ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, 

<

...> E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-5236/2022

г. Вологда

18 сентября 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 года. В полном объеме постановление изготовлено 18 сентября 2025 года.  

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Кузнецова К.А. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Саакян Ю.В.,  

при участии от апеллянта ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 04.09.2025 № 60 АА 116 4225, от апеллянта общества с ограниченной ответственностью «ТехИнСнаб» представителя ФИО3 по доверенности от 31.08.2022, должника ФИО4 лично, от кредитора индивидуального предпринимателя ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 19.02.2024 № 77 АД 5350467,  

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ТехИнСнаб» и ФИО1 на определение Арбитражного суда Псковской области от 24 июня 2025 года по делу  

 № А52-5236/2022, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области (далее – суд) от 28.10.2022 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (дата рождения: 23.08.1961, место рождения: г. Сочи Краснодарского края, место жительства: 182115, 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>; далее – должник) на основании заявления должника.  

Решением суда от 13.01.2023 (резолютивная часть от 10.01.2023) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7.  

Определением суда от 08.07.2025 (резолютивная часть от 24.06.2025) ФИО7 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО4, финансовым управляющим должника утвержден ФИО8.  

Конкурсный кредитор должника общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ТехИнСнаб» (далее – Компания) 18.03.2024 обратилось в суд с заявлением о признании недействительными договоров, заключенных должником ФИО4 и ФИО1, а именно:  

- договора от 17.03.2022 об обмене жилого помещения (квартиры) на транспортное средство (автомобиль) и земельный участок с расположенным на нем жилым домом;  

- договора купли-продажи земельного участка от 05.07.2021, 

а также о применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества:  

- земельного участка площадью 875 +/- 10 кв. м, кадастровый номер 60:09:0033501:78, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенного по адресу: Псковская обл., Невельский район, СП «Ивановская волость», д. Гололобы (далее – Земельный участок 1);  

- здания (жилого дома) площадью 15,1 кв. м, кадастровый номер 60:09:0033501:80, расположенного по адресу: Псковская обл., Невельский район, СП «Ивановская волость», 

<

...> (далее – Жилой дом);  

- легкового автомобиля LAND ROVER RANGE ROVER SPORT, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>, изготовитель Ягуар Ленд Ровер Лимитед (Соединенное Королевство), заводской номер (VIN) 

<

***>, кузов № 

<

***> (далее – Автомобиль);  

- земельного участка площадью 1171 +/- 24 кв. м, кадастровый номер 60:09:0033101:16, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для ведения индивидуального садоводства, в границах участка расположен ориентир с почтовым адресом: Псковская обл., Невельский район, Голубоозерская волость, д. Опухлики, ур. Клевцы (далее – Земельный  

участок 2). 

Обособленный спор рассмотрен с привлечением в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО9.  

Также к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена прокуратура Псковской области.  

Определением суда от 24.06.2025 заявление Компании удовлетворено частично: договор купли-продажи земельного участка от 05.07.2021 признан недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 400 000 руб. и восстановления права требования ФИО1 к ФИО4 на сумму 400 000 руб.;  

с ФИО1 в пользу Компании взыскано 35 000 руб. судебных расходов по оплате экспертизы и 9 000 руб. государственной пошлины. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.  

ФИО1 с таким судебным актом в удовлетворенной части требований Компании не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить и принять новый об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Ссылается на отсутствие совокупности оснований для признания сделки недействительной, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002  

 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). По мнению апеллянта, с учетом установленных судом фактов получения должником от ответчика денежных средств в сумме 400 000 руб. за Земельный участок 2 и соответствия цены продажи рыночной, основания для вывода о причинении вреда кредиторам ФИО4 у суда отсутствовали.  

Компания с определением суда от 24.06.2025 в части отказа в удовлетворении ее требований о признании недействительным договора об обмене от 17.03.2022 также не согласилась и обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой, просила принять новый судебный акт о полном удовлетворении требований. Апеллянт считает, что в результате заключения договора обмена от 17.03.2022 искусственно создана ситуация секвестирования потенциальной конкурсной массы, поскольку из собственности должника выбыло ликвидное имущество, на которое можно было обращать взыскание, а поступило имущество, обладающее исполнительским иммунитетом. Полагает, что спорный договор надлежало оценивать в совокупности с иными сделками по отчуждению должником имущества накануне своего банкротства с позиции направленности на причинение вреда кредиторам. По мнению апеллянта, суд первой инстанции оставил без внимания доводы о мнимости договора об обмене от 17.03.2022. Также оспаривает вывод суда о наличии у ФИО1 доходов, достаточных для накопления суммы 400 000 руб. в целях расчетов по договору купли-продажи от 05.07.2021, и о необходимости восстановления права требования ФИО1 к ФИО4 на сумму 400 000 руб.  

