СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А67-7484/2017  

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2018 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 27 июля 2018 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Кудряшевой Е.В.,  

судей Иванова О.А.,  

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрел в  судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3  ( № 07АП-5233/2018(3)) на определение от 17.05.2018 Арбитражного суда Томской  области (судья Цыбульский Ю.В.) по делу № А67-7484/2017 о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Центр - Южный» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 634045, 

<

...>) по заявлению ФИО3 о включении  в реестр требований кредиторов требования в размере 8 446 558 руб.  

В судебном заседании приняли участие: от ФИО3: ФИО3 (лично), 

от должника: ФИО4 по доверенности от 11.10.2017,  от временного управляющего: ФИО5 (лично),  

от уполномоченного органа: ФИО6, 

УСТАНОВИЛ:

определением от 20.10.2017 Арбитражного суда Томской области возбуждено  производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Центр - Южный» (далее - ООО «Центр - Южный», должник).  

Определением от 07.02.2018 Арбитражного суда Томской области в отношении  ООО «Центр - Южный» введена процедура банкротства - наблюдение, временным  управляющим утвержден Шестаков Анатолий Николаевич.  

Сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете  «Коммерсантъ» № 30 от 17.02.2018.  

ФИО3 (далее - ФИО3, кредитор) обратился в суд  с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Центр - Южный»  требования в размере 13 775 869 рублей, в том числе 7 106 000 рублей - основной долг,  5 920 484 рублей - неустойка, 246 883 рублей - проценты за пользование займом, 502 502  рублей - проценты за пользование займом за просроченный период пользования.  

Определением от 20.03.2018 Арбитражного суда Томской области в отдельное  производство выделено требование ФИО3 о включении в реестр требований  кредиторов ООО «Центр - Южный» задолженности по договорам займа от 05.10.2012,  12.10.2012, 16.10.2012, 17.10.2012, 19.10.2012, 24.10.2012, 26.10.2012, 01.11.2012,  02.11.2012, 08.11.2012, 09.11.2012, 16.11.2012, в размере 8 446 558 рублей, в том числе  4 540 000 рублей - основной долг, 3 906 558 рублей - неустойка.  

Определением от 17.05.2018 Арбитражный суд Томской области во включении  в реестр требований кредиторов ООО «Центр-Южный» требования ФИО3  в размере 8 446 558 рублей, в том числе 4 540 000 рублей - основной долг, 3 906 558  рублей - неустойка, отказал.  

С вынесенным определением не согласился ФИО3,  в апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новый судебный акт,  которым удовлетворить заявление, ссылаясь на несоответствие выводов суда  обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права.  

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указал на отсутствие у  заявителя возможности предоставить документы, подтверждающие его финансовую  состоятельность, по причине неправомерного отказа в удовлетворении ходатайства об  отложении судебного заседания. По мнению заявителя, факт поступления денежных  средств от ФИО3 должнику подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по  счету 66.03 за 2012 год. Денежные средства были представлены должнику еще до того как  ФИО3 стал учредителем (28.04.2017) и задолго до признания должника  банкротом (20.10.2017). Сторонами не оговаривалась цель расходования должником  заемных средств. Выводы суда об аффилированности сторон и о том, что сделки  заключались с целью создания искусственной кредиторской задолженности, является  необоснованными.  

Савицкий В.А. в дополнении к апелляционной жалобе заявил ходатайство  о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, а именно: копий  приходного кассового ордера № 44842231 от 06.11.2012, платежного поручения № 3036381  от 06.11.2012, расходных кассовых ордеров № 179705, № 186399, № 180014, № 179167,  справки о заключенных и погашенных кредитных договорах, представленных  в подтверждение наличия у Савицкого В.А. финансовой возможности предоставить  должнику сумму займа в размере 4 540 000 рублей на момент заключения договоров;  подлинник оборотно-сальдовой ведомости по счету 66.03 за 2012 год, представленной  в подтверждение передачи должнику денежных средств в общем размере 4 540 000  рублей, копий приказа (распоряжения) о направлении работника в командировку  от 07.05.2018, командировочного удостоверения от 07.05.2018, электронных билетов  (даты – 16.05.2018 и 30.05.2018).  

