Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А59-2509/2016

г. Владивосток

07 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 07 июня 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей Л.А. Мокроусовой, А.В. Ветошкевич,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-9209/2018 

на определение от 31.10.2018 

по делу № А59-2509/2016 Арбитражного суда Сахалинской области 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании недействительной сделки – Договора перенайма от 22.06.2016 к Договору финансовой аренды (лизинга) № 72п-15/БЛ от 29.09.2015, заключенного между должником и акционерным обществом Калужской коммерческо – посреднической компанией «КалугаГлавСнаб» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), применении последствий недействительности сделки,

без участия сторон;

УСТАНОВИЛ:

06.06.2016 индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее - ИП ФИО3) обратился в суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» (далее - ООО «ВМНГ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.06.2016 заявление ИП ФИО3 принято к производству.

20.06.2016 ООО «ВМНГ» обратилось в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.07.2016 (резолютивная часть от 19.07.2016) заявленные требования ООО «ВМНГ» признаны обоснованными, в отношении него как должника введена процедура наблюдения сроком на 5 месяцев - до 19.12.2016, временным управляющим утвержден ФИО4. Сведения о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 06.08.2016 № 142.

Определением суда от 15.03.2017 (резолютивная часть от 09.03.2017) срок процедуры наблюдения и полномочий временного управляющего ФИО4 продлен на 3 месяца - до 09.06.2017.

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 02.06.2017 (резолютивная часть от 29.05.2017) ООО «ВМНГ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев - до 29.11.2017, исполняющим обязанности конкурсного управляющего назначен ФИО4 Сведения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 17.06.2017 № 107.

Определением суда от 16.07.2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением суда от 27.11.2017 срок конкурсного производства и полномочий конкурсного управляющего ФИО2 продлен на 6 месяцев - до 29.05.2018, далее срок продлен до 26.11.2018, до 29.05.2019. 

Определением от 31.10.2018 Арбитражного суда Сахалинской области отказано в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании недействительной сделки – Договора перенайма от 22.06.2016 к Договору финансовой аренды (лизинга) № 72п-15/БЛ от 29.09.2015, заключенного между должником и акционерным обществом Калужская коммерческо – посредническая компания «КалугаГлавСнаб», применении последствий недействительности сделки.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обжаловал его в суд апелляционной инстанции. По тексту апелляционной жалобы апеллянт выразил несогласие с выводом суда первой инстанции о предоставлении ответчиком по сделке должнику равноценного встречного предоставления путем перевода на себя обязательств последнего по погашению задолженности по лизинговым платежам и по оплате лизинговых платежей в соответствии с графиком. По мнению конкурсного управляющего, такое встречное предоставление не может являться равноценным¸ поскольку к новому лизингополучателю, помимо обязательства по оплате лизинговых платежей, перешли право пользования предметом лизинга, право на получение предмета лизинга в собственность при выплате лизинговых платежей, а также право требовать от лизингодателя при расторжении договора лизинга возврата денежных средств, уплаченных должником в счет погашения выкупной цены в составе лизинговых платежей. При этом податель жалобы утверждает, что совершенные должником до заключения договора перенайма платежи включали в себя выкупную плату, поскольку установленная в договоре лизинга выкупная стоимость является символической. Как полагает конкурсный управляющий, в отсутствие прямого регулирования суд первой инстанции необоснованно отказался от определения цены договора перенайма посредством установления сальдо встречных обязательств по формуле пункта 3.5. постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17). Ссылка суда на переход предмета лизинга новому лизингополучателю, согласно позиции апеллянта, не является достаточным обоснованием такого отказа. Помимо этого конкурсный управляющий указал, что отказ суда первой инстанции в удовлетворении его ходатайства о назначении по делу оценочной экспертизы в целях установления действительной рыночной стоимости уступки прав по оспариваемому договору перенайма лишил конкурсного управляющего возможности доказывания значимого по делу обстоятельства.

