеральными законами, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета. Годовая бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется за отчетный год.

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции ФИО4 заявлялось ходатайство о проведении оценочной судебной экспертизы с целью установления действительной стоимости доли ФИО4 в размере 31,03% уставного капитала ООО «Промгаз».

Суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении данного ходатайства, поскольку оно направлено на затягивание судебного процесса, кроме того, ходатайствуя о назначении судебной экспертизы, должник не представил в материалы дела сведения об экспертной организации, образовании и квалификации эксперта, которому может быть поручено проведение экспертного исследования, информацию и стоимости и сроках проведения экспертизы, не внес на депозитный счет суда денежные средства, подлежащие выплате эксперту.

Кроме того, согласно статье 14 Федерального закона от 08.02.1998  №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Согласно пунктам 4, 5, 6 Порядка определения стоимости чистых активов, утвержденного приказом Минфина РФ от 28.08.2014 № 84н, стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. Объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются. Принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций. Принимаемые к расчету обязательства включают все обязательства организации, за исключением доходов будущих периодов, признанных организацией в связи с получением государственной помощи, а также в связи с безвозмездным получением имущества.

Из изложенного следует, что порядок расчета действительной стоимость доли участника общества определен нормативно, не требует специальных знаний.

ФИО4 полагает, что при расчете чистых активов ООО «Промгаз» должен быть произведен в соответствии с уточненным бухгалтерским балансом за 2016 год, поскольку первоначально сданный баланс за указанный период составлен с нарушениями и недостоверен.

Пунктом 39 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Минфина России от 29.07.1998 №34н, установлено, что изменения в бухгалтерской отчетности, относящиеся как к отчетному году, так и к предшествовавшим периодам (после ее утверждения), производятся в отчетности, составляемой за отчетный период, в котором были обнаружены искажения ее данных.

Как верно указал суд первой инстанции, данные изменения повлияют на финансовый результат отчетного периода, в котором обнаружены искажения (2019 год), а не на бухгалтерский баланс 2016 года.

Кроме того, суд первой инстанции справедливо критически относится к обнаружению ООО «Промгаз» искажений в отчетности после подачи финансовым управляющим заявления о признании рассматриваемых сделок недействительными (баланс 2016 года отредактирован по состоянию на 29.12.2019) (т. 1 л.д. 39).

Таким образом, для расчета стоимости чистых активов судом правомерно использован первоначальный бухгалтерский баланс за 2016 год (представлен посредством системы «мой Арбитр» одновременно с заявлением финансового управляющего, т. 1 л.д. 14-18).

Финансовым управляющим произведен расчет чистых активов ООО «Промгаз» на конец 2016 года в размере 8 444 000 рублей, расчет проверен судом, признан верным.

Поскольку до совершения оспариваемой серии сделок первоначальная доля должника составляла 45% уставного капитала, действительная стоимость первоначальной доли ФИО4 в ООО «Промгаз» составляла 3 799 800 рублей 00 копеек (8 444 000 рублей * 45%).

ООО «Промгаз» указывает, что 730 000 рублей 00 копеек действительной стоимости выплачено денежными средствами, на сумму 800 000 рублей 00 копеек, в соответствии с соглашением участников общества, должнику переданы газовые баллоны.

Суд первой инстанции, проанализировав выкопировки из кассовой книги, копии расходных кассовых ордеров ООО «Промгаз» от 17.10.2017 №54 о выдаче ФИО4 200 100 рублей 00 копеек, ордера от 28.09.2018 №51 о выдаче ФИО4 435 000 рублей 00 копеек в качестве выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале, приняв во внимание, что платежным поручением от 17.10.2017 №399 ООО «Промгаз» перечислило в налоговый орган 29 900 рублей 00 копеек с назначением платежа – НДФЛ с выплаты действительной стоимости доли, платежным поручением от 28.09.2018 №229  перечислено 65 000 рублей 00 копеек с вышеуказанным назначением платежа, пришел к выводу о доказанности оплаты действительной стоимости доли должника денежными средствами в сумме 730 000 рублей  00 копеек.

