АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4731/19 

Екатеринбург

29 мая 2024 г.

 

Дело № А60-56901/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Пирской О.Н., Шавейниковой О.Э.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2023 по делу № А60-56901/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В Арбитражном суде Уральского округа явку обеспечили:

представитель ФИО2 – Булычев В.Ф. по доверенности от 08.12.2020;

ФИО1 – лично;

представитель акционерного общества «Банк Интеза» – ФИО3 по доверенности от 28.06.2023.

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.03.2017 ФИО2 (далее – должник) признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Определением суда от 09.01.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2020, процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО2 завершена без применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 29.07.2020 определение суда первой инстанции от 09.01.2020 и постановление апелляционного суда от 15.05.2020 отменены в части неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, в указанной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2020 в отношении должника применены положения статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении об обязательств.

ФИО2 и ФИО1 обратились в суд с заявлением о признании недействительными соглашения о передаче залоговому кредитору – банку недвижимого имущества, являющего предметом залога, от 22.06.2018 и дополнительного соглашения к соглашению о передаче недвижимого имущества, являющегося предметом залога, от 30.09.2019, применении последствий недействительности сделок в виде возврата жилого дома, земельного участка и гаража, расположенных по адресу: 

<

...> (далее – недвижимое имущество), обязании Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области (далее – Росреестр) погасить записи о правах банка на указанное недвижимое имущество. В судебном заседании заявители уточнили требования, просили признать сделки недействительными, применить последствия недействительности сделки либо в виде возврата недвижимого имущества с погашением записи о праве собственности в Росреестре, либо в виде взыскания солидарно с акционерного общества «Банк Интеза» (далее – общество «Банк Интеза», банк) и финансового управляющего в пользу заявителей 7 282 662 руб. 30 коп. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024, в удовлетворении заявления об оспаривании сделок отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, нарушение норм материального и процессуального права, просят определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

В обоснование кассационной жалобы заявители приводят доводы о том, что судами нарушены нормы процессуального права, поскольку ходатайства и заявления, поданные ФИО2, судом не рассмотрены либо необоснованно отказано в их удовлетворении, указывают, что суды, проигнорировав возражения ФИО2 и ФИО1, не дали никакой правовой оценки ложным утверждениям банка. Кроме того, заявители ссылаются на то, что суды не проверили признаки ничтожности оспариваемых сделок, полагают, что сделки по переходу имущества банку являются ничтожными, поскольку залог по движимому и недвижимому имуществу прекратился, сделки совершены при отсутствии письменного согласия собственников недвижимого имущества и без письменного уведомления. Вместе с тем, как указывают кассаторы, судом не были оценены их доводы и возражения, не были выяснены все фактические обстоятельства по спору, банк и финансовый управляющий не представили суду доказательств того, что у Р-вых имеется иное пригодное для проживания жилое помещение, в связи с чем считают обжалуемые судебные акты незаконными и необоснованными.

Банк представил в суд округа отзыв на кассационную жалобу, в котором просил оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв приобщен к материалам дела.

ФИО2 направила заявление о рассмотрении жалобы в свое отсутствие, которое судом рассмотрено и удовлетворено в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между банком и ФИО2 заключен кредитный договор № LD1426200017, в соответствии с которым заемщику предоставлены денежные средства в сумме 9 380 000 руб. на срок 48 месяцев под 17,05 % годовых. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения заемщиком принятых на себя обязательств по кредитному договору банком заключен договор об ипотеке, в котором в качестве обеспечения ФИО2 предоставила в залог жилой дом и земельный участок, на котором расположен дом и другие объекты капитального типа.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 19.10.2016 по делу № 2-11910/2016 исковые требования банка удовлетворены частично: с ФИО2, ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Протон» в пользу общества «Банк Интеза» взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 6 344 127 руб. 45 коп., а также обращено взыскание на заложенное имущество, начальная продажная цена недвижимого имущества определена в сумме 7 861 000 руб.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 27.04.2017 решение суда первой инстанции от 19.10.2016 изменено в части, установлена начальная продажная цена жилого дома в сумме 5 176 800 руб., земельного участка – 1 112 000 руб.

