СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                          Дело № А45-6999/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 27 июня 2023 года

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

Иващенко А.П., 

судей

 

Дубовика В.С.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карташовой Н.В. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3 (№ 07АП-8446/2017(21)) на определение от 28.03.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-6999/2017 (судья Антошина А.Н.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Красный Яр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности как лиц, контролирующих должника.

В судебном заседании приняли участие: 

от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 23.06.2022, паспорт; 

от ФИО2: ФИО8 по доверенности от 16.11.2022, удостоверение адвоката; 

от ФИО3: ФИО8 по доверенности от 19.11.2022, удостоверение адвоката.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.12.2017 ООО Торговый Дом «Красный Яр» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

09.11.2020 в Арбитражный суд Новосибирской области обратился конкурсный управляющий ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5. 

Определением от 21.04.2022 ФИО6 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника Торговый Дом «Красный Яр», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9. 

Определением суда от 28.03.2023 заявление конкурсного управляющего к ответчикам ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности как лиц, контролирующих должника, в рамках дела о банкротстве должника общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Красный Яр» удовлетворено в части. Суд привлек ФИО2, ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО Торговый Дом «Красный Яр». Производство по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 и ФИО3 обратились с совместной апелляционной жалобой, в которой просят определение суда от 28.03.2023 отменить в части привлечения ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом не проанализированы каждая из указанных конкурсным управляющим сделок, послуживших основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Между тем, доказательств того, что каждая из указанных управляющим сделок повлекла наступление банкротства должника, материалы дела не содержат. Довод управляющего о том, что нерасторжение выгодных договоров является противоправным бездействием ответчиков, также не подтвержден. Все обязательства ООО «ТД «Красный Яр» перед ООО «ПК «Красный Яр» прекращены. В апелляционной жалобе изложены доводы об отсутствии оснований для утверждения наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение невыгодных для должника сделок по каждой из указанных судом сделок. 

Судом также не принято во внимание, что документация должника была передана ФИО2 в полном объеме конкурсному управляющему. Нежелание конкурсного управляющего принимать документацию от бывшего руководителя не может служить основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации конкурсному управляющему. Вывод суда о том, что ФИО2 не были переданы управляющему документы, на основании которых можно было бы взыскать дебиторскую задолженность, ошибочны, противоречат материалам дела. 

Кроме того, судом первой инстанции неверно исчислены сроки исковой давности для заявления требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности. В данном случае подлежали применению нормы пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, согласно которым срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности составляет 1 год со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для привлечения к такой ответственности. Момент начала течения субъективного срока исковой давности определен судом неверно применительно к каждому из заявленных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

В порядке статьи 262 АПК РФ конкурсный управляющий ФИО9 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Управляющим представлены контрдоводы по каждому из оснований привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Определением от 02.06.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено с целью надлежащего извещения финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО10 о рассмотрении настоящей апелляционной жалобы.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционных жалоб не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в части привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства, а также в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника конкурсному управляющему.

В судебном заседании после отложения представители ФИО2, ФИО3 поддержали доводы и требования апелляционной жалобы, представитель ФИО6 просил обжалуемый судебный акт оставить без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание, как до перерыва, так и после него, не явились, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО ТД «Красный Яр» было зарегистрировано в качестве юридического лица 01.06.2015.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ и Контур.Фокус руководителями Должника являлись следующие лица: 

- с 01.06.2015 по 17.11.2015 ФИО11; 

- с 17.11.2015 по 03.12.2017 ФИО2. 

Участниками Должника являлись следующие лица: 

- с 01.06.2015 по 09.02.2016 ФИО11 (размер доли 10%); 

- с 01.06.2015 по настоящее время ФИО2 (размер доли - 83%); 

- с 22.07.2016 по настоящее время ФИО3 (размер доли 7%); 

- с 22.07.2016 по настоящее время ФИО4 (размер доли 7%); 

- с 22.07.2016 по настоящее время ФИО5 (размер доли 3%).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ФИО3 является директором и единственным участником ООО «Профит Плюс» с 02.04.2014, которое приобрело путем уступки ряд требований к должнику у независимых кредиторов. 

Вступившими в законную силу Определениями Арбитражного суда Новосибирской области от 29.10.2018 и от 13.06.2019 по делу №А45-6999/2017, вынесенными в рамках рассмотрения заявлений об оспаривании сделок, а именно платежей ООО ТД «Красный Яр» в адрес ООО «НИКА», установлено, что ФИО3 в ноябре 2016 года - январе 2017 года являлась единственным участником и директором ООО «НИКА». 

