ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-15796/2023

Дело № А55-6032/2021

г. Самара

18 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2023 года

 Постановление в полном объеме изготовлено 18 декабря 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Гадеева Л.Р., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

с участием:

лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 11 декабря 2023 года в помещении суда в зале №2 апелляционные жалобы ООО "Экокабель" на определение Арбитражного суда Самарской области от 05 сентября 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчику ООО "Экокабель"

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Самарской области обратился ФИО3 с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» (далее – ООО «ДЕОДАР», должник) несостоятельным (банкротом) кредиторов должника требования о взыскании суммы долга в размере 20 754 152 руб. 70 коп.; утверждении временным управляющим должника ФИО4, члена Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (юридический и почтовый адрес: 115114, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>). и введении в отношении должника процедуры наблюдения; включении в третью очередь реестра требований 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10 марта 2021 года заявление кредитора о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда с последующим отложением.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19 мая 2021 года в отношении должника введена процедура наблюдения; включены в третью очередь реестра требования должника требования ФИО3 о взыскании суммы долга в размере 20 754 152 руб. 70 коп.; утверждена временным управляющим должника ФИО4, член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (юридический и почтовый адрес: 115114, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 31 августа 2022 года ООО «ДЕОДАР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на пять месяцев. Конкурсным управляющим ООО «ДЕОДАР» утвержден ФИО2 (регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 40400, ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции - 445051, Самарская область, г. Тольятти, а/я 1986), член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих» (юридический и почтовый адрес: 443072, 

<

...> км., ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (с учетом уточнений заявленных требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о признании недействительным договора уступки права требования № 1909-17/1-Ф от 17 сентября 2019 года, а также договора об уступке права требования (цессии) № МК/Д/01-2020 от 24 января 2020 года; признании недействительными безналичных платежей: по р/сч 

<

***> в ПАО КБ «УБРиР», по р/с 

<

***> в публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие», по р/сч 

<

***> в публичное акционерное общество «Восточный экспресс банк», по р/сч 

<

***> в публичное акционерное общества «Сбербанк России»; взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» (далее – ООО «Экокабель») в пользу ООО «ДЕОДАР» 69 024 697 рублей; взыскании с ООО «ЭКкокабель» в пользу с ООО «ДЕОДАР» процентов за период с 08 января 2021 года по 28 февраля 2023 года в сумме 12 075 067 руб. 03 коп.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19 июня 2023 года выделены в отдельное производство требования конкурсного управляющего ООО «ДЕОДАР» ФИО2 о признании недействительным договора об уступке права требования (цессии) № МК/Д/01-2020 от 24 января 2020 года, перечислении денежных средств и применении последствий признания сделки должника недействительной.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27 июня 2023 года заявление о признании сделки должника недействительной принято к производству суда.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО2 уточнил заявленные требования с учетом выделения в отдельное производство требования и просил:

признать недействительным договор об уступке права требования (цессии) от 24 января 2020 года №МК/Д/01-2020;

признать недействительными сделки, выраженные в перечислении денежных средств платежными поручениями:

№ 44 от 20 апреля 2020 года на сумму 1 350 000 руб.

№ 102 от 13 февраля 2020 года на сумму 3 381 500 руб.

№ 103 от 14 февраля 2020 года на сумму 120 000 руб.

№ 104 от 17 февраля 2020 года на сумму 4 155 000 руб.

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» 9 006 500 руб.;

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» проценты за период с 21 апреля 2019 года по 27 июля 2023 года в сумме 1 352 702 руб. 28 коп.

Судом уточнения приняты в порядке ст. 49 АПК РФ, требования заявителя рассмотрены с учетом принятого уточнения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.09.2023 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» ФИО2 о признании сделок должника недействительными удовлетворено частично. Признан недействительной сделка, выраженная в перечислении денежных средств платежными поручениями от 13 февраля 2020 года №102 в сумме 3 381 500 руб., от 14 февраля 2020 года № 103 в сумме 120 000 руб., от 17 февраля 2020 года №104 в сумме 4 155 000 руб., от 20 апреля 2020 года № 44 в сумме 1 350 000 руб. со счета общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Экокабель». Применены последствия недействительности сделки. С общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» взысканы денежные средства в размере 9 006 500 руб. С общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами, в размере 1 352 702 руб. 28 коп.. В удовлетворении заявления в остальной части отказано. С общества с ограниченной ответственностью Экокабель» в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение заявления в сумме 6 000 руб.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ООО "Экокабель" обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить в удовлетворенной части. 

