АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

11 марта 2024 года

Дело №

А56-50300/2020

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., Чернышевой А.А., 

при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.07.2023), 

рассмотрев 25.01.2024 и 22.02.2024 в открытых судебных заседаниях кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Механика», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Балтком» ФИО3 и автономной некоммерческой организации по предоставлению социально-правовых услуг населению и развитию социального предпринимательства «Финансовая кладовая» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.04.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 по делу № А56-50300/2020/суб.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.07.2020 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Механика», адрес: 199034, Санкт-Петербург, 17-я линия В.О., д. 4-6, лит. В, оф. А-321-4, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Механика»), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Балтком», адрес: 196084, Санкт-Петербург, ул. Красуцкого, д. 4А, лит. А, оф. 18, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество).

Решением от 24.11.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 19.05.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, просил приостановить рассмотрение вопроса об определении размера субсидиарной ответственности до завершения мероприятий по реализации конкурсной массы. 

Определением суда первой инстанции от 08.04.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ООО «Механика», ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить и принять новый, которым заявление конкурсного управляющего удовлетворить. 

Подателя жалобы поддерживает заявленные конкурсным управляющим доводы о недобросовестном поведении бывшего директора ФИО1 и номинального директора ФИО4, которые, вопреки требованиям законодательства о банкротстве и бухгалтерском учете, не обеспечили хранение и передачу бухгалтерской и иной документации должника. 

Из представленных в материалы дела документов, считает ООО «Механика», следует, что должник и его контрагенты совершали незаконные сделки с целью придания правомерности владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом Общества, которые приобретены незаконным путем. По мнению ООО «Механика», означенные сделки подтверждают виновность ответчиков в причинении материального ущерба должнику и его кредиторам. 

В письменных объяснениях к кассационной жалобе ООО «Механика» просит учесть, что суд апелляционной инстанции не дал оценку доводам и доказательствам о номинальном статусе последнего руководителя Общества, в связи с чем обжалуемые определение и постановление подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

ООО «Механика» полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных доказательств, которые могли свидетельствовать о причастности ФИО5 к бенефициарам должника. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

По мнению подателя жалобы, судами не рассмотрено требование о взыскании с ответчиков убытков. 

В кассационной жалобе кредитор автономная некоммерческая организация по предоставлению социально-правовых услуг населению и развитию социального предпринимательства «Финансовая кладовая» (далее – Организация), ссылаясь на неполное выяснение судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, имеющих значение для дела, а также на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить и принять новый - об удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Доводы кассационной жалобы Организации аналогичны доводам жалобы ООО «Механика». 

В отзыве кредитор общество с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «АльфаФрост Нева» просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.01.2024 (резолютивная часть оглашена 25.01.2024) судебное заседание отложено на 22.02.2024.

В отзыве ООО «Механика» поддерживает доводы заявления конкурсного управляющего. 

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.02.2024 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена судьи Зарочинцевой Е.В., ранее входившей в состав суда, рассматривавшего настоящие кассационные жалобы, на судью Казарян К.Г.

В связи с заменой судьи рассмотрение кассационных жалоб произведено с самого начала.

В судебном заседании 22.02.2024 представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационных жалоб. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами, ФИО1 в период с 13.08.2008 по 18.03.2020 и ФИО4 в период с 18.03.2020 по 19.11.2020 исполняли полномочия руководителей Общества.

Конкурсный управляющий должника, полагая, что имеются основания для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с неисполнением контролирующими должника лицами обязанности по передаче управляющему бухгалтерской документации, совершением сделок, повлекших выбытие ликвидных активов и денежных средств, за счет которых возможно было погасить кредиторскую задолженность, а также обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции оценил представленные доказательства, заявленные доводы и возражения, пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных Федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с Федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с доведением его до банкротства.