Документация Должника (которая передана частично) передавалась ФИО3, что подтверждается актами приема-передачи документов (приложены к пояснениям от 20.01.2020). 

ФИО5 является супругой ФИО2, то есть она находится в отношениях родства с руководителем Должника, в период руководства которого возникли признаки банкротства и после возникновения таковых. 

ФИО4 является матерью ФИО5, то есть она находится в отношениях родства с руководителем Должника, в период руководства которого возникли признаки банкротства и после возникновения таковых. 

Учитывая изложенное, конкурсный управляющий полагает, что ФИО5, ФИО4, ФИО3 подлежат привлечению солидарно с ФИО2 как лица, создавшие и поддерживающие модель ведения бизнеса, к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Торговый дом «Красный Яр» за доведение этого общества до банкротства (пункт 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (в редакции, действовавшей на момент совершения действий, ставших необходимой причиной банкротства, ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

Соучастие ФИО5, по мнению управляющего, выражается в совершении действий, направленных на установление своего статуса в качестве участника ООО «ТД «Красный Яр», руководителем и участником которого являлся супруг последней и не совершении действий, направленных на воспрепятствование исполнению сделок, повлекших банкротство Должника, в условиях наличия семейных отношений, свидетельствуют о скоординированности ее действий с действиями ФИО2 

Соучастие ФИО4, по мнению управляющего, выражается в совершении действий, направленных на установление своего статуса в качестве участника ООО «ТД «Красный Яр», руководителем и участником которого являлся супруг дочери последней и не совершении действий ФИО4, направленных на воспрепятствование исполнению сделок, повлекших банкротство Должника, в условиях наличия семейных отношений, свидетельствуют о скоординированности ее действий с действиями ФИО2 

Кроме того, ФИО4 принимала участие в заключении сделок с Должником от ОАО «Сибэлектротерм». 

Соучастие ФИО3, как считает управляющий, выражается в совершении действий, направленных на установление своего статуса в качестве участника ООО «ТД «Красный Яр», руководителем и участником которого являлся сын последней. Такие действия, по мнению управляющего, свидетельствуют о наличии у последней воли на управление Обществом и участии в таком управлении, распределении прибыли от такого участия. 

При этом, ФИО3 являлась руководителем организаций, совершение сделок с которыми вменяется в качестве действий, повлекших невозможность удовлетворения требований независимых кредиторов. 

ФИО3 имела непосредственный доступ к первичной документации Должника, поскольку явилась лицом, осуществляющей частичную передачу таковой Должнику. 

На основании изложенного, управляющий полагал, что ФИО5, ФИО4, ФИО3 на основании абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса подлежат привлечению солидарно с ФИО2 к субсидиарной ответственности как сопричинители вреда по обязательствам должника по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве за причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также в связи с не передачей управляющему документов, приведших к невозможности проведения процедуры. 

Кроме этого, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции, привлекая ФИО2 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостанавливая производство по заявлению в части Л.В. до окончания расчетов с кредиторами, исходил из доказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и ФИО3 как руководителей должника по совершению сделок от лица должника и наступлением объективного банкротства. Суд также установил наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника конкурсному упарвляющему.

В остальной части в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано, с чем апеллянты соглашаются.

Апелляционный суд признает обоснованными выводы суда первой инстанции о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за доведение должника до объективного банкротства.

В соответствии с требованиями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 №73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017). 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного 10 процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

В рассматриваемом обособленном споре в вину ФИО2 и ФИО3 вменяется совершение ряда сделок, которые привели к объективному банкротству, за период с 01.11.2015 по 30.09.2016, таким образом, подлежат применению нормы материального права в редакции статьи 10 Закона № 134-ФЗ, нормы процессуального права в редакции Закона № 127-ФЗ; за непередачу документации должника конкурсному управляющему подлежат применению нормы Закона №127-ФЗ, нормы процессуального права в редакции Закона № 127-ФЗ.

ФИО2 по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве является надлежащим субъектом привлечения к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства путем заключения невыгодных для должника сделок.

В апелляционной жалобе апеллянты указывают, что судом первой инстанции не дана оценка каждой из совершенных должником в рассматриваемый период времени сделке. Вывод о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию может быть сделан только в случае доказанности того, что каждая отдельно взятая сделка повлекла банкротство должника.

Признавая приведенные выше доводы несостоятельными, апелляционный суд учитывает следующее.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), следует, что установленная абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона № 134-ФЗ презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. 

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. 

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Материалами дела подтверждается, что определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.12.2016 были признаны недействительными договоры аренды, заключенные между Должником и ООО «Производственная компания «Красный Яр», судом взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 18 350 244 рублей за период с 01.11.2015 по 30.09.2016, а также истребовано имущество в пользу ООО «ПК «Красный Яр». 

