32/2019-131475(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ 

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А70-1330/2018

г. Тюмень

05 декабря 2019 года

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Макарова С.Л.,  рассмотрев в судебном заседании материалы дела по иску  

ОАО «Рикор Электроникс» 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1  

о взыскании 180 000 рублей третье лицо: ООО «Топливные системы», ООО «Техносфера» при ведении протокола помощником судьи Власовой В.Ф. при участии в судебном заседании: от истца: не явились. от ответчика: не явились от третьих лиц: не явились; установил: Открытое акционерное общество «Рикор Электроникс» (далее – истец, 

ОАО «Рикор Электроникс») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с  исковым (размер которого был уточнен в порядке статьи 49 АПК РФ – т.1.л.д.32)  заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании 180 000 рублей  компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак,  зарегистрированный под № 289 416, а также 250 рублей расходов на приобретение  контрафактного товара, 200 рублей расходов за получение выписки из ЕГРИП и 92  рубля почтовых расходов.  

Исковые требования со ссылкой на статьи 1225, 1484, 1515 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мотивированы тем, что ответчик  

незаконно использовал товарный знак, обладателем исключительной лицензии на  который является истец, без согласия истца.  

Определением от 17.04.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, 

не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечено ООО «Топливные системы» (далее – третье лицо).  

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 25.05.2018,  оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 06.09.2018, исковые требования удовлетворены частично -  с ответчика в пользу истца взыскана компенсация в размере 10 000 рублей.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, истец обратился в Суд по  интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на  нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие  выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле  доказательствам, просил решение и постановление отменить, дело направить на  новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 16 января 2019 года  решение Арбитражного суда Тюменской области от 25.05.2018 и постановление  Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2018 по делу N А70- 1330/2018 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Тюменской области.  

При новом рассмотрении, определением от 21 февраля 2019 года ( т.3,  л.д.44) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований на предмет спора привлечено ООО «Техносфера».  

Представители истца, ответчика и третьих лица в судебное заседание не  явились. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судебное разбирательство осуществляется в  отсутствие не явившихся представителей истца, ответчика и третьего лица.  

Ответчиком представлен письменный отзыв на исковое заявление,  дополнения к отзыву, в которых он возражает против исковых требований.  Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации за нарушение  исключительных прав истца.  

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений. Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации Арбитражный суд оценивает доказательства по своему  внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и  непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный  суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности.  

Исследовав и оценив обстоятельства дела, суд считает, что иск подлежит  частичному удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, ОАО «Рикор Электроникс» является  правообладателем товарного знака в виде изобразительного обозначения в  отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ, согласно свидетельству № 289416  от 23.05.2005, с датой приоритета 22.07.2004, сроком действия до 22.07.2014. В  Приложении к свидетельству на товарный знак № 289416 указана дата, до которой  продлен срок действия исключительного права – 22.07.2024.  

Наименование и адрес правообладателя товарного знака, согласно  приложению к указанному свидетельству от 20.02.2007 изменено на открытое  акционерное общество «Рикор Электроникс» (прежнее наименование  правообладателя - открытое акционерное общество «Арзамасский завод  радиодеталей»).  

14.12.2017 в 

<

...>, в магазине  «Автозапчасти», где осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик,  был реализован товар: датчик положения дроссельной заслонки (ДПЗД).  

В качестве доказательств нарушения права представлены: товар ДПЗД,  товарный чек от 14.12.2017, содержащий наименование продавца «Чернышев  Владимир Владимирович», с реквизитами ответчика (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) на сумму 250 руб. (наименование товара – датчик), чек  платежного терминала банка от 14.12.2017, видеозапись закупки (л.д.29-31).  

Факт реализации товара ответчик не оспаривает. 

Истец, полагая, что ответчик нарушил исключительные права,  принадлежащие ОАО «Рикор Электроникс», обратился с настоящим иском в  арбитражный суд.  

Согласно ст.1248 ГК РФ, связанные с защитой нарушенных или оспоренных  интеллектуальных прав, рассматриваются и разрешаются судом.  

Согласно ст.1225 ГК РФ товарный знак относится к средствам  индивидуализации, охраняемым законом.  

Поскольку спор возник из нарушения прав истца на товарный знак,  служащий для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных  предпринимателей, в связи с чем и по смыслу п.58.6 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 29 от  26.03.2009 подведомственен арбитражному суду.  