ООО «Центр - Южный» представило в порядке статьи 262 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отзыв  на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда от 17.05.2018 отменить,  ссылаясь на обоснованность доводов, изложенных в ней. Должник считает, что  заявителем предоставлены оригиналы договоров займа, оригиналы квитанций  к приходному кассовому ордеру. Кроме того задолженность отражена в бухгалтерском  учете должника. Временному управляющему были предоставлены для анализа кассовые  книги должника. Из копий кассовых документов, на которые ссылался временный  управляющий в возражениях исх. № 65 от 29.04.2018 видно, что денежные средства,  полученные от ФИО3, выданные в подотчет ФИО7, ФИО8  и ФИО9 - директору в дальнейшем пошли на выдачу аванса и заработной платы  сотрудникам ООО «Центр-Южный» - в расходных кассовых ордерах прописано на какие  цели и по каким документам в дальнейшем были выданы деньги. Следовательно,  в судебное заседание были представлены частично документы подтверждающие  расходование заемных денежных средств полученных от заявителя. Займы в период 2012  года были предоставлены заявителем до того, как он стал учредителем. Кроме того,  указанные договоры были заключены задолго до признания ООО «Центр-Южный»  банкротом, и стороны в момент совершения сделок не могли знать о признании  в дальнейшем должника банкротом.  

Временный управляющий ООО «Центр - Южный» ФИО5 в отзыве на  апелляционную жалобу просит определение суда от 17.05.2018 оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность доводов,  

изложенных в ней. Полагает, что доводы заявителя апелляционной жалобы опровергаются  материалами дела.  

Уполномоченный орган в отзыве на апелляционную жалобу считает заявленные в  ней доводы необоснованными. Полагает, что финансовое состояние ФИО3 не  доказано. По мнению Инспекции, фактическая аффилированность между ФИО3 и  должником существовала до 2017 года, о чем свидетельствует заключение и последующее  исполнение сделок на недоступных обычным (независимым) участникам рынка условиях.  При этом в материалы дела не представлены доказательства возможности выдачи сумм  займов, оригиналы документов для сверки, не раскрыты разумные экономические мотивы  выдачи соответствующих займов.  

В судебном заседании апелляционной инстанции ФИО3 поддержал доводы  апелляционной жалобы по основаниям, в ней изложенным, представитель должника с  доводами апелляционной жалобы согласился по основаниям, приведенным в отзыве.  Временный управляющий и представитель уполномоченного органа отклонили доводы  апелляционной жалобы, поддержав позиции, изложенные в отзывах.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о  времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной  инстанции, личное участие, либо явку своих представителей не обеспечили.  

На основании положений статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в  их отсутствие.  

Рассмотрев ходатайство ФИО3 о приобщении к материалам дела  дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.  

Согласно статье 268 АПК РФ арбитражный суд в порядке апелляционного  производства повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно  представленным доказательствам. Дополнительные доказательства принимаются  арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле,  обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не  зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.  

Ходатайство ФИО3 о приобщении к материалам дела дополнительных  доказательств мотивировано невозможностью их представления суду первой инстанции  08.05.2018 (дата объявления резолютивной части обжалуемого судебного акта) по  причине необоснованного отказа арбитражного суда в удовлетворении его ходатайства об  отложении судебного разбирательства, а также необходимости его отъезда в  командировку в город Новосибирск.  

Суд апелляционной инстанции, оценив доводы, изложенные в обоснование  ходатайства, пришел к выводу об отсутствии у суда первой инстанции правовых  оснований, предусмотренных частью 5 статьи 158 АПК РФ, для отложения рассмотрения  дела, при этом исходит из следующего.  

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить  судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном  судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих  в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических  неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том  числе систем видеоконференцсвязи, а также при удовлетворении ходатайства стороны  об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления  ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.  

