﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-32531/2016

г. Краснодар

18 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2021 г.

      Постановление изготовлено в полном объеме 18 марта 2021 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический завод» (ИНН 6155054289, ОГРН 1046155009174) – Шадрина А.В. – Абриталина Д.А. (доверенность от 10.06.2020), от общества с ограниченной ответственностью «ЛОМПРОМ ШАХТЫ» по онлайн-связи – Линенко С.С. (доверенность от 11.02.2021), в отсутствие кредитора – закрытого акционерного общества «Новоорловский горно-обогатительный комбинат» (ИНН 8000027737,  ОГРН 1028002322424),  иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Новоорловский горно-обогатительный комбинат» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 28.09.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2020 по делу № А53-32531/2016, установил следующее. 

В рамках дела о банкротстве ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» (далее – должник, завод) конкурсный управляющий должника Шадрин А.В. обратился с со следующими требованиями:

- признать недействительными сделками заключенные заводом и ЗАО «Новоорловский горно-обогатительный комбинат» (далее – комбинат) договор поставки от 28.10.2016 № 365/16-Р (далее – договор поставки), соглашение о новации от 01.11.2016 (далее – соглашение о новации), а также совершенные заводом в пользу комбината платежи в период с 31.10.2016 по 14.12.2016 на общую сумму 122 532 459 рублей 02 копейки; 

- применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с комбината в пользу должника 122 532 459 рублей 02 копейки в конкурсную массу должника (уточненные в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требования).

Определением от 28.09.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.12.2020, договор поставки, соглашение о новации и платежи, произведенные со счета завода в пользу комбината, признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с комбината в пользу завода денежных средств в размере 122 322 622 рублей 95 копеек. Судебные акты мотивированы тем, что документы, представленные в суд в качестве доказательств возникновения обязательств завода перед комбинатом, составлены взаимозависимыми, аффилированными лицами. Сделки совершены в отношении заинтересованного лица, при наличии признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества. Договор поставки является мнимой сделкой, заключенной сторонами лишь для вида, без намерения осуществлять поставку продукции, а с целью компенсационного финансирования должника в период финансового кризиса. Соглашение о новации, как следствие, также является мнимой сделкой, поскольку при недействительности первоначального обязательства не могло возникнуть и новое обязательство по возврату займа. Досрочный возврат суммы займа с процентами и неустойкой при наличии непогашенной задолженности должника по иным обязательствам свидетельствует о недобросовестности должника и комбината, направленной в ущерб интересам прочих кредиторов, а также об отсутствии разумного экономического смысла действий сторон, связанных с исполнением соглашения о новации. Имеется совокупность условий, необходимых для признания сделок по перечислению должником комбинату денежных средств недействительными на основании статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Преимущественное удовлетворение требований комбината подтверждено материалами дела.

В кассационной жалобе комбинат просит отменить судебные акты отказать в удовлетворении заявленных требований. По мнению подателя жалобы, применительно к оспариваемому договору отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о его заключении на нерыночных, невыгодных условиях. Вывод судов о мнимости договора поставки противоречит материалам дела, поскольку сделка исполнена со стороны комбината. Полученные должником денежные средства использовались им в хозяйственной деятельности. Суды не приняли во внимание факт произошедшей на заводе аварии, которая не позволила должнику своевременно осуществить поставку товара. В материалах дела отсутствуют доказательства непосредственной заинтересованности сторон сделки. Аффилированность сторон на момент заключения оспариваемой сделки не доказана, косвенные доказательства, на которые ссылается суд апелляционной инстанции, свидетельствуют лишь о наличии связи между предприятиями, но не заинтересованности комбината по отношению к заводу. Сам по себе факт возможной аффилированности не может являться основанием для признания сделки недействительной. В рассматриваемом случае отсутствуют основания рассматривать спорную сделку в качестве компенсационного финансирования. Выводы судов о наличии признаков неплатежеспособности на момент заключения договора поставки документально не подтверждены. Признание недействительным договора поставки автоматически не влечет признание недействительным соглашения о новации. Новация договора поставки соответствует как нормам закона, так и разумным нормам делового оборота. Возвращение платежей является сделкой, совершенной в результате обычной хозяйственной деятельности должника. Оснований для признания недействительными платежей на основании пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве не имеется. Возврат авансового платежа является текущим требованием. Конкурсный управляющий пропустил срок исковой давности.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать. 

