АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3432/2022

г. Петропавловск-Камчатский

23 января 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 23 января 2023 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью «К Транс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «СК Феррум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 523 047,94 руб.

и по встречному иску о взыскании 357 521,44 руб.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом и не явившихся в суд,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «К Транс» (далее – ООО «К Транс», адрес: 683031, 

<

...>) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СК Феррум» (далее – ООО «СК Феррум», адрес: 683032, 

<

...>) о взыскании 523 047,94 руб., включающих 500 000 руб. неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса по договору подряда от 03.12.2019 № 03/12 и 23 047,94 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23.10.2021 по 31.03.2022 (с учетом принятого уменьшения размера исковых требований протокольным определением от 23.11.2022).

ООО «СК Феррум», в свою очередь, предъявило встречные исковые требования о взыскании с ООО «К Транс» 357 521,44 руб. убытков в виде расходов подрядчика, понесенных до прекращения договора подряда от 03.12.2019 № 03/12 ввиду одностороннего отказа подрядчика от его исполнения уведомлением от 04.10.2022 по причине невыполнения заказчиком своих обязательств.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводилось в отсутствие сторон, извещенных надлежащим образом о месте и времени его проведения  по правилам статей 121-123 АПК РФ и не явившихся в суд.

До начала судебного заседания от ООО «СК Феррум» поступило ходатайство об участии в онлайн-заседании, которое судом удовлетворено путем предоставления соответствующего доступа. В день проведения судебного заседания судом организовано онлайн-заседание, однако представитель ООО «СК Феррум», ходатайствовавший об участии в судебном заседании посредством веб-конференции, к онлайн-заседанию не подключился. Дополнительных пояснений и документов суду указанным процессуальным участником не направлено. 

ООО «К Транс» явку представителя в судебное заседание также не обеспечило. После завершения судебного заседания и принятия по делу решения в материалы дела сотрудниками приемной суда передано ходатайство представителя ООО «К Транс» об отложении судебного разбирательства, которое подано в систему «Мой арбитр» 16.01.2023 в 02 час. 34 мин. по московскому времени, что соответствует 11 час. 34 мин. камчатского времени, – то есть подано в систему после начала судебного заседания по делу (заседание назначено на 11 час. 30 мин.), в связи с чем, с учетом срока на прием и обработку поступающей в суд корреспонденции, принято в системе и зарегистрировано работниками приемной суда в 08 час. 01 мин. по московскому времени или в 17 час. 01 мин. по камчатскому времени, когда судебное разбирательство по делу уже было завершено. При этом суд полагает необходимым отметить, что документы, подтверждающие доводы, положенные в обоснование необходимости отложения рассмотрения дела, к ходатайству не приложены, какие-либо дополнительные материалы и пояснения в суд не направлены. 

Исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

В материалы дела представлен подписанный сторонами договор подряда от 03.12.2019 № 03/12, по условиям которого ООО «К Транс» (заказчик) поручает, а ООО «СК Феррум» (подрядчик) обязуется собственными силами и средствами в соответствии с разработанной проектной документацией и требованиями технических регламентов, строительных норм и правил, иных нормативных правовых актов Российской Федерации выполнить из материалов заказчика (приложение № 3 к договору) в срок, установленный пунктами 3.1 и 3.2 осуществить работы по устройству секции № 5 верхнего строения глубоководной части в составе объекта «Причал № 1а» (пункт 2.1).

Подрядчик обязуется передать результат работ заказчику в порядке, установленном договором, а заказчик – принять и оплатить выполненные работы в порядке и на условиях, предусмотренных договором (пункт 2.3). 

Согласно пункту 2.4 договора подрядчик подтверждает, что изучил имеющуюся документацию по объекту, строительную площадку и владеет исчерпывающей информацией в отношении рисков, не предвиденных и всех прочих обстоятельств, которые могут повлиять на исполнение его обязательств по договору, срок выполнения и стоимость работ, а также достаточность материалов для выполнения работ. 

Объемы и стоимость работ (в том числе единичные расценки на работы) согласованы сторонами локальным счетным расчетом (приложение № 1 к договору) (пункты 2.5, 3.1). Пунктом 9.2 договора установлено, что заказчик, в течение 3 дней с даты подписания договора перечисляет на расчётный счёт подрядчика предоплату (аванс) в размере 700 000 руб. При расторжении договора непогашенная сумма аванса подлежит перечислению заказчику в течение 10 банковских дней с момента расторжения договора (пункт 9.5).

