СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск Дело № А45-8672/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.12.2023.  Постановление в полном объеме изготовлено 14.12.2023.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Аюшева Д.Н., судей: Ходыревой Л.Е.,  ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ( № 07АП-8028/2023(1,2)  федерального казенного учреждения «Сибирское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации»,  общества с ограниченной ответственностью «Тайм» на решение от 19.08.2023  Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-8672/2023 (судья Ершова  Л.А.)  

по иску федерального казенного учреждения «Сибирское окружное управление  материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской  Федерации» (630099, 

<

...>,  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к обществу с ограниченной ответственностью «Тайм» (199106, 

<

...>, помещ. 202, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

о взыскании денежных средств, при участии в судебном заседании: от истца: без участия, от ответчика: без участия, 

УСТАНОВИЛ:

федеральное казенное учреждение «Сибирское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (далее –  

учреждение) обратилось к обществу с ограниченной ответственностью «Тайм» (далее –  общество) с иском о взыскании 91 829 руб. 57 коп. штрафа, 2371 руб. 64 коп. пени за  период с 02.04.2022 по 17.06.2022 по государственному контракту на закупку и поставку  товаров от 25.12.2021.  

Решением от 19.08.2023 Арбитражного суда Новосибирской области исковые  требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскано 91 829 руб. 57  коп. штрафа. В удовлетворении остальной части иска отказано.  

Не согласившись решением, учреждение в апелляционной жалобе просит его  отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.  Доводы заявителя жалобы сводятся к следующему: судом не учтено, что, несмотря на  истечение срока действия контракта (31.05.2022) по товарной накладной 08.06.2022  общество поставило товар на сумму 97 264 руб. 80 коп., но товар не был принят в связи с  несоответствием требованиям по качеству. Таким образом, контракт фактически  прекратил свое действие 17.06.2022 – в дату вступления в силу решения заказчика об  одностороннем отказе от исполнения контракта.  

С решением в части удовлетворения иска также не согласилось общество, которое  в апелляционной жалобе указывает на необоснованное неприменение судом положений  статьи 333 ГК РФ к начисленному учреждением штрафу.  

С учетом указаний суда от сторон поступили дополнительные письменные  пояснения по обстоятельствам спора, которое приобщены к материалам дела.  

В удовлетворении ходатайства истца об участии в судебном заседании посредством  сервиса «онлайн-заседание» протокольным определением отказано в связи с  незаблаговременностью подачи, и как, следствие, отсутствия технической возможности с  учетом графика судебных заседаний, в том числе, назначенных к рассмотрению с  использованием систем веб-конференции.  

Стороны явку представителей в судебное заседание арбитражного суда  апелляционной инстанции не обеспечили.  

Апелляционная жалоба в соответствии со статьей 156 АПК РФ рассмотрена в  отсутствие представителей указанных лиц.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, иных  письменных позиций сторон, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения,  суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Из материалов дела следует, что по результатам конкурентных процедур в  соответствии с положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной  системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и  муниципальных нужд» 25.12.2021 между учреждением (заказчик) и обществом  (поставщик) заключен государственный контракт на закупку и поставку товаров от  25.12.2021.  

Согласно пункту 1.3 контракта цена контракта составляет 918 295 руб. 74 коп. 

В соответствии с пунктом 5.1 контракта поставщик производит поставку товара с  10.01.2022 по 01.04.2022 включительно.  

Контракт исполнен обществом частично. 

Так, товар по позиции 2 спецификации на сумму 821 030 руб. 94 коп. поставлен и  принят заказчиком 28.03.2022, что подтверждается актом № 6/13.  

Товар по позиции 1 спецификации на сумму 97 264 руб. 80 коп. дважды 27.05.2022  и 16.06.2022 мотивированно не принят заказчиком как несоответствующий по качеству  условиям контракта, о чем составлены соответствующие акты.  

В связи с нарушением ответчиком срока поставки товара учреждение 30.05.2022  приняло решение об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта   № Сиб/ДПО-2406, которое вступило в силу 17.06.2022.  

За просрочку исполнения обязанности по поставке учреждение начислило  обществу 2371 руб. 64 коп. пени за период с 02.04.2022 по 17.06.2022, а за неисполнение  обязанности по поставке - 91 829 руб. 57 коп. штрафа в соответствии с пунктом 8.4  контракта в размере 10% от цены контракта.  