Товарный знак по свидетельству № 289416 включают буквенное  обозначение, выполненное стандартными заглавными буквами латинского  алфавита «А» и «Р».  

В соответствии с ч.1 ст.1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо,  обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности  или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой  результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим  закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом  на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации  (ст.1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать  другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или  средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием  (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия  правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.  

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия  правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.  

В соответствии со ст.9 Парижской конвенции по охране промышленной  собственности от 20.03.1883 (ратифицированной СССР 01.07.1965)  правообладатель имеет право на охрану принадлежащего ему товарного знака.  

Согласно ст.10-bis указанной Конвенции «3. … подлежат запрету: а) все  действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в  отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой  деятельности конкурента».  

Согласно ст.1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может  быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении  которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного  знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые  производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках  и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории  Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся  на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на  документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в  предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также  в объявлениях, на вывесках и в рекламе.  

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с  его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации  которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в  результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

По лицензионному договору одна сторона - автор или иной правообладатель  (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне  (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором  пределах (ст.1286 ГК РФ).  

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец в связи с оформлением  исключительного права на товарный знак по свидетельству № 289416 обладает  

правом на обращение в суд за защитой исключительных прав на использование  товарного знака.  

Согласно ст.ст.1233, 1235, 1236 ГК РФ правообладатель может  распорядиться принадлежащим ему исключительным правом путем  предоставления другому лицу права использования соответствующего результата  интеллектуальной деятельности в установленных лицензионным договором  пределах.  

По смыслу вышеназванных норм действующего законодательства  нарушением исключительного права владельца товарного знака признается  использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного  товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.  

Исследовав и оценив представленное в материалы дела доказательства –  датчик положения дроссельной заслонки (ДПЗД), руководствуясь Правилами  составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для  совершения юридически значимых действий по государственной регистрации  товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных  приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от  20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), суд пришел к выводу, что товар,  приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению,  зарегистрированного в качестве товарного знака № 289416; ввиду использования  характерных изобразительных особенностей расположения букв «А» и «Р»:  пропорции и характерное положение их черт, из чего суд приходит к выводу о  сходстве до степени смешения спорного товара с товарным знаком,  зарегистрированным под № 289416.  

Факт реализации ответчиком товара с использованием товарного знака  (товарный знак № 289416), правообладателем которого является истец,  подтверждается представленным подлинными документами: экземплярами чека  платежного терминала банка от 14.12.2017 и товарного чека от 14.12.2017 на сумму  250 руб., которые содержат дату продажи - от 14.12.2017, наименование продавца,  его статус, ИНН (л.д.29, 30).  

Также приобретение в торговой точке ответчика товара - датчика положения  дроссельной заслонки с изображением в углублении датчика, подтверждается  видеозаписью процесса покупки контрафактного товара (т.1.л.д.31), ответчиком  принадлежность торговой точки и факт реализации товара с товарным знаком  истца не опровергнуты (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).  

В соответствии с ч.2 ст.64 АПК РФ аудио- и видеозаписи допускаются в  качестве доказательств.  

Согласно с ч.2 ст.162 АПК РФ воспроизведение аудио- и видеозаписей  производится арбитражным судом в зале судебного заседания или в ином  специально оборудованном для этой цели помещении.  

В ходе рассмотрения дела судом была воспроизведена приобщенная к  материалам дела видеозапись процесса покупки, которая отображает точку  продажи товара – магазин «Автозапчасти», также зафиксирован процесс выбора  приобретаемого товара, процесс его оплаты посредством безналичного расчета  банковской картой, выдачи товарного чека от 14.12.2017 и чека платежного  терминала банка от 14.12.2017.  

Данное обстоятельство ответчиком не оспорено. 

Таким образом, оценив указанные доказательства в совокупности, суд  пришел к выводу о доказанности факта приобретения спорного товара у ответчика.  

Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский  оборот вышеуказанного товара, в установленном порядке (наличие лицензионного  соглашения с ответчиком и т.п.), в материалы дела не представлено (ст.ст.9, 65  АПК РФ).  

В соответствии с п.п.2 п.42 Правил № 482 по проверке заявленных  обозначений на тождество и сходство словесных обозначений определяется на  основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта;  графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или  письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к  другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание.  Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности,  так и в различных сочетаниях.  

