﻿﻿ 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-2732/2019

г. Красноярск

04 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена «27» ноября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен         «04» декабря 2019 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – Споткай Л.Е.,

судей: Дамбарова С.Д., Петровской О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лизан Т.Е.,

при участии:

от истца - общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +»:Самойлова Д.В., представителя по доверенности от 16.04.2019,

от ответчика - муниципального предприятия города Красноярска «Управление зеленого строительства»: Остроух А.В., представителя по доверенности от 04.10.2019 № 69,

от третьего лица - общества с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой»: Трубачевой М.В., представителя по доверенности от 28.03.2019; Сенчик Л.Д., представителя по доверенности от 28.03.2019; Бушмина В.С., представителя по доверенности от 17.04.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки+» (ИНН 2465179210, ОГРН 1182468022802)

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «30» августа 2019 года по делу № А33-2732/2019, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» (ИНН 2465179210, ОГРН 1182468022802, далее – ООО «Азбука стройки +», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском о взыскании с муниципального предприятия города Красноярска «Управление зеленого строительства»(ИНН 2451000310, ОГРН 1022402674414, далее – МП «УЗС», ответчик) 6 305 813 рублей 12 копеек задолженности.

К участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора привлечено общество с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой» (далее – ООО «ТоргСибСтрой», третье лицо).

Решением от 30.08.2019 в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» отказано. Требования общества с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой» удовлетворены. Взыскать с муниципального предприятия города Красноярска «Управление зеленого строительства» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой» задолженность в сумме 6 305 813 рублей 12 копеек.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит оспариваемое решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленное требование в пользу истца. В обоснование заявленной жалобы истец указывает на неправомерную замену субподрядчика-1 (ООО «Азбука стройки+») на субподрядчика-2 (ООО «Торгсибстрой») при исполнении договора до истечения срока действия договора; на незаключенность договора уступки прав требования (цессии) от 29.10.2018 №№5/С и 16/С. Истец полагает, что в рассматриваемом случае подлежат применению положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

От ООО «ТоргСибСтрой» в материалы дела поступил отзыв, в котором отклонены доводы жалобы.

Материалами дела подтверждается надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции.

При изложенных обстоятельствах, в силу статей 121-123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 03.07.2018 между истцом (субподрядчик) и ответчиком (генподрядчик) заключен договор подряда № 5/с, по условиям которого генподрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы по благоустройству объектов по инфраструктурному развитию и улучшению внешнего облика города Красноярска (далее - объект) в соответствии с техническим заданием (приложение № 3) и согласно локально-сметному расчету (приложение № 1 и № 2).

Согласно пункту 2.1 договора цена договора составляет 14 603 449 рублей 18 копеек.

Дополнительным соглашением от 07.12.2018 № 7 стороны внесли изменения в пункт 2.1 договора, цена договора определена в размере 10 404 121 рубль 09 копеек.

Пунктом 3.2 предусмотрен срок завершения работ – 30.10.2018.

Кроме того, 03.07.2018 между истцом (субподрядчик) и ответчиком (генподрядчик) заключен договор подряда № 16/с, по условиям которого генподрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы по благоустройству объектов по инфраструктурному развитию и улучшению внешнего облика города Красноярска (далее - объект) в соответствии с техническим заданием (приложение № 3) и согласно локально-сметному расчету (приложение № 1 и № 2).

В силу пункта 2.1 договора цена договора составляет 14 603 449 рублей 18 копеек.

Дополнительным соглашением от 07.12.2018 № 7 стороны внесли изменения в пункт 2.1 договора, цена договора определена в размере 9 224 605 рублей 73 копейки.

Пунктом 3.2 предусмотрен срок завершения работ – 30.10.2018.

29 октября 2018 года между истцом (субподрядчик-1), ответчиком (должник) и третьим лицом (субподрядчик-1) заключены дополнительные соглашения к договорам от 03.07.2018 № 5/с и № 16/с, по условиям которого стороны пришли к соглашению о замене субподрядчика-1 на субподрядчика-2 (пункт 1 дополнительного соглашения). Согласно пункту 2 дополнительного соглашения субподрядчик-1 передает свои права и обязанности по договору № 5/с, № 16/с (соответственно) субподрядчику-2 с момента подписания указанного соглашения. С момента подписания указанных соглашений все права и обязанности по договорам для субподрядчика-1 считаются прекращенными.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указал, что работы, предусмотренные условиями контрактов № 5/с и 16/с от 03.07.2018 выполнены им в полном объеме.

