ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А55-13985/2022

г. Самара

12 июля 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Гадеевой Л.Р., Машьяновой А.В.,  

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 12.05.2023 о завершении процедуры реализации имущества в рамках дела №А55-13985/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ИНН 

<

***>

при участии в судебном заседании:

представитель АО «Велес» – ФИО4, доверенность от 09.01.2023.

финансовый управляющий ФИО3, лично – паспорт.

ФИО2, лично – паспорт.

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), мотивируя данное заявление наличием задолженности перед кредиторами в размере 40 659 619 руб. 99 коп.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.05.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 15.06.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3, член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих. 

Объявление об открытии в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 112(7313) от 25.06.2022. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.05.2023 завершена процедура реализации имущества гражданина ФИО2, гражданин освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также требования АО «Велес», включенного в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2022 в размере неисполненных обязательств.

Финансовый управляющий ФИО3, ФИО2 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Самарской области от 12.05.2023 по делу №А55-13985/2022 отменить в части неприменения в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения обязательств перед АО «Велес» в сумме 36 459 322,47 рублей. 

Вышеуказанные апелляционные жалобы приняты к производству, назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От  АО «Велес» поступил отзыв на апелляционные жалобы. Отзыв приобщен к материалам дела.

Финансовый управляющий ФИО3, ФИО2,  апелляционные жалобы поддержали в полном объеме, просили определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель АО «Велес» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства, обжалуется только часть судебного акта, касающаяся не применения в отношении ФИО2 правил об освобождении должника от исполнения обязательств перед АО «Велес», суд апелляционной инстанции не вправе выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции лишь в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исследовав письменные доказательства, суд первой инстанции установил следующее.

На основании пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно положениям статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

В ходе процедуры реализации имущества должника ФИО2 финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве: сведения о признании гражданина несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества опубликова­ны в газете «КоммерсантЪ» №  112(7313) от 25.06.2022 и на ЕФРСБ №9044573 от 20.06.2022; сделаны запросы в регистрирующие органы о наличии/отсутствии имущества, зарегистрированного за должником; реестр требований кредиторов должника сформирован в сумме 36 675 564,30 руб., дата закрытия реестра 25.08.2022, удовлетворено требований на сумму 97 978 руб. 45 коп.

Судом первой инстанции указано, что финансовым управляющим проведена инвентаризация имущества должника, в ходе которой у должника не было выявлено имущество, подлежащее реализации.

Признаков фиктивного или преднамеренного банкротства финансовым управляющим не обнаружено.

В настоящее время имущество и денежные средства у должника отсутствуют, возможности для расчетов с кредитором в полном объеме не имеется.

Суд первой инстанции в качестве препятствий к освобождению должника от исполнения обязательств указал на следующие обстоятельства.

Судом первой инстанции установлено, что обвинительным приговором Приволжского районного суда Самарской области от 09.06.2022 в отношении ФИО2 по статье 177 УК РФ установлено злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

На основании заочного решения Самарского районного суда г. Самары по делу № 2-359/2020 от 03.03.2020, ФИО2 обязан выплатить в пользу ГУП «Самарской области «Самарский центр развития животноводства «Велес» задолженность по договорам поручительства № 110-ТК от 16.07.2013, № 178-ТК от 24.09.2014, № 182-ТК от 24.09.2014, № 183-ТК от 30.09.2014, № 184-ТК от 09.09.2014, № 185-ТК от 09.09.2014, № 188-ТК от 15.10.2014, №190-ТК от 15.10.2014, № 82 В-ТК от 16.04.2015, в размере 37 810 621 руб. 57 коп., из которых задолженность по основному долгу 31 422 427 руб. 79 коп., задолженность по оплате вознаграждения за пользование товарным кредитом в размере 6 388 193 руб. 78 коп.