Определением суда от 04.09.2017 в рамках дела № А60-56901/2016 требования общества «Банк Интеза» включены в реестр требований должника в общей сумме 6 364 854 руб. 45 коп. как обеспеченные залогом имущества должника.

Финансовым управляющим на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) опубликовано сообщение от 02.10.2017 № 2125856, согласно которому в общем доступе размещен отчет от 19.06.2017 № 2017-06-01kv об определении рыночной и ликвидационной стоимости объектов недвижимости - жилого дома общей площадью 271,7 кв. м с занимаемым земельным участком общей площадью 1791 кв. м. В соответствии с указанным отчетом рыночная стоимость данных объектов недвижимости составила 7 822 000 руб., ликвидационная стоимость – 5 853 000 руб.

На основании отчета разработано Положение о порядке, сроках и условиях проведения торгов по реализации предмета залога, которое было утверждено залоговым кредитором, возражения против результатов оценки ФИО2 и иными лицами заявлены не были, с заявлением о разрешении разногласий в порядке, предусмотренном статьей 60 и пунктом 4 статьи 213.26. Закона о банкротстве, никто не обращался.

Из оценочного отчета от 19.06.2017 № 2017-06-11kv усматривается, что оценщиком производился осмотр и посредством фотосъемки объектов недвижимости зафиксированы все строения, которые перечислены должником.

Финансовым управляющим размещено в ЕФРСБ сообщение от 24.12.2017 № 2339599 о продаже посредством публичных торгов заложенного недвижимого имущества должника (дома и земельного участка), однако торги по продаже заложенного дома и земельного участка не состоялись, в связи с отсутствием заявок на участие в торгах.

Финансовым управляющим размещено сообщение от 06.03.2018 № 2511731 о проведении повторных торгов по реализации заложенного должником дома и земельного участка, при этом повторные торги были признаны несостоявшимися, после чего банк воспользовался своим правом, предусмотренным пунктом 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве, оставил нереализованный предмет залога за собой, направив письмо от 10.05.2018 и перечислив платежным поручением 1 013 731 руб. 20 коп. (20 % от цены оставления).

Далее финансовый управляющий разместил в ЕФРСБ сообщение от 25.05.2018 № 2727152 о результатах торгов, в котором указал, что залоговым кредитором оставлен предмет залога за собой по цене 5 068 656 руб.

Между банком и финансовым управляющим должника подписано соглашение о передаче залогового имущества банку от 22.06.2018, вырученные деньги за вычетом требований кредиторов первой и второй очереди включены в конкурсную массу должника.

В соответствии с пунктом 2 названного соглашения передано следующее имущество: жилой дом, земельный участок, что также подтверждается и актом приема-передачи недвижимого имущества, являющегося предметом залога, от 22.06.2018.

Из материалов дела следует, что должник 06.09.2018, то есть во время процедуры банкротства и после завершения торгов по реализации залогового имущества зарегистрировала право собственности на нежилое здание (гараж) площадью 58,5 кв. м, расположенное на земельном участке, находящемся в залоге у банка, о чем при подаче заявления о признании банкротом должником не указывалось.

Определением суда от 10.03.2019 суд обязал ФИО2 обеспечить беспрепятственный доступ финансовому управляющему и банку для проведения описи имущества, находящимся в жилом доме индивидуального типа, а также ко всем объектам недвижимости (зданиям, строениям), находящихся на земельном участке, обязал должника предоставить финансовому управляющему документы и сведения об объектах недвижимости, находящиеся на регистрации/планируемых для регистрации в отношении ФИО2, документы на объекты недвижимости, находящихся в ее собственности.

Между банком и ФИО2 в лице финансового управляющего заключено дополнительное соглашение от 30.09.2019 к соглашению о передаче недвижимого имущества, являющегося предметом залога, в соответствии с которым перечень имущества, переданного обществу «Банк Интеза», изложен в следующей редакции: «жилой дом, земельный участок, нежилое здание (гараж)». Стоимость имущества определена в сумме 5 068 656 руб.