В обоснование жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции положений ст. 270 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 апелляционная жалоба оставлена без движения.

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 11.12.2023. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

05.12.2023 от конкурсного управляющего ФИО2 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ. 

От ООО "Экокабель" в материалы дела поступило письменное ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе.

Судебная коллегия, рассмотрев в ходе судебного заседания ходатайство ООО "Экокабель" о приостановлении производства по апелляционной жалобе, определила в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по апелляционной жалобе отказать, в связи с отсутствием правовых оснований для приостановления производства, предусмотренных ст. ст. 143, 144 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года №12  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим установлены факты перечисления денежных средств на счет ООО «Экокабель» в период с 13 февраля  2020 года по 20 апреля 2020 в размере 9 006 500 рублей. по платежным поручениям с назначением платежа «оплата по договору об уступке права требования (цессии)  №МК/Д/01-2020 от 24 января 2020 года»:

13 февраля  2020 года в размере  3 381 500 руб.,

14 февраля 2020 года в размере  120 000 руб.,

17 февраля 2020 года в размере 4 155 000 руб.,

20 апреля 2020 года в размере 1 350 000 руб.

Конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО2, полагая, что денежные перечисления по оплате по договору об уступке права требования (цессии) от  24 января 2020 года №МК/Д/01-2020 в общем размере 9 006 500 руб. осуществлены в отсутствие встречного равноценного представления, обратился в суд с заявлением о признании указанных перечислений недействительной сделкой по основаниям, установленным пунктами 1 и 2 статьи   61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО2  полагая, что договор об уступке права требования (цессии) от 24 января 2020 года №МК/Д/01-2020 заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.

Признавая частично обоснованными заявленные требования конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В силу положений статьи 61.8 Закона о банкротстве  заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума от 23.12.2010 N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В пункте 2 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63, дан примерный перечень сделок, совершенных не должником, а другими лицами за счет должника, которые в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве могут быть признаны недействительными по правилам главы III.1 этого Закона.

Исходя из смысла указанных норм права и разъяснений, обозначены два типа сделок и/или юридически значимых действий, которые могут являться предметом рассмотрения на предмет действительности в деле о банкротстве должника: 1) сделки, совершенные самим должником, из чего однозначно следует, что последний должен являться их непосредственным участником; 2) сделки, совершенные другими лицами, но за счет должника, что подразумевает, что предметом такой сделки является некий актив должника, имеющий ценность с точки зрения возможности включения его в конкурсную массу должника.

Как следует из материалов дела, 24 января 2020 года между ООО «Экокабель»  (новый кредитор) и ООО «Металл Компани» (первоначальный кредитор) заключен   договор об уступке права требования (цессии) №МК/Д/01-2020.

При квалификации спорной сделки суд исходил из того, что должник – ООО «ДЕОДАР», стороной оспариваемого договора не является, спорный договор уступки заключен иными лицами (самостоятельными субъектами) – ООО «Металл Компани» (первоначальный кредитор) и ООО «Экокабель» (новый кредитор), при этом предметом указанной сделки являлся актив ООО «Металл Компани» - право требования к должнику, которое активом для последнего (должника) не является, и в результате ее совершения должник не приобрел дополнительно какие-либо обязанностей, объем (размер и состав) обязательств должника, равно как и его имущества (конкурсной массы), не изменились; единственным правовым последствием совершения данной сделки для должника является необходимость исполнения соответствующего обязательства новому кредитору, что свидетельствует об отсутствии причинения вреда кредиторам должника.

С учетом изложенного суд пришел к выводу о том, что договор  об уступке права требования (цессии) от 24 января 2020 года №МК/Д/01-2020 не может быть квалифицирован, ни как сделка должника, ни как сделка, совершенная за счет должника, вследствие чего обозначенная сделка не может быть оспорена в деле о банкротстве должника в связи с чем, в указанной части суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ДЕОДАР»  ФИО2.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В абзаце 4 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 63) указано, что в случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно разъяснению в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления). 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления). 

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 10 марта 2021  года. 