Претензией от 21.06.2022 учреждение потребовало общество оплатить  начисленные неустойки.  

Неисполнение ответчиком указанного требования послужило основанием для  обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.  

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из  наличия оснований для привлечения общества к ответственности в виде штрафа за  неисполнение обязательств по контракту, отсутствия оснований для взыскания пени за  просрочку исполнения обязательства.  

Вместе с тем при рассмотрении спора по существу судом первой инстанции не  учтено следующее.  

Положениями пункта 1 статьи 525 ГК РФ предусмотрено, что поставка товаров для  государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного  

или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или  муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки  товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530 ГК РФ).  

К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд  применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522), если иное не предусмотрено  правилами названного Кодекса. К отношениям по поставке товаров для государственных  или муниципальных нужд в части, не урегулированной настоящим параграфом,  применяются иные законы (пункт 2 статьи 525 ГК РФ).  

В соответствии со статьей 526 ГК РФ по государственному или муниципальному  контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик  (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному  заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный  заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.  

Согласно части 2 статьи 34 Закона о контрактной системе цена контракта является  твердой и определяется на весь срок исполнения контракта.  

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой  (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма,  которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения (статьи 329, 330  ГК РФ).  

На основании части 4 статьи 34 Закона о контрактной системе в контракт  включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика  (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств,  предусмотренных контрактом.  

По пункту 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или  договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее  обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет  ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным  вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных  условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение  обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для  исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.  

В силу части 9 статьи 34 Закона о контрактной системе сторона освобождается от  уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее  

исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие  непреодолимой силы или по вине другой стороны.  

Пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве, введенным в действие Федеральным  законом от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные  акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных  ситуаций», для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при  чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении  курса рубля и подобных обстоятельствах), Правительство Российской Федерации вправе  ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым  кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.  

В подпункте 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве указано, что на срок  действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают  последствия, предусмотренные абзацами пятым, седьмым - десятым пункта 1 статьи 63  данного Федерального закона.  

Не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за  неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных  платежей, за исключением текущих платежей (абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о  банкротстве).  

Постановлением № 497 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по  заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том  числе индивидуальных предпринимателей (пункт 1). Пунктом 2 указанного  Постановления № 497 установлен ограниченный перечень лиц, в отношении которых не  применяются положения пункта 1 настоящего постановления. Постановление № 497  вступило в силу со дня его официального опубликования (01.04.2022) и действует в  течение 6 месяцев (пункт 3).  

Как разъяснено в пункте 2 Постановления № 44 в соответствии с пунктом 1 статьи  9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом  Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория,  распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.  

Одним из последствий введения моратория является прекращение начисления  неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или  ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей  по требованиям, возникшим до введения моратория. В частности, это означает, что не  

подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о  взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия  моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить  возражения об освобождении от уплаты неустойки и в том случае, если в суд не  подавалось заявление о его банкротстве (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый  пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве, пункт 7 Постановления № 44).  

Так, в соответствии с пунктом 7 Постановления № 44 мораторий презюмируемо не  позволяет начислять финансовые санкции (например, начисленные по статьям 330, 395 ГК  РФ или статье 75 Налогового кодекса Российской Федерации) по требованиям,  возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта  1 статьи 63 Закона о банкротстве).  

Из изложенного следует вывод, что в соответствии с Постановлением № 497 в  период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) не начисляются финансовые  санкции за просрочку исполнения тех обязательств, которые возникли до 01.04.2022.  

Следует учитывать, что по смыслу пункта 2, абзаца первого пункта 5  Постановления № 44 лица, подпадающие под действие моратория, являются  презюмируемо пострадавшими от обстоятельств, явившихся причиной его введения.  Специального доказывания этих обстоятельств не требуется, причины образования  задолженности и ее связь с основанием введения моратория судами по общему правилу не  исследуются.  

Вместе с тем, как указано в абзаце втором пункта 7 Постановления № 44 данная  презумпция может быть опровергнута в судебном порядке представлением истцом  достаточных доказательств того, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в  действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его  введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются  проявлением заведомо недобросовестного поведения.  