В судебном заседании  представитель конкурсного управляющего поддержал доводы отзыва. 

Представитель кредитора ООО «ЛОМПРОМ ШАХТЫ» поддержал доводы жалобы.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 05.12.2016 заявление о признании должника банкротом принято к производству; определением от 18.10.2017 в отношении завода введена процедура наблюдения; решением от 26.04.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

В ходе проведения процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий провел анализ заключенных должником сделок, в результате которого установил следующее.

28 октября 2016 года завод (поставщик) и комбинат (покупатель) заключили договор поставки № 365/16-Р, по условиям которого поставщик обязуется поставить и передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора продукцию, указанную в спецификациях (пункт 1.1 договора).

В силу пункта 1.2 договора поставки в спецификациях определяется наименование (номенклатура), количество, сроки и условия поставки, цена и стоимость поставляемой продукции, порядок оплаты, порядок доставки, а также иные сведения, необходимые для осуществления поставки.

Согласно спецификации № 1 к договору поставки поставщик обязан поставить покупателю 30.11.2016 следующую продукцию на общую сумму 120 000 018 рублей 07 копеек (с учетом НДС):

1. Профиль № 10 (11700 ГОСТ Р52544-2006) А500С) в количестве 1 200 т;

2. Профиль № 12 (11700 ГОСТ Р52544-2006 А500С) в количестве 1 672 т;

3. Профиль № 16 (11700 ГОСТ Р52544-2006 (А500С)) в количестве 480 т;

4. Профиль № 20 (11700 ГОСТ Р52544-2006 (А500С)) в количестве 480 т;

5. Профиль № 25 (11700 ГОСТ Р52544-2006 (А500С)) в количестве 480 т.

В соответствии с пунктом 2.3 договора поставки оплата продукции производится покупателем путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика в сроки, указанные в спецификациях.

Покупатель во исполнение договора поставки произвел предоплату в размере 120 млн рублей на расчетный счет завода, что подтверждается платежным поручением от 28.10.2016 № 4433 за поставку продукции, определенной сторонами в спецификации № 1 к договору поставки.

В настоящее время должником лишь выполнено обязательство по оплате договорной неустойки, предусмотренной условиями договора поставки в размере 209 836 рублей 07 копеек (платежное поручение от 31.10.2016 № 7896).

1 ноября 2016 года завод (должник) и комбинат (кредитор) заключили соглашение о новации. В пункте 1.2 соглашения о новации стороны установили, что обязательство должника по поставке продукции кредитору на общую сумму 120 млн рублей, указанной в пункте 1.1 соглашения, стороны заменяют заемным обязательством на ту же сумму между теми же лицами.

Обязательства сторон, возникшие из договора поставки, указанного в пункте 1.1 соглашения, прекращаются полностью в момент подписания сторонами настоящего соглашения, за исключением изъятий, установленных соглашением (пункт 1.3 соглашения).

В силу пункта 2.1 соглашения сумма займа составляет 120 млн рублей.

В пункте 2.1 соглашения установлено, что должник обязуется вернуть денежную сумму, указанную в пункте 1.1 соглашения, в срок до 02.06.2017, при этом должник производит возврат суммы займа, предусмотренной пунктом 2.1 соглашения, по своему усмотрению, как единовременным платежом, так и частями.

За пользование заемными средствами должник уплачивает кредитору 16,1% годовых от суммы займа, предусмотренной пунктом 2.1 соглашения (пункт 2.3 соглашения).

В рамках исполнения договора поставки и соглашения о новации завод произвел следующие платежи:

- 31.10.2016 на сумму 209 836 рублей 07 копеек; назначение платежа: «Возврат излишне перечисленных денежных средств согласно письму от 31.10.2016 № 1956 (по факту возврат договорной неустойки)»;

- 30.11.2016 на сумму 1 583 606 рублей 56 копеек; назначение платежа: «Оплата процентов согласно письму от 30.11.2016 № 2112»;

- 14.12.2016 на сумму 120 млн рублей; назначение платежа: «Погашение основного долга согласно письму от 13.12.2016 № 2186»;

- 14.12.2016 на сумму 739 016 рублей 39 копеек; назначение платежа: «Оплата процентов за декабрь 2016 года согласно письму от 13.12.2016 № 2189».

