ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-7135/2020

г. Саратов

11 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «10» июня 2021  года.

Полный текст постановления изготовлен «11» июня  2021 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Степуры С.М.,

судей Акимовой М.А., Пузиной Е.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агротехнологии-АГ» на определение Арбитражного суда Саратовской  области от 21 января 2021 года по делу №А57-7135/2020 

по заявлению  общества с ограниченной ответственностью «ОКАгаз»  (

<

...> и  Ванцетти, 21; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Лотос» (

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании: от общества с ограниченной ответственностью «АГРОТЕХНОЛОГИИ-АГ» – ФИО2, действующей на основании доверенности от 17.11.2020; от общества с ограниченной ответственностью «ОКАгаз» – ФИО3, действующего на основании доверенности от 08.09.2020;

от общества с ограниченной ответственностью «Лотос» – ФИО4, действующей на основании доверенности от 22.06.2020; от конкурсного управляющего акционерного общества «АктивКапитал Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО5, действующего на основании доверенности от 19.03.2021; от иных лиц – не явились, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в порядке статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Двенадцатого арбитражного апелляционного суда;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 26.08.2020 (резолютивная часть оглашена 26.08.2020) по делу №А57-7135/2020 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Лотос» (410017, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО6 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, рег. номер 18283, адрес для корреспонденции: 410056, 

<

...>), член Ассоциации арбитражных управляющих «ЕВРАЗИЯ» (115191, 

<

...>). 

Информация о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликована в газете «КоммерсантЪ» №166(6887) от 12.09.2020. 

07.10.2020 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «ОКАгаз» (с учетом заявления в порядке статьи 49 АПК РФ) о признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Лотос» требований в размере 63 124 092,27 руб., в том числе основной долг – 31 455 000 руб., проценты по договору – 29 495 844,93 руб., проценты по статье 395 ГК РФ – 2 173 247,34 руб. на сумму основного долга и сумму процентов,  для удовлетворения в третью очередь.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.01.2021 по делу №А57-7135/2020 признаны обоснованными и включены в третью очередью реестра требований кредиторов должника – ООО «Лотос» требования кредитора – ООО «ОКАгаз» в размере  31 455 000,00 руб. – основной долг, 29 495 844,93 руб. – проценты по договору, 2 173 247,34 руб. – проценты по статье 395 ГК РФ. 

Не согласившись с выводами суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Агротехнологии-АГ» (конкурсный кредитор) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и принять новый судебный акт, которым отказать   ООО «ОКАгаз» во включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ООО «Лотос» требований в размере  31 455 000 руб. – основной долг, 29 495 844,93 руб. – проценты по договору, 2 173 247,34 руб. – проценты по 395 ГК РФ.

ООО «ОКАгаз», ООО «Лотос», временным управляющим ООО «Лотос» ФИО6 в порядке статьи 262 АПК РФ представлены письменные отзывы на апелляционную жалобу.

ООО «Агротехнологии-АГ», ООО «ОКАгаз», ООО «Лотос» письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ.

В судебном заседании присутствовали представители ООО «Агротехнологии-АГ», ООО «ОКАгаз», ООО «Лотос», конкурсного управляющего акционерного общества «АктивКапитал Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов».

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного заседания, надлежащим образом, в порядке статьи 186 АПК РФ, путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа. Также извещены о времени и месте судебного заседания посредством направления заказной корреспонденции.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчетом о публикации судебных актов на сайте.

Согласно пункту 3 статьи 156 АПК РФ в случае неявки в судебное заседание лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, требования возникли из денежного обязательства, основанного на договоре займа №5 от 18.02.2014, в соответствии с которым ООО «ОКАгаз» (заимодавец) передал ООО «Лотос» (заемщик) процентный заем в сумме 31 455 000 руб. Сторонами согласована процентная ставка за пользование займом в размере 16% годовых от суммы предоставленных по договору денежных средств. Срок возврата займа с процентами установлен до 31.12.2019.

В соответствии с указанным договором, ООО «ОКАгаз» исполнило свои обязательства, перечислив на расчетный счет ООО «Лотос» 20.02.2014 денежные средства в сумме 31 455 000 руб., согласно платежному поручению №1. 