При определении сходства изобразительных и объемных обозначений  наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении.  Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями,  которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении  сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ  выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при  оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым  впечатлением. Сказанное проиллюстрировано примерами в отношении  изобразительных обозначений, которые могут быть отнесены к сходным до  степени смешения (п.5.2.1. Методических рекомендаций по проверке заявленных  обозначений на тождество и сходство, утвержденных Приказом Роспатента от  31.12.2009 № 197).  

Согласно п.13 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики  рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением  законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до  степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу  может быть разрешен судом без назначения экспертизы.  

При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком  обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое  производят это обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в  целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг (п.37 Обзора  судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите  интеллектуальных прав, утвержденного Президиум Верховного Суда Российской  Федерации 23.09.2015).  

Товар, приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению  товарного знака, зарегистрированным под № 289416 .  

Таким образом, реализация ответчиком товара с использованием товарного  знака, принадлежащего истцу, является нарушением исключительных прав  последнего.  

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо  возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти  миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера  нарушения (п.4 ст.1515 ГК РФ).  

В п.п.43.2 и 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации № 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с  введением в действие части четвертой ГК РФ» разъяснено, что компенсация  подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом  правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая  дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов  рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по  своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не  лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с  заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абз.2  ст.1301, абз.2 ст.1311, подп.1 п.4 ст.1515 или подп.1 п.2 ст.1537 ГК РФ.  

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.  

При определении размера компенсации, суд, учитывая в частности, характер  допущенного нарушения, срок незаконного использования результата  интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее  совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя,  вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов  разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям  нарушения.  

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что нарушение  выразилось в использовании товарного знака, зарегистрированного под № 289416,  путем предложения к продаже и реализации товара, содержащего изображение  сходного до степени смешения с указанным товарным знаком.  

Доказательств, подтверждающих наличие у ответчика законных оснований  для использования товарного знака истца, в материалы дела не представлено.  

С учетом изложенного, размер компенсации за каждый случай нарушения  прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного  права на товарный знак № 289416 в размере двукратной стоимости  фиксированного вознаграждения лицензиата (истца) по лицензионному  соглашению от 01.10.2016.  

В обоснование указанного довода истцом представлен лицензионный  договор от 01.10.2016, доказательства регистрации указанного договора в  установленном законом порядке (уведомление 09.10.2017 № РД0233648), а также  платежное поручение от 28.12.2016 № 79 об оплате фиксированного  вознаграждения лицензиару (истцу) на сумму 90 000 рублей.  

Возражая, ответчик указал на необоснованность заявленного размера  компенсации и заявил ходатайство о её снижении до разумного размера – 10 000  рублей. Ответчик указывает, что истец не доказал факт несения убытков в связи с  нарушением прав последнего. Ответчик просит суд учесть, что ИП ФИО1  реализовал лишь один товар по цене 250 рублей, что говорит о незначительном  периоде использования результата интеллектуальной деятельности, а также об  отсутствии каких-либо убытков у истца. ИП ФИО1 никогда раньше не  совершал такого рода нарушений. Соответствующее нарушение не является  существенной частью его предпринимательской деятельности и не носит грубый  характер.  

Ответчик указывает, что лицензионный договор от 01.01.2016, заключенный 

с ООО «Техносфера», имеет признаки мнимости сделки, так как указанная  организация не занимается деятельностью, связанной с предоставленными ей  истцом исключительными правами на использование товарного знака.  

В соответствии со ст. 1515 ГК РФ 1. Товары, этикетки, упаковки товаров, на  которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени  смешения обозначение, являются контрафактными. 2. Правообладатель вправе  требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных  товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно  используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения  обозначение. В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в  

общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет  нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно  используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения  обозначения. 3. Лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при  выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное  с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается  выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы,  вывесок. 4. Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя  вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч  до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера  нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно  размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака. 5. Лицо, производящее предупредительную маркировку по  отношению к не зарегистрированному в Российской Федерации товарному знаку,  несет ответственность в порядке, предусмотренном законодательством Российской  Федерации.  

Размер компенсации нарушения прав истцом определен следующим  образом: за нарушение исключительного права на товарный знак № 289416 в  размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата  (истца) по лицензионному договору от 01.10.2016, т.е. в соответствии с пунктом 2  части 4 статьи 1515 ГК РФ.  