Доводы жалоб поддержаны апеллянтами в судебном заседании апелляционной инстанции.  

ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы Компании.  

Должник ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения жалобы Компании, поддержал позицию ФИО1 по доводам, изложенным в отзывах.  

Конкурсный кредитор индивидуальный предприниматель ФИО5 поддержала апелляционную жалобу Компании и возражала против удовлетворения жалобы ФИО1  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не  

направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».  

Заслушав лиц, участвующих в споре, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266– 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Закон о банкротстве также не устанавливает возможность удовлетворения требований о признании сделки недействительной без обоснования соответствующими доказательствами.  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Требования Компании к должнику установлены в реестре требований кредиторов должника в размере 55 165 267 руб. 97 коп. (определение суда от 10.02.2023), что составляет 12,48 % от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, требования которых включены в реестр требований кредиторов.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) разъяснено,  

что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Пунктом 8 постановления № 63 установлено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 постановления № 63).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  

кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В пункте 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 17.03.2022 ответчиком и должником заключен договор об обмене принадлежащего ФИО1 (пасынку должника) жилого помещения (двухкомнатной квартиры площадью 47,3 кв. м, кадастровый номер 60:25:0040603:240, расположенной по адресу: 

<

...>; далее – Квартира) на Автомобиль и Земельный участок 1 с расположенным на нем Жилым домом, принадлежащие ФИО4  

В пункте 1.7 договора стороны оценили Квартиру в 2 800 000 руб., Автомобиль – 2 200 000 руб., Земельный участок 1 с расположенным на нем Жилым домом – 600 000 руб.  

Также 05.07.2021 ФИО4 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи Земельного участка 2 по цене 400 000 руб.  

Поскольку дело о банкротстве должника возбуждено 28.10.2022, договор об обмене от 17.03.2022 подлежит проверке по основаниям, предусмотренным как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а договор купли-продажи от 05.07.2021 – пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции при оценке приведенных Компанией доводов пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае при оценке договора об обмене от 17.03.2022 значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления по сделке со стороны ФИО1, то есть о соответствии согласованной договором цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения.  

Делая вывод о равноценности встречного исполнения и об отсутствии причиненного вреда кредиторам условиями договора об обмене от 17.03.2022, суд принял во внимание результаты судебной оценочной экспертизы и дополнительной судебной оценочной экспертизы, согласно которым по состоянию на 17.03.2022 стоимость Квартиры составила 3 342 000 руб., Автомобиля – 2 999 000 руб., Земельного участка 1 – 390 000 руб., Жилого дома – 180 000 руб. и отметил, что из конкурсной массы ФИО4 выбыло имущество согласованной сторонами стоимостью в размере 2 800 000 руб. (рыночной стоимостью 3 569 000 руб.), а поступило в конкурсную массу имущество согласованной стоимостью 2 800 000 руб. (рыночной стоимостью 3 342 000 руб.).  

В данном случае недостатков в экспертных заключениях, сомнений в правильности и объективности содержащихся в них выводах, которые могли бы послужить основанием для назначения повторной экспертизы судом не установлено.  

В части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.  

Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2)).  

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.  

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора об обмене от 17.03.2022 недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является правильным.  

Доводы заявителя о наличии в спорных договорах об обмене от 17.03.2022 и купли-продажи от 05.07.2021 признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, также отклоняются апелляционной коллегией.  

Компанией не доказано, что спорные сделки совершены на заведомо и значительно невыгодных для ФИО4 условиях с причинением существенного вреда кредиторам должника.  

Как указано ранее, должник по договору об обмене от 17.03.2022 получил равноценное встречное предоставление со стороны ФИО1, что свидетельствует об отсутствии причиненного вреда кредиторам.  

Доводы Компании о направленности действий должника и ответчика на искусственное создание в результате договора об обмене от 17.03.2022 ситуации, при которой принадлежащее должнику ликвидное имущество, за счет реализации которого возможно было погашение требований кредиторов должника, было заменено на имущество, обладающее исполнительским иммунитетом, были предметом исследования суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку.  

Судом верно отмечено, что выводы Компании о наличии у Квартиры статуса исполнительского иммунитета являются преждевременными, поскольку в настоящее время в деле о банкротстве ФИО4 рассматриваются различные обособленные споры, в том числе в отношении иных жилых помещений, отчужденных должником, по итогам рассмотрения которых в конкурсную массу возможно дополнительное поступление объектов недвижимого имущества. При этом вопрос о том, какое жилое помещение является единственным пригодным для проживания должника и подлежащим исключению из конкурсной массы, может быть решен в отдельном обособленном споре после формирования конкурсной массы, в том числе с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 26.04.2021 № 15-П.  