В соответствии с пунктом 2.6 договора работы осуществляются в сроки, определенные графиком выполнения работ (приложение № 3 к договору). Аналогичным образом в пункте 4.1 договора указано, что начальный и конечный сроки выполнения работ по договору определяются в соответствие с графиком производства работ, составляемым сторонами при заключении договора. При этом дата начала работ по договору – с момента подписания договора, но не позднее предоставления геодезической основы с указанием нулевых точек и фронта работ для подрядчика и доставки оборудования и материалов заказчика на объект (пункт 4.2).

Пунктом 16.1 договора определено, что он вступает в силу с момента заключения и действует до полного исполнения. 

Согласно тексту договора его неотъемлемой частью являются три приложения, в том числе: сводный сметный расчет (приложение № 1), перечень материалов заказчика (приложение № 2) и календарный график производства работ (приложение № 3), – ни одно из которых в материалы дела, несмотря на предложение суда, не представлено.

Сам текст договора представлен ответчиком (встречным истцом) после возбуждения производства по делу, а обратившееся с первоначальным иском ООО «К Транс» указало, что не получило от ООО «СК Феррум» свой экземпляр договора и приложений к нему. 

Из материалов дела следует, что платежными поручениями от 05.12.2019 № 444 на сумму 300 000 руб., от 18.12.2019 № 491 на сумму 100 000 руб., от 30.12.2019 № 587 на сумму 100 000 руб. заказчиком произведена оплата аванса в общей сумме 500 000 руб.

24.09.2021, то есть спустя почти два года с даты заключения договора, заказчик направил подрядчику претензию от 21.09.2021 № 236, в которой, ссылаясь на невыполнение работ, потребовал возвратить полученный аванс. 

Поскольку претензия заказчика оставлена подрядчиком без ответа и удовлетворения, ООО «К Транс» 11.07.2022 обратилось в суд с иском о взыскании авансового платежа и процентов за пользование чужими денежными средствами.

После возбуждения производства по делу ООО «СК Феррум» первоначально направило отзыв на иск (вх. от 08.09.2022), подтвердив факт заключения договора, но указав, что обязательства не были им исполнены по вине заказчика, не полностью перечислившего аванс и не передавшего материал для производства работ. Также ответчик утверждал, что заказчик не выдал ему график производства работ, смету и геодезическую основу. 

Также 08.09.2022 ответчиком подан встречный иск о взыскании убытков, возникших у подрядчика в связи с приготовлением к исполнению договора, неисполненного по вине заказчика. К встречному иску приложено претензионное письмо от 06.09.2022, являющееся одновременно уведомлением о приостановлении работ, которое направлено в адрес ООО «К Транс» 07.09.2022.

13.10.2022 в материалы дела ООО «СК Феррум» представило уведомление от 04.10.2022 об отказе от исполнения договора, направленное им заказчику в день составления.

Определяя характер возникших между сторонами отношений, суд, прежде всего, исходит из того, что согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу статей 702, 711 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.  При этом в соответствии с требованиями статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы.

Таким образом, применительно к договору подряда существенными условиями указанного договора являются его предмет (определение вида и объема подлежащих выполнению работ) и сроки выполнения работ (статьи 702 и 708 ГК РФ).

Требования гражданского законодательства об определении периода выполнения работ по договору подряда как существенного условия этого договора установлены с целью недопущения неопределенности в отношениях сторон.

По правилам статьи 431 ГК РФ для определения содержания договора в случае его неясности подлежит выяснению действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон. В случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ. Таким образом, если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем своими действиями по исполнению договора и его принятию фактически выполнили такое условие, то договор считается заключенным.

В пункте 2.6 представленного в материалы дела договора подряда от 03.12.2019 № 03/12 указано, что работы осуществляются подрядчиком в сроки, определенные графиком выполнения работ (приложение № 3 к договору). В пункте 4.1 договора указано, что начальный и конечный сроки выполнения работ по договору определяются в соответствие с графиком производства работ, составляемым сторонами при заключении договора. Пунктом 16.1 договора определено, что он вступает в силу с момента заключения и действует до полного исполнения. 

Согласно тексту договора его неотъемлемой частью являются три приложения, в том числе: сводный сметный расчет (приложение № 1), перечень материалов заказчика (приложение № 2) и календарный график производства работ (приложение № 3), – ни одно из которых в материалы дела, несмотря на предложение суда, не представлено.