Необходимо учитывать, что опровержение презумпции освобождения от  ответственности в силу моратория возможно лишь в исключительных случаях при  исчерпывающей доказанности соответствующих обстоятельств. По общему же правилу  действие моратория распространяется на всех подпадающих под него лиц, которые не  обязаны доказывать свое тяжелое материальное положение для освобождения от  ответственности за нарушение обязательств в период моратория.  

По смыслу абзаца 4 статьи 2 и пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве финансовые  санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение  

обязательств (в частности, неустойка), являются денежным обязательством, хотя и не  учитываются при определении признаков банкротства (ответ на вопрос 8 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).  

Иными словами, санкция, начисленная должнику за неисполнение неденежного  обязательства, в частности, обязанности по исполнению обязательства в натуре, сама по  себе является денежным обязательством, включаемым в реестр требований кредиторов  должника в третью очередь, хотя и подлежащая учету в реестре отдельно и не  предоставляющая голоса на собрании кредиторов (пункт 3 статьи 12, пункт 3 статьи 137  Закона о банкротстве).  

Названные санкции противопоставляются иным кредиторам при разделе  конкурсной массы, поэтому в условиях, когда кредиторы по денежным обязательствам  должника ограничены в начислении санкций в период моратория, кредитор по  неденежному обязательству в случае, если санкции в его пользу в этот период  продолжают начисляться, оказывается в более выгодном положении.  

Следует учитывать, что неденежные требования, обращенные к конкурсной массе,  при банкротстве должника трансформируются в денежные (подлежат денежной оценке,  сумма которой указывается в реестре требований кредиторов), следовательно, санкции за  неисполнение этих требований должником начисляться перестают (абзац третий пункта 1  статьи 126 Закона о банкротстве).  

Экономический механизм моратория заключается в том, что законодатель  моделирует ситуацию, при которой дело о банкротстве должника как бы возбуждено, то  есть действуют предусмотренные Законом о банкротстве ограничения для «реестровых»  кредиторов, но при этом не позволяет собственно возбудить дело о банкротстве, чтобы  должник не погружался в принудительную ликвидацию из-за финансового кризиса, а  сохранил возможность осуществления хозяйственной деятельности и, соответственно,  вероятность выхода из кризиса с учетом временного блокирования санкций по  «реестровым» требованиям.  

Так, например, при моратории приостанавливаются исполнительные производства  (подпункт 4 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 9 части 1 статьи 40  Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее -  Закон об исполнительном производстве), пункт 6 Постановления № 44), а если бы не было  моратория исполнительное производство при признании должника банкротом подлежало  бы окончанию (пункт 7 части 1 статьи 47 Закона об исполнительном производстве).  

Состав и размер требований кредиторов при возбуждении дела о банкротстве  должника после окончания моратория определяются на день введения моратория, а не на  день введения первой процедуры банкротства (подпункт 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о  банкротстве, пункт 10 Постановления № 44). Требования, возникшие после начала  действия моратория, квалифицируются как текущие (пункт 11 Постановления № 44).  Периоды для оспаривания сделок, предусмотренные статьями 61.2, 61.3 Закона о  банкротстве, исчисляются исходя из дня введения моратория (пункт 13 Постановления №  44).  

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер  денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда  лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей,  возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом  и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на  дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.  

Соединяя логику данной нормы и установленную мораторием фикцию введения  процедуры наблюдения (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63  Закона о банкротстве), принимая во внимание денежный характер обязанности по уплате  санкций за нарушение натурного обязательства и прямое предписание подпункта 2 пункта  4 статьи 9.1 Закона о банкротстве (в истолковании пункта 10 Постановления № 44),  следует прийти к выводу, что размер такой санкции должен быть определен именно на  дату введения моратория.  

При введении моратория должник не может находиться в худшем положении, чем  находился бы при отсутствии моратория, когда в отношении него могло быть возбуждено  дело о банкротстве. Другими словами, если при возбуждении дела о банкротстве кредитор  не вправе претендовать на какое-либо предоставление от должника (в частности,  санкции), то при моратории это право у кредитора также отсутствует, иначе мораторий  как мера экономической защиты должников утрачивает смысл.  

Если продолжить начислять санкции за нарушение должником неденежного  требования в период моратория, то при последующем возбуждении дела о банкротстве  после окончания моратория и трансформации неденежного обязательства должника в  денежное получится, что кредитор по неденежному требованию, став в один ряд с  обычными кредиторами с денежными требованиями, будет иметь право на взыскание  санкций за больший период, нежели остальные кредиторы.  