Исполнение договоров осуществлялось с 22.07.2016, и под руководством ФИО2 с 17.11.2015.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.07.2018 признан недействительным договор аренды оборудования № 0103/6 от 01.03.2016, применены последствия недействительности сделки, взысканы с ООО «Триумф» в конкурсную массу ООО Торговый Дом «Красный Яр» 8 935 956 рублей 07 копеек. 

Указанным судебным актом, вступившим в законную силу, судом установлена мнимость договора аренды оборудования № 0103/6 от 01.03.2016. 

Судом установлено, что Договор аренды оборудования №0103/6 от 01.03.2016 был заключен сторонами лишь для вида с целью создания правовых оснований для вывода денежных средств должника в нарушении имущественных прав кредиторов. 

ООО ТД «Красный Яр» якобы в счет оплаты арендных платежей в период с марта по ноябрь 2016 года перечислило ООО «Триумф» 8 559 136,07 рублей. 

Исполнение договора осуществлялось в период участия в обществе всех указанных конкурсным управляющим лиц с 22.07.2016, и под руководством ФИО2 

ООО ТД «Красный Яр» якобы в счет оплаты арендных платежей в период с марта по ноябрь 2016 года перечислило ООО «Триумф» 8 559 136,07 рублей. То есть фактически Должник вывел денежные средства через ООО «Триумф», прикрыв незаконные действия мнимой сделкой по передаче в аренду оборудования. 

До настоящего времени ООО «Триумф» денежные средства не возвращены. 

Таким образом, незаконными действиями контролирующих Должника лиц, совершен вывод денежных средств в размере 8 559 136,07 рублей. 

При этом, вывод денежных средств совершен в условиях наличия неисполненных обязательств перед кредиторами Должника, и за 6 месяцев до подачи заявления о признании Должника (несостоятельным) банкротом. 

Доводы апеллянтов со ссылкой на положения статьи 69 АПК РФ не состоятельны. Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Фактическим обстоятельствам, с учетом указанной нормы, может в данном споре судом быть дана иная оценка. 

Однако часть 2 статьи 69 АПК РФ не предусматривает переоценку резолютивной части. 

В рамках рассмотрения настоящего спора, судом не может быть пересмотрено определение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.07.2018, которым признана недействительной мнимая сделка. 

С учетом изложенного, факт признания договора аренды оборудования № 0103/6 от 01.03.2016 ничтожным (мнимым) не мог не приниматься судом по настоящему делу во внимание, вопреки доводам ответчиков, которые не воспользовались правом на обжалование соответствующего судебного акта. 

Таким образом, в результате исполнения Договора аренды оборудования №0103/6 от 01.03.2016 причинен существенный вред как самому Должнику, так и имущественным правам кредиторов Должника. Ответчиками соответствующие обстоятельства не опровергнуты. Как не опровергнуты и доводы о том, что исполнение указанных договоров повлекло банкротство Должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.10.2018 по настоящему делу признано недействительной сделкой перечисление в пользу ООО «Ника» 590 000 рублей. 

Совершение и исполнение сделок осуществлялось в период участия в Обществе всех вышеуказанных лиц, и под руководством ФИО2 

Сделки совершены в пользу ООО «НИКА». 

ФИО3 в ноябре 2016 года - январе 2017 года являлась единственным участником и директором ООО «НИКА», что установлено судебным актом. 

ООО ТД «Красный Яр» в преддверии банкротства уступило ООО «Ассорти Опт» дебиторскую задолженность с дисконтом в размере 3 226 329, 52 руб. (18 226 329, 52 руб. - размер задолженности дебитора - 15 000 000 руб. - стоимость уступки). 

При этом, на основании писем ООО ТД «Красный Яр» денежные средства, вырученные от продажи права требования к ООО «Торговый дом КВОиТ», были направлены на погашение задолженности отдельных кредиторов ООО ТД «Красный Яр», в том числе аффилированных, минуя расчетный счет ООО ТД «Красный Яр». 

Так, по письмам должника ООО «Ассорти Опт» за ООО «Торговый до «Красный Яр» в пользу ООО «Ника» Должником были перечислены денежные средства в размере 9 490 000, 00 рублей (обстоятельства подтверждены Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.06.2019, которым с ООО «Ника» в пользу Должника взыскано 9 490 000, 00 рублей. 

Судебный акт не исполнен. 

Совершение и исполнение сделок осуществлялось в период участия в Обществе всех вышеуказанных лиц, и под руководством ФИО2 Сделки совершены в пользу ООО «НИКА». ФИО3 в ноябре 2016 года - январе 2017 года являлась единственным участником и директором ООО «НИКА», что установлено судебным актом. 

