АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-29437/2018

Дело № А49-2657/2017

г. Казань

06 февраля 2018 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Гильмановой Э.Г.,

судей Сабирова М.М., Топорова А.В.,

при участии представителей:

истца – Кузнецова Ю.В., доверенность от 24.01.2018 № 4; Ехиной С.В., доверенность от 24.01.2018 № 5,

в отсутствие:  

ответчика – извещен надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Бековскому району

на решение Арбитражного суда Пензенской области от 02.08.2017 (судья Лаврова И.А.) и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2017 (председательствующий судья Морозов В.А., судьи Демина Е.Г., Шадрина О.Е.)

по делу № А49-2657/2017

по исковому заявлению Отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Бековскому району (ОГРН 1145805030040, ИНН 5808000280) к обществу с ограниченной ответственностью «Торговопроизводственная и строительная компания Регион» (ОГРН 1115836009024, ИНН 5836649125) о взыскании 277 743,57 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Отделение Министерства внутренних дел Российской Федерации по Бековскому району (далее – МВД России по Бековскому району, истец) обратилось в Арбитражный суд Пензенской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная и строительная компания Регион» (далее – ООО «ТП и СК Регион», ответчик) о взыскании пени за период с 01.07.2016 по 24.10.2016 за нарушение срока выполнения работ по государственному контракту от 18.04.2016 № 0155100007516000004_314091 в размере 277 743,57 руб. (с учетом принятого судом уточнения исковых требований).

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 02.08.2017, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2017, исковые требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, истец обратился в арбитражный суд с кассационной жалобой, в которой просит принятые по делу судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

Заявитель в кассационной жалобе ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также на не выяснение судами обстоятельств дела, имеющих значение для рассмотрения настоящего дела.

Заявитель ссылается в обоснование своей жалобы на неправильное применение судами норм права, регулирующие спорные правоотношения, а также толкование пункта 3 дополнительного соглашения к контракту, указывает, что истец как государственный заказчик не отказывался от своего права применять к подрядчику санкции за нарушение сроков выполнения работ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов по правилам главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  АПК РФ), изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит их подлежащими отмене, дело  направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 18.04.2016 между истцом (государственный заказчик) и ответчиком (подрядчик) был заключен государственный контракт № 0155100007516000004_314091 (далее – контракт), по условиям которого подрядчик обязался по заданию государственного заказчика выполнить работы по капитальному ремонту здания Отделение МВД России по Бековскому району, расположенного по адресу: Пензенская область, р.п. Беково, ул. Советская, 34Б (далее – объект), в соответствии с локально-сметным расчетом (Приложение № 2 к контракту) и техническим заданием (Приложение № 3), сдать результаты выполненных работ государственному заказчику, а государственный заказчик обязался принять и оплатить их результат за счет средств федерального бюджета.

В пункте 2.1. контракта стороны согласовали срок выполнения работ: с даты подписания сторонами контракта до 30 июня.

Цена контракта составила 870 669,49 руб. (пункт 3.1. контракта).

В соответствии с разделом 6 контракта заказчик, получивший письменное уведомление подрядчика о готовности объекта, обязался в срок не позднее 2-х рабочих дней приступить к приемке результата выполненных работ. Заказчик обязался осуществить приемку работ в течение 10-ти рабочих дней с даты получения акта о приемке выполненных работ.

Пунктом 8.2. контракта предусмотрена ответственность подрядчика за просрочку исполнения подрядных обязательств в виде уплаты пени за каждый день просрочки в размере не менее одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, согласно изложенной в контракте формуле.

Контракт заключен на срок с даты его подписания до фактического исполнения сторонами обязательств по контракту, но не позднее 15.07.2016 (пункт 11.1. контракта).

Из материалов дела усматривается, что ответчик выполнил и сдал, а истец принял результаты работ по контракту на общую сумму 807 264,89 руб., что подтверждается актами о приемке выполненных работ по форме № КС-2 от 24.10.2016 № 1 и справкой о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 от 24.10.2016 № 1, которые подписаны сторонами без замечаний и возражений к качеству, срокам, объему и стоимости выполненных работ.

Ссылаясь на то, что просрочка выполнения работ составила 116 дней, истец направил в адрес ответчика претензию от 25.10.2016 № 4464 с требованием в течение 5 (пяти) рабочих дней с даты направления соответствующего требования оплатить пени в размере 302 992,98 руб., начисленные на основании пунктов 8.1. 8.4. контракта, которая была получена последним 31.10.2016, однако оставлена без удовлетворения.