Между тем, обязательства по оплате выполненных истцом работ исполнены генподрядчиком частично:

- в сумме 7 007 648 рублей 43 копейки по договору от 03.07.2018№ 5/с,

- в сумме 6 315 265 рублей 27 копеек по договору № 16/с от 03.07.2018.

Таким образом, задолженность ответчика перед истцом составила 3 396 472 рубля 66 копеек.

В подтверждение факта выполнения работ по договору от 03.07.2018 № 5/с истец представил в материалы дела акты о приемке выполненных работ от 30.10.2018 № 1 на сумму 3 127 440 рублей 86 копеек, № 2 на сумму 269 031 рубль 80 копеек; по договору от 03.07.2018 № 16/с истец представил акт от 30.10.2018 № 1 на сумму 2 829 517 рублей.

Названные акты подписаны субподрядчиком в одностороннем порядке, переданы ответчику 22.10.2018.

Между тем, обязательства по оплате работ, отраженных в перечисленных актах, ответчиком не исполнены.

Таким образом, задолженность ответчика перед истцом составила 6 305 813 рублей 12 копеек.

Претензией от 29.12.2018 ответчику предложено погасить образовавшуюся задолженность в срок до 25.01.2019. Названная претензия вручена ответчику 09.01.2019, оставлена без ответа и удовлетворения.

При этом, по мнению истца, дополнительные соглашения от 29.10.2018, заключенные между истцом, ответчиком и третьим лицом, являются ничтожными, поскольку:

- заключены в нарушение статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» - без согласования с учредителем и собственником имущества предприятия;

- заключены в нарушение пункта 5 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», не допускающей перемену подрядчика при исполнении контракта;

- заключены от имени истца неуполномоченным лицом – Дудиным К.С., о нахождении которого в должности директора общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» в период с 24.10.2018 по 30.10.2019 истцу ничего не известно.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, общество с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском о взыскании с муниципального предприятия города Красноярска «Управление зеленого строительства» 6 305 813 рублей 12 копеек задолженности.

Определением от 28.05.2019 судом удовлетворено заявление общества с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой» о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора. Общество с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Обращаясь в суд в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, общество «ТоргСибСтрой» указало, что 29.10.2018 между указанным обществом (цессионарий) и обществом с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» (цедент) заключены договоры уступки прав (цессии):

- № 5/с, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к муниципальному предприятию города Красноярска «Управление зеленого строительства» оплаты задолженности по договору субподряда № 5/с от 03.07.2018;

- № 16/с, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к муниципальному предприятию города Красноярска «Управление зеленого строительства» оплаты задолженности по договору субподряда № 16/с от 03.07.2018.

Согласно пунктам 1.2 договоров право требования к должнику возникает на основании актов о приемке выполненных работ (КС-2) № 1, № 2 от 30.10.2018 по договору № 16/с от 03.07.2018, по договору № 5/с от 03.07.2018, соответственно.

12.03.2019 ответчику вручено уведомление об уступке права требования по договорам № 5/с и 16/с от 03.07.2018.

Претензией исх. от 13.02.2019 № 3 общество «ТоргСибСтрой» предложило ответчику оплатить задолженность в сумме 6 305 813 рублей 12 копеек в течение 10 дней с момента получения претензии. Названная претензия вручена ответчику 13.02.2019.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, общество «ТоргСибСтрой» заявило самостоятельные требования о взыскании с муниципального предприятия города Красноярска «Управление зеленого строительства» 6 305 813 рублей 12 копеек задолженности.

Таким образом, требования третьего лица, основаны на договорах уступки прав (цессии), заключенных между истцом и третьим лицом 29.10.2018.

Истец полагает, что договоры уступки прав (цессии) № 5/с и 16/с от 29.10.2019 являются недействительными, поскольку, по мнению истца, предмет названных договоров не является согласованным по причине того, что по состоянию на 29.10.2018 у ответчика не возникло обязательств по оплате выполненных истцом работ.

