СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.i№fo@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-16294/2021-ГК

г. Пермь

18 октября 2022 года

Дело № А71-5808/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 октября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Назаровой В.Ю.

судей Власовой О.Г.,  Гребенкиной Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии: от истца – представители не явились, от ответчика – ФИО2 (паспорт, доверенность от 02.06.2022), лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания Ижсинтез-Химпром», на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22 июля 2022 года по делу № А71-5808/2021 по иску акционерного общества «Опытно-экспериментальный завод Владмива» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания Ижсинтез-Химпром» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о запрете совершать любые действия по введению в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара с обозначением BELODEZ/Белодез, взыскании компенсации,

                                               установил:

Акционерное общество «Опытно-экспериментальный завод Владмива» (АО «ОЭЗ Владмива», истец) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания Ижсинтез-Химпром» (ООО «ПК Ижсинтез-Химпром», ответчик) о запрете совершать любые действия по введению в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара с обозначением BELODEZ/Белодез, взыскании 1000000 руб. компенсации. 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.09.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2022 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.09.2021 по делу № А71-5808/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения. 

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 27.04.2022  решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.09.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2022 по делу № А71-5808/2021 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

В заседании суда 19.10.2020 в соответствии со статьей 49 АПК РФ судом рассмотрено и удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований согласно представленному ходатайству. 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.07.2022 С ответчика  в пользу истца взыскано  500 000 руб. компенсации; а также 5 902 рубля 50 копеек в возмещение судебных издержек, 17 500 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. АО «Опытно-экспериментальный завод Владмива»  из федерального бюджета возвращено 6000 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 12.05.2021 № 2145. 

Ответчик, не согласившись с принятым решением, подал апелляционную жалобу, в доводах которой указал на то, что вывод о том, что используемое ответчиком обозначение н товарный знак истца являются сходными до степени смешения нельзя признать обоснованным. Заявителем отмечено, что для установления однородности суд должен был сравнивать моющее щелочное средство ответчика с антисептическими средствами и применить для этого указанную кассационным судом методологию, дать надлежащую оценку всем доводам ответчика и сделать обоснованный вывод. Однако, решение состоит из части решения по иному делу (№ А72-12612/2020). Кроме того, судом не учтено, что ответчиком представлен соцопрос, в котором не исследовалось «восприятие потребителем товарных категорий дезинфицирующих и антисептических средств, определение принадлежности «Средства дезинфицирующего с моющим эффектом к товарной категории», представленный ответчиком результат соцопроса должен был получить надлежащую оценку суда. Средство ответчика и антисептические средства не являются однородными, поскольку они: имеют различные потребительские свойства, область применения и цель применения: «Средство моющее щелочное с дезинфицирующим эффектом «BELODEZ» предназначено согласно ТУ и сопроводительной информации для осуществления процессов технологической мойки на предприятиях пищевой промышленности. Антисептические средства применяются для обработки поверхности кожи, слизистых, полостей организма не взаимодополняемы и не взаимозаменяемы: средство ответчика не может быть использовано в отношении живых организмов, для обработки кожи рук, полостей ран человека, поскольку относится к классу опасности средства - А1 и при использовании требует применения средств индивидуальной защиты, поскольку попадание на кожу человека средства ответчика может привести к химическим ожогам и некрозам; изготовлены из разных материалов: действующим веществом средства ответчика является активный хлор, в то же время, антисептики - это спиртосодержащие препараты и иные препараты, безопасные для кожи и слизистых человека). Таким образом, с учетом критериев признания однородности товаров и правовой позиции Суда по интеллектуальным правам, средство ответчика и средства антисептические, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, не являются однородными. Кроме того, суд не дал оценку представленным доказательствам о том, что средство моющее щелочное с дезинфицирующим эффектом и антисептические средства не относятся к одному роду/виду, а именно (ответ ФБУ «Центр стандартизации, метрологии и испытаний в Пензенской области», из которого следует, что согласно Общероссийским классификаторам продукции (ОКИ и ОКПД2), применяющимся в России для идентификации рода/вида товаров, средства моющие и средства антисептические (без конкретного применения антисептиков) отличаются по родовому видовому признаку. Суд не дал надлежащей оценки доводам ответчика о злоупотреблении правом истцом. Кроме того, не обоснован размер взысканной компенсации.