Фактически должник вывел денежные средства через ООО «Ника», прикрыв незаконные действия мнимой сделкой по передаче в аренду имущества. 

До настоящего времени ООО «Ника» денежные средства не возвращены. 

При этом, вывод денежных средств совершен в условиях наличия неисполненных обязательств перед кредиторами Должника, и за 6 месяцев до подачи заявления о признании Должника (несостоятельным) банкротом. 

Изложенные выше обстоятельства подтверждены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.10.2018, имеющим преюдициальное значение для настоящего обособленного спора.

Вопреки доводам ответчиков о том, что сумма по указанной сделке не являлась значительной, апелляционный суд учитывает, что у должника имелись денежные средства для создания реальности мнимых сделок, при этом, процедура банкротства в отношении должника инициирована кредитором ООО «НСК Трейд-54», которое 07.04.2017 обратилось в суд с требованием в размере 530 800 рублей (основание - договор № 03-15-ТД от 07.08.2015 и соглашению о расторжении договора от 26.11.2015). 

То есть на дату перечисления денежных средств по мнимым сделкам, задолженность перед заявителем не была оплачена, что привело к возбуждению дела о банкротстве должника. 

С учетом вышеизложенного, судом обосновано установлено, что в результате совершенных ответчиками сделок по перечислению денежных средств в размере 590 000 рублей в пользу аффилированного лица - ООО «Ника» причинен вред как самому должнику, так и имущественным правам кредиторов должника. 

Ответчиками соответствующие обстоятельства не опровергнуты. Как не опровергнуты и доводы о том, что исполнение указанных договоров повлекло банкротство Должника. 

В качестве действий, повлекших увеличение долговой нагрузки Должника, указаны следующие. 

Решением арбитражного суда Новосибирской области от 18.05.2018 по делу № А45-36250/2017 с ООО «Торговый дом «Красный Яр» в пользу ООО «Производственная компания «Красный Яр» взыскано неосновательное обогащение в сумме 3 791 746,43 рублей. 

Указанным судебным актом установлены следующие обстоятельства: 

- 03.06.2017 ООО «ТД «Красный Яр» под руководством его директора ФИО2 с принадлежащей ООО «Производственная компания «Красный Яр» территории в отсутствие законных оснований вывезено имущество - металлопрокат, о чем представителями истца и ООО OA «Магнум» составлен акт от 04.06.2017. 

- ввиду отсутствия металлопроката в натуре у ООО «ТД «Красный Яр» (конкурсному управляющему не передан) в пользу ООО «Производственная компания «Красный Яр» была взыскана действительная стоимость неосновательного обогащения ООО ТД «Красный Яр». 

Действия, повлекшие увеличение долговой нагрузки Должника осуществлялись в период участия в Обществе всех вышеуказанных лиц, и под руководством ФИО2 

В рамках дела о банкротстве № А45-12383/2015, вступившем в законную силу Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.12.2016 были признаны недействительными договоры аренды, заключенные между Должником и ООО «Производственная компания «Красный Яр». 

При этом, арбитражный суд взыскал сумму неосновательного обогащения в размере 18 350 244 рублей за период с 01.11.2015 по 30.09.2016, а также обязал возвратить имущество истцу. 

Имущество ООО «ТД «Красный Яр» возвратило ООО «ПК «Красный Яр» только 08.06.2017, то есть ООО «ТД «Красный Яр» пользовалось имуществом в период с 01.11.2015 по 07.06.2017. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.02.2018 по делу А45- 39140/2017 с ООО Торговый дом «Красный Яр» в пользу ООО «Производственная компания «Красный Яр» взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 3 975 040 рублей 67 копеек. 

Действия, повлекшие увеличение долговой нагрузки Должника осуществлялись в период участия в Обществе всех вышеуказанных лиц, и под руководством ФИО2 

19.04.2017 с расчетного счета ООО «Торговый Дом «Красный Яр» совершен платеж на сумму 360 000 руб. с назначением платежа - оплата по договору №758/03/11/15 от 03.11.2015. 

25.04.2017 с расчетного счета ООО «КСС» совершен платеж на сумму 500 000 руб. с назначением платежа - «оплата за товар по договору поставки №758/03/11/15 от 03.11.2015г., сумма 500000-00, в т.ч. НДС (18.00%): 76271-19». 

09.06.2017 с расчетного счета ООО «АССОРТИ ОПТ» совершен платеж на сумму 3 461 257, 91 руб. с назначением платежа - «Оплата по договору №758/03/11/15 от 03 ноября 2015 года, согласно письма №120/1 от 01.03.2017 года, по акту сверки от 09.06.2017г, за ООО ТД «Красный Яр» ИНН 

<

***>. НДС не облагается». 

Указанные денежные средства Должнику не возращены. 