Однако должник в нарушение условий договора не произвел возврат займа и уплату процентов до установленного срока.

Согласно пункту 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

По состоянию на дату подачи в суд настоящего заявления задолженность ООО «Лотос» перед ООО «ОКАгаз» по договору займа №5 от 18.02.2014 не погашена.

Поскольку ООО «Лотос» не исполнило обязательств по возврату займов, полученных по договору займа №5 от 18.02.2014, ООО «ОКАгаз» обратился в суд заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов ООО «Лотос» требований  ООО «ОКАгаз»  в размере 63 124 092,27 руб., в том числе: основной долг – 31 455 000 руб., проценты по договору – 29 495 844,93 руб., проценты по статье 395 ГК РФ – 2 173 247,34 руб., для удовлетворения в третью очередь.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанные требования основаны на реальных обязательствах должника, в связи с чем включил требования ООО «ОКАгаз» в сумме 63 124 092,27 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Лотос». 

Суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с нормами Закона о банкротстве размер денежных обязательств по требованиям кредиторов считается установленным, если он подтвержден вступившим в законную силу решением суда или документами, свидетельствующими о признании должником этих требований, а также в иных случаях, предусмотренных указанным Федеральным законом.

Требования кредитора рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

Из положений статьи 71 Закона о банкротстве и пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ №35) следует, что требования кредиторов включаются на основании определения арбитражного суда после проверки их обоснованности. При этом обоснованными могут считаться только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства их наличия и размера.

В силу пункта 4 статьи 100 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов и доказательства уведомления других кредиторов о предъявлении таких требований. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указываются размер и очередность удовлетворения таких требований.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 №14-П, от 19.12.2005 №12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, о том, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения по существу заявленных требований; при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Из правовой позиции, изложенной в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, следует, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений, тем самым, прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

Нахождение должника в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Данная правовая позиция также отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 №301-ЭС17-4784, от 04.06.2018 №305-ЭС18-413, от 13.07.2018 №308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 №305-ЭС18-3533.

В силу статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, учитывая, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей, предметом доказывания по спору о включении задолженности по договору займа в реестр требований кредиторов должника является факт предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенной сторонами сделки.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в платежных документах.

В делах о банкротстве применяется более повышенный стандарт доказывания, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 №308-ЭС18-2197).

В целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника суд может истребовать дополнительные доказательства, свидетельствующие о добросовестности сторон при заключении договора.

20.02.2014 ООО «ОКАгаз» был получен кредит в АО «АктивКапитал Банк» и в этот же день были перечислены денежные средства в размере 31 455 000 руб. ООО «Лотос» в качестве займа по договору займа №5 от 18.02.2014 под 16% годовых на срок до 31.12.2019, то есть заем был предоставлен ООО «ОКАгаз» ООО «Лотос» за счет кредитных средств АО «АктивКапитал Банк».

Денежные средства получены должником  в сумме 31455000 руб., что подтверждается платежным поручением от 20.02.2014 №1 (т.1 л.д.8), отчетом по банку за 20.02.2014 г (т.1 л.д. 29), выпиской по лицевому счету должника за период 01.01.2013 по 30.10.2020 года (т.1 л.д. 38).

Доводы апелляционной жалобы о мнимости представленного договора займа отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду того, что в деле имеются доказательства перечисления денежных средств именно по договору займа. Перечисление плательщиком на расчетный счет должника денежных средств с указанием в платежном поручении их назначения - по договору займа - и принятие их последним подтверждают заключение договора займа. 

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, об отсутствии оснований считать, что задолженность перед кредитором по договору займа является искусственно созданной.

Исходя из положений пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса, которыми предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы, представленные в материалы дела, платежные поручения свидетельствуют о фактическом возникновении между кредитором и должником заемных правоотношений.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования кредитора, руководствовался тем, что задолженность по договору займа в сумме основного долга, процентов за пользование суммой займа не погашена.

Однако судом первой инстанции не учтено следующее.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное мие этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо)

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994 (1,2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

В пункте 3 "Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должник и аффилированных с ним лиц", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, указано, что требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса

Финансирование должника может быть оформлено, в том числе, договором займа, договором купли-продажи, подряда, аренды и т.д. посредством предоставления отсрочки либо рассрочки платежа, а также осуществляться путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.