Истец, находя решение суда законным и обоснованным, представил письменный отзыв, просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу  - без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции,  АО «ОЭЗ Владмива» является правообладателем товарного знака «БЕЛОДЕЗ» по свидетельству РФ №294725 с приоритетом от 02.09.2004, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков от 31.08.2005 для товаров 05 класса МКТУ – лекарственные средства для стоматологических целей. Правовая охрана продлена до 02.09.2024. 

ООО «ПК Ижсинтез-Химпром» осуществляет производство, и предлагает к продаже на территории РФ – моющее щелочное средство с дезинфицирующим эффектом под наименованием BELODEZ/Белодез (свидетельство о государственной регистрации № 0147352 от 16.01.2012).

28.10.2020 истцом произведена закупка товара: Средство моющее щелочное с дезинфицирующим эффектом под наименованием BELODEZ/Белодез, производства ООО «ПК Ижсинтез-Химпром», канистра 5 кг, в количестве – 1 шт. В подтверждение факта продажи товара истец представил в материалы дела товарную накладную от 28.10.2020 № 18, в которой имеются реквизиты ответчика. 

Протоколом осмотра доказательств № 13 АБ 1679666 от 01.12.2020 (том 1 л.д.17) также установлено предложение к продаже моющего щелочного средства с дезинфицирующим эффектом под наименованием BELODEZ/Белодез на сайте ответчика www.pk-izhsi№tez.ru.

Ссылаясь на то, что ответчиком незаконно используется товарный знак, принадлежащий истцу в виде слова «БЕЛОДЕЗ», истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском. 

Судом первой инстанции требования удовлетворены в части.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав в судебном заседании пояснения представителя ответчика, суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда не установил.

В соответствии с подпунктом 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), относятся товарные знаки. Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ признается исключительное право на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ установлен запрет на использование без разрешения правообладателя также сходного с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции,  использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак. Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности. 

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

АО «ОЭЗ Владмива» является правообладателем товарного знака «БЕЛОДЕЗ» по свидетельству Российской Федерации № 294725. 

В соответствии с пунктом 42 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утв. Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. 

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции верно отмечено, что при сравнении товарного знака истца «БЕЛОДЕЗ» и обозначения ответчика «БЕЛОДЕЗ» очевидно их фонетическое тождество. С позиции рядового потребителя также очевидно фонетическое тождество обозначений «BELODEZ» и «БЕЛОДЕЗ», поскольку они являются полными транслитерациями друг друга в латинице и кириллице. Такую степень сходства следует считать высокой. 

Поскольку сравниваемые обозначения являются фантазийными, то есть, не имеют достоверно устанавливаемого лексического значения, семантический критерий сравнения в данном случае не может быть применён, однако данное обстоятельство позволяет признать иные критерии превалирующими. Придуманные (фантазийные) слова являются уникальными, и потребитель осознаёт, что разные предприятия вряд ли могут придумать и использовать одинаковые названия для однородной продукции. Тождественное произношение товарного знака и спорного обозначения является достаточным основанием для признания обозначений сходными до степени смешения. 

Довод о том, что стороны осуществляют деятельность в разных регионах страны (Удмуртская Республика и Белгородская область), что в совокупности с иными обстоятельствами по делу свидетельствует об отсутствии вероятности или угрозы смешения, отклонен обоснованно, в связи с неверным толкованием норм материального права, учитывая, что правовая охрана товарному знаку истца предоставлена на всей территории Российской Федерации (статья 1231 ГК РФ), поэтому для цели защиты права не имеет правого значения регион местонахождения сторон. Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров (пункт 162 Постановления № 10); при этом, положениями статьи 1252 ГК РФ определено, что защита исключительного права может осуществляться в том числе путем предъявления требований не только о пресечении действий, нарушающих право, но и создающих угрозу его нарушения. 