Конкурсный управляющий должника, руководствуясь статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился с заявлением о признании договора поставки, соглашения о новации и платежей по возврату заемных средств недействительными сделками.

Руководствуясь статьями 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 19, 61.1, 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, положениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), исходил из доказанности совокупности условий, необходимых для квалификации оспариваемых договора поставки и соглашения о новации в качестве мнимых сделок, заключенных заинтересованными лицами со злоупотреблением правом; платежи должника в пользу комбината является недействительными сделками, как совершенные с преимущественным удовлетворением.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 9 постановления № 63, в случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. При совершении мнимой сделки у сторон отсутствует намерение по ее исполнению, такая сделка является ничтожной. В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. По смыслу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом приведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

Признавая договор поставки недействительным (мнимым), суды указали, что сделка совершена в отношении заинтересованного лица, при наличии признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества; заключена сторонами лишь для вида, без намерения осуществлять поставку продукции, а с целью компенсационного финансирования должника в период финансового кризиса.

Между тем, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемый договор прикрывает иную сделку – по предоставлению займа денежных средств заводу, что соответствует признакам притворной (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), а не мнимой сделки.

Вместе с тем неправильный вывод судов о том, что оспариваемый договор поставки является мнимой сделкой, не привел к принятию неправильного судебного акта, поскольку притворная сделка также, в силу закона (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 87 постановления № 25 согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Из материалов дела видно, что стороны исполнили сделку по предоставлению займа денежных средств, о чем свидетельствуют платежное поручение от 28.10.2016 № 4433 на сумму 120 млн рублей и соглашение о новации, в котором стороны фактически подтвердили предоставление заводу займа в размере 120 млн рублей и согласовали условия о процентной ставке за пользовании заемными средствами и сроке возврата займа.

По условиям этой сделки завод получил заем в размере 120 млн рублей. 

Согласно  постановлению № 63 в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. 

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться  действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

Таким образом, оспаривание сделки должника подразумевает передачу должником денежных средств либо своего имущества (выбытие конкурсной массы должника). По оспариваемой сделке, наоборот, денежные средства были переданы должнику кредитором, выбытие конкурсной массы не произошло.

При изложенных обстоятельствах у судов отсутствовали правовые основания для признания недействительным соглашения о новации. В указанной части в удовлетворении требований конкурсного управляющего надлежит отказать.

Вместе с тем, конкурсный управляющий просил признать недействительными сделками также платежи, произведенные должником кредитору в рамках исполнения соглашения о новации: 

- 31.10.2016 на сумму 209 836 рублей 07 копеек; назначение платежа: «Возврат излишне перечисленных денежных средств согласно письму от 31.10.2016 № 1956 (по факту возврат договорной неустойки)»;

- 30.11.2016 на сумму 1 583 606 рублей 56 копеек; назначение платежа: «Оплата процентов согласно письму от 30.11.2016 № 2112»;

- 14.12.2016 на сумму 120 млн рублей; назначение платежа: «Погашение основного долга согласно письму от 13.12.2016 № 2186»;

- 14.12.2016 на сумму 739 016 рублей 39 копеек; назначение платежа: «Оплата процентов за декабрь 2016 года согласно письму от 13.12.2016 № 2189». 

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В пункте 11 постановления № 63 разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, в рассматриваемом случае подлежат доказыванию следующие обстоятельства: совершение сделки в период подозрительности (после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом), наличие признаков предпочтительного удовлетворения требований одного кредитора – банка перед другими кредиторами должника.

В рассматриваемом случае оспариваемые платежи произведены, в том числе, 30.11.2016 и 14.12.2016, то есть после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (05.12.2016) в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поэтому, суды обоснованно указали, что в данном случае достаточно установить, оказано ли предпринимателю предпочтение по сравнению с иными кредиторами должника.