Из указанной нормы следует, что отложение судебного разбирательства - это право  суда, а не его обязанность. При этом для отложения судебного разбирательства  необходимо наличие уважительной причины.  

Из части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации следует, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий  совершения или не совершения ими процессуальных действий.  

По смыслу части 1 статьи 159 АПК РФ участвующие в деле лица должны  обосновывать заявленные ими в суде ходатайства.  

Из материалов дела следует, что 03.05.2018 в суд первой инстанции от временного  управляющего поступили возражения на требование ФИО3 (л.д. 54-58).  

К возражениям приложен документ, подтверждающий направление их в адрес  ФИО3 (л.д. 66).  

В силу положений статьи 158 АПК РФ, заявляя ходатайство об отложении  рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для  совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного  разбирательства. Заявитель должен также обосновать невозможность разрешения спора  без совершения таких процессуальных действий.  

ФИО3 такого обоснования не приведено. 

Из содержания ходатайства следует, что его заявителю требуется время для  предоставления дополнительных доказательств, а именно мотивированных отзывов на  возражения временного управляющего от 03.05.2018 (л.д. 67).  

Учитывая, что возражения временного управляющего получены 07.05.2018, как  указано в дополнении апелляционной жалобы, ходатайство об отложении судебного  

заседания подано 08.05.2018 нарочно, оснований полагать, что заявитель был лишен  возможности представить мотивированный отзыв, у суда апелляционной инстанции не  имеется.  

В этой связи ссылка заявителя жалобы о том, что невозможность представления  мотивированных возражений связана с необходимостью его отъезда в командировку в  город Новосибирск, судом апелляционной инстанции не принимается в качестве  уважительной причины.  

Кроме того, ходатайство об отложении судебного разбирательства подано  ООО «Парус-Консалтинг» в лице генерального директора ФИО3, а не ФИО3 как непосредственным участником обособленного спора.  

Согласно статье 59 АПК РФ дела организаций ведут в арбитражном суде их  органы, действующие в соответствии с федеральным законом, иным нормативным  правовым актом или учредительными документами организаций. При этом  представителем в арбитражном суде может быть дееспособное лицо с надлежащим  образом оформленными и подтвержденными полномочиями на ведение дела.  

Поскольку ходатайство об отложении судебного заседания подано юридическим  лицом, указание на то, что директор не смог явиться в судебное заседание не может быть  расценено судом как уважительная причина для отложения судебного разбирательства.  

Невозможность участия в судебном заседании директора не является препятствием  к реализации стороной по делу ее процессуальных прав.  

Заявитель не был лишен возможности представлять доказательства,  подтверждающие свои возражения по существу возражений временного управляющего  через своего представителя, действующего по доверенности.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой  инстанции обоснованно отказал в отложении судебного заседания, в связи с отсутствием  на то правовых оснований.  

Между тем, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О  применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», принятие  дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить  основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции; в то же время  непринятие судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому  оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи  288 Кодекса являться основанием для отмены постановления суда апелляционной  

инстанции, если это привело или могло привести к вынесению неправильного  постановления.  

Ознакомившись с представленными дополнительными доказательствами,  апелляционный суд, руководствуясь статьями 9, 41, 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о возможности их приобщения к  материалам дела для их оценки в совокупности с иными доказательствами по делу.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив  законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268  АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его  отмены.  

Как следует из материалов дела, 05.10.2012 между ФИО3 (займодавец) и  ООО «Центр-Южный» (заемщик) заключен договор денежного займа № 1/1/Ю/12, в  соответствии с которым займодавец передал в собственность заемщика денежные  средства в размере 367 000 рублей на срок до 04.10.2015, а заемщик обязался возвратить  указанную сумму займа с процентами. Факт выдачи займа подтверждается квитанцией к  приходному кассовому ордеру № 30 от 05.10.2012 (л.д. 14).  

12.10.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 2/2/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 478 000 рублей на срок  до 11.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 32 от  12.10.2012 (л.д. 17).  

16.10.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 3/3/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 410 000 рублей на срок  до 15.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 35 от  16.10.2012 (л.д. 20).  

