АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д.8, Кемерово, 650000; 

информационно-справочная служба (3842) 58-43-26; факс (3842) 58-37-05 

www.kemerovo.arbitr.ru; info@kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

город Кемерово                                                                                    Дело № А27-12048/2019

«08» ноября 2019 года

Резолютивная часть решения оглашена «08» ноября 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено «08» ноября 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Потапова А.Л., при ведении протокола и аудио записи судебного заседания помощником судьи Сапрыкиной А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "Кузбасстопливосбыт" (г. Кемерово, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к муниципальному образованию «Прокопьевский муниципальный район» в лице  муниципального казенного учреждения "Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района" (Кемеровская область, Прокопьевский район, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к Кемеровской области в лице Главного финансового управления Кемеровской области (г. Кемерово, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

о взыскании 393 858, 24 рублей

при участии представителей сторон:

от истца – ФИО1 (паспорт, доверенность от 24.11.2017),

от ответчика-2 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 31.10.2019),

у с т а н о в и л :

ООО "Кузбасстопливосбыт" (далее по тексту - истец) обратилось в суд с исковым заявлением о взыскании с муниципального образования «Прокопьевский муниципальный район» в лице муниципального казенного учреждения "Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района" (далее по тексту – ответчик-1) задолженности по муниципальным контрактам: №20-2019 от 01.02.2019 в размере 98 161,74 рублей; №21-2019 от 01.02.2019 в размере 97 528,92 рублей; №22-2019 от 15.02.2019 в размере 98 681,94 рублей; №23-2019 от 15.02.2019 в размере 99 485,64 рублей, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 10 877 рублей.

По делу определением от 24.05.2019 судом к участию в деле привлечено в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Кемеровская область в лице Главного финансового управления Кемеровской области.

В ходе судебного разбирательства истец заявил ходатайство о привлечении к участию в деле соответчика и уточнил заявленные исковые требования, согласно которого истец просит взыскать солидарно с муниципального образования «Прокопьевский муниципальный район» в лице  муниципального казенного учреждения «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района» и Кемеровской области в лице Главного финансового управления Кемеровской области задолженность по муниципальным контрактам: №20-2019 от 01.02.2019 в размере 98 161,74 рублей; №21-2019 от 01.02.2019 в размере 97 528,92 рублей; №22-2019 от 15.02.2019 в размере 98 681,94 рублей; №23-2019 от 15.02.2019 в размере 99 485,64 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 877 рублей.

Определением от 10.10.2019 суд привлек на основании части 8 статьи 46 АПК РФ в качестве соответчика по делу - Кемеровскую область в лице Главного финансового управления Кемеровской области (далее по тексту – ответчик-2), судом приняты к рассмотрению уточненные требования истца.

Ответчик-1 уведомлен о судебном разбирательстве надлежаще, что подтверждается материалами дела, заявил о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. В отсутствие возражений представителей сторон судебное заседание проведено в отсутствие представителя Ответчика-1 в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Как следует из поступившего в суд искового заявления, требования истца основаны на заключенных между ним и МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района» муниципальных контрактов: №20-2019 от 01.02.2019; №21-2019 от 01.02.2019; №22-2019 от 15.02.2019; №23-2019 от 15.02.2019, по условиям которых ООО «Кузбасстопливосбыт» (Исполнитель) принял обязательства обеспечить население Прокопьевского муниципального района каменным углем марки ССр для бытовых нужд по государственным регулируемым ценам, установленным Постановлением РЭК Кемеровской области от 02.02.2017 №14, а МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района» (Заказчик) обязался принять оказанные услуги и возместить убытки, возникшие в результате применения государственно регулируемых цен. Убытки включают в себя: - разницу между стоимостью угля, определенной сторонами в приложении №2 к контракту, и ценой угля, установленной Постановлением РЭК Кемеровской области №434 от 07.12.2018; - издержки обращения Исполнителя (складские расходы, стоимость услуг по оформлению документов), зафиксированные сторонами в приложении №2 к контракту. Согласно пункта 2.2.1 контракта Заказчик обязался возместить затраты Исполнителя в течение 30-ти дней с даты представления Заказчику расчета на возмещение недополученных доходов и (или) фактических затрат, за счет местного бюджета, путем перечисления денежных средств на расчетный счет Исполнителя. Истец указывает, что по указанным контрактам образовалась задолженность: по контракту №20-2019 от 01.02.2019 в размере 98 161,74 рублей; №21-2019 от 01.02.2019 в размере 97 528,92 рублей; №22-2019 от 15.02.2019 в размере 98 681,94 рублей; №23-2019 от 15.02.2019 в размере 99 485,64 рублей. Основываясь на положениях ст.ст.15, 309, 310 ГК РФ, положениях Пленума ВАС РФ №23 от 22.06.2016, №87 от 06.12.2013, истец считает, что указанная задолженность подлежит взысканию солидарно со стороны указанных муниципальных контрактов (с муниципального образования «Прокопьевский муниципальный район» в лице  муниципального казенного учреждения «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района»), с  Кемеровской области в лице Главного финансового управления Кемеровской области.

