ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-43663/2019

г. Саратов

29 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «27» октября 2021 года

Полный текст постановления изготовлен «29» октября 2021 года

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Батыршиной Г.М., 

судей Грабко О.В., Землянниковой В.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Двенадцатого арбитражного апелляционного суда апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 августа 2021 года по делу № А12-43663/2019 (судья Кулик И.В.)

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Клиника пластической хирургии «Ассоль» ФИО3 о взыскании убытков с ФИО2

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Клиника пластической хирургии «Ассоль» (400001,                          

<

...>, эт. 2, пом. 22, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 29.07.2020, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением суда от 20.07.2020 в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

В суд обратился конкурсный управляющий должника с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков в размере 43 208 518,67 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.08.2021 взыскано с ФИО2 в пользу ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» убытки в размере 9 576 835,67 руб. В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего отказано.

ФИО2 не согласился с принятым судебным актом и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12.08.2021 по делу № А12-43663/2019 отменить в части взыскания с ФИО2 сумм убытков, составляющих сумму недоимки по НДС в размере 4 181 385, 00 руб. и вынести по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что основанием для начисления НДС послужили выводы налогового органа об утрате обществом с 01.07.2016 права на применение УСН в связи с превышением предельного размера остаточной стоимости основных средств, соответственно с указанного периода обществу доначислены налоговые обязательства, в том числе и по НДС, которые общество должно было уплачивать как субъект налоговых правоотношений, применяющий общую систему налогообложения; при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей ответственность несет хозяйствующий субъект, без права отнесения вины на единоличный исполнительный орган общества. 

В судебном заседании представитель ФИО2 - ФИО4 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание. 

Конкурсный управляющий ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу против доводов апелляционной жалобы возражала, просила оставить обжалуемое определение без изменения по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

От представителя ФИО2 – ФИО5 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства по рассмотрению апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО2 - ФИО4 заявленное ходатайство об отложении не поддержал.

Судебная коллегия, руководствуясь статьей 158 АПК РФ, отклонила указанное ходатайство, поскольку не усмотрела правовых оснований для его удовлетворения.

В силу пункта 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалуется только часть определения, при этом иные лиц, участвующие в деле, возражений против этого не заявили и на проверке законности определения суда в полном объеме не настаивали, то суд апелляционной инстанции не может выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

В остальной части законность и обоснованность судебного акта при отсутствии возражений лиц, участвующих в деле, в силу части 5 статьи 268 АПК РФ не проверялись.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В соответствии со статьями 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом с особенностями, предусмотренными законодательством, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства). 

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 22.11.2013 по 05.06.2018 являлся единственным участником ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль», а также с 24.04.2009 по 18.06.2018 директором общества. 

За обществом было зарегистрировано право собственности со степенью готовности 9% на объект незавершенного строительства «Оздоровительно - досугового центра (далее - ОДЦ) в виде двухэтажного здания № 1 с подвалом и восьмиэтажного здания № 2 с подвалом, по адресу: 

<

...>, и права аренды земельного участка под ним.

08.10.2013 общество заключило договор с ООО «Волгопромстрой» строительного подряда по завершению строительства спорного здания при степени готовности 9%.

02.11.2015 между обществом и ИП ФИО2 заключен договор инвестирования строительства,  по условиям которого, результатом инвестиционной деятельности является завершение строительством объекты оздоровительно-досугового центра по адресу: 

<

...>,общей площадью3069,4 кв.м., которое будет осуществляться в соответствии с проектом и ввод в эксплуатацию в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ в области градостроительства.

Согласно пункту 2.1 договора инвестирования строительства от 02.11.2015 стороны договорились о том, что инвестиции, полученные от стороны 2 (ИП ФИО2) будут направляться стороной 1 (ООО «АССОЛЬ») на создание результатов инвестиционной деятельности, выполнение всех необходимых работ и условий, требуемых для реализации проекта.

По условиям п.3.1 договора инвестирования, предварительный размер инвестиций определен сторонами в размере 90 000 000,00 руб.