Неисполнение требования претензии послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что контракт является незаключенным по причине несогласованности срока окончания подрядных работ (в качестве срока завершения работ в контракте указано – 30 июня, год не указан); истец просрочил приемку выполненных ответчиком работ, чем способствовал увеличению периода просрочки; не соблюден претензионный порядок урегулирования спора (претензионное требование по юридическому адресу ООО «ТП и СК Регион» не направлялось), а также заявил о несоразмерности начисленных санкций последствиям нарушенного обязательства и просил на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее  ГК РФ) снизить размер пени. Кроме того, ответчик считает, что в связи с заключением сторонами дополнительного соглашения от 08.11.2016 о расторжении контракта взаимные обязательства сторон прекратились, что исключает возможность предъявления сторонами требований, вытекающих их указанного контракта.

В ходе рассмотрения дела, судами было установлено, что 08.11.2016 сторонами подписано дополнительное соглашение о расторжении контракта (далее – соглашение), в соответствии с условиями которого стороны пришли к соглашению расторгнуть контракт.

В пункте 2 соглашения предусмотрено, что общая сумма выполненных работ на момент расторжения контракта составляет 807 264,89 руб.

При этом пунктом 3 данного соглашения установлено, что стороны взаимных претензий в части исполнения контракта не имеют.

Принимая во внимание буквальное содержание соглашения, которое свидетельствует о том, что контракт расторгнут по двустороннему волеизъявлению и не позволяет считать, что основанием к его расторжению послужили виновные действия какой-либо из сторон, в отсутствие взаимных претензий в части исполнения контракта (пункте 3 соглашения), суды пришли к выводу, что указанные обстоятельства исключают возможность взыскания неустойки за период, предшествующий расторжению контракта.

Кроме того, ссылаясь на то, что соглашение о расторжении контракта подписано в момент, когда обстоятельства, послужившие основанием к предъявлению настоящего иска, были известны истцу; подписывая соглашение о расторжении контакта, стороны не оговорили продолжение действия его норм об ответственности за нарушение условий контракта по наступившим обстоятельствам, суды, придя к выводу, что заявленная санкция не относится к числу санкций, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (абзац 2 пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»), руководствуясь статьями 307, 309, 329, 330, 453 ГК РФ, отказали в удовлетворении исковых требований.

Между тем, судами предыдущих инстанций не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Пунктом 1 статьи 330 ГК РФ установлено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

При расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства (пункт 2 статьи 453 ГК РФ). 

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Аналогичные разъяснения о начислении неустойки до момента прекращения основного обязательства при расторжении договора содержатся в пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». Следовательно, по смыслу изложенного правового подхода, факт прекращения основного обязательства не прекращает обязанности по оплате неустойки, установленной за нарушение сроков его исполнения, за тот период, пока основное обязательство существовало. Иное означало бы полное освобождение должника от ответственности за нарушение принятых на себя обязательств.

Ссылка суда в обоснование своего вывода на условие дополнительного соглашения к контракту об отсутствии взаимных претензий в части его исполнения недостаточно обоснован, поскольку данное условие не содержит указание на освобождение подрядчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 708 ГК РФ если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с частью 7 статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» пени начисляются за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем 1/300 действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Учитывая, что требование о взыскании неустойки судом  по существу не рассмотрено, не установлены все фактические обстоятельства, входящие в предмет спора, в том числе, связанные с конкретной продолжительностью просрочки исполнения ответчиком своих обязательств, наличия или отсутствия вины подрядчика в таком нарушении, не проверялся расчет неустойки, произведенный истцом, не рассматривалось ходатайство ответчика о применении статьи 333 ГК РФ, а компетенция суда кассационной инстанции ограничена положениями главы 35 АПК РФ, судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пензенской области.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть недостатки, указанные  в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, оценить все представленные сторонами доказательства, их доводы и возражения, установить обстоятельства, имеющие юридическое значение для применения мер договорной ответственности, по результатам чего принять законное решение с соблюдением норм материального и процессуального права.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Пензенской области от 02.08.2017 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2017 по делу № А49-2657/2017 отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пензенской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья						Э.Г. Гильманова

Судьи										М.М. Сабиров

										А.В. Топоров