После заключения с ООО «АССОРИТ ОПТ» договора уступки прав требования (цессии) от 13.07.2017 денежные средства в размере 3 961 257.91 руб. были засчитаны в счет оплаты ООО «АССОРТИ ОПТ» по договору уступки прав требования (цессии) от 13.07.2017. 

Вместе с тем с учетом постановления Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 29.06.2020 недействительной сделкой должника признаны только действия по перечислению акционерному обществу «Металлокомплект-М» денежных средств в размере 360 000 рублей по платежному поручению № 541 от 19.04.2017. 

Применены последствия недействительности сделки - взысканы с акционерного общества «Металлокомплект-М» в пользу общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Красный Яр» 360 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части требований о признании сделок недействительными, судами отказано, в том числе в связи с недоказанностью довода о причинении вреда кредиторам или должнику. 

Таким образом, незаконными являются только действия по перечислению акционерному обществу «Металлокомплект-М» денежных средств в размере 360 000 рублей по платежному поручению № 541 от 19.04.2017. 

Такие действия, повлекшие увеличение долговой нагрузки должника осуществлялись в период участия в Обществе всех вышеуказанных лиц, и под руководством ФИО2 

Также управляющим указаны действия, в результате которых в отношении Должника введена процедура наблюдения. 

Из анализа выписки по расчетному счету ООО Торговый дом «Красный Яр» конкурсный управляющий установил, что 22 марта 2017 года с расчетного счета ООО «НСК Трейд-54» на счет ООО «Торговый дом «Красный Яр» по письму последнего от 09.02.2017 был произведен возврат погашенной ему ранее суммы задолженности по мировому соглашению, утвержденному арбитражным судом Новосибирской области в рамках дела№А45-19395/2016. 

То есть, фактически задолженность ООО «НСК Трейд-54» была погашена Должником. 

Возврат погашенной задолженности привел к тому, что определением от 10.05.2017 заявление ООО «НСК Трейд-54» признано обоснованным, в отношении ООО «Торговый дом «Красный Яр» введена процедура наблюдения, требование ООО «НСК Трейд-54», основанное на неисполненном мировом соглашении, включено в реестр. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что действия контролирующих должника лиц повлекли банкротство Должника, и осуществлялись такие действия в период участия в Обществе всех вышеуказанных лиц, и под руководством ФИО2 

Исследовав вопрос о причинах банкротства должника, суд первой инстанции пришел к выводу, что совершение указанных сделок существенно повлияло на невозможность в полном объеме погасить требования кредиторов должником и привели к банкротству должника. 

По настоящему делу, в судебном порядке установлены следующие обязательства Должника, не исполненные до настоящего времени:

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.09.2017 по делу №А45-6999/2017 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Промышленная компания «Нефтехранение» в размере 11 658 684 руб. 20 коп., из которых 9 074 840 руб. – основной долг, 2 583 844 руб. 20 коп. неустойки. Срок исполнения по рассматриваемым обязательствам наступил, в том числе в сентябре, октябре 2016 года. 

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 11.04.2018 по делу №А45-6999/2017 в реестр требований кредиторов Должника включена задолженность перед ООО «ВолНА» в размере 1 034 400 руб., обязанность по погашению которой наступила 01.12.2016. 

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.07.2017, с учетом определения об исправлении опечатки от 07.07.2017 включено требование АО «Металлокомплект-М» в размере 4 331 148 руб. 31 коп., в том числе 4 146 203 руб. 11 коп. основного долга, 184 945 руб. 20 коп. неустойки, в реестр требований кредиторов должника – ООО Торговый Дом «Красный Яр», с отнесением в третью очередь удовлетворения, обязанность по погашению которой наступила в январе 2017 г. 

Кроме того, у Должника имеются обязательства перед бюджетом, относящиеся ко второй очереди реестровых платежей, а именно: задолженность перед бюджетом и внебюджетными фондами: 

- задолженность по налогу на доходы физических лиц налоговых агентов; 

- задолженность по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, зачисляемые в ПФ РФ на выплату страховой пенсии до 01.01.2017; 

- задолженность по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование по временной нетрудоспособности и в связи с материнством до 01.01.2017; 

- задолженности по страховым взносам в ПФ РФ по дополнительному тарифу на выплату страховой пенсии (пункт 1 части 1 статьи 30 №400-ФЗ); 

- задолженность по страховым взносам на обязательное медицинское страхование в федеральный фонд ОМС до 01.01.2017. 