Условиями п.3.2 договора предусматривалось, что инвестиционная деятельность в отношении объекта является эксклюзивным правом стороны 2 и вводится запрет на привлечение других инвесторов для достижения результата инвестиционной деятельности согласно п.1.4 договора, в связи с чем, по результатам инвестиционной деятельности у стороны 1 возникает право на 58/341 долей в праве общей долевой собственности на объект, а у стороны 2 (ИП ФИО2) возникает право на 283/341 долей в праве на объект.

02.09.2016 заключено дополнительное соглашение № 1 от 02.09.2016 к договору инвестирования    строительства    от    02.11.2015,    составлен    акт    приема-передачи инвестиционной деятельности от 02.09.2016.

Решением от 29.07.2016 разрешен ввод в эксплуатацию введенного ОДЦ 16.09.2016 года право на 283/341 доли вправе общей долевой собственности на объект было зарегистрировано Управлением Росреестра по Волгоградской области за ФИО2

Договор инвестирования по заявлению ООО «АССОЛЬ» был признан судом общей юрисдикции недействительным (притворная сделка), без применения последствий недействительности, что следует из Определения судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 24.10.2019 по делу № 33-12525/2019.

Кроме того, решением МИ ФНС № 10 по Волгоградской области от 14.09.2018 ООО «АССОЛЬ» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

В ходе проверки налоговый орган пришел к выводу, что договор инвестирования заключен ФИО2, с целью сохранения права на использование специального режима налогообложения и возможности ухода налогообложения по сделке, фактически прикрывающей реализацию объекта в адрес ИП ФИО2

Указанное решение налогового органа было обжаловано в судебном порядке и оставлено без изменения.

В рамках налоговой проверки установлено, что в период строительства ОДЦ в адрес налогоплательщика поступали заемные средства в виде займов (нецелевых) от директора и учредителя ООО «АССОЛЬ» ФИО2, главного врача ФИО6 Установлено, что всего списано на счет «целевое финансирование» 94 985 785,00 руб. в качестве кредитовой задолженности по договору инвестирования. Со счета «Строительство основных средств» списаны все накопленные суммы расходов на строительство – 94 985 785,00 руб. и погашается кредитовая задолженность перед ИП ФИО2 по договору инвестирования от 02.11.2015.

Таким образом, совокупностью вышеуказанных операций налогоплательщиком 02.11.2016 погашена кредиторская задолженность перед ИП ФИО2 по договорам займа, датированным 2010-2016 в сумме 94 985 785,00 руб., путем передачи доли здания по адресу: 

<

...>.

Судами различных инстанций установлено, что прекращение заемных обязательств ООО «АССОЛЬ» перед ФИО2 в части основного долга и процентов по займам, является реализацией части ОДЦ.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 24.10.2019г по делу № 33-12525/2019, договор инвестирования строительства, заключенный 02.11.2015 между ООО «Ассоль» и ИП ФИО2 признан недействительной сделкой, прикрывающей собой сделку по возмездному отчуждению имущества должника. При этом суд не усмотрел оснований для применения реституции к притворной сделке - инвестиционному договору.

В рамках дела о банкротстве ООО «Ассоль», заявление конкурсного управляющего ООО «Ассоль» о признании сделки по возмездному отчуждению имущества (ОДЦ) недействительной и применении последствий ее недействительности, также осталось без удовлетворения (определение АС ВО от 16.12.2020, Постановление арбитражного суда Поволжского округа от 21 апреля 2021г.).

Судом установлено, что исполнение сделки происходило путем списания кредиторской задолженности перед ФИО2 взамен передачи доли здания ОДЦ. Среди погашенной ООО «Ассоль» кредиторской задолженности имелись права требования ФИО2 в размере 33 631 683,00 руб., приобретенных Ответчиком по договору переуступки прав требования от 01.01.2016 у ИП ФИО6

Решением Советского районного суда г. Волгограда от 17.07.2019 по делу 2¬466/2019 договор переуступки от 01.01.2016, заключенный между цедентом индивидуальным предпринимателем ФИО6 и цессионарием индивидуальным предпринимателем ФИО2 признан недействительным, ввиду отсутствия согласия на сделку супруга ФИО6

В этой связи, конкурсный управляющий делает вывод о том, что задолженность в размере 33 631 683,00 руб. списана необоснованно и данная денежная сумма может быть предъявлена ко взысканию с ООО «Ассоль» и включена в реестр.