 Ответчик-1 отзыв по исковому заявлению не представил, заявленные исковые требований не оспорил. Согласно отзыва Ответчика-2 и представленных по нему дополнений муниципальные контракты были заключены между истцом и МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района», которое является самостоятельным юридическим лицом и самостоятельно выступающим в качестве участника гражданского оборота. ГФУ Кемеровской области стороной таких муниципальных контрактов не является и информацией относительно выполнения таких контрактов не владеет. Вопросы организации обеспечения (снабжения) населения поселений углем для бытовых нужд в соответствии с п.4 ст.14 Федерального закона №131-ФЗ являются полномочиями этого поселения и в порядке п.4 ст.15 этого же закона могут быть переданы органам местного самоуправления муниципального района. По мнению Ответчика-2, поскольку МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района» не оспорены, обязательства по контрактам должны нестись данных лицом и оснований для удовлетворения исковых требований к Кемеровской области не имеется.

Изучив материалы дела и позиции сторон, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, суд признал исковые требования подлежащие частичному удовлетворению на основании нижеследующего.

Между ООО «Кузбасстопливосбыт» (Исполнитель) и МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района» (Заказчик) были заключены контракты №20-2019 от 01.02.2019; №21-2019 от 01.02.2019; №22-2019 от 15.02.2019; №23-2019 от 15.02.2019, согласно которых Исполнителем осуществлено обеспечение населения Прокопьевского муниципального района каменным углем марки ССр для бытовых нужд по государственно регулируемым ценам, установленным Постановление Региональной энергетической комиссией Кемеровской области от 02.02.2017 №14, от 07.12.2018 №434. Спора относительно фактов исполнения Исполнителем данных контрактов, а также объема отпущенного для населения угля по делу не имеется, более того, подтверждается представленными суду актами сверки по указанным контрактам, подписанными с МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района». 

Обязательства по возмещению истцу убытков, возникших в результате применения государственных регулируемых цен, и состоящих из разницы между стоимостью угля, согласованной сторонами в приложении к контрактам, и ценой угля, установленной в Постановлении РЭК, а также издержек обращения Исполнителя (складские расходы, стоимость услуг по оформлению документов) исполнены не были.

В силу п. 4 ч. 1 ст.16 Федерального закона от 06.10.2003 №131-ФЗ «Об общих принципах местного самоуправления» к вопросам местного значения поселения относится в том числе и организация в границах поселения электро-, тепло-, газо- и водоснабжения населения, водоотведения, а также снабжение населения топливом в пределах полномочий, установленных законодательством.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 07.03.1995 № 239 «О мерах по упорядочению государственного регулирования цен (тарифов)» утвержден Перечень продукции производственно-технического назначения, товаров народного потребления и услуг, на которые государственное регулирование цен (тарифов) на внутреннем рынке Российской Федерации осуществляют органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации. В данный перечень включено, в том числе, топливо твердое, топливо печное бытовое и керосин, реализуемые гражданам, управляющим организациям, товариществам собственников жилья, жилищным, жилищно-строительным или иным специализированным потребительским кооперативам, созданным в целях удовлетворения потребностей граждан в жилье.