АО «КалугаГлавСнаб» против доводов апеллянта возражало, со ссылкой на пункт 1 статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) указав, что права по использованию оплаченных должником лизинговых платежей возникают не у нового лизингодателя, а исключительно у лизингодателя, а имущественный интерес лизингополучателя согласно пункту 2 Постановления № 17 заключается в приобретении предмета лизинга в собственность. По мнению ответчика по сделке, возможность требовать возврата денежных средств, уплаченных должником как первоначальным лизингополучателем, не может рассматриваться в качестве имущественного интереса АО «КалугаГлавСнаб» как нового лизингополучателя. АО «КалугаГлавСнаб» обращает внимание, что положения постановления № 17, на которые ссылается конкурсный управляющий, относятся к имущественным последствиям расторжения договора выкупного лизинга, в связи с чем полагает обоснованными выводы суда о невозможности их применения для целей определения цены оспариваемого договора перенайма. Ответчик по сделке находит обоснованным позицию суда первой инстанции о том, что поскольку предметы лизинга не принадлежали должнику на момент заключения оспариваемой сделки, в результате перенайма не произошло уменьшение размера имущества должника, за счет стоимости которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

До начала судебного заседания в канцелярию суда от ООО «Агентство оценки «Северная столица» поступили пояснения к экспертному заключению № 10760/02-2019 от 11.02.2019, которые приобщены судом к материалам дела.

Кроме того, в канцелярию суда от АО «Калугаглавснаб» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела платежного поручения № 6622 от 29.05.2019, доказывающего факт внесения на депозит суда денежных средств на оплату услуг эксперта, в целях обеспечения проведения повторной судебной экспертизы, о назначении которой АО «Калугаглавснаб»  заявляло ходатайство от 08.04.2019.

Ходатайство АО «Калугаглавснаб» о назначении по делу повторной экспертизы апелляционной коллегией рассмотрено в порядке статей  82, 159 АПК РФ и отклонено. 

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав материалы дела, коллегия установила следующее.

29.09.2015 между АО «Бизнес - Лизинг» (Лизингодатель) и ООО «Мидглен Лоджистикс Сахалин» (в настоящее время ООО «ВМНГ» - Лизингополучатель) заключен договор лизинга № 72п-15/БЛ (далее - Договор лизинга), по условиям которого Лизингодатель обязался приобрести у выбранного Лизингополучателем Продавца в собственность следующее новое транспортное средство: автомобиль специальный пассажирский УСТ 54535S идентификационный номер Z0V54535SF0000016.

Срок временного владения и пользования Предметом лизинга указан в приложении № 1 к договору (пункт 1.3 договора).

Согласно пункту 4.5. договора общая сумма лизинговых платежей, выплачиваемая Лизингополучателем в период действия договора, составляет 4 210 465,99 рублей.

Согласно пункту 4.6. договора Лизингополучатель обязан в срок до 15.10.2015 перечислить Лизингодателю авансовый платеж в размере 884 450 рублей, который засчитывается в счет исполнения обязательств Лизингополучателя по перечислению лизинговых платежей по графику и/или в счет оплаты текущей стоимости при досрочном выкупе. Авансовый платеж признается лизинговым платежом (пункт 4.6. договора).

Лизинговые платежи по договору являются исключительно платой Лизингополучателя Лизингодателю за предоставленные услуги пользования предметом лизинга в каждом лизинговом периоде. Стоимостью (ценой) услуги, ежемесячно оказываемой Лизингодателем Лизингополучателю, является величина соответствующего лизингового платежа. В лизинговые платежи включены - стоимость привлеченных кредитных ресурсов, вознаграждение Лизингодателя, сумма страховой премии по договору страхования и иные расходы, связанные с предметом лизинга. В состав лизинговых платежей выкупная стоимость не включается, за исключением последнего (пункт 4.8. договора).

В пункте 4.9. договора стороны пришли к соглашению о том, что выкупная цена Предмета лизинга по окончании договора составит сумму, равную последнему лизинговому платежу (Приложение № 1 к договору).

Согласно графику лизинговых платежей, они подлежали выплате ежемесячно, начиная с 10.11.2015 до 10.09.2018, в общей сумме 4 210 465,99 рублей.

Предмет лизинга передан должнику по акту приема-передачи, что последним подтверждено. 

22.06.2016 между ООО «Восток Морнефтегаз» (Лизингополучатель) и ОАО «Калугаглавснаб» (Новый Лизингополучатель) заключен договор перенайма к договору лизинга № 72-15/БЛ от 22.06.2016 (далее – Договор перенайма), по условиям которого Лизингополучатель передал свои права и обязанности по договору лизинга № 72-15/БЛ от 29.09.2015 Новому Лизингополучателю.