В силу абз. 8 ст. 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 47 Федерального закона "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Для возможной переквалификации заемных правоотношений в качестве корпоративных (с возможными последствиями в деле о несостоятельности (банкротстве)) существенным является обстоятельство наличия у кредитора статуса участника должника.

По смыслу п. 1 ст. 19 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить не только юридический, но и фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение ВС РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 9 Федерального закона РФ N 135-ЗФ от 26.06.2006 "О защите конкуренции" одним из признаков, служащим для объединения в группу физических лиц является в том числе: наличие родственных связей ("Группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры").

Кроме того, признаком, служащим основанием для объединения в группу физических лиц в силу подпункта 8 пункта 1 статьи 9 вышеуказанного закона, является совместная экономическая деятельность, в ходе которой создавались юридические лица ("Группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку").

Если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой заявитель должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 N 301- ЭС17- 4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В связи с наличием более строгого стандарта доказывания в настоящем споре судом первой инстанции не достаточно оценены взаимоотношения должника и кредитора с позиции, отраженной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики).

Согласно абз. 4 п. 3.2 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

В соответствии с п. 3.3 названного Обзора, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ и представленным в материалы дела документам, ФИО7 является аффилированным лицом по отношению к должнику – ООО «Лотос», а именно ФИО7 является одним из участников должника ООО «Лотос» с 16.04.2013 с размером доли 75% 

При этом ФИО8 является бывшим учредителем                  ООО «ОКАгаз» и его бывшим директором, а в настоящее время является директором ООО «Лотос-Нефтепродукт» и одним из его учредителей совместно с учредителями ООО «Лотос» ФИО7, Косяком А.Ю., ФИО9 Также ФИО8 и ФИО7 принимают совместное участие в ООО «Самарское бюро оценки» (ИНН 

<

***>). Более того, отец ФИО8 – ФИО10 совместно участвовал с учредителем должника – ООО «Лотос» ФИО7 в следующих юридических лицах: ООО «Трасса-63» (ИНН 

<

***>, соучредители – ФИО7 и ФИО10), ООО «Флавий-Групп» (ИНН 

<

***>, учредитель – ФИО7 и подконтрольный ему директор ФИО10), что является общедоступной информацией, размещенной на сайте ФНС России (https://egrul.nalog.ru) в сети «Интернет» в разделе «Предоставление сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП в электронном виде».

Суд апелляционной инстанции считаете, что Должник и Кредитор являются аффилированными на основании пункта 8 статьи 9 Закона защите конкуренции, поскольку группы лиц каждого из них пересекаются через общих членов.

В пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) (далее - Обзор от 29.01.2020), если даже кредитор не является контролирующим лицом, следует проверять наличие нетипичности поведения (с точки зрения обычного участника оборота) аффилированного лица и исходить из презумпции того, что оно действовало по указанию контролирующего при наличии таких обстоятельств. Если это будет установлено, в отношении такого аффилированного лица подлежат применению все правила относительно контролирующего, сформулированные в Обзоре.

По условиям кредитного договора 

<

***> от 20.02.2014 в редакции дополнительных соглашений к нему от 31.12.2014, 20.02.2015, 20.08.2015, 19.02.2016, 17.02.2017, 16.02.2018, АО «АктивКапитал Банк» предоставило ООО «ОКАгаз» денежные средства в размере 155 224 000 руб. на срок до 15.02.2019, в то время как срок предоставления займа ООО «Лотос» значительно дольше – до 31.12.2019. 

В соответствии с пунктом 1.4 кредитного договора за пользование кредитом ООО «ОКАгаз» обязалось уплачивать АО «АктивКапитал Банк» проценты за пользование кредитом в размере 16% годовых, начиная с 01.01.2015 размер процентов на сумму задолженности по кредиту составил 22% годовых. Пунктом 4.3 указанного кредитного договора предусмотрено, что проценты по кредиту уплачиваются ежеквартально, не позднее последнего рабочего дня каждого текущего квартала, начиная с квартала, в котором произведена выдача кредита. Согласно пункту 4.6 кредитного договора в случае несвоевременного возврата кредита и/или процентов за пользование кредитом ООО «ОКАгаз» обязано уплатить неустойку в размере 0,1% от суммы просроченной задолженности за каждый день нарушения обязательств.