Кроме того, судом первой инстанции также учтено, что на сайте ответчика имеется информация о том, что ООО «ПК Ижсинтез-Химпром» имеет главный офис в городе Ижевске и официальные представительства в г. Уфе (Республика Башкортостан), г. Ульяновске (Ульяновская область), г. Барнауле (Алтайский край), г. Вологда (Вологодская область), г. Саранске (Республика Мордовия), г. Энгельсе (Саратовская область), г. Волгограде (Волгоградская область), г. Нижнем Новгороде (Нижегородская область), г. Санкт-Петербурге, г. Липецке (Липецкая область), г. Самаре (Самарская область), г. Твери (Тверская область), г. Екатеринбурге (Свердловская область), г. Кирове (Кировская область), Брянской области. 

Однородными товарами являются предметы потребления или услуги, которые имеют похожие характеристики и могут быть взаимозаменяемыми. Согласно пункту 7.2 «Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов», утв. Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12 принятая МКТУ не влияет на оценку однородности товаров и услуг. 

Из представленных суду документов следует, что АО «ОЭЗ Владмива» является производителем стоматологической продукции. На сайте в сети Интернет https://tdvladmiva.ru/product/belodez-3-30mlgipokhlorit-№a-vladmiva/ размещена информация о растворе для обработки каналов Белодез. В частности, указано, что стоматологический материал «Белодез» на основе стабилизированного раствора гипохлорита натрия предназначен для медикаментозной обработки корневых каналов в качестве бактерицидного, кровоостанавливающего и отбеливающего средства, для химического расширения каналов, а также для дезинфекции полости зуба. 

При этом, ответчиком пояснено, что его изделие «Средство моющее щелочное с дезинфицирующим эффектом «BELODEZ» относится к товарам бытовой химии, а именно к средствам моющим, поэтому данное средство не однородно товарам, в отношении которых зарегистрирован товарный знак АО «ОЭЗ Владмива», а именно, антисептическим средствам, поскольку: относятся к разному роду/виду товаров (средства бытовой химии - средство ответчика и средства для антимикробной обработки поверхности человеческого тела или его полостей - антисептики); имеют различные область и цель применения (средство ответчика применяется для технологической мойки и дезинфекции на предприятиях молочной, мясоперерабатывающей и т.д. промышленности и предприятиях по производству напитков, антисептики - для обработки поверхности кожи, полостей организма); не взаимодополняемы и не взаимозаменяемы; имеют разные виды материал, из которого они изготовлены. 

Между тем, в соответствии с разъяснениями пункта 162 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. 

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд первой инстанции, правильно, вопреки доводам жалобы, учитывал влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Более того, Суд по интеллектуальным правам по настоящему делу в постановлении от 27.04.2022 указал, что вывод судов о том, что антисептические и дезинфицирующие средства не могут быть признаны взаимодополняемыми, не основан на методологическом подходе к сравнению товаров. Также Суд по интеллектуальным правам указал, что сравнению подлежат не товары, которые маркируются истцом спорным обозначением, а товары, в отношении которых предоставлена правовая охрана спорному товарному знаку.

Таким образом, дезинфицирующие средства и антисептические средства соотносятся между собой как род/вид, имеют одинаковое назначение, а также один круг потребителей и сходные условия реализации. 

Приказом Росстандарта от 30.06.2016 № 748-ст утвержден ГОСТ Р 56994-2016. «Национальный стандарт Российской Федерации. Дезинфектология и дезинфекционная деятельность. Термины и определения». В пункте 2.3.2 ГОСТа Р 56994-2016 «Дезинфектология и дезинфекционная деятельность. Термины и определения» указаны «Термины в области дезинфекции» - пункт 2.3: 2.3.1 антимикробное действие: Действие, направленное на уничтожение (удаление, умерщвление) микроорганизмов - возбудителей инфекционных и паразитарных болезней на (в) объектах. 2.3.2 антисептик: Предназначенное для наружного применения (кожа и слизистые оболочки) химическое вещество (комплекс веществ), обладающее бактерицидным действием. 2.3.3 антисептика: Система мероприятий, направленная на уничтожение микробного загрязнения в ране, патологическом очаге, органах и тканях, а также в организме больного человека в целом, объектах внешней среды, включая бактерицидную обработку с применением химических, физических и биологических, механических методов или их сочетания. 