Таким образом, часть платежей по  перечислению  денежных  средств  по  оплате  по  договору  об уступке  права   требования  (цессии) от 24 января 2020 года №МК/Д/01-2020, совершенные в период с 13 февраля 2020 года по 10 марта 2020 подлежат оспариванию по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, перечисление  от  20 апреля 2020 года  - подлежит оспариванию по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи  61.2 Закона   о банкротстве необходимо доказать наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов путем совершения оспариваемой сделки

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 6 постановления Пленума от 23 декабря 2010 № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Конкурсный управляющий должника указал, что со второго квартала 2017 года должник обладал признаками неплатежеспособности.

Решением Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от  05 июля 2022 года №3674 ООО «ДЕОДАР» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В ходе налоговой проверки установлен факт неуплаты налога на прибыль за период с 2017 года по 2019 год в общем размере 33 611 677  руб., НДС  за период  с  2017 года по 2019 год в общем размере 33 441 423  руб. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

Налоговым органом проводилась проверка за период  с 01 января  2017 года по  31 декабря  2019 года,  по  результатам которой установлен  факт не уплаты налогов, соответственно, отсутствие сведений о принятом решении по  результатам налоговой проверки у руководителя должника, не означает, что такая задолженность отсутствует до момента вынесения налоговым органом решения по результатам налоговой проверки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует учитывать, в том числе, незадекларированные обязательства должника (Определение Верховного суда Российской Федерации от 22 декабря 2016 года № 308-ЭС16-11018). Обязанность по уплате налога возникает у налогоплательщика в момент, когда сформирована налоговая база применительно к налоговому (отчетному) периоду исходя из совокупности финансово-хозяйственных операций или иных фактов, имеющих значение для налогообложения. 

Следовательно, к моменту совершения первого перечисления денежных  средств – 13 февраля  2020 года у ООО «ДЕОДАР»  имелись неисполненные обязательства перед бюджетом, срок исполнения которых наступил.

Кроме того, суд первой инстанции указал на следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19 мая 2021 года включены требования кредитора - ФИО3 в реестр требований кредиторов должника – ООО «ДЕОДАР» в общем размере 20 754 152 руб. 70 коп., в том числе 20 427 000 руб. основной долг по договору поставки от 28 января 2019 года No280119/РМК, 234 760 руб. проценты, 42 392 руб. 70 коп. расходы по оплате государственной пошлины, 50 000 руб. расходы по оплате услуг представителя, для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим  исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по договору поставки от   28 января 2019 года No280119/РМК, по которому поставка осуществлена 14 июня 2019 года на сумму 1 890 583 руб. 66 коп., 15 июня 2019 года на сумму 10070550 руб., 28 июня 2019 года №184 на сумму 9 465 866 руб. 34 коп.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26 июля 2021 года признаны обоснованными и включены требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» в реестр требований кредиторов должника – ООО «ДЕОДАР» в общем размере 26 409 594 руб. 03 коп., в том числе 25 849 594 руб. 03 коп. основной долг, 500 000 руб. неустойка, 60 000 руб. государственная пошлина, для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи  с выходом на просрочку по  аккредитивам 2671S1905407В, 2900S1905407B - 18 июня 2019 года, по аккредитиву 2898SI905407В- 14 июня 2019 года. Аккредитивы представлены  по  заявлениям ООО «ДЕОДАР»: №2 от 18 апреля 2019 года на сумму 6 000 000 руб., № 5 от 11 апреля 2019 года на сумму 14 000 000 руб., № 6 от 18 апреля 2019 года на сумму 10 000 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 03  сентября  2021  года признаны обоснованными и включены требования общества с ограниченной ответственностью «Уральские комплексные технологии-99» в реестр требований кредиторов должника – ООО  «ДЕОДАР»  в общем размере 46 991 433 руб. 62 коп., для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по договору поставки от 01 ноября  2017  года  № КАТ-01122017/ДЕОДАР по оплате поставленного товара за период с 29 ноября 2017 года  по 26 апреля 2019 года.

Определением  Арбитражного  суда Самарской области от  04 октября  2021  года  признать обоснованными и включены требования кредитора - закрытого акционерного общества «Полимет» в реестр требований кредиторов должника - ООО «ДЕОДАР» в общем размере 213 296 154 руб. 26 коп. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по  договору поставки от 04 февраля 2014 года № 01/02-14К со  сроком поставки до 31 марта 2018 года и до 30 июня 2018 года.