Наличие данной задолженности подтверждается Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 04.09.2017 по делу №А45-6999/2017 о включении требований уполномоченного органа в размере 13 093 100 руб. 94 коп. в реестр требований кредиторов Должника. 

Из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса РФ, пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стало ее банкротство. 

По состоянию на 01.01.2016 активы должника не превышали размер кредиторской задолженности, при этом должником в результате совершения указанных сделок осуществлен вывод ликвидного имущества в отсутствие встречного исполнения, а также увеличено количество долговых обязательств должника, в результате чего требования кредиторов не погашены, должник признан банкротом. 

Всего в результате таких действий имущественное положение Должника ухудшилось, причинённый вред оценивается на сумму более 50 млн. рублей. 

При этом в 2016 г. активы увеличены за счет отражения запасов на сумму 55 397 тыс. руб. (которые не переданы конкурсному управляющему Должника). 

Между тем, при отсутствии указанных сделок, должник вправе был рассчитывать на получение денежных средств, что должно было привести к расчету с кредиторами, количество которых было бы меньше, в случае отсутствия сделок, приведших к необоснованному увеличению долговых обязательств должника. 

Совершением указанных действий причинен вред кредиторам, которые утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что материалами дела подтверждается вина ФИО2 как руководителя должника, поскольку должником в период его полномочий был совершен ряд сделок по выводу ликвидного имущества должника, учитывая, что при этом ответчиком не принято мер по последующему истребованию имущества. 

Доводы апеллянтов о том, что у суда отсутствовали основания для оценки совершенных сделок в совокупности для определения признака причинения существенного вреда должнику, подлежат отклонению, так как не основаны на нормах права, направлены на попытку нивелирования негативных последствий своего недобросовестного поведения по совершению от лица должника сделок, которые привели к ухудшению его финансового состояния.

При этом, апелляционный суд принимает во внимание, что по настоящему делу не удовлетворены требования бывших работников должника, кредиторов, чем существенно нарушены их права. 

У ООО «ТД «Красный Яр» имеется задолженность по заработной плате перед бывшими работниками в следующем виде и размере: 

- текущая задолженность по выплате компенсации при увольнении сотрудников за май 2017 года, выходных пособий на период трудоустройства за июль, август 2017 года в отношении 87 работников составляет 2 5 986 255,85 руб.; 

- реестровая задолженность по заработной плате в отношении 137 человек составляет 3 261 878,88 руб. 88 коп. 

Задолженность по реестру кредиторов 2 очереди (без учета физических лиц) составляет 8 611 914,07 (восемь миллионов шестьсот одиннадцать тысяч девятьсот четырнадцать руб. 07 коп.).

Таким образом, наличие данной задолженности, непогашенной в ходе процедуры банкротства должника, является следствием поведения контролирующих должника лиц.

Согласно пункту 16 Постановления № 53 поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Апелляционный суд отклоняет доводы апеллянтов об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Согласно абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве (ред. от 13.07.2015) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). 

Как указано выше, ФИО3 являлась руководителем организаций, совершение сделок с которыми вменяется в качестве действий, повлекших невозможность удовлетворения требований независимых кредиторов. 

Из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса РФ, пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство). 

Совершение должником указанных выше действий по необоснованному выводу средств должника, в том числе в пользу аффилированного лица, возглавляемого ФИО3, вызывают объективные сомнения в том, что ФИО3 руководствовалась интересами должника. 

В рассматриваемый период времени ФИО3 являлась участником должника и руководителем некоторых аффилированных с должником ответчиков по указанным выше незаконным сделкам, в пользу которых осуществлен вывод средств должника. 

При этом, единственный участник и директор ООО «НИКА», участник должника с 22.07.2016 по настоящее время ФИО3 (размер доли 7%), являющаяся является матерью ФИО2, имела возможность фактического влияния на деятельность должника.

Соучастие ФИО3 выражается в совершении действий, направленных на установление своего статуса в качестве участника ООО «ТД «Красный Яр», руководителем и участником которого являлся сын последней. 

При этом, такие действия свидетельствуют о наличии у последней воли на управление Обществом и участии в таком управлении, распределении прибыли от такого участия. 

При названных обстоятельствах в силу статьи 65 АПК РФ на ФИО3 перешло бремя доказывания того, что совершение указанных выше сделок явилось следствием обычного хозяйственного оборота, а не вызвано использованием участником его возможностей, касающихся определения действий общества, во вред кредиторам должника. 

Именно ФИО3 в том числе как сторона договорных и внедоговорных отношений имела возможность раскрыть информацию по меньшей мере о сделках, связанных с перечислением должником денежных средств на принадлежащие возглавляемой ею компании счета, раскрыть экономическую обоснованность сделок. 

