Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-18803/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 27 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Лаптева Н.В.,

судей                                                                  Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Даниловой Ольги Евгеньевнына определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.09.2024(судья Сажина А.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного судаот 24.12.2024 (судьи Целых М.П., Аристов Е.В., Брежнев О.Ю.) по делу№ А70-18803/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее также – должник), принятые по результатам рассмотрения отчёта финансового управляющего ФИО3 (далее – управляющий).

В заседании приняли участие: ФИО4, ФИО5 и ФИО6 – представители ФИО2 по доверенности от 19.02.2025.

Суд установил:

ФИО2 обратилась 30.08.2023 в арбитражный суд с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 27.11.2023 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Управляющий 17.07.2024 направил в арбитражный суд отчёт финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданинас приложением документов, анализ финансового состояния должника, заключениео наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, заключение о наличии (отсутствии) основания для оспаривания сделок, ходатайствоо завершении процедуры банкротства.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.09.2024, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного судаот 24.12.2024, процедура реализации имущества гражданина завершена; применены правила об освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением требования кредиторов, предусмотренных пунктами 5 и 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина, а также требований перед следующими кредиторами:

публичным акционерным обществом «Совкомбанк» (далее – Совкомбанк)по договорам кредитования от 17.02.2023 № 7422419553, от 12.01.2023 № 7116113891в сумме 557 242,32 руб.;

публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (далее – Сбербанк)по договору кредитования от 16.02.2023 в сумме 481 621,01 руб.;

Банком ВТБ (публичное акционерное общество; далее – Банк ВТБ) по договорам кредитования от 16.02.2023 № V625/0002-0077600, от 16.02.2023 № КК651092760771в сумме 2 685 817,09 руб.;

обществом с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» (далее – общество «Драйв Клик Банк») по договору кредитования от 17.02.2023 № С04108262912 в сумме 2 456 534,22 руб.;

обществом с ограниченной ответственностью «Феникс» (далее – общество «Феникс») по договору кредитования от 19.02.2023 № 0053799981 в сумме 79 188,97 руб.;

обществом с ограниченной ответственностью «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» (далее – общество «Хоум Кредит Энд Финанс Банк») по договорам кредитованияот 16.02.2023 № 2422489406, от 17.02.2023 № 2422491602 в сумме 858 143,85 руб.

ФИО2 подала кассационную жалобу, в которой просила отменить постановление апелляционного суда от 24.12.2024, изменить определение арбитражного суда от 15.09.2024 в части неприменения правил об освобождении от обязательствперед Совкомбанком, Сбербанком, Банком ВТБ, обществами «Драйв Клик Банк», «Феникс», «Хоум Кредит Энд Финанс Банк»; применить в отношении должника правила об освобождения от обязательств перед указанными кредиторами.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим обстоятельствам, нормам пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), правовым позициям, содержащимся в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, от 26.12.2024 № 59-П о равной судебной защите прав кредиторов и должника, соразмерной балансу конституционных ценностей, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429о квалификации недобросовестным поведением наращивание гражданином кредиторской задолженности лишь в случае сокрытия им необходимых сведений, либо предоставления заведомо недостоверной информации, - выводов судов о наличии основанийдля неприменения в отношении гражданина правила об освобождении от обязательств.

ФИО2 полагает, что не допускала недобросовестного поведенияв отношении кредиторов при получении денежных средств, злостного уклоненияот погашения кредиторской задолженности, не совершила мошенничества, не скрывала, не уничтожала имущество; на неё распространяется реабилитационная процедура освобождения от обязательств; по своей инициативе суды неправомерно переложилина неё ответственность кредитных организаций за оценку рисков по выдаче кредитов.

В судебном заседании представители поддержали доводы ФИО2

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не нашёл оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состоит в браке, имеет несовершеннолетнего ребёнка, не имела постоянного места работы и стабильного заработка.

ФИО2 12.01.2023 и в период с 16.02.2023 по 19.02.2023 заключила девять договоров займа (кредитных договоров) на сумму более 7 млн. руб. с различными кредитными организациями при отсутствии дохода, позволяющего погасить принятые обязательства.

Для получения заёмных денежных средств при заключении кредитных договоров ФИО2 указывала в анкетах о получении среднего месячного дохода в размереот 30 тыс. руб. до 120 тыс. руб., место работы – общество «Сибирская медицинская техника» в должности менеджера по оптовым продажам.