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации  (Постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.),  устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться  конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер,  оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и  выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не  только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской  Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного  принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав  и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц,  принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и  разумного оправдания.  

В этой связи санкции за неисполнение должником неденежных требований,  подлежащих трансформации при банкротстве должника, не могут начисляться при  введении моратория.  

Надлежит подчеркнуть, что неденежное обязательство общества не относится к  числу тех требований к должнику, которые не обращены к конкурсной массе и не  трансформируются при признании должника банкротом в требования денежного  характера (когда возбуждение дела о банкротстве должника не отражается на судьбе этих  требований и способе их удовлетворения, а мораторий на них не распространяется  применительно к абзацу седьмому пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве и абзацу  первому пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве»).  

В этой связи в отношении неденежных обязательств общества также действует  введенный с 01.04.2022 мораторий на начисление неустойке, в том числе штрафов и пени.  

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305- ЭС23-1845 по делу № А40-78279/2022.  

Поскольку последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о  банкротстве, порядок применения которой разъяснен в Постановлении № 44, толкование  Постановления № 497 должно осуществляться сообразно указанным последствиям.  

Так, в соответствии с пунктами 4, 7 Постановления № 44 мораторий презюмируемо  не позволяет начислять финансовые санкции (например, начисленные по статьям 330, 395  

ГК РФ или статье 75 Налогового кодекса Российской Федерации) по требованиям,  возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта  1 статьи 63 Закона о банкротстве).  

При этом в исключение из общего правила финансовые санкции не заменяются  классическими «мораторными» процентами, предусмотренными пунктом 4 статьи 63,  пунктом 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве и пунктом 4 Постановления № 88.  

Согласно пункту 11 постановления Пленума № 44 по смыслу подпункта 2 пункта 4  статьи 9.1 Закона о банкротстве требования, возникшие после начала действия моратория,  подлежат квалификации как текущие.  

Закон о банкротстве не запрещает начислять финансовые санкции в связи с  просрочкой исполнения должником обязательств, относящихся к текущим платежам.  

Из изложенного следует вывод, что в соответствии с Постановлением № 497 в  период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) не начисляются финансовые  санкции только за просрочку исполнения тех обязательств, которые возникли до  01.04.2022.  

Финансовые санкции в связи с просрочкой исполнения обязательств, возникших  после 01.04.2022, которые для целей применения положений о моратории могут  именоваться «текущими платежами», продолжают начисляться в обычном порядке.  

Юридически значимым обстоятельством для квалификации требования как  текущего является момент возникновения обязательства, который нельзя отождествлять  со сроком его исполнения.  

Срок исполнения обязательства не всегда совпадает с датой его возникновения.  Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет. В  силу положений статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать  товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет  определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ.  

В настоящем случае обязательство по поставке возникло до 01.04.2022 (контракт  заключен 25.12.2021, обязательство по поставке возникло в указанную дату), в связи с чем  судом необоснованно не применен мораторий, в удовлетворении требований о взыскании  неустойки (штрафов и пени, начисленных в период после введения моратория) следует  отказать.  

Доказательства, опровергающие презумпцию освобождения общества от  ответственности в силу моратория, истцом в материалы дела не представлены.  

Мотивированные суждения с указанием конкретных обстоятельств в обоснование  данному утверждению стороной также не приведены.  

Аналогичная позиция поддерживается судебной практикой (постановления  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 10.11.2023 по делу № А45-5730/2023,  от 07.12.2023 по делу № А03-1042/2023).  

С учетом изложенного у суда первой инстанции отсутствовали основания для  удовлетворения иска.  

Нарушение норм материального права является основанием для отмены  обжалуемого решения суда с принятием нового судебного акта об отказе в  удовлетворении иска.  

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной  инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 19.08.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А458672/2023 отменить.  

В удовлетворении иска федерального казенного учреждения «Сибирское окружное  управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел  Российской Федерации» отказать.  

Взыскать с федерального казенного учреждения «Сибирское окружное управление  материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской  Федерации» в пользу обществу с ограниченной ответственностью «Тайм» 3000 руб.  расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со  дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Новосибирской области.  

Председательствующий Д.Н. Аюшев 

Судьи Л.Е. Ходырева  

 ФИО1