АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-15200/2016

г. Краснодар

05 июня 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 июня 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Андреевой Е.В. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании от финансового управляющего индивидуального предпринимателя Арутюняна С.А. (ИНН 230205517027, ОГРНИП 316237200052736) – Шатохина А.В. – Кащиенко Д.И. (доверенность от 16.01.2018), от  публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 7707083893, ОГРН 1027700132195) – Возняк И.А. (доверенность от 16.08.2016), в отсутствие должника – открытого акционерного общества «Кубарус-Молоко» (ИНН 2302008433, ОГРН 1022300635752), временного управляющего Лейлияна Э.Р., иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя Арутюнян С.А. – Шатохина А.В. на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.11.2017 (судья Харченко С.В.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2018 (судьи Сулименко Н.В., Герасименко А.Н., Емельянов Д.В.) по                            делу № А32-15200/2016, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Кубарус-Молоко» (далее – должник) индивидуальный предприниматель Арутюнян С.А. (далее – предприниматель) обратился с заявлением о включении 1 173 059 741 рубля 11 копеек в реестр требований кредиторов должника. 

Определением суда от 23.11.2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 27.02.2018, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий предпринимателя просит отменить судебные акты, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам и неправильное применение норм права.

В отзывах ПАО «Сбербанк России» (далее – банк)  просит судебные акты оставить без изменения, руководитель должника указывает на наличие задолженности перед предпринимателем.

В судебном заседании представители финансового управляющего и банка повторили доводы, изложенные в жалобе и отзыве.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением от 10.05.2016 принято заявление о признании должника банкротом; определением от 06.06.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения; сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано от 18.06.2016.

14 июля 2017 года предприниматель обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 1 173 059 741 рубля 11 копеек. В обоснование заявленных требований он сослался на заключенные должником и предпринимателем договор поручительства от 16.12.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Союз-Капитал» перед предпринимателем по договору займа от 16.12.2015; договор поручительства от 16.12.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Кубарус-Молоко» перед должником по договору займа от 16.12.2015; договоры поручительства от 16.12.2015, 19.01.201, 25.09.2015 в обеспечение исполнения обязательств ОАО «Кропоткинский молочный комбинат» перед должником по договорам займа от 16.12.2015, 19.01.2016, 25.09.2015; договоры поручительства от 16.12.2015, 07.10.2015, 12.02.2016, 31.03.2016, 15.03.2016, 25.07.2014, 14.01.2016, 28.01.2016, 29.02.2016  04.09.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «СЭД» перед предпринимателем по договорам  займа от 16.12.2015, 07.10.2015, 12.02.2016, 31.03.2016, 15.03.2016, 25.07.2014, 14.01.2016, 28.01.2016, 29.02.2016, 04.09.2015; договоры поручительства от 04.09.2015, 14.09.2015 10.12.2015, 16.12.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Югпродсервис» перед должником по договорам займа от 04.09.2015, 14.09.2015, 10.12.2015, 16.12.2015; договоры поручительства от 02.01.2015, 04.02.2015, 09.03.2015, 05.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 16.12.2015, 04.01.2016,  19.01.2016 01.02.2016, 11.02.2016, 21.02.2016, 01.03.2016, 11.03.2016, 21.03.2016,  30.09.2015 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Эконом» перед должником по договорам займа от 02.01.2015, 04.02.2015, 09.03.2015, 05.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 16.12.2015, 04.01.2016, 19.01.2016, 01.02.2016, 11.02.2016, 21.02.2016, 01.03.2016, 11.03.2016, 21.03.2016, 30.09.2015; договоры займа от 25.09.2015 и 16.12.2015.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в порядке, определенном статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Учитывая специфику и характер рассмотрения требований в делах о банкротстве, выходящих за рамки частных отношений кредитора и должника, в случае наличия признаков злоупотребления, а также мнимости сделки суд обязан проверять требования, которые могут затрагивать права и законные интересы других лиц в рамках дела о банкротстве.

Суды, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Как установили суды и не оспаривают участвующие в деле лица, должник входит в группу компаний «СЭД», в которую, в том числе, входят ООО «Кубарус-Молоко», ООО «СЭД», ООО «Югпродсервис», ОАО «Кропоткинский молочный комбинат», ООО «Логист», ООО «Союз-Капитал», в отношении которых также возбуждены дела о банкротстве. Участники группы имеют признаки взаимозависимости и аффилированности (через участие в них общих учредителей, общих органов управления); общих кредиторов, для целей кредитования представляли банкам консолидированную отчетность; оказывали друг другу услуги в виде предоставления общим кредиторам (банкам) обеспечений в виде залога и поручительства; оказывали друг другу финансовую помощь, использовали в своей деятельности одно и то же недвижимое имущество; осуществляли общие либо взаимосвязанные виды производственно-хозяйственной деятельности. Предприниматель является акционером должника с долей участия в уставном капитале 39,42%, акционером должника также является ООО «СЭД» (доля участия 21,92%), единственным учредителем и руководителем которого является предприниматель; единственным участником ООО «Логист», акционером и руководителем ОАО «Кропоткинский молочный комбинат», учредителем ООО «Югпродсервис».

Суды установили, что должник принял на себя обязательства по договорам поручительства перед своим акционером – предпринимателем за исполнение обязательств аффилированными с ним и предпринимателем юридическими лицами на сумму                          более 1 миллиарда рублей. На момент заключения договоров поручительства должник не имел возможности исполнить принятые на себя обязательства, поскольку стоимость его имущества многократно меньше обязательств по договорам поручительства. Анализ финансового состояния должника свидетельствует о том, что на момент заключения договоров поручительства должник испытывал финансовые затруднения, отсутствовали денежные средства и иные активы, за счет которых возможно было бы произвести удовлетворение требований предпринимателя.

Суды установили, что в отношении заемщиков и поручителей, входящих в группу компаний, фактически одновременно возбуждены процедуры банкротства. 

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что с учетом складывающейся отрицательной динамики финансовых показателей и периода заключения договоров займа и поручительства, целью заключения договоров поручительства должником и предпринимателем было искусственное наращивание кредиторской задолженности перед основным бенефициаром – предпринимателем в преддверии банкротства подконтрольных ему юридических лиц, что могло позволить  контролировать ход дела о банкротстве должника. Предоставление должником поручительства перед своим акционером по обязательствам между предпринимателем и подконтрольными ему юридическими лицами в преддверии банкротства группы лиц, нарушает интересы добросовестных кредиторов должника.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. 

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления  объективно влияет на хозяйственную деятельность должника. Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В стандартной практике гражданского оборота исполнение поручителем требования перед кредитором за должника влечет суброгацию. Однако в рамках дела о банкротстве основного заемщика суброгационное требование поручителя приобретает корпоративный характер. Поэтому подобное требование исполнившего обязательство поручителя не может конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов и не дает в рассматриваемом случае права на включение в реестр.

Также при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника. 

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела заемные отношения между предпринимателем и должником подлежат переквалификации в корпоративные, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

С учетом изложенного суды обоснованно отказали в удовлетворении заявления предпринимателя. 

Основания для отмены судебных актов по доводам, изложенным в кассационной жалобе, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.11.2017  и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2018 по делу                                      № А32-15200/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                              М.Г. Калашникова

Судьи

                              Е.В. Андреева

                              А.В. Гиданкина