На момент подписания договора у Лизингополучателя существовала задолженность по уплате лизинговых платежей в размере 386 907,73 рубля, которую Новый Лизингополучатель обязался погасить в срок до 30.06.2016. Общая сумма лизинговых платежей, подлежащих оплате по договору лизинга Новым лизингополучателем, составляет 2 037 515 рублей 07 копеек (пункт 1.4.4 договора перенайма).

В пункте 1.5. договора стороны установили, что на момент подписания договора Предмет лизинга передан Лизингополучателем Новому лизингополучателю в надлежащем состоянии, соответствующем его назначению с учетом нормального износа.

За уступаемые права по договору Новый Лизингополучатель обязался выплатить Лизингополучателю 180 484,93 рубля, что составляет разницу между рыночной стоимостью лизингового имущества, определенной отчетом по определению рыночной стоимости, и остатком лизинговых платежей, подлежащих оплате Новым лизингополучателем согласно пункту 1.4.4. договора перенайма (пункт 1.6 договора).

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительным договора перенайма, конкурсный управляющий со ссылкой на пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве указывал, что передача прав должника как лизингополучателя произведена при неравноценном встречном предоставлении со стороны нового лизингополучателя, что повлекло причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Оценив указанный довод, суд первой инстанции пришел к выводу о его недоказанности. При этом, учитывая, что за передачу прав владения и пользования предметом лизинга ответчик перевел на себя обязательства должника по погашению задолженности по лизинговым платежам в сумме 386 907,73 рубля и по оплате лизинговых платежей в сумме 2 037 515 рублей, суд пришел к обратному выводу – о получении должником равноценного встречного исполнения по сделке. Исходя из того, что в рассматриваемом случае лизинговые платежи являлись платой за пользование предметом лизинга и не включали его выкупную стоимость, а к моменту заключения оспариваемого договора перенайма должник использовал предмет лизинга более восьми месяцев, суд отклонил доводы конкурсного управляющего о необходимости включения в цену уступаемых прав по договору перенайма от 22.06.2016 стоимости произведенных обществом фактических арендных платежей.

В результате проверки оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд принял во внимание, что к моменту заключения оспариваемого договора перенайма предмет лизинга не перешел в собственность должника, в связи с чем он не мог быть включен в конкурсную массу, из которой производится удовлетворение требований кредиторов.

Исходя из пунктов 1 и 3 статьи 11 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге), в соответствии с которыми предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью Лизингодателя и может быть изъят им из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации, учитывая, что на дату заключения оспариваемой сделки у должника сформировалась просрочка по оплате лизинговых платежей, суд признал, что лизингодатель обладал правом на одностороннее расторжение договора лизинга, и реализация указанного права повлекла бы возникновение у ООО «Восток Морнефтегаз» обязанности по возврату предмета лизинга, по внесению всех лизинговых платежей, подлежащих оплате на день расторжения, включая неустойку, возмещению убытков лизингодателя, вызванных ненадлежащим исполнением обязательств и расторжением договора. В этой связи суд посчитал, что оспариваемая сделка совершена в интересах прав кредиторов как направленная на предотвращение увеличения кредиторской задолженности.

Довод конкурсного управляющего о том, что в результате заключения оспариваемой сделки в пользу лизингополучателя сложилось сальдо в сумме 1 897 197, 86 рублей, рассчитанное по формуле пункта 3.5. Постановления             № 17, судом отклонен ввиду признания указанной формулы не подлежащей применению при расчете сальдо встречных обязательств по оспариваемому договору, поскольку предмет лизинга не был возвращен лизингодателю, а перешел от должника к новому лизингополучателю.

Со ссылкой на статью 421 ГК РФ суд также не принял доводы об экономической нецелесообразности для ООО «ВМНГ» спорного договора, одновременно отметив, что факт экономической необоснованности заключения договора может являться критерием оценки разумности действий контролирующих должника лиц, но сам по себе не свидетельствует о недействительности сделки.

С учетом изложенного суд первой инстанции не усмотрел оснований для вывода о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, что повлекло отказ в признании сделки недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом суд посчитал возможным рассмотреть заявление конкурсного управляющего на основании имеющихся в деле доказательств, в связи с чем отказал в назначении по делу судебной экспертизы по вопросу об определении рыночной стоимости уступленного права по оспариваемому договору.