В пункте 2.1.4 ГОСТа Р56994-2016 указано: дезинфекционная деятельность: Деятельность, связанная с разработкой, испытанием, производством, хранением, транспортированием, реализацией, применением и утилизацией средств, оборудования, материалов для стерилизации, дезинфекции, дезинсекции, дератизации и контроля за их эффективностью и безопасным применением. 2.1.5 дезинфекционные средства: Химические и биологические средства, изделия, предназначенные для проведения дезинфекции, предстерилизационной очистки и стерилизации, дезинсекции, дератизации, а также репеллентные средства, изделия и педикулоциды. 2.1.6 дезинфекция: Умерщвление (удаление, уничтожение) микроорганизмов - возбудителей инфекционных и паразитарных болезней - на (в) объектах с целью прерывания путей передачи эпидемического процесса. Таким образом, указанные средства используются (назначение товаров) в комплексе мероприятий по антибактериальной и санитарно-гигиенической обработке объектов любого назначения, необходимый для борьбы с инфекционными заболеваниями путем уничтожения их возбудителей и переносчиков. Указанные средства имеют единую цель предупреждения возникновения и распространения инфекционных болезней среди населения, направлены на «разрыв» механизма передачи инфекции (СанПиН 3.3686-21, СП 3.1.3597-20 4). Таким образом, дезинфицирующие средства и антисептические средства соотносятся между собой как род/вид, имеют одинаковое назначение, а также один круг потребителей и сходные условия реализации. 

Суд пришел к верному выводу об однородности товаров истца и ответчика. 

Судебная практика исходит из того, что установленная в ранее рассмотренном деле однородность определенных товарных позиций МКТУ подлежит учету судом, рассматривающим другое дело, независимо от состава лиц, участвующих в деле. Если суд придет к иным выводам об однородности, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы (аналогично подходам, изложенным в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57, пункте 4 совместного постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22). 

Ответчик полагает, что суд необоснованно отклонил представленный опрос потребителей, между тем, следует отметить, что при проведении опроса ответчик не поставил пред респондентами те вопросы, которые устанавливаются и исследуются по настоящему делу.

При этом, с учетом установленной судом высокой степени сходства товарного знака истца и спорного обозначения, используемого ответчиком, даже при низкой степени однородности товаров истца и ответчика будет существовать опасность, угроза смешения товарного знака и спорного обозначения. 

Более того истец является производителем, в том числе дезинфецирующих средств, каким и является продукция ответчика, и применение последним принадлежащего истцу товарного знака, по мнению суда, вполне способно привести потребителей соответствующих товаров к заблуждению относительно изготовителя продукции. Доказательств наличия разрешения правообладателя на использование товарного знака ответчиком не представлено.

С учетом указанного, суд первой инстанции пришел к выводу об однородности товаров истца и ответчика.

Как следует из пункта 45 Правил № 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.  Методология определения сходства сравниваемых обозначений, однородности товаров и вероятности смешения этих обозначений в гражданском обороте определена Правилами № 482 и пунктом 162 Постановления № 10. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел  к верному выводу о том, что истцом доказан факт нарушения ответчиком принадлежащего истцу исключительного права на товарный знак по свидетельству № 294725. 

Доводы о злоупотреблении правом и ссылки на наличие факта недобросовестной конкуренции, отклоняются. 

Согласно ст.65 АПК РФ «Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших».

Согласно пункту 154 постановления № 10 суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Злоупотребление правом должно носить очевидный характер, а вывод о наличии признаков злоупотребления правом в действиях лица по приобретению исключительного права на товарный знак и по его дальнейшему использованию не должен являться следствием предположений.

В свою очередь, ответчик не представил доказательств того, что истцом был зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение.

Ответчик не представил доказательств того, что истцом зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение. При этом, истец представил доказательства использования товарного знака БЕЛОДЕЗ, (представлен объем реализации продукции БЕЛОДЕЗ, за период 2016-2021 годы реализовано в среднем 190 000 шт. ежегодно), что также подтверждается информацией, размещенной на сайте https://tdvladmiva.ru/. 