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. 

На фоне недостаточности денежных средств у общества на 01.01.2016 (появления первых признаков неплатежеспособности) действия ФИО3 по принятию возглавляемой ею компанией незаконно денежных средств должника, усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным. 

Учитывая, что доказательств, опровергающих указанные выводы, в материалы дела не представлено, при условии того, что на ФИО3, ФИО2 в силу статуса были возложены соответствующие полномочия, их поведение по выводу имущества должника, нельзя признать разумным и добросовестным, направленным на достижение целей хозяйственной деятельности. 

Учитывая изложенное, является доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение действий по доведению должника до банкротства (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Доводы апеллянтов о пропуске конкурсным управляющим сроков исковой давности для обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности отклоняются апелляционным судомза необоснованностью.

В силу абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (ред. от 13.07.2015) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 названного Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом). 

В случае пропуска этого срока по уважительной причине, за исключением предельного объективного трехлетнего срока, исчисляемого со дня признания должника несостоятельным (банкротом), он может быть восстановлен судом. 

Из названной нормы права, содержащейся в абзаце четвертом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве следует необходимость применения двух сроков исковой давности: 

субъективного, продолжительностью в 1 год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; 

объективного, продолжительностью в 3 года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом). 

Срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. 

При этом, процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности. 

Правовой подход о том, что начало течения срока исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности связано не исключительно с моментом, когда правомочное лицо узнало о совершении соответствующих сделок должника, но и с моментом, когда это лицо узнало об остальных основаниях такой ответственности, выражен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302 ЭС14-1472(4,5,7). 

С учетом изложенного, подлежит установлению момент, с которого конкурсный управляющий мог сделать вывод о том, что те или иные действия выступают основанием для привлечения контролирующих Должника лиц к субсидиарной ответственности. 

При этом само по себе утверждение конкурсного управляющего не является основанием для исчисления с этого момента срока давности для оспаривания сделок должника, привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; исследованию подлежат обстоятельства, когда конкурсный управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие обстоятельств для обращения в суд с соответствующим заявлением (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7). 

Аналогичный подход применен и судом при рассмотрении дела №А19-5157/2017, на которое ссылается представитель Ответчиков. 

По смыслу указанных норм и выводов вышестоящих судов, только завершение в полном объеме мероприятий по реализации имущества должника определяют осведомленность, учитывая, что реальная цена реализации имущества определяется исключительно на торгах. 

В настоящем споре таким моментом осведомленности конкурсного управляющего о недостаточности активов должника является момент завершения реализации имущества должника – октябрь 2020 г. 

Данное обстоятельство является общеизвестным, соответствующие сведения включены в ЕФРСБ. (сообщение 5553162 от 02.10.2020г. – завершились первые торги последнего выявленного в ходе мероприятий конкурсного производства имущества, торги признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок от потенциальных приобретателей). 

При этом, с учетом даты признания должника банкротом - 06.12.2017, ответчиками, заявившими о пропуске срока исковой давности, не учтено следующее.

Нормы о применении срока исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения. 

Вместе с тем, если материально-правовые основания привлечения к ответственности на дату совершения правонарушения и на дату обращения с заявлением не изменились, а также на дату прекращения действий предыдущих редакций Закона о банкротстве, предусматривающих иной порядок исчисления давности по данной категории дел, срок исковой давности не истек, к вопросу о продолжительности и порядку исчисления исковой давности подлежит применению новая норма Закона о банкротстве. 

Данный подход опирается на сформированную Верховным Судом Российской Федерации правовую позицию исчисления сроков давности при их законодательном изменении, нашедшею своё отражение в Определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006. 

Соответственно, даже если бы начало течения субъективного срока исковой давности совпало бы с началом течения объективного срока исковой давности (07.12.2017), то годичный срок исковой давности на дату вступления в силу изменений Закона о банкротстве о применении трехлетнего срока, как ст.10 (28.06.2017г.) так и ст.61.14 (30.07.2017г.), не истек. 

Таким образом, к вопросу о продолжительности и порядку исчисления исковой давности подлежит применению новая норма Закона о банкротстве об установлении трехлетнего срока. 

С учетом изложенного, доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности не состоятельны, не основаны на нормах права, подлежащих применению, судом первой инстанции обоснованно отклонены при принятии оспариваемого судебного акта.

По основанию непередачи ФИО2 документации и имущества должника конкурсному управляющему апеллянты указывают на то, что документация должника была передана конкурсному управляющему в полном объеме, что препятствует привлечению ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Из подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. 

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения. 

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. 

Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 № 305-ЭС17-21627).