При этом в отзыве на первоначальный иск ООО «СК Феррум» указывает, что не получил от заказчика график производства работ, а ООО «К Транс» не опровергло указанный довод относимыми и допустимыми доказательствами в порядке статьи 65 АПК РФ, что не позволяет признать факт достижения сторонами соглашения о сроках выполнения работ. 

Вопреки доводу ООО «К Транс», формулировка пункта 2.4 договора не подтверждает согласование сторонами такого существенного условия договора подряда, как конечный срок выполнения работ, поскольку непосредственно само приложение «график производства работ» отсутствует, а по тексту договора, срок действия которого обусловлен фактическим исполнением, не приведено даже ориентировочное представление о сроке выполнения работ (например, период времени с момента получения аванса), что создает правовую неопределенность в правоотношениях, основанных на таком договоре, не позволяя заказчику осуществлять надлежащий контроль за сроками выполнения работ, побуждать подрядчика к скорейшему их выполнению. 

К такому выводу суд приходит также с учетом того обстоятельства, что на протяжении двух последующих лет с даты подписания договора и перечисления заказчиком авансового платежа ни одна из сторон не проявляла активность в его исполнении: отсутствует какая-либо договорная переписка, требования заказчика незамедлительно приступить к выполнению работ, сообщения подрядчика о наличии объективных препятствий к их выполнению (неполный аванс, отсутствие материалов и пр.). 

Ссылаясь на невыполнение работ по причине неисполнения заказчиком встречных обязательств, подрядчик, тем не менее, как отмечено выше, вопреки требованиям статей 716, 718, 719 ГК РФ не выдвигал заказчику претензий относительно неисполнения встречных обязательств, не сообщал об обстоятельствах, влекущих невозможность исполнения договора в установленный срок (что также объясняется отсутствием условия о конечном сроке выполнения работ), не реализовал право на приостановление производства работ. 

Лишь после обращения заказчика с иском в суд (спустя почти три года с даты подписания договора и спустя почти год с даты направления претензии о возврате аванса) подрядчик занял активную правовую позицию, направив встречный иск о взыскании убытков, в сентябре 2022 года направив уведомление о приостановлении производства работ, а в октябре 2022 года – уведомление об отказе от договора, то есть спустя почти три года с момента подписания договора и исключительно после предъявления к нему заказчиком требованиям о возврате аванса. 

Подобное поведение сторон, не проявлявших правового интереса в исполнении спорного договора на протяжении двух лет со стороны заказчика и трех лет со стороны подрядчика является дополнительным подтверждением тому обстоятельству, что срок окончания работ сторонами не согласовывался, график производства работ не подписывался, в связи с чем такой договор следует признать незаключенным. 

Вместе с тем, из разъяснений, содержащихся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» во взаимосвязи с пунктом 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», а также правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.09.2011 № 1302/11, следует, что отсутствие самостоятельного договора подряда, заключенного в требуемой законом форме, не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность.

Таким образом, в случае если результат выполненных работ находится у заказчика и у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ, отсутствие подписанного сторонами договора подряда, содержащего все существенные условия, не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ. Иной подход не защищал бы добросовестных подрядчиков, которые, выполнив работы, не смогли бы получить за них оплату, что, в свою очередь, создавало бы на стороне заказчика неосновательное обогащение, поскольку он приобретает полезный результат работ без эквивалентного встречного предоставления, что вступает в противоречие с положениями главы 60 ГК РФ.

В равной степени заказчик, перечисливший оплату в счет будущего исполнения работ, вправе требовать от подрядчика возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным. Таким образом, заказчик вправе истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные подрядчиком в счет исполнения обязательств денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. При ином подходе на стороне подрядчика имела бы место необоснованная выгода.

Данное право сторон основано на положениях пункта 1 статьи 1102 ГК РФ, в соответствии с которым лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждается и ответчиком по первоначальному иску не оспаривается факт перечисления заказчиком подрядчику в декабре 2019 года денежных средств в размере 500 000 руб. в качестве аванса в счет оплаты работ, которые надлежало выполнить подрядчику. 

24.09.2021 заказчик направил подрядчику претензию от 21.09.2021 № 236, в которой, ссылаясь на невыполнение работ, потребовал возвратить полученный аванс. 

Подрядчик, в свою очередь, на претензию не ответил, доказательств выполнения работ в какой-либо части ни заказчику, ни суду не представил, полученные денежные средства ООО «К Транс» не возвратил, что противоречит приведенному выше правилу об эквивалентности встречных предоставлений сторон в обязательственных правоотношениях. 