В обоснование указанного довода истцом представлен лицензионный  договор от 01.10.2016 года , заключенный с ООО «Техносфера», доказательства  регистрации указанного договора в установленном законом порядке (уведомление  09.10.2017 № РД0233648), а также платежное поручение от 28.12.2016 № 79 об  оплате фиксированного вознаграждения лицензиару (истцу) на сумму 90 000  рублей.  

Возражая против исковых требований, ответчик в отзыве просил в иске  отказать, ответчик указал на необоснованность и чрезмерность заявленного  размера компенсации и заявил ходатайство о ее снижении.  

Заявленный истцом размер компенсации по товарному знаку № 289 416 в  размере 180 000 руб., рассчитанный по правилам п.2 ч.4 ст.1515 ГК РФ  (двукратный размер стоимости права пользования товарным знаком) суд не может  признать разумным и обоснованным в силу следующего.  

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 3(2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 12 июля 2017 года, в соответствии с правовой позицией  Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2  постановления от 13 декабря 2016 года № 28-П, положения пункта 1 статьи 1301,  пункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи1515 Гражданского кодекса  Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской  Федерации, ее ст. 17 (ч. 3), 19 (чч. 1 и 2), 34 (ч. 1) и 55 (ч. 3) в той мере, в какой в  системной связи с п.3 ст.1252 ГК РФ и другими его положениями они не  позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате  правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при  осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на  несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом  фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже  минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер  подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными  законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно  превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки  поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение  должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного  дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено  индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов  интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с  

нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской  деятельности и не носило грубый характер.  

Исходя из основных начал гражданского законодательства, а именно  признания равенства участников регулируемых им отношений (ст.1 ГК РФ),  определение с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общего  размера компенсации ниже минимального предела, установленного данными  законоположениями, допустимо не только в отношении индивидуальных  предпринимателей и физических лиц, но и в отношении юридических лиц.  

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского  кодекса Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса  Российской Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру  компенсации, определяемому по усмотрению Суда, так и в двукратном размере  стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в  двукратном размере стоимости права использования товарного знака,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное использование товарного знака.  

При этом Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального  предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о  необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать  необходимость применения судом такой меры.  

Снижение размера компенсации ниже минимального предела,  установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости,  должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими  доказательствами (Определение Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-13233).  

В настоящем случае истцом при обращении с настоящим иском был избран  вид компенсации, взыскиваемой на основании подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515  Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, снижение размера  компенсации ниже двукратного размера стоимости права использования товарного  знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах  обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно  

только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного  соответствующими доказательствами.  

Как указано в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части  четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о  взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в  двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец  должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2  статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК  РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо  количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности  представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких  доказательств у ответчика или третьих лиц. Для подтверждения расчета и  стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости  исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по  управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки  на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой  компенсации.  

Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке  доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами. Если  правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном  размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав,  изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то  определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование  тем способом, который использовал нарушитель.  

Согласно пункту 62 этого же Постановления, размер подлежащей взысканию  компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера  компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом  нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного  

нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим  правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли  воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.),  срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или  средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе  носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно),  вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование  результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права  на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной  деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности  и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

Согласно пункту 4.2 лицензионного договора от 01 октября 2016 года, третье  лицо уплачивает истцу 7 % от полной фактурной стоимости продажи продукции  и/или оказания услуг, содержащих объект интеллектуальной собственности, в том  числе НДС.  

Для разрешения вопроса об исполнении сторонами лицензионного договора  суд предлагал (т.3.л.д.44) представить заблаговременно до дня судебного  заседания: истцу – письменные пояснения относительно того, сколько было  заключено истцом лицензионных договоров по предоставлению  неисключительных прав в отношении рассматриваемого товарного знака, при  наличии – представить эти договоры; сведения об исполнении третьим лицом  своих обязательств по пункту 4.2 лицензионного договора от 01 октября 2016 года;  третьему лицу - сведения об исполнении им своих обязательств по пункту 4.2  лицензионного договора от 01 октября 2016 года, заключенного с истцом.  

Однако истец и третье лицо, вышеуказанные судебные акты не исполнили и  не представили указанные судом документы и сведения.  

Как указано в пункте 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на  основе состязательности. В силу пункта 1 статьи 65 Кодекса, каждое лицо,  участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается  как на основание своих требований и возражений. Пункт 2 статьи 9 этого же  

Кодекса устанавливает, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.  