Ответчик, заявляя о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом, в свою очередь, не представил доказательств, подтверждающих наличие у него охраняемых законом прав на использование обозначения БЕЛОДЕЗ, как на момент реализации товара, так и на момент рассмотрения дела в суде. 

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению. При этом, при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВС РФ 23.09.2015, пункт 59 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10). 

Требование истцом заявлено в сумме 1 000 000 руб. в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации. 

В пункте 62 Пленума ВС РФ № 10 указано, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). 

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-0, восстановлению нарушенных нрав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Истец пояснил, что необходимо учитывать, прежде всего, высокую репутацию АО «ОЭЗ Владмива» на российском и зарубежном рынках. Компания была основана в сентябре 1992 года. Более 28 лет компания разрабатывает новые технологии и товары, получившие правовую охрану в качестве изобретений, награды многих престижных Российских и международных выставок. ВладМиВа – это бренд, который знают не только в России, но и за рубежом. Компания поставляет свою продукцию в 30 стран мира, включая Украину, Белоруссию, Казахстан, Киргизию и другие страны СНГ. При этом экспорт продукции Истца осуществляется также в такие страны как США, Египет, Турция, Китай, Индия, Европейские страны и др. Высокая репутация предприятия достигнута за счёт качества товаров, финансовых вложений в проведение регулярных рекламных кампаний, участие в выставках, сведения о которых представлены Истцом. Говоря о производителе ВладМиВа, потребители уверены в безупречности товаров. При этом затраты истца, только лишь за последнее три года, а именно с 2017г. по 2019г., на продвижение своей продукции (товара)», такие как участие в выставках, распространение товара среди потребителей, размещение публикаций и рекламы в печатных изданиях (СМИ), составили порядка 3 138 000 руб. 

Судом учтено, что истец, предъявляя иск, выбрал способ защиты – взыскание денежной компенсации, а не убытков, поэтому представление договоров и документов по их исполнению, не является определяющим для установления судом размера компенсации. Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, размер ответственности, несправедливый и несоразмерный допущенному нарушению, подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду. 

Установление разумного и обоснованного размера компенсации – прерогатива суда (Обзор судебной практики ВС РФ № 2 (2021), утв. Президиумом ВС РФ 30.06.2021). 

Суд первой инстанции, принимая во внимание, что ответчик включен в Единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства (данные, содержащиеся в Едином реестре субъектов малого и среднего предпринимательства (https://rmsp.№alog.ru)), учитывая, что Российская Федерация приняла широкий круг мер, направленных на поддержку и защиту малого и среднего бизнеса, суд при принятии решения по настоящему делу не может игнорировать соответствующие обстоятельства (признание государством факта снижения уровня доходов предпринимателей и необходимости их поддержки), учитывая, что что возможность снижения размера компенсации ниже установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предела при нарушении исключительных прав на один товарный знак подтверждается судебной практикой по делам, в которых суды, помимо прочего, руководствовались положениями и критериями постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда (постановления Суда по интеллектуальным правам от 11.05.2021 по делу № А56-62550/2020, от 16.11.2020 по делу № А65-37592/2019, от 15.10.2020 по делу № А65- 2473/2020),  учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела, отсутствие доказательств наличия у истца убытков от действия ответчика, исходя из принципов разумности и справедливости, пришел к верному и достаточно мотивированному выводу о том, что обоснованной и соразмерной последствиям нарушения является компенсация за данное нарушение в размере 500000 руб. 

Сумма компенсации 500000 руб. достаточна для восстановления нарушенного права истца, отвечает принципам разумности и соразмерности и последствиям конкретного рассматриваемого по данному делу нарушения. 

Вопреки доводам жалобы, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе полного и всестороннего исследования доказательств, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального права.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу ст. 270 АПК РФ, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого решения суда не имеется.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22 июля 2022 года по делу № А71-5808/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу  - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

В.Ю. Назарова 

 

Судьи

О.Г. Власова 

 

Н.А. Гребенкина