Суд первой инстанции, сославшись на то, что ФИО2, зная о вступившем в законную силу решении суда и о возбуждении в отношении него исполнительного производства, будучи предупрежденным 28.09.2021 и 11.03.2022 об уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ. в период с 25.06.2020 (с даты возбуждения исполнительного производства) по 30.03.2022, получил доход от своей трудовой деятельности в размере 170 694 рубля, но сведения о своём фактическом финансовом положении судебному приставу-исполнителю не сообщал, и осознавая, что решение суда подлежит неукоснительному исполнению, имея умысел на его неисполнение, укрывал полученные денежные средства с целью невыплаты долга по судебному решению, при этом осознавал факт неисполнения им, вступившего в законную силу, судебного решения, и общественную опасность своего бездействия по реализации судебного решения распоряжаясь полученными денежными средствами по своему усмотрению.

Суд первой инстанции также указал, на то, что ФИО2 с предъявленным обвинением согласился, в совершении инкриминируемого ему преступления виновным себя признал полностью, уголовное дело рассмотрено в особом порядке.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», даны следующие разъяснения: оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, который позволяет гражданину заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, но при этом в определенной степени ущемляет права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения.

В связи с этим к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Суд первой инстанции, указал на  то, что должника нельзя отнести к лицам, неумышленно попавшим в тяжелую финансовую  ситуация, поскольку должник знал о наличии у него неисполненных обязательств, мер по погашению задолженности не принимал, а, будучи трудоустроенным, денежные средства от трудовой деятельности скрыл, на погашение кредитных обязательств не направил.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства на основании положений статей 65, 71 АПК РФ, посчитал необходимым завершить процедуру реализации имущества гражданина в отношении ФИО2, и  не применять в отношении гражданина ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором АО «Велес».

Судебная коллегия считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене в обжалуемой части ввиду нижеследующего.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Предметом апелляционного обжалования является вопрос о применении к должнику правила об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлены случаи, когда освобождение гражданина от обязательств не допускается:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Оснований полагать, что финансовым управляющим не проведены все мероприятия процедуры банкротства, у суда не имеется, при этом в данной части судебный акт не обжалуется.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 138, 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства. Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, следует отметить, что освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях. Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Доводы апелляционных жалоб сводятся к указанию на то, что должник не имел умысла злостно уклонятся от погашения задолженности, причиной банкротства стало неудачное ведение дел в ходе осуществления предпринимательской деятельности. Заявители указывают, на то, что в данном случае, наличие судебного акта, которым должник привлечен к уголовной ответственности не может быть принят как безусловное и единственное основание для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором АО «Велес».

Судебная коллегия полагает обоснованными доводы апелляционных жалоб ввиду следующего.

Из содержания определения Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2022 о включении в реестр требований кредиторов требования АО «Велес» следует, что между Государственным унитарным предприятием Самарской области «Самарский центр развития животноводства «Велес» (правопреемник – АО «Велес») и ФИО2 (поручитель) заключены договоры поручительства: № 110-ТК от 16.07.2013; № 178-ТК от 24.09.2014; № 182-ТК от 24.09.2014; № 183-ТК от 30.09.2014; № 184-ТК от 09.09.2014; № 185-ТК от 09.09.2014; № 188-ТК от 15.10.2014; № 190-ТК от 15.10.2014; № 82 В-ТК от 16.04.2015.

Между тем, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что по данным информационного ресурса Картотека арбитражных дел, расположенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) следует, что в рамках дела №А55-27053/2017 индивидуальный предприниматель – Глава Крестьянско-фермерского хозяйства ФИО2 признан несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 07.06.2021 конкурсное производство по делу №А55-27053/2017 в отношении индивидуального предпринимателя - Главы Крестьянско-фермерского хозяйства ФИО2 завершено. Из судебного акта следует, что ГУП СО «Велес» (правопредшественник АО «Велес»)  включено в реестр требований кредиторов должника с требованием в сумме 37 846 173,17 руб., требование кредиторов удовлетворены частично в сумме 1 361 386,38 руб.