При этом процент за пользование предоставленными ООО «Лотос» взаймы кредитными средствами ООО «ОКАгаз» на весь период договора займа №5 от 18.02.2014 (с 20.02.2014 до 31.12.2019) составил всего лишь 16% годовых. Срок уплаты процентов за пользованием займом по договора займа №5 от 18.02.2014 наступает одновременно  с возвратом суммы основного долга – 31.12.2019 года. Неустойка в случае несвоевременного возврата займа и/или процентов за пользование займом ООО «Лотос» условиями договора займа №5 от 18.02.2014 не предусмотрена.

Таким образом, договор займа №5 от 18.02.2014 (между ООО «ОКАгаз» и ООО «Лотосом») по сравнению с кредитным договором 

<

***> от 20.02.2014 (Между Банком и ООО «Окагаз») заключен на невыгодных (нетипичных) условиях для Кредитора. ООО «ОКАгаз» обязан уплатить банку проценты за пользованием кредитом на 6%  больше, чем он получает по договору займа от должника Обязанность уплатить процентов у Кредитора наступает ежеквартально, когда по договору займа с должником наступает лишь через 5 лет- 31.12.2019 года. 

Кроме того, непосредственно ООО «ОКАгаз» обязательства перед                          АО «АктивКапитал Банк» по кредитному договору не исполнило, в связи с чем, у него образовалась задолженность в размере 241 785 339,79 руб., в том числе:                       155 224 000 руб. – основной долг по кредитному договору, 64 181 934,47 руб. – проценты за пользование кредитом, 15 832 848 руб. – неустойка за несвоевременный возврат кредита, 6 546 557,32 руб. – неустойка за несвоевременную уплату процентов, что подтверждается решением Арбитражного суда Самарской области от 11.03.2020 по делу №А55-31608/2019.

ООО «ОКАгаз» в течение длительного времени (более 9 месяцев) не предъявляло требования к ООО «Лотос» о возврате суммы займа и начисленных процентов, несмотря на то, что решением Арбитражного суда Самарской области от 11.03.2020 по делу №А55-31608/2019 с ООО «ОКАгаз» в пользу АО «АктивКапитал Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взыскано 230 595 637,13 руб., т.е. задолженность по кредитному договору 

<

***> от 20.02.2014. 

Поведение ООО «ОКАгаз», получающего денежные средства в банке под значительный процент и направляющего таковые не на реструктуризацию собственных обязательств, а иному юридическому лицу – ООО «Лотос», в том числе на основании договоров займов по заниженной процентной ставке, то есть действующего явно вразрез собственным экономическим интересам, не соответствует стандартам обычного и разумного поведения участников гражданского оборота.

Со стороны аффилированного должнику кредитора, не раскрыты суду апелляционной инстанции причины данного нетипичного поведения кредитора, не приведены экономические обоснования такого поведения.

В судебной практике выработан подход, согласно которому очередность удовлетворения требования кредитора подлежит удовлетворению после требований других кредиторов, если оно основано на договоре, финансирование по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. Основания для квалификации положения должника как находящегося в имущественном кризисе сформулированы в Обзоре от 29.01.2020.

20.02.2014 года полученные заемные средства Должником были направлены в полном объеме на цели по погашению своих обязательств (срочных процентов) по кредиту перед АО «АктивКапитал Банк», что подтверждается отчетом по банку за 20.02.2014 г (т.1 л.д. 29), выпиской по лицевому счету должника за период 01.01.2013 по 30.10.2020 года (т.1 л.д. 38). 

По мнению суда апелляционной инстанции, должник находился в ситуации имущественного кризиса, т.к. собственными средствами на погашение срочных процентов в размере 31455000 руб. не располагала, получив денежные средства от кредитора, тем самым позволило должнику восстановить свою платежеспособность и избежать процедуры банкротства.