Доводов относительно доказанности/недоказанности оплаты действительной стоимости доли должника денежными средствами в сумме 730 000 рублей в суде апелляционной инстанции не заявлено, финансовый управляющий просил оставить определение суда без изменения.

В отношении выводов суда о недоказанности оплаты оставшейся части действительной стоимости доли баллонами апеллянты возражали, суд первой инстанции в этой части установил следующие обстоятельства.

В дело ООО «Промгаз» представлена транспортная накладная от 26.09.2017, в которой в качестве грузоотправителя указано ООО «Промгаз», грузополучателем – ФИО4, наименование груза: баллоны б/у порожние 200 штук. Прием груза: г. Ухта, склад ООО «Промгаз», сдача груза – г. Киров, перевозчиком указано – ООО «СеверТранс», транспортное средство – Фредлайнер р/з 

<

***>. Накладная подписана грузоотправителем, перевозчиком.

ФИО4 в суде первой инстанции пояснил, что в августе 2017 года получил баллоны партиями в г. Ухта с площадки, на которой осуществлялась деятельность. Баллоны вывозились партиями по 15-20 штук на попутных машинах, расчет с перевозчиками был произведен наличными денежными средствами. В дальнейшем, со слов должника, баллоны были проданы.

Суд первой инстанции установил, что с учетом значительного объема баллонов, документов в подтверждение перевозки баллонов в целом или  партиями, их хранения, последующего отчуждения в материалы дела не представлены, факт уплаты НДФЛ с дохода, полученного в натуральной форме не подтвержден, доводы о неуплате налога по причине зачета суммы налогового вычета не приняты судом во внимание, поскольку доказательств получения налоговым органом деклараций по форме 3-НДФЛ за 2016, 2017 в материалах дела отсутствуют, в декларации за 2017 год доход от источника – ООО «Промгаз» отражен в сумме 210 553 рубля 48 копеек, при этом заявляемая сумма дохода от получения баллонов составляет 800 000 рублей 00 копеек.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности уплаты должнику действительной стоимости доли ООО «Промгаз» в натуральной форме. Оснований не согласиться с указанным выводом апелляционный суд не усматривает.

Таким образом, при выходе ФИО4 из состава участников ООО «Промгаз» и выплате ему действительной стоимости доли имело место неравноценное встречное предоставление.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что последовательно совершенные в короткий промежуток времени сделки по приему в общество ФИО5, увеличению уставного капитала общества, выходу из него ФИО4 и последующему распределению его доли являлись взаимосвязанными. При этом действительной целью совершения сделок являлся вывод активов должника для исключения возможности обращения взыскания на него по требованиям кредиторов.

Материалами дела подтверждается наличие необходимой совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Последствия признания недействительной сделки должника установлены в статье 61.6 Закона о банкротстве, в силу которой все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями гражданского кодекса об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая изложенные нормы права, суд первой инстанции определил применить следующие последствия недействительности сделок:

восстановить уставный капитал общества с ограниченной ответственностью «Промгаз» в размере 10000 рублей 00 копеек, а также прежний состав участников общества и размер их долей:  

ФИО4 с долей участия в уставном капитале 45 % номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек;

ФИО6 с долей участия в уставном капитале 10 % номинальной стоимостью 1000 рублей 00 копеек

ФИО7 с долей участия в уставном капитале 45 % номинальной стоимостью 4500 рублей 00 копеек;

взыскать с ООО «Промгаз» в пользу ФИО5        4 500 рублей 00 копеек; взыскать с ФИО4 в пользу ООО «Промгаз» 730 000 рублей 00 копеек.

Указанные последствия недействительности сделок соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям статьи 61.6 Закона о банкротстве, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции обоснованными.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе отклонить.

Определение Арбитражного суда Кировской области от 06.04.2021 по делу № А28-4919/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО4, ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

И.В. Караваев

 

Е.Н. Хорошева

 

Т.А. Щелокаева