17.10.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик) з  подписан договор денежного займа № 4/4/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 265 000 рублей на срок  до 16.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 36 от  17.10.2012 (л.д. 23).  

19.10.2012 между Савицким В.А. (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 5/5/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 440 000 рублей на срок  до 17.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 38 от  19.10.2012 (л.д. 26).  

24.10.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 6/6/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 435 000 рублей на срок  до 23.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 39 от  24.10.2012 (л.д. 29).  

26.10.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 7/7/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 400 000 рублей на срок  до 25.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 40 от  26.10.2012 (л.д. 32).  

01.11.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 8/8/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 302 000 рублей на срок  до 31.10.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 42 от  01.11.2012 (л.д. 35).  

02.11.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 9/9/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 350 000 рублей на срок  до 01.11.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 43 от  02.11.2012 (л.д. 38).  

08.11.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 10/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 335 000 рублей на срок  до 07.11.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 45 от  

08.11.2012 (л.д. 41).  

09.11.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 11/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 398 000 рублей на срок  до 08.11.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 46 от  09.11.2012 (л.д. 44).  

16.11.2012 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Центр-Южный» (заемщик)  подписан договор денежного займа № 12/Ю/12, в соответствии с которым займодавец  передал в собственность заемщика денежные средства в размере 360 000 рублей на срок  до 15.11.2015, а заемщик обязался возвратить указанную сумму займа с процентами. Факт  выдачи займа подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 49 от  16.11.2012 (л.д. 47).  

Сумма выданных должнику денежных средств по указанным договорам займа  составляет 4 540 000 рублей.  

В связи с просрочкой исполнения обязательства по возврату денежных средств,  кредитором начислена неустойка в размере 3 906 558 рублей, исходя из 0,1% от суммы  долга за каждый день просрочки.  

С учетом изложенного, общий размер задолженности по договорам займа составляет  8 446 558 рублей.  

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ООО «Центр - Южный» обязательств по  возврату заменых денежных средств, ФИО3 обратился в арбитражный суд с  заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Центр - Южный»  задолженности по договорам займа от 05.10.2012, 12.10.2012, 16.10.2012, 17.10.2012,  19.10.2012, 24.10.2012, 26.10.2012, 01.11.2012, 02.11.2012, 08.11.2012, 09.11.2012,  16.11.2012, в размере 8 446 558 рублей, в том числе 4 540 000 рублей - основной долг, 3  906 558 рублей - неустойка.  

Суд первой инстанции, отказывая ФИО3 в удовлетворении заявления,  исходил из того, что финансовое положение кредитора не позволяло предоставить  должнику соответствующие денежные средства; сведения о том, как полученные средства  были истрачены должником, не представлены; документы, свидетельствующие о  поступлении заемных средств в кассу должника, отсутствуют; ФИО3 является  аффилированным лицом по отношению к ООО «Центр-Южный». Заемные отношения  между учредителем должника и непосредственно должником использовались вместо  механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства, формально  

нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью  последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества  голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также того, что заявленное  требование носит корпоративный характер.  

Арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор,  соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального  закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов  включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным  управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу  судебных актов, устанавливающих их состав и размер.  

Пунктом 3 статьи 63 Закона о банкротстве предусмотрено, что для участия в деле о  банкротстве срок исполнения обязательств, возникших до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом, считается наступившим. Кредиторы вправе  предъявить требования к должнику в порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в  первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в  течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении  наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и  временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов,  подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в  реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении  указанных требований в реестр требований кредиторов.  

ФИО3 обратился с требованием о включении в реестр требований  кредиторов должника 16.03.2018 (л.д.5), то есть, в пределах срока, предусмотренного  пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве.  

Согласно пунктам 3, 4, 5 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений  относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность  требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр  требований кредиторов. Требования кредиторов, по которым поступили возражения,  рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения  

выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в  реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении  требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность  удовлетворения таких требований.  

Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются  арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для  включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения  арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении  требований в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть  рассмотрены без привлечения лиц, участвующих в деле.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ  от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением  дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований  кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих  требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие  возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой  стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования,  в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче  должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или  квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего  следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его  доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле  удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены  должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете  и отчетности и т.д.  

Указанные разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, как  обоснованно указано судом первой инстанции, направлены, прежде всего,  на недопустимость включения в реестр требований кредиторов в ущерб интересам других  кредиторов требований, основанных исключительно на расписке или квитанции  к приходному кассовому ордеру, изготовленных вследствие злонамеренного соглашения  кредитора и должника, преследующих цель создания документального подтверждения  

обоснованности таких требований.  

ФИО3, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, ссылался  на ненадлежащее исполнение ООО «Центр - Южный» обязательств по договорам займа.  

Отношения сторон регулируются положениями главой 42 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец)  передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи,  определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую  же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того  же рода и качества в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.  

Сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или  зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункт 3 статьи  810 ГК РФ).  

Согласно пункту 1 статьи 814 ГК РФ, если договор займа подписан с условием  использования заемщиком полученных средств на определенные цели (целевой заем),  заемщик обязан обеспечить возможность осуществления займодавцем контроля  за целевым использованием суммы займа.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

Исходя из положений указанных норм права, передача займодавцем заемщику  суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа,  являющегося реальным договором  

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом  или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов  на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии  в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте  жительства займодавца, а если займодавцем является юридическое лицо, в месте его  нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты  заемщиком суммы долга или его соответствующей части.  

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия  и состязательности. Обязанность по доказыванию обстоятельств, обосновывающих  требования и возражения, возлагается на лиц, участвующих в деле (статьи 8, 9, 65 АПК  РФ).  

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением ФИО3 указал  на наличие у должника перед ним задолженности по договорам займа от 05.10.2012,  

12.10.2012, 16.10.2012, 17.10.2012, 19.10.2012, 24.10.2012, 26.10.2012, 01.11.2012,  02.11.2012, 08.11.2012, 09.11.2012, 16.11.2012, в размере 8 446 558 рублей, в том числе  4 540 000 рублей - основной долг, 3 906 558 рублей – неустойка.  

Выводы судебных актов по существу рассмотренного спора должны основаться на  анализе доказательств, представленных сторонами, и содержать помимо прочего мотивы,  по которым отвергнуты доказательства, а также отклонены доводы лиц, участвующих в  деле (пункт 4 статьи 15, статья 71, пункты 2, 4 статьи 169, пункт 2 статьи 271, пункт 2  статьи 289 АПК РФ).  

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца  или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для  хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства  ответчика и конкуренции его кредиторов, интересы должника-банкрота и  аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут  совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд  могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу  фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах  обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное  создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения  конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.  

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение  (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015   № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации»).  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие,  нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с  возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные  требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам,  связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в  этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 20.12.2016)).  

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13  Обзора судебной практики № 4 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 15.11.2017, не подлежит удовлетворению заявление  

аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр  требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в  интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых  кредиторов.  

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях,  процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002   № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью института банкротства  является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о  банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы.  Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17  Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление  прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.  

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов  должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные  интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс  банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и  окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его  имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными  кредиторами).  

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью  обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника  несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения  своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора  реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности  должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических  лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а  также злоупотребление правом в иных формах.  

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи,  суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего  ему права (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения ГК РФ, законов  

и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат  истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского  законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.  

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного  поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том  числе в получении необходимой информации.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не  доказано иное.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при  наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если  усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от  добросовестного поведения.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в  зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения  отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также  применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или  третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

В подтверждение передачи должнику денежных средств в общем размере 4 540 000  рублей ООО «Центр-Южный» представлена оборотно-сальдовая ведомость по счету 66.03  за 2012 год.  

Иных документов, свидетельствующих о поступлении заемных средств в кассу  должника в 2012 году, представлено не было.  