Проверив в порядке статей 266, 268-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, коллегия апелляционного суда пришла к следующему.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В силу части 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» в применимой к спорному договору редакции разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Таким образом, для квалификации подозрительной сделки как сделки с неравноценностью встречного исполнения пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливает два необходимых критерия для признания такой сделки недействительной: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято к производству определением арбитражного суда от 17.06.2016.

Договор перенайма к договору лизинга № 72п-15/БЛ от 29.09.2015 заключен 22.06.2016, то есть после принятия заявления о признании ООО «Восток Морнефтегаз» банкротом, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что указанный договор может быть оспорен по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу третьему пункта 8 Постановления № 63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Исходя из буквального толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве, установление неравноценности встречного исполнения возможно, прежде всего, путем сравнения условий оспариваемой сделки и условий ее заключения с соответствующими условиями аналогичных сделок и условиями их заключения, а также путем исследования иных доказательств. Помимо отчета независимого оценщика, факт заключения сделки должника на условиях неравноценного встречного исполнения может быть подтвержден путем представления документов, подтверждающих условия аналогичных сделок, совершавшихся при сравнимых обстоятельствах.

По своей правовой природе соглашение о перенайме является сделкой, по которой производится перемена лиц в обязательствах. Данная сделка содержит элементы договора уступки требования и договора перевода долга (статья 391 ГК РФ), то есть носит смешанный характер.

В части уступки права (требования) ООО «ВМНГ» является кредитором, а в части перевода долга (обязательства) - должником, поскольку при переводе своих обязательств по оплате лизинговых платежей на АО «КалугаГлавСнаб» сам обязан предоставить определенное возмещение новому лизингополучателю, следовательно, в рамках одного договора одновременный перевод прав и обязанностей может быть расценен как предоставление сторонами встречного исполнения.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации № 303-ЭС16-16877 от 24.03.2017 сформулирована правовая позиция, согласно которой при оценке соглашения о перенайме (пункт 2 статьи 615 ГК РФ) применительно к положениям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует проанализировать, позиция какой из сторон договора аренды обладает большей коммерческой ценностью, и необходимо ли в связи с этим взимать с нового арендатора дополнительную плату за передачу договора. 

Проанализировав с приведенных позиций условия Договора лизинга и Договора перенайма, апелляционная коллегия установила следующее.

В соответствии со статьей 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Согласно статье 624 ГК РФ, статье 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон.

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Поскольку в договор лизинга № 72п-15/БЛ от 29.09.2015 включены условия о переходе права собственности на предметы лизинга к лизингополучателю, указанный договор являются смешанными (пункт 3 статьи 421 ГК РФ), содержащим в себе элементы договоров финансовой аренды и купли-продажи.

Следовательно, к отношениям сторон по выкупу предмета лизинга применяются нормы ГК РФ, регулирующие правоотношения по купле-продаже.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель - принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Как указано ранее, общая сумма лизинговых платежей по договору лизинга № 72п-15/БЛ от 29.09.2015 составляет 4 210 465,59 рублей, авансовый платеж – 884 450 рублей, выкупная цена – 8 537,85 рублей, окончание финансовой аренды – 10.09.2018. 

По договору финансовой аренды с правом выкупа лизингодатель, ставший собственником предмета лизинга, изначально передает имущество лизингополучателю лишь во временное владение и пользование (статья 2, пункт 1 статьи 11 Закона о лизинге). При последующем же выкупе право собственности переходит на товар, состояние которого за время нахождения имущества у лизингополучателя изменилось вследствие естественного износа.

В соответствии с международной практикой, которая нашла отражение в подпункте «в» пункта 2 статьи 1 Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге от 28.05.1998, периодические лизинговые платежи, связанные с арендными правоотношениями, рассчитываются, в том числе, исходя из износа имущества, образовавшегося в период временного владения лизингополучателем предметом лизинга и временного пользования им этим имуществом.

В том случае, если срок действия договора лизинга почти равен сроку полезного использования предмета лизинга, передача лизингополучателю титула собственника предмета лизинга осуществляется по остаточной, приближенной к нулевой цене. 

Договор лизинга № 72п-15/БЛ от 29.09.2015 между должником и АО «КалугаГлавСнаб» заключен в отношении транспортного средства, срок полезного использования которого значительно превышает срок лизинга (составляющий около трех лет), а, следовательно, истечение определенного в договоре срока лизинга не влечет за собой полного естественного износа спецтехники и падения ее текущей рыночной стоимости до близкой к нулевой величины.