Между тем, после вступления в законную силу решения Советского районного суда Волгограда (23.08.2019), требования из договоров займа от ФИО2 вернулись ФИО6 (Акт о возврате прав требования по договору переуступки от 07.10.2019), затем через ФИО7 (Договор об уступке прав требования от 07.10.2019) и ФИО8 (Договоры уступки прав от 10.01.2020) перешли к ООО «Тевет» (Соглашения № 13/юр об уступке прав требования от 17.01.2020).

ООО «Тевет» обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Ассоль».

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.06.2020 во включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Тевет» отказано, поскольку последующее признание договора переуступки ничтожной сделкой (решение Советского районного суда Волгограда от 17.07.2019 по делу № 2-466/2019) не влияет на правовое положение должника, надлежаще исполнившего обязательство новому кредитору, что исключает возможность предъявления повторных требований в отношении уже исполненного обязательства.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что обязательства ООО «Ассоль» по оплате задолженности перед ИП ФИО6 в размере 33 631 683,00 руб. и обязательства по оплате задолженности перед ИП ФИО9 в размере 61 354 102,00 руб. прекратились путем передачи ИП ФИО2 283/341 доли в праве собственности на здание оздоровительно-досугового центра по адресу 

<

...> на сумму 94 985 785,00 руб., и соответственно, убытков в размере 33 631 683,00 руб. у ООО «Ассоль» не возникло. В противном случае, применение и толкование последствий принятого судебного акта (решение Советского районного суда Волгограда от 17.07.2019 по делу № 2-466/2019) в редакции конкурсного управляющего должника, изложенной в заявлении о взыскании убытков с ФИО2, может привести к существенному увеличению кредиторской задолженности ООО «Ассоль», что негативным образом скажется на имущественных правах внешних кредиторов должника.

Определение суда первой инстанции в части отказа во взыскании убытков с ФИО2 в размере 33 631 683,00 руб. не обжалуется. 

Кроме того, из материалов дела следует, что решением № 13-10/42 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 14.09.2018 установлено следующее.

Инвестиции являются заемными денежными средствами Стороны-2, которые по соглашению сторон и в соответствии со ст. 414 ГК РФ прекращают обязательства по договорным обязательствами о займе денежных средств и заменяют первоначальное обязательство Стороны-1 по возврату долга и процентов Стороне-2, другим обязательство, а именно возникновением прав общей собственности на объект.

В связи с тем, что заемные средства новировались в инвестиции после заключения договор инвестирования строительства, а именно 02.11.2015, соответственно характер обязательств Стороны-2 должен был измениться из договоров займа в инвестиции.

На дату заключения договора 02.11.2015 объем денежных средств, назначение которых было изменено с «займ» на «инвестиции» составил 30 687 500,00 руб.

ИП ФИО2 после 02.11.2015 продолжает заключать договоры займа, как процентные, так и беспроцентные, носящие нецелевой характер, а ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль», в свою очередь продолжает учитывать полученные от ИП ФИО2 денежные средства на счете 66 «Расчеты по краткосрочным кредитам и займам».

В решении № 13-10/42 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 14.09.2018 указано, что в период с 02.11.2015 по 28.07.2016, как установлено проверкой, в бухгалтерском учете операции по изменению назначения заемных денежных средств осуществляются путем списания сумм задолженности перед ИП ФИО2 со счета 66.03 «Расчеты по долгосрочным кредитам и займам (основной долг)» и счета 67.04 «Проценты за пользование заемными средствами» на счет 86.02 «Целевое финансирование». На дату передачи доли нежилого помещения -02.11.2016 по дебету счета бухгалтерского учета 86.02 «Целевое финансирование» отражена операция по списанию со счета 08.03 «Строительство объектов основных средств» на общую сумму 94 985 785,00 руб.

Решением № 13-10/42 от 14.09.2018 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (раздел 2.3.1, стр. 92-95) установлена сумма обязательств, которые были прекращены в момент передачи налогоплательщиков доли нежилого помещения ИП ФИО2

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 24.10.2019 по делу № 33-12525/2019 установлено, что перечисление ИП ФИО2 денежных средств в качестве инвестиционных вкладов застройщику ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» не производилось.