Указанные обстоятельства излагались должником при обращении с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), согласно которым ранее ФИО2 осуществлял деятельность в качестве индивидуального предпринимателя – Главы Крестьянско-фермерского хозяйства,  требования ГУП СО «Велес» (правопредшественник АО «Велес»)  составляли более 95% реестра и основывались на обстоятельствах предоставления крестьянско-фермерскому хозяйству товарных кредитов в виде КРС в соответствии с рядом заключенных договоров товарного кредита, перечисленных в заочном решении Самарского районного суда г. Самары по делу № 2-359/2020 от 03.03.2020.

 При этом ФИО2 одновременно являлся поручителем по обязательствам крестьянско-фермерского хозяйства, что повлекло взыскание с него упомянутым судебным актом денежных средств как с поручителя.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в деле о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что положения Закона о банкротстве, касающиеся банкротства граждан, не применяются к отношениям, связанным с банкротством крестьянских (фермерских) хозяйств, в том числе, когда заявление о признании банкротом подается в арбитражный суд в отношении гражданина, являющегося одновременно индивидуальным предпринимателем - главой крестьянского (фермерского) хозяйства (пункт 2 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Банкротство крестьянских (фермерских) хозяйств осуществляется по общим правилам Закона о банкротстве с особенностями, установленными параграфом 3 главы X указанного Закона.

При этом сложившаяся судебная практика исходит из того, что Закон о банкротстве не разграничивает основания возникновения обязательств у должника как физического лица или должника - главы крестьянского (фермерского) хозяйства при решении вопроса о возбуждении дела о несостоятельности (банкротстве) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2018 N 305-ЭС17-23309).

Поскольку, фактически заемщиком и поручителем перед АО «Велес» являлось одно и тоже лицо, и требования кредитора ФИО2 частично удовлетворены как в рамках дела №А55-27053/2017, так и в рамках настоящего дела, следовательно утверждение о том, что должник имел намерении уклонится от погашения задолженности несостоятельно. Должник фактически дважды признавался банкротом, из материалов дела не следует, что у него имелось или имеется какое-либо иное имущество за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

В рассматриваемом случае, принимая на себя обязательства, должник рассчитывал на дальнейшее их погашение, полагаясь на свою финансовую самостоятельность, обстоятельств намеренного банкротства не установлено, равно как и иных признаков недобросовестности в поведении должника.

Финансовый управляющий в ходатайстве о завершении процедуры реализации в отношении гражданина просил освободить ФИО2 от исполнения обязанностей перед кредиторами, указывая, что не усматривает злонамеренных действий должника по наращиванию кредиторской задолженности с целью извлечения выгоды

Относительно наличия вступившего в законную силу судебного акта, которым должник приговорен к уголовной ответственности по  статье 177 УК РФ (приговор Приволжского  районного суда от 09.04.2022) суд  апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно материалам дела, заявление о признание должника банкротом подано ФИО2 13.05.2023, в то время приговор Приволжского  районного суда внесен 09.04.2022, то есть вменяемые противоправные деяния в виде злостного уклонения от исполнения кредиторской задолженности  совершены должником не в процедуре банкротства.

Основанием для вывода суда в уголовном деле о злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности стали установленные факты того, что должник с 2020 года трудоустроен в должности водителя, однако уклонился от передачи полученного дохода судебному приставу-исполнителю. 

На основании Федерального закона от 29.06.2021 № 234-ФЗ «О внесении изменений в статью 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральный закон «Об исполнительном производстве» абзац восьмой пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении) дополнен словами «в том числе на заработную плату и иные доходы гражданина-должника в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (прожиточного минимума, установленного в субъекте Российской Федерации по месту жительства гражданина-должника для соответствующей социально-демографической группы населения, если величина указанного прожиточного минимума превышает величину прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации)».

Ранее действовавшая редакция статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также предполагала исключение денежных средств на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении из состава имущества на которое может быть обращено взыскание.