Следовательно, установление в договоре символической выкупной цены означает, что действительная выкупная цена вошла, в числе прочего, в состав определенных сделкой периодических лизинговых платежей.

Указанный подход соответствует изложенному в постановлении Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 № 17389/10 по делу № А28-732/2010-31/18, постановлении Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 6878/13.

При таких обстоятельствах следует признать, что в составе выплаченных должником лизинговых платежей лизингодателю выплачивалась не только плата за пользование предметом лизинга, но и его выкупная стоимость.

Далее, как следует из материалов дела, к моменту заключения оспариваемого Договора перенайма должником выплачено 2 172 950,92 рубля, включая авансовый платеж в размере 884 450 рублей (пункт 1.4.2 договора перенайма), а сумма лизинговых платежей, подлежащих оплате АО «КалугаГлавСнаб», составила 2 037 515 рублей 07 копеек (пункт 1.4.4 договора перенайма).

То есть, на дату заключения оспариваемого договора перенайма должник выплатил более половины суммы лизинговых платежей.

Принятие АО «КалугаГлавСнаб» обязательства по погашению в срок до 30.06.2016 задолженности ООО «ВМНГ» по уплате лизинговых платежей в размере 2 037 515 рублей 07 копеек не свидетельствует о получении последним какого-либо предоставления от ответчика по сделке в силу следующего.

В силу пункта 4.6 договора лизинга № 72п-15/БЛ от 29.09.2015 лизинговый платеж засчитывается в счет исполнения обязательств лизингополучателя по перечислению лизинговых платежей в соответствии с прилагаемым к договору графиком списания авансового платежа и/или в счет оплаты текущей стоимости при досрочном выкупе.

Согласно графику зачета авансового платежа (Приложение № 1 к Договору лизинга), авансовый платеж в сумме 884 450 рублей подлежал списанию равными частями (по 221 112, 51 рубля) 10.06.2018, 10.07.2018, 10.08.2018 и 10.09.2018. 

Вместе с тем пунктом 1.4.3 Договора перенайма установлено, что авансовый платеж в сумме 884 450 рублей, не списанный в счет уплаты лизинговых платежей, засчитывается в счет разницы между начисленными и фактически уплаченными на дату заключения Договора перенайма лизинговыми платежами – 386 907,73 рубя, а остаток авансового платежа в размере 497 542 рубля 27 копеек передается лизингополучателем новому лизингополучателю и остается у лизингодателя в счет дальнейшего списания по начисленным лизинговым платежам.

Таким образом, несмотря на заключение Договора перенайма после даты списания первой части авансового платежа по условиям Договора лизинга (10.06.2018), списание авансового платежа на дату заключения Договора перенайма не состоялось. Следовательно, погашение существующей на дату заключения Договора перенайма задолженности ООО «ВМНГ» осуществлялось за счет внесенного самим должником авансового платежа с передачей его остатка ответчику по следке - АО «КалугаГлавСнаб».

Исходя из изложенного, коллегия апелляционного суда пришла к выводу о том, что позиция должника по оспариваемому договору обладала большей коммерческой ценностью, в связи с чем с нового лизингополучателя подлежала взиманию дополнительная плата за передачу договора. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что определение размера встречного предоставления, полагающегося ООО «ВМНГ» при переходе прав и обязанностей лизингополучателя к АО «КалугаГлавСнаб» не подлежит установлению путем соотношения сальдо встречных обязательств, возникшего при прекращении Договора лизинга между должником и АО «Бизнес-Лизинг», в соответствии с пунктом 3.5 Постановление № 17.

Так, разъяснения указанного постановления касаются споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора. В рассматриваемом случае договор лизинга между ООО «ВМНГ» и АО «Бизнес-Лизинг» не расторгался, предмет лизинга лизингодателю не возвращался, а права указанных лиц договору лизинга прекратились в связи с переменой лизингополучателя с ООО «ВМНГ» на АО «КалугаГлавСнаб». Таким образом, на дату заключения Договора перенайма между АО «Бизнес-Лизинг» и АО «КалугаГлавСнаб» сохранилось то же сальдо встречных обязательств, которое существовало между АО «Бизнес-Лизинг» и ООО «ВМНГ», а с учетом сохранения действия Договора лизинга на тех же условиях необходимость определять завершающую обязанность одной стороны в отношении другой (между лизингодателем и лизингополучателем) не возникла.