Определением Арбитражного  суда Самарской области от 15 ноября  2021 года признаны обоснованными и включены требования общества с ограниченной ответственностью «Торговая промышленная компания Кабельмаш» в реестр требований кредиторов должника – ООО  «ДЕОДАР» в общем размере 37 881 539 руб. 61 коп., в том числе 30 198 000 руб. основной долг, 3 500 383 руб. 56 коп. проценты за пользование суммой займа, 4 183 156 руб. 05 коп. неустойка, для удовлетворения в третью очередь.  Указанная задолженность образовалась  в связи  с ненадлежащим  исполнением  обязательств ООО «ДЕОДАР»  по договору займа от 14 февраля 2018 года со сроком возврата займа не позднее 31 декабря 2018 года, а также  из  договора  поставки от 02 октября 2018 года №03/10-18К, по  которому сроки поставки до 17 октября 2018  года  и до 16 января  2019 года.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года № 305-ЭС17-11710 (3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки. 

Из бухгалтерского баланса ООО «ДЕОДАР» на  31 декабря  2020 года следует, что  денежные средства составили 761 000 руб., запасы – 102 118 000 руб., дебиторская задолженность - 257 505 000 руб., кредиторская задолженность – 364 007 000 руб. 

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 12 февраля 2018 года №305-ЭС17-11710, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у должника денежных средств и иного имущества в достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами размере, не имеется. Доводы конкурсного управляющего о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент заключения сделки ответчиком в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  документально не опровергнуты.

Таким образом, из материалов дела следует, что на 13 февраля 2020 года (дата первого перечисления  денежных  средств) должник отвечал как признакам неплатежеспособности, так и признакам недостаточности имущества.

Более того, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определения от 01 октября 2020 года № 305-ЭС19-20861 (4) по делу № А40-158539/2016, от 30 мая 2019 года № 305-ЭС19-924 (1,2) по делу № А41-97272/2015).

Суд первой инстанции признал несостоятельными доводы ФИО5 о том,  что существенное значение для установлении признаков неплатежеспособности имеет постановление о прекращении уголовного дела от  19 июня 2023 года, согласно которому выводы налогового органа о фиктивности  финансово-хозяйственных  взаимоотношений  между ООО «ДЕОДАР»  и ООО «Тхстатртком» не подтверждены.

По правилам части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия, и совершены ли они определенным лицом.

Другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, если арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда.

В настоящее время решение Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от  05 июля 2022 года №3674 ООО «ДЕОДАР» о привлечении к ответственности за совершение   налогового правонарушения вступило  в силу. На основании указанного  решения, требования уполномоченного  органа признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» в общем размере 91 420 224 руб. 87 коп. для удовлетворения в третью очередь (определение Арбитражного  суда Самарской области от 03 октября 2022 года).

Таким образом, в настоящее время задолженность перед  уполномоченным  органам подтверждена вступившим  в законную  силу судебным  актом.

Суд  первой инстанции указал, что само по себе постановление о прекращении уголовного  дела от 19 июня  2023  года не подтверждает отсутствие признаков  неплатежеспособности и недостаточности имущества должника в период осуществления должником перечислений денежных средств  с февраля по апрель 2020 года, с учетом наличия в указанный период задолженности перед иными кредиторами в существенном размере. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума от 23 декабря 2010 года №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, что должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Иными словами, суду, по существу, следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника. 

Конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО2 указывал , что должник и ООО «Экокабель» являются аффилированными лицами, поскольку участником ООО «Экокабель» являлся с 24 сентября 2018 года ФИО5 с долей 33,33 %, с 01 октября 2019 года ФИО5 являлся директором ООО «Экокабель». При этом ФИО5 являлся директором и единственным  участником ООО «ДЕОДАР».

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: 

- лицо, которое в соответствии с Законом о защите конкуренции входит в одну группу лиц с должником; 

- лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункты 2, 3 статьи 19 Закона о банкротстве). 

Понятие аффилированного лица дано в статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках". Аффилированными признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. 

Отношения аффилированности могут возникнуть применительно к двум категориям субъектов: аффилированные лица юридического лица и аффилированные лица физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность. 

При этом аффилированными лицами юридического лица являются: 

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; 

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; 

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; 

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; 

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы. 