По сведениям о трудовой деятельности, представляемым из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования, последним местом работы ФИО2 являлась деятельность у ИП ФИО7 (с 15.04.2022 по 11.08.2023), среднемесячный доход от осуществления трудовой деятельности у которого за период апрель-декабрь 2022 года составил 17 496,10 руб. (до вычета налога). При этом доходот трудовой деятельности у ИП ФИО8 в период январь-апрель 2022 года составил 72 780,67 руб., то есть ежемесячный доход составил сумму 18 195,16 руб.(до вычета налога). Иные источники дохода не раскрыты.

В третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 включены требования в сумме 7 118 547,46 руб., в частности:

Совкомбанка по договорам кредитования от 17.02.2023 № 7422419553, от 12.01.2023 № 7116113891 в сумме 557 242,32 руб.;

Сбербанка по договору кредитования от 16.02.2023 в сумме 481 621,01 руб.;

Банка ВТБ по договорам кредитования от 16.02.2023 № V625/0002-0077600,от 16.02.2023 № КК651092760771 в сумме 2 685 817,09 руб.;

общества «Драйв Клик Банк» по договору кредитования от 17.02.2023№ С04108262912 в сумме 2 456 534,22 руб.;

общества «Феникс» по договору кредитования от 19.02.2023 № 0053799981 в сумме 79 188,97 руб.;

общества «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» по договорам кредитованияот 16.02.2023 № 2422489406, от 17.02.2023 № 2422491602 в сумме 858 143,85 руб.,

Объект недвижимости, принадлежащий должнику, является единственным пригодным для проживания помещением и не подлежит включению в конкурсную массу.

В результате проведенного анализа финансовый управляющий не выявил сделки, обладающие признаками недействительности.

Расходы, связанные с проведением процедуры реализации имущества гражданина, составили сумму 10 409,21 руб. (расходы на публикацию сообщений; почтовые расходы). Текущие расходы не погашены.

В период проведения процедуры банкротства ФИО2 не работала, имущество, подлежащее реализации в процедуре банкротства, у должника отсутствует, требования кредиторов, включённые в реестр, не погашены.

Завершая процедуру реализации имущества гражданина, суд первой инстанции исходил из выполнения управляющим всех необходимых мероприятий процедуры реализации имущества гражданина, отсутствия возможности пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, оснований для продления процедуры банкротства должника.

Освобождая должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов,за исключением требований перед кредитными организациями, арбитражный суд исходил из того, что ФИО2 в короткий промежуток времени заключила девять договоров займа (кредитных договоров) с указанными банками и микрокредитными обществамипри отсутствии дохода, позволяющего погасить данные обязательства, и через полгода обратилась в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве. При этом после оформления первого кредитного договора от 12.01.2023, последующие кредитные договоры должник заключил в разных банках в короткий период времени с 16.02.2023по 19.02.2023, заведомо не позволяющий банкам проанализировать актуальную кредитную историю должника, поскольку в указанные даты соответствующие сведенияв его кредитной истории не были отражены. Цели расходования кредитных средств достоверными доказательствами не подтверждены.

Арбитражный суд сделал выводы об умышленных целенаправленных действиях ФИО2 по принятию заведомо неисполнимых финансовых обязательств перед кредитными организациями при отсутствии крайней необходимости, предоставлении кредиторам заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытии имущества,что является недобросовестным поведением должника и препятствует применению правила освобождения гражданина от обязательств.

Суд апелляционной инстанции согласился с арбитражным судом.

Отклоняя возражения, апелляционный суд указал на то, что ФИО2 самостоятельно заключала кредитные договоры, понимала значение своих действий,не могла не осознавать противоправность своего поведения, заключающегосяв предоставлении кредитным организациям заведомо ложных сведений о наличии заявленного дохода. Следовательно, ФИО2 сознательно представила кредиторам недостоверные сведения относительно наличия у неё достаточного для погашения принятых обязательств дохода с учётом необходимости ежемесячных тратна потребительские цели (продукты питания, лекарства, оплата коммунальных услуги пр.) Отсутствие у должника дохода, достаточного для исполнения своих обязательств перед кредиторами, свидетельствует об отсутствии намерений выполнять принятыена себя обязательства. Более того, должник не представил суду убедительных доказательств расходования средств на заявленные им нужды. При этом наличиеу кредитной организации возможности проверки сообщаемой заёмщиком информациине означает право должника предоставить заведомо ложные сведения при вступлениив кредитные отношения. Намеренное искажение данных о своих доходах, размер которых ФИО2 достоверно известен, свидетельствует о недобросовестном поведении такого лица.