С целью определения стоимости уступленных прав по договору перенайма, в отношении которой между сторонами имеются разногласия, апелляционным судом была назначена судебная экспертиза, по итогам которой в материалы дела поступили Экспертное заключение № 10760/02-2019 от 11.02.2019, согласно которому действительная рыночная стоимость уступаемого права по договору перенайма от 22.06.2016 составила 746 358,29 рублей.

Не согласившись с выводами указанного заключения, АО «КалугаГлавСнаб» указало на отсутствие в заключении в нарушение пункта 4 части 1 статьи 86 АПК РФ записи о предупреждении эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; на необоснованность применения экспертом Положения Банка России от 19.09.2014 № 433-П «О правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства» (далее – Положение Банка России № 433-П), подлежащего применению при проведении экспертизы в отношении транспортных средств и иных объектов, причастных к дорожно-транспортному происшествию, тогда как объекты, на которые уступаются права, таковыми не являются; на несоответствие перечня документов, рассмотренных в процессе экспертизы, перечню документов, представленных эксперту; на несоответствие вывода эксперта поставленному перед экспертом вопросу (так как эксперт установил рыночную стоимость уступаемого права, в то время как перед ним ставился вопрос об определении действительной рыночной стоимости уступаемого права); на необоснованность подмены экспертом при расчете рыночной стоимости уступаемого права реально существующего на дату заключения оспариваемого договора денежного обязательства (оставшегося тела долга) расчетной суммой, что повлекло искажение результата оценки; на отсутствие в заключении формулы расчета тела кредита по договору перенайма, что не позволяет произвести проверку правильности расчета; на непринятие экспертом во внимание факта подачи в отношении первоначального лизингополучателя на момент заключения Договора перенайма заявления о признании его несостоятельным (банкротом) и связанных с этим рисков, снижающих стоимость уступленного права.

В этой связи ответчик по сделке обращался к апелляционному суду с ходатайством о проведении повторной судебной экспертизы.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении, поскольку поступившее 26.04.2019 от ООО «Агентство оценки «Северная столица» Пояснение к экспертному заключению № 10760/02-2019 от 11.02.2019 устраняет отмеченные АО «КалугаГлавСнаб» недостатки Экспертного заключения № 10760/02-2019 от 11.02.2019 в части отсутствия записи о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; в части несоответствия вывода эксперта поставленному перед экспертом вопросу; в части подмены экспертом реально существующего на дату заключения оспариваемого договора денежного обязательства (оставшегося тела долга) расчетной суммой.

Учитывая, что содержащийся в Пояснениях к экспертному заключению № 107601/02-2019 от 11.02.2019 вывод отличается от вывода Экспертного заключения № 10760/02-2019 от 11.02.2019, пояснения расцениваются судом в качестве самостоятельного исследования, однако ввиду его соответствия требованиям статей 82, 83 АПК РФ, принимаются в качестве надлежащего доказательства содержащихся в нем выводов, которые не противоречат иным представленным в материалы дела доказательствам.

Отклоняя доводы АО «КалугаГлавСнаб» об использовании экспертом Положения Банка России № 433-П, коллегия исходит из отсутствия доказательств того, что применение указанного положения привело к искажению результатов оценки, в ходе которой экспертом также использовались ФСО № 1 «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки», утвержденный Приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 297, ФСО № 2 «Цель оценки и виды стоимости», утвержденный Приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 298, ФСО № 10 «Оценка стоимости машин и оборудования», утвержденный Приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 328. 

Указание ответчика по сделке на непринятие экспертом во внимание рисков, связанных с подачей в отношении ОАО «ВМНГ» на момент заключения Договора перенайма заявления о признании его несостоятельным (банкротом), в отсутствие конкретизации таких рисков, коллегия считает необоснованным. При этом суд исходит из того, что принятое должником по указанному договору обязательство состоит лишь в передаче новому лизингополучателю предмета лизинга, в наличии (отсутствии) которого последний мог удостовериться перед совершением сделки.

Таким образом, у апелляционного суда отсутствуют сомнения относительно достоверности и обоснованности выводов эксперта по поставленному на его разрешению вопросу, которые по смыслу части 2 статьи 87 АПК РФ являются основанием для назначения повторной экспертизы.