Искажение бухгалтерской документации должника, в силу норм закона о банкротстве, как таковое не является основанием для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Квалифицирующим признаком является наличие последствий в виде существенного затруднения проведения процедуры банкротства.

Так, согласно пункта 24 Постановления № 53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: 

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; 

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

Апелляционный суд принимает во внимание, что с момента утверждения конкурсного управляющего (06.12.2017) бывшим руководителем должника ФИО2 в полном объеме не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника.

По состоянию на 31.12.2016 балансовая стоимость активов Должника составляла 125 127 тыс. руб., при этом, на балансе организации учтены запасы, основные средства и дебиторская задолженность. 

Конкурсному управляющему запасы были переданы только на сумму 81 213 руб., что подтверждается инвентаризационной описью № 1 от 05.02.2018 г., ФИО2 по актам приема-передачи от 25.01.2018 г., от 24.01.2018 г., 24.01.2018 г. документация Должника была передана лишь частично.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.02.2018 по делу № А45-6999/2017 у бывшего руководителя Должника были истребованы имущество и документы, в том числе: 

- расшифровка кредиторской и дебиторской задолженности, первичные документы по дебиторской задолженности на сумму 55 357 тыс. руб., отраженную в бухгалтерском балансе за 2016 год (за исключением оригиналов документов, переданных по акту 24.01.2018 г.); 

- база «1С» в электронном виде; 

- имущество по данным бухгалтерского баланса должника за 2016 год, сданного в налоговый орган: - основные средства на сумму 4 566 тыс. руб.; 

- запасы на 55 397 тыс. руб. (за исключением имущества, переданного 16.01.2018 г. и 18.01.2018 г.); либо документы, подтверждающие законное выбытие данного имущества; 

- иные документы. 

Указанный судебный акт ФИО2 не исполнен, документация и имущество не переданы. 

Представителем ФИО2 представлены в материалы дела пояснения, которые не опровергают факт непередачи документации конкурсному управляющему в полном объеме.

Ссылки на акты приема-передачи, датированные до 07.02.2018, не свидетельствуют о передаче документации, поскольку таким актам уже была дана оценка в судебном порядке, при рассмотрении спора об истребовании документов, и судом сделан вывод о том, что такими актами не подтверждается факт передачи документации. 

Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 07.02.2018 по делу № А45- 6999/2017, вопреки доводам апеллянтов, не подлежит пересмотру в рамках спора о субсидиарной ответственности, и является преюдициальным в силу статьи 69 АПК РФ. 

База «1С» в электронном виде не передана, что не опровергается доводами апелляционной жалобы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

Программа «1С» является техническим средством систематизации ведения бухгалтерских операций, при наличии переданной первичной документации, отражающей хозяйственную деятельность должника. Соответствующая систематизация позволяет раскрыть сведения, отраженные в бухгалтерской отчетности об активах Должника. 

В данном случае, не представление базы «1С» не позволило установить, какие активы отражены в бухгалтерской отчетности Должника за 2016 г. по статьям: запасы на 55 397 тыс. руб., основные средства на сумму 4 566 тыс. руб., дебиторской задолженности на сумму 55 357 тыс. руб. (состав таковой). 

До настоящего времени соответствующие сведения не раскрыты, не представлены расшифровки, отсутствует база «1С» или иные регистры бухгалтерского учета, что препятствует осуществлению конкурсным управляющим мер по пополнению конкурсной массы должника.

Передача ФИО2 документации по акту от 24.01.2018 учитывалась судом при рассмотрении спора об истребовании документов. 

Из перечисленных документов не следует, что таковые были отражены в составе дебиторской задолженности на сумму 55 357 тыс. руб. 

Установить это обстоятельство без расшифровки строк бухгалтерской отчетности невозможно (лишь на основании письменных пояснений).

На основании изложенного, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника конкурсному управляющему.

Иное из материалов дела не следует, а апеллянтами не доказано.

Учитывая, что предусмотренные Законом о банкротстве презумпции ответчиками не опровергнуты, надлежащих доказательств в материалы дела не представлено, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Учитывая, что расчеты с кредиторами до настоящего времени не завершены, суд первой инстанции правомерно приостановил производство по вопросу об определении размера субсидиарной ответственности ответчиков.

По существу позиция апеллянтов сводится лишь к несогласию с выводами суда первой инстанции, доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку установленных судом по делу обстоятельств в отсутствие надлежащих доказательств, их опровергающих, что не является основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 28.03.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-6999/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в  порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.                                            

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».   

 

Председательствующий                                                                            А.П. Иващенко

 

Судьи                                                                                                          В.С. Дубовик

 

                                                                                                                     ФИО1