Согласно акту приема-передачи недвижимого имущества, являющегося предметом залога, от 30.09.2019 должником передано банку нежилое здание (гараж).

Полагая, что совершенная сделка не соответствует положениям статей 55 - 57 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке), статей 555 - 556, 558, 539 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 162, 163 названного Кодекса в части формы совершения сделки, положениям статьи 488 ГК РФ в части перехода права залога на гараж по дополнительному соглашению от 30.09.2019, положениям Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда «О свободе договора» в части непривлечения оценщика при реализации спорного имущества; указывая на то, что договор является недействительным, в том числе из-за неопределенности в соглашении круга лиц, постоянно зарегистрированных в переданном жилом помещении, заявители, относя совершенную сделку к договору дарения, обратились с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО2 и ФИО1 об оспаривании сделок, суды не нашли оснований для его удовлетворения.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Согласно пункту 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Положениями пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога в порядке, установленном статьей 138 названного Закона.

Согласно пункту 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве в случае признания несостоявшимися повторных торгов конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, вправе оставить предмет залога за собой с оценкой его в сумме на десять процентов ниже начальной продажной цены на повторных торгах.

Конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, при оставлении предмета залога за собой обязан перечислить денежные средства в размере, определяемом в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, на специальный банковский счет в порядке, установленном пунктом 3 настоящий статьи, в течение десяти дней с даты направления конкурсному управляющему заявления об оставлении предмета залога за собой.

Как было установлено судами, 24.12.2017 финансовым управляющим размещено в ЕФРСБ сообщение № 2339599 о продаже посредством публичных торгов заложенного недвижимого имущества должника (дома и земельного участка). 

14.12.2018 финансовым управляющим размещено в ЕФРСБ сообщение №2462450 о результатах торгов, в котором указано, что торги по продаже заложенного дома и земельного участка не состоялись, в связи с отсутствием заявок на участие в торгах. 

06.03.2018 финансовым управляющим размещено в ЕФРСБ сообщение №2511731 о проведении повторных торгов по реализации задолженного должником дома и земельного участка. 

17.04.2018 повторные торги были признаны не состоявшимися, после чего Банк воспользовался своим правом, предусмотренным пунктом 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве, и оставил нереализованный предмет залога за собой (недвижимое имущество должника), направив соответствующее письмо и перечислив платежным поручением сумму в размере 1 013 731,20 руб. (20% от цены оставления).

25.05.2018 финансовым управляющим размещено в ЕФРСБ сообщение №2727152 о результатах торгов, в котором указано, что залоговым кредитором оставлен предмет залога за собой по цене 5 068 656 руб.

Оставление за собой нереализованного предмета залога является односторонней сделкой, для совершения которой необходима воля только лишь одной стороны - залогового кредитора и не требует какого-либо согласия или одобрения со стороны должника, финансового управляющего или третьих лиц.

Возможность (право) совершение такой сделки залоговым кредитором вытекает из положений, закрепленных в нормах действующего законодательства: пункте 5 статьи 350.2. ГК РФ, пункте 4 статьи 58 Закона об ипотеке, пункте 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве.

Для совершения сделки по оставлению за собой предмета залога залоговому кредитору необходимо письменно выразить свою волю на ее совершение путем направления соответствующего заявления в адрес арбитражного управляющего.

Судами установлено, что банк воспользовался правом оставить заложенное имущество за собой, поскольку первые и повторные торги по реализации спорного имущества признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок (сообщения на ЕФРСБ от 14.02.2018 № 2339599 и от 06.03.2018 № 2511731). При этом банк перечислил в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 1 013 731 руб. (20% от стоимости заложенного имущества на повторных торгах, уменьшенной на 10%) за спорное имущество, что подтверждается платежным поручением от 15.05.2020 № 667. Факт передачи имущества оформлен соглашением от 06.06.2018 о передаче нереализованного имущества (жилого дома, земельного участка и гаража), подписанного между банком и финансовым управляющим, действовавшим от имени должника, в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество внесены соответствующие регистрационные записи. Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Белоярского районного суда Свердловской области от 15.01.2020 по делу № 2-96/2020 по иску банка к ФИО2, ФИО1 о прекращении права пользования жилым помещением, выселении.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что должник 06.09.2018, то есть во время процедуры банкротства и после завершения торгов по реализации залогового имущества, зарегистрировал право собственности на нежилое здание (гараж) площадью 85,5 кв.м., кадастровый номер 66:06:4501018:5255, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 1266:06:4501018:297, находящимся в залоге у банка, учитывая, что фактически должник своими действиями препятствовал деятельности финансового управляющего, в том числе ограничивал доступ к имуществу, что подтверждается определениями суда от 09.05.2019, 10.03.2019, суды заключили, что финансовый управляющий не обладал сведениями о наличии вновь возведенных объектов на земельном участке.