Согласно Пояснениям к экспертному заключению № 10760/02-2019 от 11.02.2019 действительная рыночная стоимость уступаемого по договору перенайма от 22.06.2016 права составила 639 746,19 рублей.

В этой связи, учитывая, что в пункте 1.6 Договора перенайма стоимость уступаемого права установлена в размере 180 484 рублей 93 копеек, апелляционный суд пришел к выводу, что оспариваемый договор совершен при неравноценном встречном предоставлении со стороны АО «КалугаГлавСнаб», в связи с чем применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является недействительным.

Из разъяснений, данных в абзаце втором пункта 9 Постановления № 63, следует, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку предметом договора перенайма по договору лизинга является не предмет лизинга, а права и обязанности первоначального лизингополучателя в объеме, существующем дату заключения договора перенайма, возможность восстановления прав в таком объеме по общему правилу утрачивается с учетом использования (и амортизации) новым лизингополучателем предмета лизинга и дальнейшего исполнения последним денежных обязательств по договору.

С этой связи, а также принимая во внимание истечение 10.09.2018 срока действия Договора лизинга и отсутствие в деле доказательств уплаты АО «КалугаГлавСнаб» в пользу должника определенной Договором перенайма стоимости уступленных прав, коллегия считает, что в порядке применения последствий недействительности Договора перенайма с АО «КалугаГлавСнаб» в пользу ООО «ВМНГ» подлежит взысканию определенная Пояснениях к экспертному заключению № 10760/02-2019 от 11.02.2019 стоимость уступленного права в размере 639 746 рублей 19 копеек.

Установленные арбитражным судом апелляционной инстанции обстоятельства являются основанием для отмены определения Арбитражного суда Сахалинской области от 31.10.2018 по делу № А59-2509/2016  в связи с несоответствием выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270, пункт 3 части 4 статьи 272 АПК РФ).

Судебные расходы распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ с учетом результата рассмотрения настоящего обособленного спора. 

В силу пункта 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при подаче искового заявления по спорам о признании сделок недействительными подлежит уплате государственная пошлина в размере 6 000 рублей. Государственная пошлина по апелляционной жалобе в соответствии с требованиями подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 3 000 рублей.

Как разъяснено в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, подавшее апелляционную жалобу, имеет право на возмещение судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением жалобы, в случае, если по результатам рассмотрения дела принят итоговый судебный акт в его пользу.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 29.03.2018 заявителю была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по заявлению. 

Таким образом, с учетом итогов рассмотрения апелляционной жалобы государственная пошлина за рассмотрение заявления о признании сделки недействительной в сумме 6 000 рублей подлежит отнесению на АО «КалугаГлавСнаб», а судебные расходы апеллянта по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в сумме 3 000 рублей и по оплате судебной экспертизы в сумме 7 000 рублей подлежат возмещению за счет АО «КалугаГлавСнаб». 

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 31.10.2018 по делу № А59-2509/2016 отменить 

Признать недействительной сделкой заключенный 22.06.2016 между обществом с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» и открытым акционерным обществом «Калугаглавснаб» договор перенайма к договору финансовой аренды (лизинга) № 72п-15/БЛ от 29.09.2015.

Применить последствия недействительности сделки путем взыскания с акционерного общества Калужской коммерческо-посреднической компании «КалугаГлавСнаб» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» 639 746 рублей 19 копеек. 

Взыскать с акционерного общества Калужской коммерческо-посреднической компании «КалугаГлавСнаб» в доход федерального бюджета 6 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с акционерного общества Калужской коммерческо-посреднической компании «КалугаГлавСнаб» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» 3 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе и 7 000 рублей судебных расходов по оплате экспертизы.

Арбитражному суду Сахалинской области выдать исполнительные листы.

Поручить Отделу финансового и материально-технического обеспечения Пятого арбитражного апелляционного суда перечислить с депозитного счета суда в пользу общества с ограниченной ответственностью «Агентство оценки «Северная столица» по предоставлении счета и акта выполненных работ денежные средства в сумме 7 000 рублей за счет средств, перечисленных обществом с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» по платежному поручению № 759 от 24.12.2018 в целях оплаты услуг эксперта по делу № 05АП-9209/2018.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Председательствующий

Е.Н. Шалаганова

Судьи

Л.А. Мокроусова

А.В. Ветошкевич