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункты 1 - 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Наличие обстоятельств, указанных в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности отсутствие документов бухгалтерского учета и/или отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора; признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, и момент наступления признаков презумпции может не совпадать с моментом правонарушения; смысл этой презумпции в том, что, если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного; установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота; в связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов; таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного ему лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать два статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как следует из материалов дела, Общество создано 13.08.2008, размер уставного капитала составляет 12 000 руб.; доля 100% закреплена в размере 100% доли за единственным учредителем и директором: в период с 13.08.2008 по 18.03.2020 это был ФИО1, в период с 18.03.2020 по 19.11.2020 -  ФИО4

Согласно анализу финансового состояния Общества его единственным активом является дебиторская задолженность.

В реестр требований кредиторов включены требования кредиторов третьей очереди (основной долг): ООО «Механика» - 8 514 541 руб. 24 коп., ООО «СпецСтройТехнологии-М» (далее - ООО «ССТ-М») - 11 054 650 руб., ООО «Транспортная компания «Север Транс-М» (далее - ООО «ТК «Север Транс-М») - 2 231 775 руб. и ООО «АльфаФрост Нева» - 2 038 626 руб. 75 коп.

Требования указанных кредиторов подтверждены следующими решениями судов.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2019 по делу № А56-79439/2019 удовлетворен иск ООО «Механика» о взыскании с Общества 956 318 руб. неосновательного обогащения и 21 988 руб. 77 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 25.09.2019, процентов до момента фактического возврата денежных средств на основании договора от 03.09.2018 № 02-09/2018. 

При рассмотрении дела № А56-79439/2019 установлено, что между ООО «Механика» (заказчиком) и Обществом (подрядчиком) заключен договор от 03.09.2018 № 02-09/2018, в соответствии с которым заказчик перечислил подрядчику авансовый платеж на сумму 956 318 руб. (платежное поручение от 24.09.2018 № 9). Общество не приступило к выполнению работ, ООО «Механика» направило в адрес Общества уведомление от 30.05.2019 о расторжении договора с требованием вернуть перечисленный аванс.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2019 по делу № А40-154493/2019 удовлетворен иск ООО «ССТ-М» о взыскании с Общества неотработанного аванса в размере 11 054 650 руб. и  процентов по статье 395 ГК РФ в размере 253 499 руб. 78 коп.

При рассмотрении дела № А40-154493/2019 установлено, что между ООО «ССТ-М» (подрядчиком) и Обществом (субподрядчиком) заключен договор субподряда от 01.02.2019 № 15/02-19С(СМР) на выполнение субподрядных  работ. Субподрядчику несколькими траншами, в счет будущего выполнения субподрядных работ перечислен аванс на общую сумму 11 054 650 руб.: платежными поручениями от 25.02.2019 № 457, от 27.02.2019 и 28.02.2019 - 1 000 000 руб., 4 485 690 руб. и 5 568 960 руб. соответственно; с назначением платежа (кроме платежного поручения № 457) указана «Оплата аванса на выполнение строительно-монтажных работ по договору 15/02-19С(СМР)». Их пояснений ООО «ССТ-М» следует, что после получения авансовых платежей Общество прекратило все отношения с подрядчиком, к выполнению строительных работ на объекте не приступило, на связь не выходило, аванс не отработалл и не вернуло. Судом установлено, что 29.03.2019 ООО «ССТ-М» направило ответчику претензию № 150/19 о расторжении с 20.04.2019 договора от 01.02.2019 № 15/02-19С(СМР) и возврате суммы неотработанного аванса; претензия оставлена Обществом  без ответа и удовлетворения. Поэтому суд пришел к выводу, что, удерживая денежные средства ООО «ССТ-М» и не выполняя предусмотренные договором строительно-монтажные работы, Общество получило неосновательное обогащение на сумму 11 054 650 руб.