На территории Кемеровской области государственная функция по установлению цен на топливо, реализуемое гражданам, исполняется Региональной энергетической комиссией Кемеровской области (РЭК КО) (Положение о региональной энергетической комиссии Кемеровской области, утвержденное постановлением Коллегии Администрации Кемеровской области от 06.09.2013 № 371; п.п. 2, 4 Постановления РЭК КО от 11.04.2014 №206).

Из материалов следует, что истец осуществлял снабжение населения углем по государственно регулируемым ценам, а именно по цене, установленной Постановлением РЭК Кемеровской области.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 29.03.2011 № 2-П, конституционные основы разграничения предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации, учитывая конституционную природу местного самоуправления как наиболее приближенного к населению территориального уровня публичной власти, предполагает ясное, четкое и непротиворечивое определение компетенции муниципальных образований, последовательное разграничение вопросов местного значения, решение которых возложено на органы местного самоуправления, и вопросов государственного значения, решение которых возложено на федеральные органы государственной власти и органы государственной власти субъектов Российской Федерации.

Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" устанавливает общие правовые, территориальные, организационные и экономические принципы организации местного самоуправления в Российской Федерации, определяет государственные гарантии его осуществления. К числу вопросов местного значения городского округа названный Федеральный закон относит организацию в границах городского округа теплоснабжения населения (пункт 4 части 1 статьи 16). Положение пункта 4 части 1 статьи 16 Федерального закона, возлагающее на городские округа организацию теплоснабжения населения в границах городского округа, имеет характер общей нормы - оно устанавливает соответствующее направление деятельности данных муниципальных образований, но не объем полномочий, которыми они обладают для решения этого вопроса местного значения. Органы местного самоуправления непосредственно тарифно-регулирующими полномочиями в области теплоснабжения Федеральным законом "О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации" не наделялись.

Регулирование цен (тарифов) в сфере теплоснабжения осуществляется федеральным законодателем в соответствии с принципами обеспечения доступности тепловой энергии, экономической обоснованности доходности и расходов теплоснабжающих организаций на производство и передачу тепловой энергии, для реализации которых используется специальный правовой инструментарий, призванный поддерживать баланс экономических интересов теплоснабжающих организаций и интересов потребителей. В этих целях предусматривается установление предельных (минимального и (или) максимального) уровней тарифов на тепловую энергию, поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, и закрепление в качестве общего требования соответствия утверждаемого для потребителей тарифа на тепловую энергию его предельному уровню.

Если применение мер тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для определенной группы потребителей, например, населения, и утвержденным для другой группы потребителей экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты ресурсоснабжающей организации на производство соответствующего ресурса (далее - межтарифная разница), предполагается возмещение в таких случаях этой организации понесенных ею экономических потерь.

Поскольку возникновение межтарифной разницы служит прямым следствием реализации полномочий по государственному регулированию цен (тарифов), следовательно, субъектом, обязанным возместить организации расходы, обусловленные установлением тарифа на уровне ниже экономически обоснованного, должно быть то публично-территориальное образование, уполномоченным органом которого было принято соответствующее тарифное решение, т.е., по общему правилу, субъект Российской Федерации.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2003 № 87 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с взысканием потерь ресурсоснабжающих организаций, вызванных межтарифной разницей». В пункте 1 указанного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснено, что если применение мер тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для определенной группы потребителей, например, населения, и утвержденным для другой группы потребителей экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты ресурсоснабжающей организации на производство соответствующего ресурса (межтарифная разница), предполагается возмещение в таких случаях этой организации понесенных ею экономических потерь. Возникновение межтарифной разницы служит прямым следствием реализации полномочий по государственному регулированию цен (тарифов), поэтому субъектом, обязанным возместить ресурсоснабжающей организации расходы, обусловленные установлением тарифа в размере ниже экономически обоснованного, должно быть то публично-правовое образование, уполномоченным органом которого было принято соответствующее тарифное решение.

Согласно пункту 3 Постановления № 87 по общему правилу надлежащим ответчиком по иску о возмещении потерь, вызванных межтарифной разницей, является то публично-правовое образование, уполномоченным органом которого принято соответствующее тарифное решение.