При отсутствии доказательств того, что истцом с кем-либо, кроме третьего  лица, были заключены лицензионные договора, а также доказательств того, что  какая-либо продукция (услуги) на основании этого лицензионного договора  третьим лицом изготовлялась (оказывалась), то есть доказательств исполнения  пункта 4.2 лицензионного договора, суд не может считать установленным, что  наличие данного договора само по себе подтверждает размер цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака.  

С учетом данного вывода, суд полагает предоставленное ответчиком  ходатайство о снижении размера компенсации, мотивированным  несоразмерностью заявленного размера компенсации, обоснованным и  подлежащим удовлетворению, так как товарный знак, в отношении которого  заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных  прав, принадлежит истцу, был нанесен в виде одного изображения на один товар,  однократно реализованный ответчиком, доказательств иного истцом не  представлено.  

Кроме того, суд считает, что в лицензионном договоре, на который  ссылается истец в обоснование размера компенсации, правоотношения с  лицензиатом носят длящийся характер и распространяются на внушительный  перечень товаров, на которые в соответствии с классами МКТУ (классы МКТУ:  07,09,12 и 20) товарный знак может быть нанесен, и данные выплаты по 90 000  рублей не могут быть приняты за основу взыскания с ответчика компенсации за  однократное нанесение товарного знака на один товар.  

На основании изложенного, лицензионный договор от 01 октября 2016 года,  суд не может признать в качестве достаточного доказательства, обосновывающего  разумный размер компенсации за нарушение исключительных прав истца ввиду их  однократного нарушения ответчиком путем нанесения товарного знака на один  товар стоимостью 250 рублей.  

Также Суд учитывает, что заявленная истцом компенсации в размере 180 000  рублей, рассчитанный как двукратный размер стоимости права пользования  товарным знаком, многократно превышает двукратный размер стоимости самого  реализованного и приобретенного товара в 720 раз (180 000 рублей / 295 рублей),  что также, по мнению суда, является несоразмерной величиной. Отклонение в  данном случае ходатайства ответчика о снижении размера компенсации,  мотивированное однократностью допущенного нарушения и несоразмерностью  заявленного размера компенсации с приведенными мотивами такой  несоразмерности, по мнению суда, будет являться нарушением конституционных  принципов справедливости и разумности ответственности за нарушенное право.  

Исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьями 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в  материалах дела доказательства, принимая во внимание: характер и однократность  допущенного ответчиком нарушения исключительного права истца на товарный  знак, отсутствие в материалах дела доказательств наличия у истца убытков  вследствие допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств грубого  нарушения ответчиком прав истца, установленную в пункте 3 статьи 1252  Гражданского кодекса Российской Федерации и Постановлении Конституционного  Суда Российской Федерации № 28-П от 13 декабря 2016 года обязанность суда  определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение  соответствующих интеллектуальных прав в установленных пределах в зависимости  от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований  разумности и справедливости, несоразмерную разницу между ценой продажи  товара и заявленным размером компенсации, Суд считает необходимым снизить  размер компенсации до 10 000 рублей, что, по мнению Суда, отвечает требованиям  разумности и справедливости.  

Оценивая то обстоятельство что истец обратился в суд с иском о защите  исключительного права только на один товарный знак, а положения пункта 3  статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 N 28-П касаются случаев, когда  на одном товаре размещено несколько объектов интеллектуальной собственности,  суд считает, что данное обстоятельство не снимает с суда обязанности по  

разумному и справедливому определению размера подлежащей к взысканию  компенсации, поскольку права однократного нарушителя исключительных прав  истца не могут быть поставлены в неравное положение относительно прав  неоднократного нарушителя.  

Также истцом заявлено ходатайство о взыскании с ответчика расходов на  приобретение товара в размере 250 рублей, почтовых расходов в размере 92  рублей, расходов в размере 200 рублей по оплате государственной пошлины за  получение выписки из ЕГРЮЛ в отношении ответчика, расходов по уплате  государственной пошлины в размере 2000 рублей.  

В соответствии со ст. 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами,  участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются  арбитражным судом со стороны. Согласно ст.106 АПК РФ к судебным издержкам,  связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы,  подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с  проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и  иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы  юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если  федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие  расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела  в арбитражном суде. Согласно п.2 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016   № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек,  связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный  указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные  истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с  собиранием доказательств до предъявления искового заявления,  административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут  быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было  необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до  предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости,  допустимости.  