В материалы дела представлен Анализ финансового-экономического состояния должника, составленный  временным управляющим ООО «Лотос» ФИО6, в котором на листе 10 указано, что согласно результатам проведенной аудиторской проверки было выявлено, что у должника, начиная с конца 2013 года имелись операции в финансово-хозяйственной деятельности, принесшие значительные убытки. На основании данных сведений анализ финансово-хозяйственной деятельности ООО «Лотос» был осуществлен за 2014-2019 гг. Предприятие неплатежеспособно в течении всего анализируемого периода, Финансов-хозяйственная деятельность предприятия-должника неэффективна и убыточна. Финансово-хозяйственная деятельность предприятия в течение нескольких лет не была направлена на покрытие производственных издержек и получение прибыли. Финансирование убыточной деятельности предприятия продолжалось за счет заемных средств (лист 42 анализа).

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что при заключении договоров займа с ООО «Лотос» ООО «ОКАгаз» осуществлялось компенсационное финансирование, имеющее своей целью компенсировать негативные результаты хозяйственной деятельности подконтрольного должника, восстановить его платежеспособность.

Суд апелляционной инстанции, с учетом установленных обстоятельств, а именно: срок действия договора займа - 5 лет; возврат суммы займа в конце срока действия договора; уплата процентов в конце срока действия договора вместе с возвратом основной суммы займа, в совокупности свидетельствующих о согласовании нехарактерных для договора займа условий для независимых участников гражданских правоотношений, считает о наличии оснований для субординации требования, основного на договоре займа с нерыночными условиями.

Подобное поведение значительно отличается от того, что можно было бы ожидать от любого независимого кредитора, который должен был бы незамедлительно принять меры по защите своих прав, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанное свидетельствует о предоставлении должнику компенсационного финансирования.

При этом, со стороны аффилированного к должнику кредитора суду не раскрыты причины данного нетипичного поведения кредитора, не приведены экономические обоснования такого поведения.

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Таким образом, установив обстоятельства, свидетельствующие о предоставлении обществом должнику компенсационного финансирования, и принимая во внимание, что подобное требование не может конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов, суд апелляционной инстанции понижает требования сумме 31455 000 руб. в очередности.

При таких обстоятельствах в соответствии с ч. 1 ст. 9 АПК РФ и исходя из смысла разъяснений, изложенных в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 июня 2012 г. N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования.

С учетом указанных обстоятельств, в отношении заявленного требования в сумме 31455 000 руб. основного долга по договору займа от 18.02.2014 №5 имеются основания для понижения очередности удовлетворения требований кредитора и его удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В части требования ООО «ОКАгаз» в части суммы проценты по договору в размере 29 495 844,93 руб., а также процентов по 395 ГК РФ в размере 2 173 247,34 руб. суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

В рассматриваемом случае фактически было установлено отсутствие заемных отношений между сторонами, поскольку договор займа прикрывал собой компенсационное финансирование должника, то есть признал за прикрываемым требованием статус корпоративного. 

Из разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. 

Поскольку такое финансирование текущей хозяйственной деятельности должника не предполагает возврат переданной должнику суммы, то на указанную сумму не подлежат начислению проценты в соответствии с условиями договора займа. 

Данная позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 29.04.2021 по делу №А12-32394/2019.

Таким образом, в удовлетворении требования о включении в реестр требований кредиторов должника требования ООО «ОКАгаз» о взыскании процентов по договору в размере 29 495 844,93 руб., а также процентов по статье 395 ГК РФ в размере 2 173 247,34 руб., следует отказать.

В силу пункта 2 абзаца 1 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия находит обжалуемое определение подлежащим отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ, а требования ООО «ОКАгаз» в размере 31 455 000 руб. основного долга по договору займа от 18.02.2014 №5 и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 21 января                     2021 года по делу №А57-7135/2020 отменить. Принять новый судебный акт.

Признать требование общества с ограниченной ответственностью «ОКАгаз» к обществу с ограниченной ответственностью «Лотос» обоснованным в сумме 31455 000 руб. основного долга по договору займа от 18.02.2014 №5 и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В остальной части требования общества с ограниченной ответственностью «ОКАгаз» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Лотос» – отказать.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий 

С.М. Степура

Судьи 

М.А. Акимова

Е.В. Пузина