В такой ситуации правовых оснований для удержания перечисленных заказчиком денежных средств у подрядчика не имеется, что образует на его стороне неосновательное обогащение в размере полученной суммы 500 000 руб. и свидетельствует об обоснованности первоначального иска в данной части. 

Исходя из того, что доказательств возврата первоначальному истцу полученного аванса ООО «СК Феррум» в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено, требование ООО «К Транс» о взыскании неосновательного обогащения является правомерным и подлежит удовлетворению на основании статьи 1102 ГК РФ.

Рассмотрев требование ООО «К Транс» о взыскании с ООО «СК Феррум» процентов за пользование чужим денежными средствами, начисленных за период с 23.10.2021 по 31.03.2022 в сумме 23 047,94 руб., суд также признает его обоснованным, поскольку в силу пункта 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. 

Поскольку наличие у ООО «СК Феррум» перед ООО «К Транс» неисполненного денежного обязательства материалами дела установлено, требование о взыскании процентов в порядке статьи 395 ГК РФ заявлено ООО «К Транс» правомерно.

Расчет процентов судом проверен и признан арифметически верным. Период для начисления процентов определен истцом с учетом требований статьи 314 ГК РФ и срока, предоставленного ООО «СК Феррум» для возврата денежных средств согласно претензии от 21.09.2021 № 236, который применительно к приведенной правовой норме является разумным и достаточным для возврата ответчиком денежных средств либо представления доказательств фактического выполнения работ. 

При таких обстоятельствах требование первоначального истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 23 047,94 руб. за период с 23.10.2021 по 31.03.2022 подлежит удовлетворению в заявленном размере.

Рассмотрев встречные требования ООО «СК Феррум» о взыскании с ООО «К Транс» убытков, причиненных неисполнением встречных обязательств и возникших в связи с приготовлением подрядчика к выполнению работ, суд не нашел оснований для их удовлетворения.

По общему правилу, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). 

Применительно к обязательственным правоотношениям указанное правило конкретизировано в пункте 1 статьи 393 ГК РФ, в силу которого должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. При этом использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает кредитора, если иное не установлено законом, права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (абзац второй пункта 1 статьи 393 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 393 ГК РФ установлено, что убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков является доказанность фактов причинения убытков, их размера, противоправности поведения причинителя убытков, причинно-следственной связи между поведением указанного лица и наступившими убытками.

Разъяснения относительно порядка применения положений статей 15, 393 ГК РФ приведены в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).

В частности, согласно пункту 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (абзац третий пункта 12 Постановления № 25, пункт 5 Постановления № 7).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац второй пункта 12 Постановления № 25). Аналогичное правило закреплено также в пункте 5 стати 393 ГК РФ и пункте 4 Постановления № 7. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (пункт 5 Постановления № 7).

Таким образом, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ и разъяснений по их применению, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник, в свою очередь, при несогласии с предъявленным ему требованием в целом, представляет доказательства отсутствия причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, доказательства существования иной причины возникновения этих убытков, а в случае несогласия исключительно с размером возникших убытков – доказательства тому, что кредитор мог уменьшить размер убытков, но не принял для этого разумных мер.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Собственный интерес хозяйствующего субъекта не должен ограничивать применение принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ) и влиять на достигнутые сторонами договоренности, а основанные на них разумные ожидания должны уважаться правопорядком (пункты 1 и 2 статьи 1, статья 309 ГК РФ).

Встречный истец (ответчик по первоначальному иску) связывает возникновение у него убытков с действиями, совершенными в связи с приготовлением к выполнению согласованных с заказчиком работ, и невозможностью исполнения обязательств по вине заказчика, не выполнившего встречные обязательства (непредоставление материала, геодезической основы, полной суммы аванса). 

Вместе с тем, как установлено ранее, подписав договор, не имеющий конкретизации срока выполнения работ, подрядчик не приступил к выполнению своих обязательств, хоть и констатировал в пункте 2.4 договора достаточность полученных материалов, осведомленность о характере выполняемых работ, и далее на протяжении почти трех лет вопреки требованиям статей 328, 716, 718, 719 ГК РФ не заявлял заказчику требований о необходимости выполнения встречных обязательств, не выставлял претензий о неполной оплате аванса, не требовал передачи материала, не указывал на необходимость в каких-либо документах, без которых невозможно приступить к выполнению работ, не отказывался от исполнения обязательств и не приостанавливал производство работ. Впервые доводы о неисполнении заказчиком встречных обязательств заявлены подрядчиком лишь в отзыве на иск, направленном в суд в сентябре 2022 года, и только после возбуждения производства по делу подрядчик уведомил заказчика о приостановлении работ, а затем, об отказе от договора, что не соответствует поведению, ожидаемому от добросовестного участника гражданского оборота. Более того, о наличии убытков, связанных с приготовлением к выполнению обязательства, подрядчик сообщил также только после возбуждения производства по делу, хотя еще годом ранее получил от заказчика требование о возврате аванса, которое оставил без ответа и удовлетворения. 