Суды установили, что на момент заключения спорных сделок у должника уже имелась взысканная в судебном порядке задолженность перед другими кредиторами, в результате совершения спорной сделки погашена задолженность, образовавшаяся позднее, при этом требования указанных кредиторов, обязательства по которым возникли в 2014 и 2015 годах, остались не удовлетворенными в полном объеме и включены в реестр. Как следует из отчета конкурсного управляющего, размер требований кредиторов второй очереди составляет 19 228 837 рублей, кредиторов третьей очереди – 11 489 659 722 рубля, сумма текущих обязательств пятой очереди – 2 831 431 672 рублей, в которую включены кредиторы, продолжавшие поставку и оказание услуг заводу. В результате погашения задолженности ответчик получил удовлетворение своих требований преимущественно перед иными кредиторами должника, включенными в реестр требований кредиторов, без учета правил об очередности и пропорциональности удовлетворения требований в заявленном размере.

Таким образом, в данном случае погашена задолженность перед отдельным кредитором при наличии непогашенной задолженности перед иными реестровыми кредиторами; при проведении расчетов в порядке, предусмотренном законодательством о банкротстве, требование комбината подлежало включению в реестр требований кредиторов наряду с требованиями иных кредиторов должника, которые не были погашены должником, то есть, отдельный кредитор получил предпочтительное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами, что противоречит принципу очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов предприятия-банкрота.

При таких обстоятельствах суды сделали верный вывод о том, что имеется совокупность условий, необходимых для признания оспариваемых платежей недействительными сделками по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.3 Законом о банкротстве. Основания для иной оценки представленных в материалы дела доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Из материалов дела видно, что платеж от 31.10.2016 на сумму 209 836 рублей 07 копеек произведен в пределах срока, установленного пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 12 постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Суды, учитывая, что сделка совершена между взаимозависимыми лицами, поскольку комбинат является аффилированным (заинтересованным) лицом по отношению к должнику, находящемся под единым контролем Варшавского В.Е., комбинат не мог не знать на момент совершения оспариваемого платежа о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, признали данную сделку также недействительной. Основания для переоценки данного вывода судов у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Применяя последствия признания сделок недействительными, суды правомерно взыскали с комбината в пользу завода денежные средства, полученные ответчиком по недействительным сделкам в размере 122 322 622 рублей 95 копеек, что соответствует требованиям пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя о том, что сделки совершены в обычной хозяйственной деятельности должника, являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. 

Суды правомерно не приняли доводы комбината о текущем характере спорных платежей по следующим основаниям.

В качестве примера в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017 указано, что для целей определения момента возникновения обязанности по оплате услуг по смыслу пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса, статьи 5 Закона о банкротстве и пункта 2 постановления № 63 значение имеет дата оказания этих услуг, несмотря на то, что исполнение данной обязанности может по согласованию сторон быть перенесено на более поздний период (например, путем привязки к подписанию акта, выставлению счета-фактуры, посредством предоставления отсрочки или рассрочки исполнения).

Применительно к моменту возникновения обязанности по возврату займа следует исходить из того, что договор займа является реальным (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, требование о возврате займа может быть текущим лишь в том случае, если денежные средства заемщику предоставлены уже после возбуждения дела о банкротстве (пункт 3 постановления № 63).

Денежные средства предоставлены заводу по платежному поручению от 28.10.2016 № 4433, соглашение о новации подписано 01.11.2016, поэтому спорные платежи от 14.12.2016 являются реестровыми.

Довод заявителя жалобы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности не принимается судом кассационной инстанции как основанный на ошибочном толковании норм права. Конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании сделок недействительными 12.03.2020, в пределах года с момента введения процедуры конкурсного производства (19.03.2019).

Основаниями для отмены решения, апелляционного постановления являются несоответствие выводов фактическим обстоятельствам, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).

Поскольку суды установили все обстоятельства по делу, однако неправильно применили нормы права, суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным отменить определение суда от 28.09.2020 и постановление апелляционной инстанции от 02.12.2020 в части признания недействительным соглашения о новации и отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части, а в остальной части обжалуемые судебные акты – оставить без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Кодекса, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 28.09.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2020 по делу № А53-32531/2016 отменить в части признания недействительной сделкой соглашения о новации от 01.11.2016, заключенного ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» и ЗАО «Новоорловский горно-обогатительный комбинат». В указанной части в удовлетворении требований отказать.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							И.М. Денека 

Судьи										Е.В. Андреева

										А.В. Гиданкина