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

Так, в процедуре реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет принадлежащее ему имущество, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок, совершенных с предпочтением, по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и тому подобное (пункты 7 и 8 статьи 213.9, пункты 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчёт о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчёта о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении процедуры реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

По смыслу приведённых норм права арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учётом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчётов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счёт конкурсной массы должника.

Поскольку суды установили, что управляющий предпринял все меры по выявлению имущества должника, формированию конкурсной массы, погашению требований кредиторов, представленный отчёт финансового управляющего содержит достоверную информацию невозможности удовлетворения требований кредиторов, процедура реализации имущества гражданина завершена правомерно.

Обоснованность указанного вывода не оспаривается – доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что суды первой и апелляционной инстанций не освободили должникаот исполнения обязательств перед кредитными организациями.

Действительно, основная цель института банкротства физических лиц – социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам.

Согласно общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Законао банкротстве, после завершения расчётов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения их требований, в том числе требований, не заявленных в рамках дела о банкротстве.

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей, либо на недопущение поощрения злоупотреблений (определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685).

Конституционный Суд Российской Федерации связывает такие исключенияиз реабилитационной направленности процедуры банкротства гражданина с принципом недопустимости извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Определение такого соотношения интересов участников процесса по делуо банкротстве установлено законодателем императивной нормой и не может быть произвольно изменено рассматривающим дело судом или сторонами по делу (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2024 № 305-ЭС24-1191).

Так, в силу абзаца четвёртого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано,что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогови (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведенияпри получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на непременение в отношении гражданина правилаоб освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвёртому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств также не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Квалификация поведения должника как незаконного зависит от совершения должником именно умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора.

Поскольку суды установили, что при возникновении и исполнении обязательств,на которых конкурсные кредиторы основывали свои требования в настоящем делео банкротстве, ФИО2 действовала незаконно, в том числе злостно уклониласьот погашения кредиторской задолженности (отсутствуют доказательства расходования заёмных денежных средств), предоставила кредиторам заведомо ложные сведенияпри получении кредита (о размере дохода, месте работы), скрыла имущество(не возвратила заёмные денежные средства в конкурсную массу) – в определениио завершении реализации имущества гражданина правомерно указано на неприменениев отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредитными организациями.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Обстоятельства недобросовестного поведения должника при возникновенииили исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве, установлены судами первой и апелляционной инстанции путём оценки имеющихся доказательств и доводов лиц, участвующих в деле.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путём получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности её предоставить, его добросовестного заблуждения в её значимостиили информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела суды установили,что ФИО2 заключила кредитные договоры с шестью кредитными организациямив короткий промежуток времени (в течение двух дней), получила кредитные денежные средства в сумме более 6,8 млн. руб. с ежемесячным платежом, который изначально превышал реальный доход заемщика, размер которого в анкете завышен многократно,при этом банки были лишены возможности должным образом проверить платёжеспособность и кредитоспособность заёмщика через бюро кредитных историй,так как все кредиты оформлены должником в минимальные сроки, практически одновременно.

При таких обстоятельствах поведение должника, осознающего непосильность долговых обязательств, принявшего меры для обхода контроля со стороны банковпри заключении кредитных договоров, не может быть признано добросовестным.Все негативные последствия такого поведения несет лицо, действующее осознанно неправомерно при вступлении в правоотношения с банками, представляя недостоверные сведения о своих доходах и умалчивая сведения о уже имеющихся обязательствах.

Фактические обстоятельства установлены судами в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупностии взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, нарушений норм процессуального праване допущено.

Доводы ФИО2 об отсутствии возражений со стороны кредиторов относительно освобождения её от дальнейшего исполнения обязательств отклоняются, поскольку, как разъяснено в абзацах третьем, четвёртом пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей,в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношенийи разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение однойиз сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства,явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 АПК РФ).

Таким образом, суд вправе по своей инициативе рассмотреть вопрос о неприменении правил об освобождении должника от обязательств.

По существу, приведённые в кассационной жалобе доводы не подтверждают нарушения судами первой и апелляционной инстанций норм материальногои процессуального права при рассмотрении обособленного спора.

Ссылки ФИО2 на отсутствие доказательств наличия признаков преднамеренного, фиктивного банкротства, не имеют правового значенияпри рассмотрении настоящего спора, поскольку указанные в абзаце четвёртом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве обстоятельства, являются самостоятельным основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой обстоятельств дела и иное толкование им положений действующего законодательства не являются основаниямидля отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.09.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2024 по делу № А70-18803/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                                                  Н.В. Лаптев

Судьи                                                                                                                 Н.Б. Глотов

ФИО1