Далее в рамках дела № А40-154493/2019 арбитражным судом удовлетворено заявление ООО «ССТ-М» об индексации присужденных судом денежных сумм в общем размере 3 595 320 руб. 83 коп. за период с 23.11.2019 по 31.03.2023 (определение от 31.07.2023).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.07.2020 по делу № А56-120273/2019 удовлетворен иск ООО «ТК «Север Транс-М» о взыскании с Общества 2 331 863 руб. 55 коп., в том числе 2 231 775 руб. неосновательного обогащения, 100 088 руб. 55 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

При рассмотрении дела № А56-120273/2019 установлено, что ООО «ТК «Север Транс-М» ошибочно перечислило платежными поручениями от 22.03.2019 № 54 и от 25.03.2019 № 62 на расчетный счет Общества 2 231 775 руб. в качестве «оплаты по договору № 299-16-ВГ от 15.02.2019». Ввиду того что договор от 15.02.2019 № 299-16-ВГ между сторонами не заключался, никакие услуги Общество истцу не оказывало, последний направил Обществу претензию с требованием возвратить денежные средства; претензия оставлена Обществом без внимания, что послужило основанием для обращения его в арбитражный суд с иском и для последующего взыскания 2 231 775 руб. неосновательного обогащения и 100 088 руб. 55 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.11.2019 по делу № А56-94083/2019 удовлетворен иск ООО «АльфаФрост Нева» о взыскании с Общества 2 062 500 руб. неосновательного обогащения, 11 018 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 16.07.2019, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на основании статьи 395 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения за период с 17.07.2019 по дату погашения задолженности.

При рассмотрении дела № А56-94083/2019 установлено, что платежным поручением от 28.12.2018 № 460 ООО «АльфаФрост Нева» перечислило Обществу 2 062 500 руб. Поскольку встречное предоставление на указанную сумму Общество не предоставило, ООО «АльфаФрост Нева» в претензии от 04.06.2019 потребовало от него возвратить названную сумму. Претензия оставлена без удовлетворения, ООО «АльфаФрост Нева» обратилось в арбитражный суд с иском. При этом ООО «АльфаФрост Нева» указало, что в адрес ответчика 11.02.2019 по электронной почте (на адреса «bkspb2010 @bk.ru» и «ooo_baltkom@mail.ru») было направлено письмо с просьбой вернуть ошибочно перечисленные денежные средства. 

Сумма задолженности должника по указанным выше обстоятельствам  превышала 15 000 000 руб., эта сумма обязательств возникла в период, когда единоличным органом управления Общества и его участником был ФИО1, именно он - как лицо, ответственное за деятельность должника, за ведение бухгалтерского учета, - получил безосновательно денежные средства, не исполнил требования претензий об их возврате, а в последующем и уклонился от исполнения решений судов, которыми эти денежные средства были взысканы.

Кроме того, как указали конкурсный управляющий и кредиторы, в период с ноября 2018 года по март 2019 года должник вывел денежные средства на расчетные счета ООО «Лидергрупп СПб» - 7 554 437 руб. 75 коп., ООО «ТЕХПАК» - 2 946 358 руб. и ООО «Кировская ПЗК» - 22 756 022 руб., сделки по указанным перечислениям признаны недействительными, а требование Общества в сумме 33 948 920 руб. включено в реестр требований кредиторов ООО «Лидергрупп СПб» (дело о банкротстве № А56-55862/2020/тр.2; определение от 09.12.2021).

Все эти действия имели место в тот период когда директором и единственным участником Общества был ФИО1

В заседании кассационной инстанции представитель ФИО1 пояснил, что в марте 2020 года его доверитель решил продать Общество в связи с отсутствием дальнейшего интереса к занятию предпринимательской деятельностью. Общество продано ФИО4 за 12 000 руб. 

При этом суд кассационной инстанции отмечает, что на момент продажи Общества у него уже были обязательства перед кредиторами, подтвержденными вступившими в законную силу судебными актами на сумму более 15 000 000 руб., претензии от кредиторов о возврате денежных средств были получены ФИО1 еще в начале 2019 года, но не были исполнены. 

Помимо этого, как следует из материалов дела, на протяжении 2019 года он активно выводил денежные средства, заключал договоры подряда, получал авансы для выполнения взятых на себя обязательств; однако работы не выполнялись, полученные денежные средства не возвращались.

Доказательств принятия ФИО1 попыток погашения задолженности перед кредиторами на протяжении длительного времени, свидетельствующих о невозможности удовлетворения требований кредиторов ввиду недостаточности имущества и иных не зависящих от ответчика обстоятельств, в материалы дела им не представлено.