Сведения, подтверждающие расходование заемных средств в процессе  деятельности ООО «Центр-Южный», отсутствуют.  

Доказательства, свидетельствующие о наличии финансовой возможности  предоставить должнику сумму займа в заявленном размере на момент подписания  договоров займа, не представлены.  

Вопреки доводам подателя жалобы, дополнительные документы, представленные  суду апелляционной инстанции, а именно: приходный кассовый ордер № 44842231 от  06.11.2012 о переводе 1 327 650 руб. на оплату Савицким В.А. собственного кредита ЗАО  «Тойота-Банк», платежное поручение № 3036381 от 06.11.2012 на перевод указанной  суммы без открытия счета, расходные кассовые ордера на выдачу наличных денежных  средств № 179705 от 10.06.2011 на сумму 140 000 руб., № 186399 от 10.06.2011 на сумму  900 000 руб., № 180014 от 10.06.2011 на сумму 60 000 руб., № 179167 от 10.06.2011 на  сумму 400 000 руб., справка от 02.08.2012 о заключенных 10.06.2011 на сумму 1 500 000  руб. и 09.09.2011 на сумму 1 350 000 и погашенных, соответственно 18.08.2011 и  07.10.2011, кредитных договорах, не подтверждают, безусловно, наличие у Савицкого  В.А. финансовой возможности предоставить должнику сумму займа в размере 4 540 000  рублей на момент их заключения (договоры займов заключены 05.10.2012, 12.10.2012,  16.10.2012, 17.10.2012, 19.10.2012, 24.10.2012, 26.10.2012, 01.11.2012, 02.11.2012,  08.11.2012, 09.11.2012, 16.11.2012).  

Учитывая изложенное, представленные ФИО3 дополнительные  доказательства по делу, не опровергает выводов суда первой инстанции, не  свидетельствует, что судом первой инстанции не были приняты во внимание  какие-либо обстоятельства, способные повлиять на сделанные им выводы.  

Кроме того, судом установлено, что ФИО3 принадлежит 58,4% доли в  уставном капитале ООО «Центр-Южный», приобретенной на основании договора дарения  доли серии 70АА № 1028083 от 28.04.2017, удостоверенном временно исполняющим  обязанности нотариуса города Томска ФИО10.  

Сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не является  основанием для отказа во включении требований должника в реестр требований  кредиторов должника при условии наличия в материалах дела достаточных доказательств,  представленных кредитором в обоснование заявленного требования.  

Однако достаточных доказательств в обоснование заявленного требования  кредитором представлено не было.  

Ссылка заявителя жалобы о необоснованности выводов суда об аффилированности  сторон и о том, что сделки заключались с целью создания искусственной кредиторской  задолженности, судом апелляционной инстанции отклоняется за недоказанностью.  

Исследовав представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ,  установив наличие заинтересованности между должником и его учредителем-заявителем  требования в соответствии со статьёй 19 Закона о банкротстве, апелляционный суд  

усматривает очевидное отклонение действий участников гражданского оборота -  кредитора и должника, от добросовестного поведения, и считает установленным, что  действия Савицкого В.А. и должника направлены на искусственное создание  задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в  пользу «дружественного» кредитора, заявление кредитора подано исключительно с  противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов,  приходящихся на долю независимых кредиторов. При этом каких-либо разумных  экономических мотивов совершения сделок не установлено.  

Кроме того, судебная практика допускает, что в случае невозможности  продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, в связи с недостаточностью  денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового  положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый  должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства  (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут  оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику  займов либо иным образом.  

При этом установление размера требований осуществляется в порядке,  определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, согласно которым право на  удовлетворение своих требований за счет конкурсной массы должника имеют кредиторы  должника.  

Закон о банкротстве (абзац 8 статьи 2) не относит к конкурсным кредиторам  учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия,  поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью  за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.  

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие  из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не  могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника  как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители  (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий,  связанных с его деятельностью.  