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае тарифное регулирование цен на твердое топливо для коммунально-бытовых нужд населения было произведено уполномоченным органом субъекта РФ – Кемеровской области, а именно Региональной энергетической комиссией Кемеровской области (постановления от 02.02.2017 №14 и от 07.12.2018 №434).

Согласно положений Федерального закона от 06.10.2003 №131-Ф3 к вопросам местного значения поселения относится снабжение населения топливом, однако компенсация указанных выпадающих доходов ресурсоснабжающих организаций к вопросам местного значения городского поселения не отнесена.

В постановлении от 29.03.2011 N 2-П Конституционный Суд РФ указал, что толкование п.4 ч.1 ст.16 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", как обязывающего городские округа не только осуществлять организационную деятельность в сфере теплоснабжения населения, но и нести всю полноту ответственности за возмещение теплоснабжающим организациям потерь, возникающих вследствие разницы между экономически обоснованным тарифом и тарифом, утвержденным для потребителей, является расширительным и не соответствует Конституции РФ.

Финансирование из средств местных бюджетов расходных обязательств, возникших в результате принятия решений органами государственной власти, не допускается. Это согласуется с конституционными принципами финансово-экономического обеспечения местного самоуправления, в силу которых в муниципальной собственности должно находиться то имущество, которое требуется для решения возложенных на местное самоуправление задач, а население - непосредственно или через органы местного самоуправления - самостоятельно в рамках закона определяет конкретные направления и объемы использования муниципальной собственности, включая средства местных бюджетов, исходя из интересов, обусловленных потребностями в непосредственном обеспечении жизнедеятельности местного сообщества.

Возложение на городские округа обязанности исполнять финансовые обязательства, возникающие из решений, принятых органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в рамках своей компетенции, нарушает не только установленный Бюджетным кодексом Российской Федерации в порядке конкретизации конституционных основ финансовой системы государства принцип самостоятельности бюджетов (статья 31), но и конституционный принцип самостоятельности местного самоуправления, в том числе в управлении муниципальной собственностью, формировании и исполнении местного бюджета, а также конституционное право граждан на осуществление местного самоуправления и тем самым противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 130 (часть 1), 132 (часть 1) и 133 (абз. 5, 6 п. 4.3 Постановления Конституционного суда РФ от 29.03.2011 №2-П).

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, на территории Кемеровской области тарифное регулирование в отношении твердого топлива (угля) для коммунально-бытовых нужд населения произведено органами исполнительной власти субъекта РФ – Кемеровской области (Региональной энергетической комиссией Кемеровской области). Следовательно, при разграничении функций органов местного самоуправления и органов исполнительной власти, при установлении тарифа на энергоресурс, обязанность возместить снабжающей организации расходы ниже экономически обоснованного возлагается на Кемеровскую область.

Доводы Ответчика-2 со ссылкой на п. 4 ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 06.10.2003 №131-ФЗ относительно возложения на органы местного самоуправления обязанности по обеспечению углем населения, и, как следствие, обязанности возмещения таких расходов, судом отклонены. Полномочие по организации снабжения населения топливом отнесено к вопросам органов местного самоуправления, регулирование цен на топливо отнесено к государственным полномочиям. Следовательно, организация снабжения населения топливом и возмещение убытка, возникшего в связи с применением регулируемых цен на топливо, имеют самостоятельный характер и подлежат раздельному применению.

Доводы ответчика-2, что стороной контрактов является МКУ «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района», которое приняло обязательства по возмещению убытков за счет средств бюджета Прокопьевского муниципального района судом также отклонены как несостоятельные.

Судом установлено, что на территории Кемеровской области полномочия по установлению тарифа в отношении твердого топлива (угля), реализуемое для населения, муниципальному образованию Прокопьевский муниципальный район не передавались, равно как, не запланировано и не предусмотрено выделение соответствующих средств для покрытия муниципальному образованию расходов в связи с реализацией последним данной государственной функции.

Таким образом, учитывая, что тарифное регулирование цен на топливо, реализуемое населению (жителям Прокопьевского муниципального района), осуществлено исполнительным органом субъекта РФ – РЭК Кемеровской области, суд, исходя из правовых позиций Конституционного суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ, приходит к выводу, что публично-правовым образованием, обязанным возмещать убытки, возникающие в связи с применением государственных регулируемых цен на твердое топливо для населения (в пределах норматива), в рассматриваемом случае является Кемеровская область. 