В связи с частичным удовлетворением исковых требований, расходы по  уплате государственной пошлины и иные судебные издержки в соответствии со  статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат взысканию с Ответчика в пользу Истца в размере, пропорциональном  размеру удовлетворенных требований.  

Исходя из смысла части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд  распределяет судебные расходы.  

При обращении в суд истец уплатил в федеральный бюджет  государственную пошлину в размере 2 000 рублей, что подтверждается чеком- ордером от 01.02.2018 (л.д.71).  

В дальнейшем, размер исковых требований был увеличен до 180 000 рублей.  

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ, увеличенное исковое  заявление подлежит оплате государственной пошлиной в размере 6 400 рублей.  Истец не произвёл доплату государственной пошлины за увеличение исковых  требований.  

Так же истцом оплачивалась государственная пошлина за рассмотрение  апелляционной и кассационной жалобы (всего 6 000 рублей).  

Принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично,  руководствуясь частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, уплата государственной пошлины относится на стороны  пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

Пунктом 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 разъяснено,  что в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина  не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия  отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых  требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании  неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается  судом исходя из следующих обстоятельств.  

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина  взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета  

применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении  требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица,  увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица,  которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.  

По смыслу положениями статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный  досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов,  в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.  

Таким образом, если действиями (бездействием) ответчика права и законные  интересы истца нарушены не были, на него не может быть возложена обязанность  возместить понесенные судебные издержки.  

Суд считает, что сама по себе неоплата ответчиком претензии заявленной с  целью досудебного урегулирования спора с неизбежностью не влечет вывода о  злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии  оснований для отнесения на него всех судебных расходов.  

В рассматриваемом деле настоящий спор возник по инициативе истца,  который активно оспаривал возражения и представленные ответчиком  доказательства.  

Между тем, из материалов дела не следует, что в случае направления  ответчиком ответа на претензию судебное разбирательство не было бы  инициировано истцом, и судебный спор не возник бы. Следовательно, суд  приходит к выводу о том, что в настоящем деле отсутствует причинно- следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в отсутствие  ответа на претензии истца, и возникновением судебного спора, в связи с чем, часть  1 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к  отношениям сторон неприменима (Постановление Суда по интеллектуальным  правам от 15 августа 2019 г. по делу N А03-19009/2017).  

Пунктом 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N  10, разъяснено, что требование о взыскании компенсации носит имущественный  характер.  

При изложенных обстоятельствах судебные расходы, подлежат отнесению  на стороны по общему правилу, пропорционального распределения расходов,  установленных статьей 110 АПК РФ.  

Принимая во внимание увеличение истцом размера исковых требований до  180 000 рублей, частичное удовлетворение увеличенных исковых требований,  расходы по оплате государственной пошлины в размере 444 рубля 44 копейки (с  учетом государственной пошлины, уплаченной за рассмотрение апелляционной и  кассационной жалобы), в соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд относит на Индивидуального  предпринимателя ФИО1 в пользу ОАО «Рикор Электроникс», а  государственную пошлину в размере 4 400 рублей (6400 рублей – надлежащий  размер государственной пошлины в соответствии с увеличением требований минус  2 000 рублей, уплаченной при подаче иска) подлежит взысканию с истца в доход  федерального бюджета.  

Принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично,  руководствуясь частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, уплата судебных издержек в виде 250 рублей расходов на  приобретение контрафактного товара, 200 рублей расходов за получение выписки  из ЕГРИП и 92 рубля почтовых расходов, относится на стороны пропорционально  размеру удовлетворенных исковых требований, в связи с чем суд относит на  Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ОАО «Рикор  Электроникс» 30 рублей 10 копеек – судебных издержек.  

Руководствуясь статьями 110, 167, 170-176 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд   

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить частично. 

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ОАО «Рикор Электроникс» 10 000 рублей – компенсации,  444 рубля 44 копейки – расходов по уплате государственной пошлины, 30 рублей  10 копеек – судебных издержек.  

В остальной части иска отказать. 

Взыскать с ОАО «Рикор Электроникс» в доход федерального бюджета 4 400  рублей – государственной пошлины.  

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Восьмой  арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления решения в  полном объеме.  

 Судья Макаров С.Л.  

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 17.05.2019 4:52:17

 Кому выдана Макаров Сергей Леонидович