ФИО1 в спорных отношениях действовал (бездействовал) без должной добросовестности и разумности - зная о наличии долгов, не намереваясь исполнять обязательства контролируемого им юридического лица, создал ситуацию, при которой деятельность последнего прекращена, исполнение решений судов стало невозможным.

ФИО1, действуя от имени Общества как его единоличный исполнительный орган, реализуя от имени Общества права его единственного участника, решение о добровольной ликвидации Общества в порядке статьи 61 ГК РФ не принимал.

Напротив, нарастив кредиторскую задолженность, он в марте 2020 года продал Общество ФИО4

В свою очередь ФИО4 в отзыве на заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности пояснил, что являлся номинальным руководителем; в день, когда он стал участником и директором Общества, на него было переоформлено 8 организаций, в том числе и Общество. Никто не передавал ему документов, печатей, материальных ценностей, реальной возможности принимать решения он не имел. После 18.03.2020 и до 19.11.2020 он не совершал каких-либо действий, связанных с руководством Обществом (том дела 39, листы 100-103).                  

 В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности с целью защиты нарушенных прав кредиторов общества и восстановления их имущественного положения. Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

        Конкурсный управляющий указал, что признаки неплатежеспособности возникли у Общества после 31.12.2019, при этом в заявлении конкурсный кредитор ООО «Механика» обратило внимание на вхождение должника в общую корпоративную группу с ООО «Лидергрупп СПб», в адрес которого должником безосновательно в феврале - марте 2019 года было перечислено более 33 000 000 руб. 

         С заявлением о признании должника банкротом обратилось ООО «Механика» - конкурсный кредитор.

         С учетом изложенных выше обстоятельств судам следовало дать оценку добросовестности/ недобросовестности действий ФИО1, предшествовавших продаже им Общества лицу, которое было директором менее 8 месяцев; уклонению ФИО1 от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства; надлежало решить, может ли такое поведение также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица.

         Кредиторы, как правило, лишены доступа к документам по хозяйственной деятельности должника, и не имеют иных источников сведений о деятельности общества и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к ним требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как от кредиторов требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых неизвестно в силу их невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Заявляя иски о взыскании с Общества задолженности (неосновательного обогащения), кредиторы - ООО «Механика», ООО «ССТ-М», ООО «ТК «Север Транс-М» и ООО «АльфаФрост Нева» - уже доказали, что Общество, в лице ФИО1, заключая договоры, не намеревалось их исполнять и, получая  денежные средства (авансы), не возвращало их; у Общества возникли негативные последствия, это основание также было заявлено конкурсным управляющим для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества (недобросовестность (неразумность) действий (бездействия) указанных лиц в отношении деятельности Общества).

Из материалов дела следует, что судебные решения по взысканию задолженности с Общества выносились в тот период, когда участником и директором Общества был ФИО1, то есть на момент продажи Общества он уже обладал сведениями о наличии притязаний по отношении к должнику на сумму более 15 000 000 руб.

Если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 224 Закона о банкротстве ликвидационная комиссия, ликвидатор обязаны обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности.

Именно ликвидация через процедуру конкурсного производства обеспечивает справедливое распределение среди кредиторов средств, вырученных от продажи имущества несостоятельного должника, которой предшествует формирование конкурсной массы, в том числе за счет реализации конкурсным управляющим предоставленных ему законодательством о банкротстве полномочий, касающихся выявления и возврата имущества должника, находящегося у третьих лиц, оспаривания сделок должника, совершенных в преддверии банкротства, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и т.п.

Суд кассационной инстанции уже обратил внимание, что ФИО1, решение о добровольной ликвидации Общества не принял, с заявлением о признании Общества банкротом не обращался.

Единственным активом должника была дебиторская задолженность, которая на 31.12.2017 составляла 41 326 000 руб., на 31.12.2018 - 27 396 000 руб., на 31.12.2019 - 9 196 000 руб., то есть на март 2020 года (дата продажи Общества) активы должника не покрывали его обязательства (том дела 39, лист 36).

Документация должника, материальные и иные ценности конкурсному управляющему не переданы, что послужило основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с ходатайством об истребовании бухгалтерской и иной документации должника.