При названных условиях суд признает, что условия рассматриваемых контрактов, предусматривающие наряду с вопросами организации снабжения населения также обязательства муниципального образования по возмещению возникшей межтарифной разницы, при установленных обстоятельствах отсутствия в субъекте РФ нормативного акта, который предусматривал бы передачу полномочия по установлению в данной части тарифа и, как следствие, финансовое обеспечение реализации муниципальным образованием указанной государственной функции, противоречат действующим положениям законодательства РФ. 

Статьей 422 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснений Пленума ВС РФ, содержащихся в Постановлении от 23.06.2015 N 25, применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (п.74 - 75 Постановления  Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25).

С учетом приведенных выше положений, а также установленных по делу обстоятельств, суд признает, что заключенные сторонами муниципальные контракты №20-2019 от 01.02.2019; №21-2019 от 01.02.2019; №22-2019 от 15.02.2019; №23-2019 от 15.02.2019 противоречат действующему законодательству РФ. Возложение на муниципальное образование – Прокопьевский муниципальный район расходных обязательств по возмещению убытков, возникших в результате применения государственных регулируемых цен на уголь, при установлении тарифов РЭК КО (органом субъекта РФ), при отсутствии нормативного акта по передаче таких полномочий органу местного самоуправления, а также отсутствия финансирования Кемеровской областью таких расходов из областного бюджета (или выделения их в качестве субвенции при передаче полномочия по тарифному регулированию), нарушает требования закона, нарушает права и законные интересы данного муниципального образования и его жителей. Следовательно, имеется нарушение прав и законных интересов жителей муниципального образования, то есть неопределенного круга лиц. При таких обстоятельствах муниципальные контракты №20-2019 от 01.02.2019; №21-2019 от 01.02.2019; №22-2019 от 15.02.2019; №23-2019 от 15.02.2019 являются недействительными сделками в силу их ничтожности. 

При названных обстоятельствах судом отклонены и доводы Ответчика-2, что взыскание задолженности должно быть произведено с Ответчика-1, поскольку им контракты не оспариваются, поскольку согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Учитывая, что истец произвел снабжение населения углем, объем поставленного угля, его стоимость  гражданам, а также предъявленные издержки обращения  приняты муниципальным образованием Прокопьевский муниципальный район и Ответчиком-2 не оспорены, суд признает исковые требования подлежащие удовлетворению за счет средств казны Кемеровской области.

Судом установлено, что в силу Положения о Главном финансовом управлении Кемеровской области, утвержденного постановлением Коллегии Администрации Кемеровской области от 09.10.2007 №283, ГФУ Кемеровской области является исполнительным органом государственной власти Кемеровской области отраслевой компетенции обеспечивающим разработку и реализацию единой финансовой политики на территории Кемеровской области, осуществляющим составление проектов законов Кемеровской области об областном бюджете на очередной финансовый год и плановый период, формирование консолидированного бюджета Кемеровской области, исполнение областного бюджета, исполнительно-распорядительные функции в сфере управления финансами Кемеровской области (п. 1.1 Положения). Следовательно, ГФУ Кемеровской области является надлежащим органом, представляющим финансовые интересы Кемеровской области, в том числе в суде. 

Удовлетворяя исковые требования, суд признает понесенные истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежащие отнесению на основании статьи 110 АПК РФ на Ответчика-2.

Руководствуясь статьями 101, 110, 167–170, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

исковые требования к Кемеровской области в лице Главного финансового управления Кемеровской области удовлетворить.

Взыскать с Кемеровской области в лице Главного финансового управления Кемеровской области за счет казны субъекта РФ убытки в размере 393 858,24 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 877 рублей.

Исковые требования к муниципальному образованию «Прокопьевский муниципальный район» в лице  муниципального казенного учреждения «Управление по делам жизнеобеспечения населенных пунктов Прокопьевского муниципального района» оставить без удовлетворения.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Судья                                                                                            А.Л. Потапов