Кроме того, согласно действующей правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 года № 308-ЭС16-1475 доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; но также не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. О наличии подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. Указанные правовые позиции изложены в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 марта 2019 года № 305-ЭС18-17629 (2) по делу № А40-122605/2017. 

Поведение лиц в хозяйственном обороте в виде заключения между собой сделок и их исполнения на условиях «недоступных обычным (независимым) участникам рынка» может указывать на фактическую аффилированность. (Определение Верховного Суда РФ от 26 мая 2017 года № 306-ЭС16-20056 (6)). 

Согласно судебной практики Верховного Суда РФ, фактическая аффилированность выражается в: 

1) наличие у таких юридических лиц в числе контрагентов одних и тех же лиц, 

2) пересечение основных видов деятельности юридических лиц, 

3) постановка контрагента в преимущественное положение перед другими контрагентами и длительные экономические отношения, 

4) отгрузка принадлежащей одному лицу продукции со складов контрагента, 

5) выступление данных юридических лиц взаимными кредиторами и дебиторами друг друга, 

6) подача заявления о банкротстве обеих компаний по упрощенной процедуре в один день и др. (Определение Верховного Суда РФ от 28 декабря 2015 года № 308-ЭС15-1607 по делу № А63-4164/2014, Определение Верховного Суда РФ от 15 июня 2016 года № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, Определение Верховного Суда РФ от 28 мая 2018 года №301-ЭС17-22652 (3) по делу № А43-10686/2016). 

По смыслу позиции высших судебных инстанций отношения, обусловливающие наличие определенных экономических и производственных мотивов, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими. Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве ООО «Экокабель» является заинтересованным лицом по отношению к должнику, следовательно, ему не могло не быть известно о наличии финансовых затруднений должника и о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемыми сделками. Презумпция осведомленности ответчиком документально не опровергнута.

Являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (пункт  86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом аффилированное лицо не имеет каких-либо препятствий для представления полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированное лицо не представляет такого рода доказательства, то считается, что оно отказалось от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).

На аффилированное с должником лицо возлагается повышенное бремя доказывания. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделки, опровергнуть любые разумные сомнения относительно мнимости договора, заключенного с должником (пункт 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из материалов дела, ООО «ДЕОДАР» перечислило ООО «Экокабель» по договору уступки права  требования от  24 января 2020 года №МК/Д-01-2020

- 13 февраля 2020 года в размере  3 381 500 руб.

- 14 февраля 2020 года в размере  120 000 руб.

- 17 февраля 2020 года в размере  4 155 000 руб.,

- 20 апреля 2020 года в размере 1 350 000 руб. 

Действующим законодательством не запрещено заключение гражданско-правовых договоров между аффилированными лицами.

Вместе с тем, в связи с установлением аффилированности сторон, обязанность по доказыванию реальности хозяйственных операций между такими сторонами возлагается не на лицо, оспаривающего сделку, а на сторону сделки. Соответственно, ООО  «Экокабель» должно предоставить достаточные доказательства существования фактических отношений, в счет которых ООО «ДЕОДАР» перечислило  денежные  средства на общую сумму 9 006 500 руб. 

В подтверждении правомерности перечислении денежных  средств в общем размере 9 006 500 руб., ООО «Экокабель» представило договор уступки права требования  (цессии) от 24 января 2020 года №МК/Д-01-2020.

Как следует из материалов дела, 24 января 2020 года между ООО «Экокабель» (новый кредитор) и ООО «Металл Компани» (первоначальный кредитор) заключен договор  об уступке права требования (цессии) №МК/Д/01-2020.

В соответствии с пунктом 1 заключенного договора первоначальный  кредитор   уступает новому кредитору право требование (по  получению денежного долга в размере 16 233 536 руб. в отношении ООО «ДЕОДАР». Право первоначального кредитора  требовать от должника погашения долга в сумме 16 233 536 руб., которое   первоначальный кредитор уступает новому кредитору по настоящему договору   предусмотрено договором от  13 мая  2015 года № 20-ПМП-15.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с частью 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Из смысла указанной нормы следует, что при заключении между сторонами договора уступки права (требования) основополагающее значение приобретают факт действительности передаваемого требования и его существование (права) к моменту заключения договора.

Пунктом 2 статье 385 Гражданского  кодекса Российской Федерации  определено, что кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

Однако документы, свидетельствующие о реальном исполнении договора 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15, на котором основан договор цессии, в материалах дела отсутствуют, и суду не представлены. 