В такой ситуации суд критически оценивает утверждение встречного истца о приготовлении к выполнению работ и о том, что единственным препятствием к их выполнению явилось бездействие заказчика в части невыполнения встречных обязательств. 

При этом проанализировав документы, которыми встречный истец обосновывает понесенные убытки, суд не принимает их в качестве доказательства принятия подрядчиком мер по приготовлению к выполнению работ для истца согласно спорному договору подряда, а соответственно, действительного причинения убытков подрядчику. 

Все понесенные согласно представленным документам расходы подрядчика (выплата заработной платы, направление работника на переаттестацию, приобретение спецсредств для выполнения договора) не находятся в доказанной и безусловной причинно-следственной связи с достигнутыми сторонами договоренностями и спорными работами, а свидетельствует о ведении ООО «СК Феррум» обычной хозяйственной деятельности. 

Выплата заработной платы в силу статей 2, 22, 135, 136 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) является обязанностью работодателя, которая возникает в результате заключения трудового договора между работником и работодателем. Следовательно, правоотношения истца и ответчика в рамках спорного обязательства не влияют на выполнение возложенной на ООО «СК Феррум» законом обязанности по выплате своим работником заработной платы.

Расходы, понесенные ООО «СК Ферум» на приобретение спецсредств, обусловлены установленной статьей 212, 221 ТК РФ обязанностью работодателя обеспечить приобретение и выдачу работникам за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, если они работают: во вредных и опасных условиях труда; в особых температурных условиях; на работах, связанных с загрязнением. Учитывая, что основным видом деятельности подрядчика являются строительные работы, он обязан приобретать спецодежду для своих работников из собственных средств, а значит, расходы на оплату спецсредств относятся также к обычной хозяйственной деятельности Общества, а не к исполнению подписанного сторонами договора подряда. 

В равной степени расходы, связанные с направлением работника на переаттестацию, не могут квалифицироваться как расходы, связанные исключительно с выполнением спорного договора, поскольку, исходя из специфики основного вида деятельности, работники ООО «СК Феррум» обязаны поддерживать надлежащий уровень квалификации, тем более, что по тексту договора подрядчик гарантировал выполнение работ с привлечением квалифицированного персонала. Более того, несоответствие работника занимаемой должности вследствие недостаточной квалификации согласно статье 81 ТК РФ является основанием для расторжения с ним трудового договора. Заключая договор, подрядчик не мог не располагать информацией о недостаточности квалификации своих работников, и, как следствие, наличии риска неисполнения спорного договора. Заключение договора на заведомо противоречивых условиях является риском подрядчика и свидетельствует о введении в заблуждение контрагента относительно наличия квалифицированного персонала на момент заключения соглашения, что не соответствует критериям добросовестности участника гражданского оборота (статьи 1, 10 ГК РФ). 

Исходя из изложенного, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд не нашел правовых оснований для удовлетворения требования встречного истца и возложения на первоначального истца ответственности в виде убытков.

Таким образом, по результатам рассмотрения спора по существу, суд признает первоначальный иск полностью обоснованным и подлежащим удовлетворению, а в удовлетворении встречного иска отказывает. 

Расходы ООО «К Транс» по уплате государственной пошлины в сумме 13 461 руб. в силу положений  статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению ему за счет ответчика. При этом истцу надлежит возвратить из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 343,39 руб. в связи с уменьшением размера исковых требований.

Поскольку ООО «СК Феррум» при принятии встречного иска предоставлена отсрочка по оплате государственной пошлины, то в связи с отказом в удовлетворении его требований она подлежит взысканию с него в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

первоначальный иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СК Феррум» в пользу общества с ограниченной ответственностью «К Транс» 500 000 руб. неосновательного обогащения, 23 047,94 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 13 461 руб. расходов по оплате государственной пошлины; всего – 536 508,94 руб.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СК Феррум» в доход федерального бюджета 10 150 руб. государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «К Транс» из федерального бюджета 343,39 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                         О.А. Душенкина