Ответчик в процессе рассмотрения настоящего спора указал, что работы, предусмотренные условиями договоров № 5/с и 16/с от 03.07.2018 выполнены в полном объеме. При этом, неисполнение обязательств по оплате выполненных работ обусловлено неопределённостью общества, которому подлежат перечислению денежные средства в сумме 6 305 813 рублей 12 копеек.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований истца и удовлетворяя требования третьего лица, исходил из утраты истцом права на взыскание с ответчика спорной суммы задолженности, вследствие перехода права требования указанной суммы к третьему лицу, и наличия у третьего лица права на взыскание с ответчика спорной суммы задолженности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности, из договоров и иных сделок.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений, представить доказательства.

Истец, обращаясь в суд с настоящим иском, указал, что работы, предусмотренные договорами № 5/с и 16/с от 03.07.2018, выполнены им в полном объеме, следовательно, подлежат оплате ответчиком.

При этом, по мнению истца, дополнительные соглашения от 29.10.2018, заключенные между истцом, ответчиком и третьим лицом, являются ничтожными, поскольку:

- заключены в нарушение статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» - без согласования с учредителем и собственником имущества предприятия;

- заключены в нарушение пункта 5 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», не допускающей перемену подрядчика при исполнении контракта;

- заключены от имени истца неуполномоченным лицом – Дудиным К.С., о нахождении которого в должности директора общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» в период с 24.10.2018 по 30.10.2019 истцу ничего не известно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее в редакции, действующей на момент заключения оспариваемых сделок) сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дел, что дополнительные соглашения к договорам № 5/с и 16/с от 03.07.2018 подписаны от имени общества «Азбука стройки +» директором Дудиным К.С.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.) (статья 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

В пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

При оценке судами обстоятельств, свидетельствующих об одобрении представляемым - юридическим лицом соответствующей сделки, необходимо принимать во внимание, что независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или лица, уполномоченных в силу закона, учредительных документов или договора заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Аналогичные разъяснения приведены в абзаце втором пункта 123 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В подтверждение полномочий Дудина К.С. действовать от имени общества «Азбука стройки +» в материалы дела представлены следующие документы:

- решение № 2 единственного учредителя общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» от 15.10.2018, согласно которому единственным учредителем общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» Тадевосян С.Б. принято решение об освобождении от должности директора общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» Тадевосяна С.Б. и возложении обязанностей директора общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» на Дудина К.С.;

- решение единственного учредителя общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» от 28.10.2018, согласно которому единственным учредителем общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» Тадевосян С.Б. принято решение об освобождении от должности директора общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» Дудина К.С. с 28.10.2018 и назначении директором общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» Тадевосян С.Б. с 29.10.2018;

- лист записи Единого государственного реестра юридических лиц от 24.10.2018, согласно которому в отношении общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» внесена запись об изменении сведений о юридическом лице, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, о возложении полномочий руководителя организации на Дудина К.С. и прекращении полномочий руководителя юридического лица Тадевосян С.Б.

По общему правилу, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, а контрагент юридического лица добросовестно полагался на сведения о его полномочиях, содержащиеся в ЕГРЮЛ, сделка, совершенная таким лицом с этим контрагентом, создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности для юридического лица с момента ее совершения (статьи 51 и 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), если только соответствующие данные не были включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В иных случаях, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, подлежат применению положения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем в пункте 22 Постановления № 25 разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации данные государственной регистрации юридических лиц включаются в единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ), открытый для всеобщего ознакомления. Презюмируется, что лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, не знало и не должно было знать о недостоверности таких данных.

Юридическое лицо не вправе в отношениях с лицом, добросовестно полагавшимся на данные ЕГРЮЛ, ссылаться на данные, не включенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем, за исключением случаев, если соответствующие данные включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В части порядка государственной регистрации изменений, вносимых в ЕГРЮЛ, суд отмечает, что согласно подпункту «л» пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в Едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения о фамилии, имени, отчестве и должности лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица.

В силу пункта 4 статьи 5 указанного Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» при несоответствии указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи сведений государственных реестров сведениям, содержащимся в документах, представленных при государственной регистрации, сведения, указанные в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, считаются достоверными до внесения в них соответствующих изменений.

Согласно пункту 5 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо в течение трех рабочих дней с момента изменения указанных в пункте 1 настоящей статьи сведений обязано сообщить об этом в регистрирующий орган по месту своего нахождения.