Установление минимальной суммы, на которую не может быть обращено взыскание, направлено на обеспечение баланса гарантий действенной судебной защиты кредиторов и защиты прав и законных интересов должника в рамках направленности политики Российской Федерации как социального государства и необходимости защиты конституционных основ правового статуса личности.

Приговором Приволжского  районного суда 09.04.2022 установлено, что должник в период с 25.06.2020 по 30.03.2022 получил доход от своей трудовой деятельности в размере 170 694 рубля, то есть размер денежных средств, укрытых им от взыскания составлял около 10 000 руб. в месяц.

Приговором Приволжского  районного суда 09.04.2022 должник был приговорен к наказанию в виде 200 часов обязательных работ.

В рассматриваемом случае, доход должника фактически значительно не  превышал установленный прожиточный минимум, ввиду чего денежные средства полученные от трудовой деятельности в силу вышеназванных законоположений в любом случае не могли быть направлены на погашение имеющейся задолженности, доказательств наличия у должника иного дохода, позволяющего погасить неисполненные обязательства в материалы дела не представлено.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, меры юридической ответственности преследуют цели стимулирования правомерного поведения - предупреждения совершения новых правонарушений как самими правонарушителями, так и другими лицами. Меры юридической ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность ответственности совершенному правонарушению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от неправомерных посягательств.

Размер непогашенного требования АО «Велес», включенного в реестр требований кредиторов должника, превышает 36 млн. руб., допущенное должником отступление от ожидаемого от него правопорядком поведения по надлежащему исполнению своих обязательств поручителя перед АО «Велес» явно несоразмерно последствиям, примененным судом первой инстанции к должнику ФИО2 по итогам процедуры его банкротства.

Механический перенос состава преступления, квалифицируемого уголовным правом в качестве злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, в сферу гражданского права только по причине использования в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве аналогичной терминологии не соответствует содержанию данного основания для неосвобождения гражданина-должника от обязательств, поскольку, по сути, исключает обязанность судов устанавливать значимость и масштабность умышленного нежелания должника исполнять обязательство перед кредитором при наличии у него такой возможности, превращает состав правонарушения в формальный, что противоречит сути гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств (пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) (соответствующая правовая позиция сформулирована в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 23.12.2022 № Ф09-8740/22 по делу N А47-15764/2020).

По смыслу положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

В настоящем деле, как указывалось ранее, финансовый управляющий признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, а также сделок, подлежащих оспариванию, не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему в ходе процедуры, также не имело места.

С учетом конкретных обстоятельств дела, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части неприменения правил об освобождении от исполнения обязательств, поскольку в данном случае не соблюдена задача установления соразмерности последствий поведения должника, не определен баланс интересов сторон спора.

По мнению судебной коллегии, в рассматриваемом случае не имелось оснований для безусловных выводов о недобросовестном поведении должника при возникновении и исполнении обязательств перед кредиторами или в ходе рассмотрения дела о банкротстве.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен конкретным противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.), тогда как в материалы дела не представлены доказательства безусловного недобросовестного/противоправного поведения должника как при образовании обязательств, так и в ходе процедуры банкротства должника, учитывая, что в случае если бы должник воздержался от неправомерных действий, указанное не повлияло бы на фактическую возможность удовлетворения требований кредитора.   

Учитывая, что из материалов дела не следует наличие безусловных оснований для неприменения в отношении ФИО2 правил об освобождении от исполнения обязательств (пункт 4 статьи 213.27 Закона о банкротстве), суд апелляционной инстанции считает, что основания для отказа в применении данных правил в данном случае отсутствовали.

Учитывая указанные обстоятельства, судебный акт подлежит отмене в обжалуемой части по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, с принятием в указанной части нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Самарской области от 12.05.2023 по делу №А55-13985/2022 отменить в обжалуемой части, а именно в части неосвобождения гражданина-должника ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредитора АО «Велес».

В отмененной части принять новый судебный акт.

Освободить ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредитора АО «Велес».

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

 

СудьиЛ.Р. Гадеева 

 

А.В. Машьянова