Заключение договора инвестирования от 02.11.2015 было связано не с его действительным экономическим смыслом, а с целью непревышения допустимого значения остаточной стоимости основных средств, и, как следствие, сохранение права применения специального налогового режима.

Судебная коллегия указала, что, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, приходит к выводу о том, что притворная сделка - инвестиционный договор прикрывал собой сделку по возмездному отчуждению ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» в пользу ИП ФИО2 доли в праве собственности на здание оздоровительно-досугового центра.

Притворный договор инвестирования от 02.11.2015 был заключен с целью получения необоснованной налоговой выгоды, в результате чего у ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» возникли дополнительные обязательства по уплате налогов.

Решением МИФНС № 10 Волгоградской области № 13-10/42 от 14.09.2018 ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения на основании п. 1 ст. 119, п. 1 ст. 122 НК РФ за неуплату налогов и не предоставление налоговых деклараций в виде штрафа в сумме 5 405 659 рублей. На основании указанного решения налогоплательщику доначислены единый налог, уплачиваемый в связи с применением упрощенной системы налогообложения, налог на добавленную стоимость, налог на прибыль организаций, налог на имущество организаций в  общей сумме  12 476 008  руб.  и соответствующие пени в размере 2 493 043,55 руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 07.06.2019 по делу № А12-4585/2019 по заявлению ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» о признании недействительным решения налогового органа № 13-10/42 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 14.09.2018 указанное решение признано недействительным в части доначисления единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системой налогообложения, в размере 7670,00 руб., соответствующих сумм пени и штрафов, налога на имущество в размере 21644,00 руб., соответствующих сумм пени и штрафов. В удовлетворении заявления в остальной части было отказано.

При этом суд согласился с доводом налогового органа о переквалификации спорного договора исходя из п. 4 Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем», согласно которому судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи. Решение Арбитражного суда Волгоградской области от 07.06.2019 по делу № А12-4585/2019 вступило в законную силу.

В обоснование заявления о взыскании убытков конкурсный управляющий указал, что недобросовестное поведение ФИО10 причинившее, убытки должнику, выразилось в заключении притворной сделки (договора инвестирования), фактически прикрывающей отношения по купле-продажи доли в общей долевой собственности объекта недвижимости (г. Волгоград у. Академическая, д.2, общей площадью 3069,4 кв.), что привело к неисполнению ФИО10 обязанности по оплате приобретенного имущества в полном объеме (путем списания кредиторской задолженности должника перед ФИО10), а также привлечению должника к ответственности на совершение налогового правонарушения и начислению НДС, взысканного с должника. 

Суд первой инстанции, принимая обжалуемое определение, исходил из того что действия ФИО2 явно выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и были направлены на умышленное совершение налогового правонарушения; руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство.

Повторно исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда по следующим основаниям.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, если он совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Также из содержания пункта 4 названного постановления следует, что единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В частности, при привлечении юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.д.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора с такого руководителя могут быть взысканы понесенные юридическим лицом убытки.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу убытков с лиц, уполномоченных выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лиц, определяющих действия юридического лица, в том числе лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица.

Суд первой инстанции при определении размера убытков, причиненных заинтересованным лицом в результате заключения притворной сделки инвестирования строительства и занижения налоговой базы, правомерно исходил из следующего.

Как указано судом, вышеуказанными судебными актами установлено, что ФИО2 заключил договор с целью занижения налоговой базы. Таким образом, вследствие недобросовестного исполнения обязанностей руководителя должника у ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» возникли убытки в виде принятия налоговым органом решения (с учетом решения Арбитражного суда Волгоградской области от 07.06.2019 по делу № А12-4585/2019) о взыскании: штрафных санкций по налогу на прибыль по п. 1 ст. 122 НК РФ в сумме 347 660,00 руб.; штрафных санкций по налогу на прибыль ст. 119 НК РФ в сумме 521 490,00 руб.; пени по налогу на прибыль в сумме 252 575,14 руб.; недоимка по НДС в размере 4 181 385,00 руб.; штрафных санкций по НДС по п. 1 ст. 122 НК РФ в сумме 836 278,00 руб.; штрафных санкций по НДС по ст. 119 НК РФ в сумме 1 254 415,00 руб.;   пени по НДС в сумме 777 652,96 руб.; штрафных санкций по УСН по п. 1 ст. 122 НК РФ в сумме 100 497,00 руб.; пени по УСН в сумме 845 645,51 руб.; штрафных санкций по налогу на имущество по п. 1 ст. 122 НК РФ в сумме 142 476,00 руб.;            штрафных санкций по налогу на имущество по ст. 119 НК РФ по ст. 119 НК РФ в сумме 213 715,00 руб.; пени по налогу на имущество в сумме 103 046,06 руб., а всего на сумму 9 576 835,67 руб. 