Суд первой инстанции, оценив содержание представленных в материалы дела документов (решения единственного учредителя общества «Азбука стройки +», листы записи Единого государственного реестра юридических лиц) верно установил, что на момент подписания спорных дополнительных соглашений к договорам № 5/с и 16/с от 03.07.2018, в ЕГРЮЛ были внесены соответствующие изменения о лице, имеющем право представлять интересы общества «Азбука стройки +» без доверенности.

Кроме того, представленные в материалы дела дополнительные соглашения к договорам № 5/с и 16/с от 03.07.2018, правомерность подписания которых оспаривается истцом при рассмотрении настоящего спора, заверены печатью истца, которая не может находиться в свободном доступе для лиц, не имеющих полномочий на совершение действий по представлению ответчика в правоотношениях с контрагентами (статьи 182, 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом в материалы дела истцом не представлены доказательства утраты печати либо неправомерного использования печати третьими лицами. Представленный в материалы дела талон-уведомление от 22.03.2019 № 252 содержит лишь сведения о принятии заявления. При этом каких-либо сведений, позволяющих идентифицировать названный талон-уведомление с фактом обращения истца в правоохранительные органы и причиной его обращения, указанный документ не содержит.

Более того, заявляя доводы о том, что фактически решение № 2 единственного учредителя общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +» от 15.10.2018, Тадевосян С.Б. не принимал и не подписывал, истец в процессе рассмотрения настоящего спора не заявил ходатайство о фальсификации указанного документа в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что в силу положений части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является его процессуальным риском.

Доказательств наличия корпоративного спора по обстоятельствам назначения исполнительного органа общества, признания недействительным решения учредителя, в материалы дела не представлено. Таким образом, указанные доводы заявителя апелляционной жалобы носят характер предположений, документально не подтверждены.

При указанных обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции обоснованно отклонил как неподтвержденные документально доводы истца о том, что подписание спорных дополнительных соглашений о перемене лиц в обязательствах (договорах № 5/с и 16/с от 03.07.2018) от имени общества «Азбука стройки +» совершено неуполномоченным лицом.

Доводу истца о ничтожности дополнительных соглашений от 29.10.2018 по причине их заключения в нарушение статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» - без согласования с учредителем и собственником имущества предприятия, дана оценка судом первой инстанции. Довод отклонен исходя из следующего.

В силу статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Закон № 161-ФЗ) крупная сделка может быть совершена унитарным предприятиям с согласия собственника имущества унитарного предприятия. Указанные нормы закона направлены на защиту интересов собственника имущества предприятия с целью исключения возможности неправомерного отчуждения этого имущества. Отсутствие согласия собственника на совершение предприятием крупной сделки влечет ее ничтожность.

Крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения унитарным предприятием прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия или более чем в 50 тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда (пункт 1 статьи 23 названного Федерального закона).

Решение о совершении крупной сделки принимается с согласия собственника имущества унитарного предприятия (пункт 3 статьи 23 Закона № 161-ФЗ).

Пунктом 3 статьи 20 Закона № 161-ФЗ предусмотрено, что собственник имущества унитарного предприятия вправе обращаться в суд с исками о признании оспоримой сделки с имуществом унитарного предприятия недействительной, а также с требованием о применении последствий недействительности ничтожной сделки в случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом.

Сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением абзаца 1 пункта 2 статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с нарушением положений Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", в частности пунктов 2, 4, 5 статьи 18, 22 - 24 данного Закона, являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества, а не любого заинтересованного лица (пункт 9 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В соответствии с пунктом 10 указанного Постановления судам необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 3 статьи 18 закона № 161-ФЗ совершенные унитарным предприятием сделки, в результате которых предприятие лишено возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены его уставом, являются ничтожными независимо от их совершения с согласия собственника.

Вместе с тем, оспариваемые истцом дополнительные соглашения от 29.10.2018 не направлены прямо или косвенно на отчуждение имущества предприятия. Указанные соглашения заключены в ходе обычной хозяйственной деятельности предприятия.

Доказательств того, что сделка признана недействительной по искам собственников имущества предприятия, в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного заявленный истцом довод о нарушении порядка заключения дополнительных соглашений от 29.10.2018, и, как следствие, их ничтожности подлежит отклонению. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется.

Доводам истца о том, что спорные дополнительные соглашения от 29.10.2018 заключены в нарушение пункта 5 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», не допускающей перемену подрядчика при исполнении контракта, также дана оценка судом первой инстанции. Доводы отклонены, исходя из следующего.