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями к ним, принимая во внимание позиции лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что первые и повторные торги по продаже залогового имущества должника проведены в соответствии с требованиями действующего законодательства, начальная продажная цена имущества, порядок и условия проведения торгов определены залоговым кредитором согласно статьей 138 и 213.26 Закона о банкротстве, исходя из того, что каких-либо возражений по порядку реализации и начальной цене продажи залогового имущества должником и иными лицами не заявлялось, с заявлением о разрешении разногласий должник и иные лица не обращались, при том, что доказательства возможности продажи имущества по более высокой цене в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), установив, что оспариваемые сделки не преследовали цель вывода имущества из конкурсной массы, мероприятия по реализации имущества должника, находящегося в залоге у банка, реализация залоговым кредитором права на оставление имущества за собой не противоречат нормам действующего законодательства о банкротстве, действия финансового управляющего по реализации залогового имущества направлены на соразмерное удовлетворение требований залогового кредитора и не нарушают прав и законных интересов должника и кредиторов, а также, что должником получены денежные средства от залогового кредитора по оспариваемым сделками, установив, что соглашения о передаче недвижимого имущества, являющегося предметом залога, от 22.06.2018 и от 30.09.2019, которые являются предметом оспаривания ФИО2 и ФИО1, выполняют функцию передаточного акта, свидетельствуют об исполнении финансовым управляющим своих обязанностей, предусмотренных Законом о банкротстве, возникших в связи с односторонней сделкой залогового кредитора, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными.

Довод должника, ФИО1 о том, что право залога не распространяется на находящиеся или строящиеся на земельном участке здание или сооружения залогодателя, судами признан несостоятельным, поскольку из системного анализа положений статей 64, 65 Федеральный закон от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» следует, что залог распространяется на все имущество, которое находится на земельном участке, в том числе возведенное после подписания договора ипотеки.

Апелляционный суд, кроме того, отклонил доводы ФИО2 о том, что ее заявление подведомственно суду общей юрисдикции, как противоречащие предшествующему поведению ФИО2 и фактическим обстоятельствам, поскольку ФИО2 и ФИО1 изначально обратились с аналогичным исковым заявлением в Белоярский районный суд, определением которого от 13.01.2022 исковое заявление оставлено без рассмотрения.

Ходатайство ФИО1 о фальсификации доказательств и  назначении в связи с этим судебной экспертизы было рассмотрено и отклонено судом апелляционной инстанции, поскольку данное ходатайство было рассмотрено судом первой инстанции, который разъяснил уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации и счел возможным проверить заявление о фальсификации путем сопоставления с иными документами, имеющимися в материалах дела.

Исследовав оспариваемое обращение банка к финансовому управляющему письмом от 10.05.2018, соглашение от 22.06.2018, акт приема-передачи от 22.06.2018, дополнительное соглашение от 30.09.2019 совместно с другими доказательствами, представленными в материалы дела, апелляционный суд признал, что суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для назначения экспертизы, отметив при этом, что назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является правом, а не обязанностью суда.