Сведений о предоставлении встречного исполнения посредством исполнения обязательств по договору 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15 на сумму  16 233 536 руб. не представлено. 

В материалы дела представлены оригиналы следующих документов: договора поставки от 13 мая 2015 года №20-ПМП-15, заключенный между ООО «Металл Компании» и ООО «ДЕОДАР», дополнительное соглашение  от 31 декабря 2015 года №1, дополнительное  соглашение от 12 апреля 2019 года №2, спецификация  от 26 октября 2018 года №4/18, спецификация от 07 марта 2019 года №1/19, акт сверки  взаимных расчетов  на 31 декабря 2019 года.

Вместе с тем, в соответствии с Федеральным законом от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», акт сверки взаимных расчетов не является документом первичного учета, не относится к документам бухгалтерской отчетности и не подтверждает факт задолженности по договору строительного подряда.

В силу статьи 9 данного закона первичный учетный документ в обязательном порядке должен содержать соответствующие реквизиты и должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни или непосредственно после его окончания.

Акт сверки взаимных расчетов сам по себе, в отсутствие первичных учетных документов не может подтверждать наличие должника денежного обязательства.

В материалах дела отсутствуют первичные документы,  подтверждающие  факт поставки товара ООО «Металл Компании» в адрес ООО «ДЕОДАР»  по договору от 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15.

Согласно  пункту 4  договора уступки  права требования  (цессии) от  24 января  2020 года №МК/Д/01-2020, первоначальный кредитор в трехдневный срок со дня  подписания настоящего договора передает новому кредитору все   правоустанавливающие документы, связанные с уступкой   права  (требования)   по  настоящему  договору, а также обеспечивает нового кредитора полной  и своевременной   информацией, имеющей значение для осуществления   права  (требования).

Соответственно, предполагается,  что при заключении  договора от 24 января 2020 года №МК/Д/01-2020 ООО «Металл Компания» передало все первичные документы ООО  «Экокабель».

Согласно пункту 3 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право (требование), и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Следовательно, в силу закона, при заключении договора цессии, цедент обязан передать не копии, а подлинники документов (в том числе, с учетом возможного обращения в суд о взыскании долга), поскольку первоначальный кредитор выбывает из обязательства в отношении требований, подтвержденных такими документами. 

Таким образом, доказательства, опровергающие сомнения конкурсного кредитора относительно реальности отношений по поставке должны быть представлены ООО «Экокабель», получившим право требования к ООО «ДЕОДАР» на основании договора от  24 января  2020 года №МК/Д/01-2020.

ООО «Экокабель» не составляло труда подтвердить реальный характер существующих у ООО «ДЕОДАР»  перед ООО «Металл  Компани»  обязательств по договору 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15 на сумму  16 233 536 руб.  

Несмотря на неоднократное отложение судебного разбирательства по  заявлению  конкурсного  управляющего об  оспаривании сделок  должника (с учетом того, что  выделения в отдельное производство настоящего заявления, спор  рассматривался с 03 ноября 2022 года), ООО «Экокабель» предложение суда проигнорировано и не представлены доказательства, подтверждающие наличие обязательств у ООО  «ДЕОДАР» по договору 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15 на сумму  16 233 536 руб.  

Представитель ООО «Экокабель» в судебном заседании 30 августа 2023 года на вопрос суда пояснил, что иных первичных документов, подтверждающих поставку товаров от  ООО «Металл Компани»  по договору 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15 на сумму  16 233 536 руб.  не имеется.

Каких-либо доказательств того, что  ООО «Металл Компании» уклонялось от передачи первичных документов,  подтверждающих  поставку товара, ООО «Экокабель» в материалы дела не представлено.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Верховным Судом Российской Федерации в делах о банкротстве при оспаривании сделок заключенных между аффилированными и заинтересованными лицами, применяется повышенный стандарт доказывания и бремя доказывания различных опровержений и презумпций возлагается на аффилированных лиц. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ООО «Экокабель» не должно было составить труда раскрыть разумные экономические мотивы совершения оспариваемых платежей, документально обосновать основания получения от должника денежных средств, а также реальность сложившихся правоотношений. 

Вместе с тем, доказательств, подтверждающих экономическую целесообразность вступления в правоотношения с должником и обосновывающих совершение в его пользу оспариваемых платежей (в условиях непогашенной, существенной по своему размеру кредиторской задолженности перед кредиторами), ООО «Экокабель» не представлено, в материалах дела они отсутствуют. 