Доводы апеллянта о необходимости оценки в рассматриваемом обособленном споре в совокупности иных сделок по отчуждению должником своего имущества отклоняются судебной коллегией, поскольку заявителем не доказана взаимосвязь таких сделок, их однородный или связанный субъектный состав, наличие в сделках общего умысла, направленного на единовременный вывод имущества с целью не производить расчеты с кредиторами.  

Согласно заключениям судебных экспертиз цена продажи Земельного участка 2, согласованная сторонами в спорном договоре купли-продажи от 05.07.2021 (400 000 руб.), также соответствовала рыночной (376 000 руб.).  

Соответствие установленной в спорном договоре цены продажи Земельного участка 2 рыночным показателям также согласуется с ценой дальнейшей его продажи ответчиком независимому покупателю  

ФИО9 по договору купли-продажи от 12.03.2024 – 400 000 руб.  

Должник и ФИО1 указали на то, что деньги за имущество были переданы покупателем продавцу до подписания договора купли-продажи.  

Действительно, в договоре купли-продажи от 05.07.2021 указано на то, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора (пункт 3).  

В соответствии со статьей 408 ГК РФ при расчетах между физическими лицами исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения полностью или в соответствующей части.  

Таким образом, в соответствии с указанными положениями ГК РФ в случае расчетов между физическими лицами договор купли-продажи, содержащий информацию о факте уплаты покупателем денежных средств по такому договору, может быть применен в качестве платежного документа, подтверждающего фактически произведенные покупателем расходы.  

Буквальное толкование условий договора от 05.07.2021 в соответствии со статьей 431 ГК РФ приводит к тому, что в тексте договора фактически содержится расписка в получении должником от ФИО1 денежных средств в сумме 400 000 руб.  

Согласно сложившейся судебной практике, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником.  

Указанная правовая позиция также применяется при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок должника.  

 Судом было предложено представить доказательства, подтверждающие наличие финансовой возможности ФИО1 на приобретение спорного Земельного участка 2.  

В подтверждение приведенных обстоятельств представлены относимые, допустимые и достаточные доказательства, свидетельствующие об осуществлении ФИО1 трудовой деятельности, получении им дополнительного дохода по договору подряда и денежных средств по безвозмездным сделкам от ФИО4, ФИО10 и ФИО11 (том 32, листы 29 – 31, 101 – 120).  

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии причиненного вреда кредиторам условиями договора купли-продажи от 05.07.2021.  

Доводы о мнимости спорных сделок судом апелляционной инстанции также отклоняются.  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Однако в указанных случаях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.  

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  

статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10, 168 и 170 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10, 168 и 170 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет обходить правила и сроки, предусмотренные для оспаривания подозрительных сделок, что недопустимо.  

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10, 168 и 179 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов.  

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.  

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.  

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.  

Доводы, на которые ссылалась Компания, указывая на мнимость договоров, не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае не доказано, что приобретение ФИО1 имущества не имело разумной экономической цели, но было направлено исключительно на номинальную смену титульного собственника имущества и вывод имущества должника во избежание обращения на него взыскания по обязательствам кредиторов в деле о банкротстве.  

Такие доводы являются предположительными и документально неподтвержденными.  

Ответчик зарегистрировал на свое имя полученное и приобретенное имущество, открыто им владел, нес бремя его содержания, заключил договор обязательного страхования Автомобиля, производил его ремонт.  

Должником и ответчиком представлены убедительные пояснения о наличии конкретных экономических целей в их действиях и причинах принятия решения об избранной модели поведения в виде заключения спорных договоров, которая не может быть признана нетипичной и нелогичной, экономически несостоятельной для разумного участника аналогичных правоотношений.  

При таких условиях оснований для признания оспариваемых сделок недействительными у суда не имелось.  

В удовлетворении заявления Компании надлежало отказать в полном объеме.  

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит отмене в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи земельного участка от 05.07.2021 и применении последствий его недействительности.  

Так как в удовлетворении заявленных требований отказано, а апелляционная жалоба ФИО1 признана обоснованной, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции относятся на Компанию в силу статьи 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Псковской области от 24 июня 

2025 года по делу № А52-5236/2022 отменить в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи земельного участка от 05.07.2021, заключенного ФИО4 и ФИО1, применения последствий недействительности сделки, взыскания с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТехИнСнаб» расходов на проведение судебной экспертизы и оплату государственной пошлины.  

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «ТехИнСнаб» о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 05.07.2021 отказать.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТехИнСнаб» в пользу ФИО1 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.  

Председательствующий Т.Г. Корюкаева 

Судьи К.А. Кузнецов  

О.Г. Писарева