Заявленное ФИО1 ходатайство о переходе к рассмотрению дела судом апелляционной инстанции по правилам первой инстанции в связи с непривлечением к участию в обособленном споре кредиторов было рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, установленном статьей 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в его удовлетворении было отказано, поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что вынесением судебного акта по настоящему обособленному спору у кредиторов возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон, не представлено, оснований для удовлетворения ходатайства о привлечении указанных лиц в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, не имеется, как и отсутствуют основания для перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела судом первой инстанции, в связи с чем суд отказал в удовлетворении ходатайства.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы должника относительно утверждений ФИО2 о конфликте интересов между Р-выми, об отсутствии возможности получить информацию о судьбе рассмотрения дела, установил, что указанные утверждения противоречат фактическим обстоятельствам, поскольку интересы ФИО2 в ходе рассмотрения заявления представлял профессиональный представитель - адвокат Булычев В.Ф., в частности, заявлял ходатайство о фальсификации и иные ходатайства, кроме того, ФИО2 и ФИО1 совместно подписывали и подавали уже после вынесения обжалуемого определения процессуальные документы, что прямо свидетельствует об отсутствии какого-либо конфликта между ФИО2 и ФИО1

Заявляя в апелляционном суде о фальсификации письма от 10.05.2018 № ЕКФ/08-15-082/1101, заявители указывали, что данное письмо не направлялось в адрес финансового управляющего, банк не оставлял за собой имущество – гараж и другие объекты на земельном участке, в реестровом деле названный документ не размещен и в ЕФРСБ, в материалах дела о банкротстве данного документа не имеется, данное письмо вступает в противоречие с соглашениями о передаче имущества от 22.06.2018 и 30.09.2018.

Между тем, как установил апелляционный суд, банк направил оригинал названного письма в адрес финансового управляющего посредством почтовой корреспонденции, сообщение об оставлении банком предмета залога за собой опубликовано в ЕФРСБ 25.05.2018 № 2727152, таким образом, финансовый управляющий извещен о том, что банком принято такое решение, ввиду чего апелляционный суд пришел к выводу, что доводы о ненаправлении письма в адрес финансового управляющего являются несостоятельными.

Довод кассаторов о том, что передача банку единственного жилья - жилого дома, являющегося предметом залога по кредитному договору, предоставленного должнику для целей предпринимательской деятельности, невозможна, судом округа отклоняется, поскольку из пунктов 1 и 2 статьи 6, пункта 1 статьи 50 вышеуказанного Закона № 102-ФЗ следует, что залогодержатель вправе обратить взыскание на квартиру, заложенную по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этой квартиры требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, причем независимо от того, на какие цели предоставлен заем (кредит); сам по себе факт того, что объект залога  является  для должника и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением, не препятствует обращению взыскания на упомянутое помещение, если оно обременено ипотекой.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным фактическим обстоятельствам спора и имеющимся в деле доказательствам.

Суд кассационной инстанции полагает, что исходя из предмета и оснований заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены верно, доказательства исследованы и оценены надлежащим образом. Оснований для иной оценки у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, суд округа отмечает, что ранее в постановлении от 14.03.2024 в рамках настоящего дела судом указано на то, что соглашения о передаче недвижимого имущества от 22.06.2018 и от 30.09.2019 не могут быть признаны незаключенными. Действия финансового управляющего по реализации залогового имущества направлены на соразмерное удовлетворение требований кредитора и не нарушают прав и законных интересов должника и иных кредиторов.

Судом округа отклоняются доводы, изложенные в кассационной жалобе, относительно того, что судами нарушены нормы процессуального права (не рассмотрены заявления и ходатайства или необоснованно отказано в их удовлетворении, не оценены должным образом доводы ФИО2 и ФИО1), поскольку суды первой и апелляционной инстанций исходили из имеющихся в материалах спора доказательств, полно и всесторонне оценили все обстоятельства по спору и позиции лиц, участвующих в названном споре, поскольку основаны на неверном понимании норм права, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и их выводов не опровергают.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Поскольку при подаче кассационной жалобы ФИО2 и ФИО1 не была в полном объёме уплачена государственная пошлина, доказательств ее уплаты к дате судебного заседания не представлено, то государственная пошлина в сумме 1 350 руб. с каждого подлежит взысканию с заявителей кассационной жалобы в доход федерального бюджета на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2023 по делу № А60-56901/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1350 руб. с каждого.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            О.Н. Пирская 

 

                                                                                             О.Э. Шавейникова