При этом суд указал, что  согласно  пункту 1  договора от  24 января  2020 года №МК/Д/01-2020 ООО «Экоркабель» уступлено право требование с ООО «ДЕОДАР» задолженности в размере  16 233 536 руб.

ООО «ДЕОДАР»  перечислило  ООО «Экокабель» 9 006 500 руб.

В свою очередь ООО «Экокабель» не предъявляло  требований  о  взыскании задолженности с  ООО «ДЕОДАР» на  недоплаченную сумму по договору об уступки права  требования (цессии) от  24 января 2020 года.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что в данном случае имеются признаки совершения сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, так как с учетом отсутствия первичной документации, подтверждающей возникновение задолженности по договору по договору 13 мая  2015 года № 20-ПМП-15 на сумму  16 233 536 руб., у должника отсутствовала обязанность перечисления заинтересованному лицу ООО «Экокабель» денежных средств в погашение несуществующего долга. Данная сделка заключена с намерением вывести активы со счета должника без равноценного встречного исполнения.

В связи с чем, суд пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки – перечисление денежных  средств в общем размере 9 006 500 руб.-  недействительной  по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. 

В рассматриваемом случае суд применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО  «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» денежных средств в общем размере  9 006 500 руб. исходя из отсутствия доказательств встречного предоставления.

Кроме того, конкурсный управляющий должника просил взыскать с ООО «Тюменская лесохимическая корпорация» в пользу ООО «ДЕОДАР» проценты, предусмотренные пунктом 29.1 в размере 1 352 702 руб. 28 коп. за период  с 11 января 2021 года по 31 июля 2023 года.

Пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Положения пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагают возможность начисления процентов за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

При этом подразумевается, прежде всего, осведомленность о соответствующем факте, но не о конкретном и точном размере обозначенных средств.

Следовательно, основанием начисления процентов, в силу статей 395, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации является факт пользования чужими денежными средствами и осведомленность приобретателя о неосновательности своего обогащения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Установленные в рамках настоящего обособленного спора обстоятельства свидетельствуют об осведомленности заинтересованного лица о неосновательности получения денежных средств на дату их зачисления на расчетный счет.

Судом первой инстанции проверен расчет процентов конкурсного управляющего должника и  признан обоснованным в связи с чем, взыскал с ООО «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» проценты в размере 1 352 702 руб. 28 коп. 

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.

В свой апелляционной жалобе заявитель указывает, что судом первой инстанции не учтено содержание Постановления от 19.06.2023 о прекращении уголовного дела №12302360026000009, возбужденного на основании решения налогового органа от 05.07.2022 № 3674, которым, по мнению заявителя, подтверждается отсутствие признаков неплатежеспособности у должника в момент перечисления спорных денежных средств ответчику; финансовый управляющий злоупотребляет своим правом, поскольку не оспаривал/не оспаривает решение уполномоченного органа, не пересматривает требование уполномоченного органа от 31.07.2022 о включении в реестр требований кредиторов должника.

Оценив в порядке ст. 71 АПК РФ доводы заявителя апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что данные доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Доводы заявителя о том, что финансовый управляющий злоупотребляет своим правом, поскольку не оспаривал/не оспаривает решение уполномоченного органа, не пересматривает требование уполномоченного органа от 31.07.2022 о включении в реестр требований кредиторов должника, в рассматриваемом случае не имеют правового значения, при этом могут служить основанием для подачи самостоятельной жалобы на бездействие (действия) конкурсного управляющего в порядке ст. 60 Закона о банкротстве.

При этом судебная коллегия отмечает, что заявитель при наличии к тому безусловных оснований и подтверждающих их документальных доказательств, не лишен права обратиться в арбитражный суд первой инстанции с заявлением о пересмотре обжалуемого судебно акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в порядке ст. 311 АПК РФ.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя и подлежат взысканию в доход федерального бюджета РФ в связи с предоставленной отсрочкой.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 05 сентября 2023 года по делу № А55-6032/2021 - в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Взыскать с ООО "Экокабель" в доход федерального бюджета 3 000 руб. 00 коп. государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийА.В. Машьянова 

Судьи           Л.Р. Гадеева

                                                    Я.А. Львов