Судом документация истребована у ФИО4

При этом отказ в истребовании документации у ФИО6 при рассмотрении обособленного спора о ее истребовании не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявления при рассмотрении спора о привлечении его к субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской и иной документации Общества.

В заседании кассационной инстанции представитель ФИО1 не смог пояснить, передавалась ли ФИО4 его доверителем документация, содержащая информацию о размере и основании возникновения дебиторской задолженности на сумму более 9 000 000 руб. 

Определение суда об истребовании документации ФИО4 не исполнено, бухгалтерская и иная документация должника, необходимая для проведения в полном объеме всех мероприятий процедуры конкурсного производства, бывшим руководителем должника конкурсному управляющему не передана.

Суды никак не оценили доводы ФИО4 от том, что самостоятельных управленческих решений на посту директора должника он не принимал, являлся только номинальным руководителем. 

Суды не приняли во внимание, что задолженность перед кредиторами  ООО «Механика», ООО «ССТ-М», ООО «ТК «Север Транс-М» и ООО «АльфаФрост Нева», ставшая поводом и основанием для возбуждения дела о банкротстве должника, образовалась в сентябре 2018 года, когда именно ФИО1 являлся руководителем должника и его единственным участником.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» номинальный и фактический руководители, нарушив предусмотренную пунктом 3 статьи 53 ГК РФ обязанность по добросовестному и разумному исполнению обязанностей руководителя должника, несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также солидарную ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве (абзац 1 статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац 2 пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В соответствии с определением, данным в статье 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Ответчики не представили разумных и мотивированных пояснений о том, по какой причине должник не погашал задолженности, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, не представили доказательств, опровергающих презумпцию недостаточности у должника денежных средств для исполнения денежных обязательств перед кредиторами. 

Помимо изложенного, все требования, включенные в реестр требований кредиторов, возникли из правоотношений, существовавших в период, когда руководителем должника был ФИО1

Между тем суды не исследовали вышеназванные доказательства и не дали им никакой оценки, никак не мотивировали свою позицию относительно пояснений кредиторов о том, что именно отсутствие документации не позволило конкурсному управляющему и кредиторам документально обосновать пороки сделок должника с ООО «Стройком», ООО «СУ 49», ООО «Кировская ПЗК», ООО «Дикссон». Кредиторы обращали внимание, что Общество не осуществляло никакой реальной хозяйственной деятельности, доказательства подтверждают факт уклонения Общества и ФИО1 от исполнения обязательств.

Кроме того, при разрешении настоящего спора суды неверно распределили между сторонами бремя доказывания. Для конкурсного управляющего Общества и кредиторов доказывание недобросовестности и неразумности действий ФИО1 и ФИО4 объективно затруднено, они лишены доступа к документам по хозяйственной деятельности Общества и не имеют иных источников сведений о деятельности Общества и контролирующих его лиц. При этом приведенные ими доводы порождают обоснованные сомнения в добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц во взаимоотношениях с кредиторами и могут свидетельствовать о необоснованном выводе активов Общества. В связи с этим в данном случае именно на ФИО1 и ФИО4 переходит бремя опровержения соответствующих обоснованных сомнений и представленных в дело доказательств. Однако ФИО1 и ФИО4 никаких опровергающих доводов, возражений и доказательств в материалы дела не представили.

При таких обстоятельствах суды необоснованно фактически освободили последних от доказывания причин банкротства Общества, неисполнения обязательств перед кредиторами и правомерности поведения, что повлекло заведомое неравенство процессуальных возможностей сторон.

Суд кассационной инстанции считает, что без установления данных фактических обстоятельств вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества является преждевременным.

В силу части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены решения, постановления являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права.

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 АПК РФ, в связи с чем допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела.

В связи с неполным выяснением существенных для обособленного спора обстоятельств определение от 08.04.2023 и постановление от 03.11.2023 подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть изложенное, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления конкурсного управляющего, принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.04.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 по делу № А56-50300/2020/суб.1 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение. 

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

К.Г. Казарян

А.А. Чернышева