Доводы ФИО2 о том, что обязанность по уплате налогов возникла непосредственно у налогоплательщика, что не может свидетельствовать о причинении обществу убытков, были предметом оценки суда первой инстанции,  полностью и всесторонне рассмотрен судом и обоснованно отклонен

Так, суд указал, что в данном случае, указанные выше налоговые обязательства (пени, штрафы, недоимка по НДС) возникли в результате совершения ответчиком налогового правонарушения и при обычной хозяйственной деятельности общества возникнуть не могли. 

Вместе с тем, судом отмечено, что при доначислении НДС должнику налоговый орган (решение № 13-10/42 от 14.09.2018 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения) исходил из того, что в связи с утратой права применения упрощенной системы налогообложения начиная с 01.07.2016 в соответствии с п. 1 ст. 143 НК РФ ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» являлось плательщиком НДС. 

Также судом указано, что в связи с тем, что ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль» в 3 и 4 квартале 2016 года необоснованно применяло УСН, налогоплательщиком налог на добавленную стоимость не исчислялся, счета-фактуры не оформлялись, сумма НДС покупателю (заказчику) не предъявлялась, журнал учета полученных и выставленных счетов-фактур не велся, налоговые декларации по НДС в налоговый орган по месте учета не предоставлялись.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 15.02.2005 № 93-О указал, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщикам.

Как следует из разъяснений в пункте 4 Постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В п. 1 постановления Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

Руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство. Пока не доказано обратное,  руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

В силу положений главы III.2 Закона о банкротстве обязанность по предоставлению доказательств, подтверждающих отсутствие вины, лежит на контролирующих должника лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Однако суд указал, что доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и доводы конкурсного управляющего, ответчиком в суд не представлено.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, о том, что ФИО2, будучи добросовестным руководителем должен был при совершении сделки по возмездному отчуждению доли в праве собственности на объект недвижимости - оздоровительно-досугового центра, обязан был исходить из того, что в соответствии с требованиями ст. 153 НК РФ в стоимость цены договора должен входить НДС, который предъявляется к уплате покупателем. 

Таким образом, судом обоснованно указано, что сумма неуплаченного покупателем (ФИО11) НДС представляет собой убытки ООО «Клиника пластической хирургии «Ассоль», а действия ФИО2 явно выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и были направлены на умышленное совершение налогового правонарушения. 

Оснований не согласиться с выводом суда у апелляционной инстанции не имеется.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что убытки причинены должнику в результате ненадлежащего исполнения обязанностей ФИО2 как руководителем общества, поскольку именно он осуществлял текущее руководство обществом, принимал управленческие решения, в результате которых произошло ухудшение финансового положения должника. ФИО2, как единоличный исполнительный орган общества, должен был лично контролировать заключение сделок с контрагентами общества, финансово-хозяйственную деятельность общества.

Таким образом, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2 к ответственности в виде взыскания убытков в размере 9 576 835,67 руб., причиненных обществу в результате возникшей у должника обязанности по уплате налогов и штрафных санкций по вине его руководителя.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что все существенные обстоятельства дела судом установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм права.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие апеллянта с указанными выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения в обжалуемой части, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного суда Волгоградской области от 12 августа 2021 года по делу № А12-43663/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Возвратить ФИО5 из федерального бюджета государственную пошлину, уплаченную за подачу апелляционной жалобы чеком от 09 сентября 2021 года, в размере 150 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судья                                                             Г.М. Батыршина 

 

Судьи                                                                                                                      О.В. Грабко

 

В.В. Землянникова