Как следует из пояснений ответчика и позиции третьего лица, изложенной в письменных пояснениях от 20.08.2019, договоры № 5/с и 16/с от 03.07.2018 заключены ответчиком (подрядчиком) в рамках исполнения контракта, заключенного с МКУ «УДИБ» (заказчик). При этом информация о привлечении общества «Азбука стройки +» в качестве субподрядчика отражена ответчиком в информационной системе госзакупок.

Таким образом, положения пункта 5 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» подлежат распространению на контракт, заключенный между ответчиком и МКУ «УДИБ» и не подлежит распространению на договоры, заключенные между истцом и ответчиком. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется.

Третье лицо, заявляя самостоятельные требования относительно предмета спора, указало, что право требования оплаты задолженности в размере 6 305 813 рублей12 копеек возникло у общества «ТоргСибСтрой» вследствие заключения между указанным обществом и истцом договоров уступки прав требования, вытекающих их договоров № 5/с и 16/с от 03.07.2018.

Истец полагает, что договоры уступки прав (цессии) № 5/с и 16/с от 29.10.2019 являются недействительными, поскольку, по мнению истца, предмет названных договоров не является согласованным по причине того, что по состоянию на 29.10.2018 у ответчика не возникло обязательств по оплате выполненных истцом работ.

Данный довод истца правомерно отклонен судом первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование).

Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (пункт 2 статьи 388.1 ГК РФ).

Не является будущим уже принадлежащее цеденту требование, срок исполнения которого не наступил к моменту заключения договора, на основании которого производится уступка, например требование займодавца о возврате суммы переданного займа до наступления срока его возврата. Такое требование переходит к цессионарию по правилу, установленному пунктом 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания и смысла приведенной нормы следует, что предметом соглашения об уступке права (требования) может выступать исключительно право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства.

Понятие обязательства изложено в пункте 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом в пункте 2 этой статьи предусмотрено, что обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (статья 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом законом предусмотрены исключения из общего правила уступки прав требования, в частности это случаи когда уступка требования не допускается без согласия должника по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (пункт 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм права следует, что по общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом. При уступке права требования права должника не нарушаются, он имеет право на защиту от необоснованных требований нового кредитора теми же способами, которые имелись в его распоряжении в отношении прежнего кредитора.

Учитывая вышеизложенное, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, учитывая фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что по договору уступки права требования № 5/с и 16/с от 29.10.2019 передачи прав по выполнению работ не было, истцом передано право требования задолженности за выполненные работы.

Ответчиком не приведены доводы и не представлены доказательства того, что уступленное обязательство непосредственно связано с личностью кредитора.

Суд верно пришел к выводу о том, что заключенный договор об уступке права требования соответствует положениям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступленное право является действительным и подтверждено надлежащими доказательствами.

Руководствуясь положениями статей 10, 166, 168, 382, 384, 388, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно признал, что, поскольку уступленное требование не связано с личностью кредитора и возникло из обязательства, в котором личность кредитора не имеет существенное значение для должника, уступка требования не противоречит закону, иным правовым актам. В связи с чем пришел к выводу о том, что в настоящее время истцом утрачено право на взыскание с ответчика спорной суммы задолженности, вследствие перехода права требования указанной суммы к третьему лицу.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Азбука стройки +».

С учетом вышеприведённых обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего спора, суд первой инстанции верно признал не подлежащими оценке заявленные истцом и третьим лицом доводы о фактическом выполнении работ непосредственно истцом либо третьим лицом, поскольку данные обстоятельства не имеют значения для разрешения настоящего спора по существу.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно признал обоснованными и подлежащими удовлетворению требования общества с ограниченной ответственностью «ТоргСибСтрой» о взыскании с муниципального предприятия города Красноярска «Управление зеленого строительства» задолженности в сумме 6 305 813 рублей 12 копеек

Доводы заявителя апелляционной жалобы о злоупотреблении правом, также подлежат отклонению. Приобретение прав на основании гражданско-правовой сделки и защита нарушенного интереса в судебном порядке не могут расцениваться в качестве злоупотребления правом.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки, не свидетельствует о существенных нарушениях норм права, повлиявших на исход дела.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, оснований для отмены решения не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «30» августа 2019 года по делу № А33-2732/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

 

Л.Е. Споткай

Судьи:

 

С.Д. Дамбаров

 

О.В. Петровская