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не  подлежат включению в реестр требований кредиторов.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то,  что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном  

банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего  довода («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5(2017)»,  утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).  

Следует отметить, что действующее законодательство о банкротстве не содержит  положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных  (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся  корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника  не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной  суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от  30.03.2017 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973).  

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе  переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного  капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона  (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за  спорным требованием статус корпоративного. Соответствующая правовая позиция  отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС17-1556 от  06.07.2017, № 305-ЭС17-17208 от 15.02.2018, № 310-ЭС17-17994(1, 2) от 21.02.2018.  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник  как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от  26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную  деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок,  условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия  стратегических управленческих решений и т.д.).  

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности  имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и  справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению  риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на  неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности  противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.  

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через  корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и  становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом  

случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных  процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).  

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с  использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При  этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и  иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном  обществе.  

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и  добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и его  кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в  получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно  порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации»).  

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером)  план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких  участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в  отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего  финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти  участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления  хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем  которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность  самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности  избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4, 5)).  

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества  период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный  риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать  не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с  независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование  мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате  финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов  (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено  

финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной  вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2  Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018   № 305-ЭС17-17208).  

К тому же, изъятие вложенного названным мажоритарным участником  (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми  кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1  Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную  природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет  текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом  со стороны мажоритарного участника (акционера) (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-Эс17-17208 и 21.02.2018 № 310-Эс17-17994  (1, 2).  

Исследовав представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ,  апелляционный суд считает, что выбор участника общества подобной модели ведения  бизнеса (при ненаделении созданного юридического лица активами, достаточными для  ведения производственной деятельности, направление заемных денежных средств на  погашение текущих задолженностей) без ущерба иным сторонним кредиторам явно  невозможно, при этом, будучи ответственным за деятельность самого общества в  кризисной ситуации и, соответственно, неся риск неэффективности избранного плана  непубличного дофинансирования, мажоритарный учредитель должника использовал заем  вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя тем самым на случай  банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с  противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его  аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых  кредиторов, чем нарушил обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.  

В судебном заседании апелляционной инстанции ФИО3 не только не  оспаривал, но и подтвердил наличие дружественных отношений с ФИО11,  который впоследствии подарил ФИО3 свою долю участия в уставном капитале  общества в размере 58,4 % голосов.  

Материалами дела подтверждено, что у ФИО3, являвшегося  аффилированным лицом по отношению к должнику, при предоставлении заемных средств  на длительный период времени без какого-либо встречного предоставления,  отсутствовали разумные экономические мотивы в совершении указанных сделок. Кроме  

того, после истечения сроков возврата заемных средств по договорам займа, Савицкий  В.А. продолжал в последующем в 2014-2016 годах предоставлять должнику заемные  денежные на аналогичных условиях, не получая при этом встречного предоставления.  

Так, из содержания договоров займа следует, что заемные средства  предоставлялись ФИО3 на условиях нетипичных для участников гражданского  оборота. Кредитором в течение длительного периода времени не предпринимались какие- либо действия, направленные на возврат заемных денежных средств.   

В связи с чем, апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о  том, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном  банкротом, а, следовательно, правовые основания для включения в реестр требований  кредиторов должника задолженности ФИО3 отсутствуют.  

При этом закон не лишает кредитора права на удовлетворение своих требований,  однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося  имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 ГК РФ).  

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные  судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не  приведено.  

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной  инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были  предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и  могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного  судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что, исходя из заявленных требований, с  учетом обстоятельств, входящих в предмет доказывания и установленных судом, оценив  все имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы сторон и оценив все в  совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии  оснований для удовлетворения заявления.  

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений  норм материального и норм процессуального права не допущено.  

Оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не  имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 17.05.2018 Арбитражного суда Томской области по делу   № А67-7484/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со  дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Томской области.  

 Председательствующий Е.В. Кудряшева  Судьи О.А. Иванов  ФИО1