АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                     Дело № А27-2432/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 16 февраля 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Лаптева Н.В.,

судей                                                    Доронина С.А.,

                                                             ФИО1 – 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО6 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 25.05.2021 (судья Васильева Ж.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 (судьи Сбитнев А.Ю., Зайцева О.О., Иващенко А.П.) по делу № А27-2432/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (ИНН 

<

***>; далее также – должник), принятые по заявлению финансового управляющего ФИО2 (далее – управляющий) о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

        Другие лица: ФИО3, ФИО4 (ответчики); общество с ограниченной ответственностью «ПМ и К» (далее – общество «ПМ и К»), общество с ограниченной ответственностью «Новокузнецкобувьторг» (далее – общество «Новокузнецкобувьторг»), ФИО5 (третьи лица).

Суд установил:

в деле о банкротстве ФИО6 управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными:

договора купли-продажи от 16.07.2010 земельного участка площадью 3 172 +/- 18 кв. м с кадастровым номером 42:29:0101013:597 и расположенного на нём здания площадью 456,3 кв. м с кадастровым номером 42:29:0101013:1348, по адресу: Кемеровская область, город Мыски,улица Лесхозная, дом 25 (далее – земельный участок и здание № 25), заключённого между обществом «Новокузнецкобувьторг» и ФИО6;

договора купли-продажи от 24.11.2010 здания, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 42:30:0505007:0005, по адресу: 

<

...> (далее – здание № 3А), заключённого между обществом «ПМ и К» и ФИО6;

договора купли-продажи от 01.07.2014 здания № 3А, заключённого между ФИО6 и ФИО3; 

договора купли-продажи от 03.06.2014 земельного участка и зданий, расположенных по адресу: 

<

...> дома № 25, № 25/1 (площадь 64,5 кв. м, кадастровый номер 42:29:0101013:1284), № 25/2 (площадь 64,5 кв. м, кадастровый номер 42:29:0101013:1279), № 25/3 (площадь 278 кв. м, кадастровый номер 42:29:0101013:1280), № 25/4 (площадь 134 кв. м, кадастровый номер 42:29:0101013:1283), № 25/5 (площадь 708,2 кв. м, кадастровый номер 42:29:0101013:1298) (далее – здания №№ 25, 25/1 - 25/5), заключённого между ФИО6 и ФИО3;

договора купли-продажи от 20.10.2017 земельного участка и зданий №№ 25, 25/1 - 25/5, заключённого между ФИО3 и ФИО4;

просил применить последствия недействительности сделок, в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок и расположенные на нём здания №№ 25, 25/1 - 25/5, взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника кадастровой стоимости отчуждённого здания № 3А с учётом его объединения с иным объектом недвижимости в сумме 18 208 759,39 руб., а также кадастровой стоимости утраченного имущества – земельного участка и зданий №№ 25, 25/1 - 25/5 в размере 13 786 720,26 руб. (с учётом уточнений).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.05.2021 заявление управляющего удовлетворено частично:

признаны ничтожными (притворными по субъектному составу) договоры купли-продажи от 16.07.2010, от 24.11.2010, при это указано, что данные договоры следует считать заключёнными между обществами «Новокузнецкобувьторг», «ПМ и К» и ФИО6;

признаны недействительными по правилам оспаривания сделок в деле о банкротстве договоры купли-продажи нежилого помещения от 01.07.2014, от 03.06.2014, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 18 208 759,26 руб. рыночной стоимости недвижимого имущества по улице Новаторов, 3А и 13 786 720,26 руб. рыночной стоимости недвижимого имущества по улице Лесхозной, 25, 25/1 - 25/5;

отказано в удовлетворении заявления в остальной части.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 определение арбитражного суда от 25.05.2021 в отменено в части, резолютивная часть изложена в следующей редакции:

признать ничтожными (притворными по субъектному составу) договоры купли-продажи от 16.07.2010, от 24.11.2010, данные договоры следует считать заключёнными между обществами «Новокузнецкобувьторг», «ПМ и К» и ФИО6;

признать недействительным по правилам оспаривания сделок в деле о банкротстве договор купли-продажи от 03.06.2014, заключённый между ФИО6 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 18 208 759,26 руб. действительной стоимости недвижимого имущества по улице Новаторов, 3А;

признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 03.06.2014, заключённый между ФИО6 и ФИО3 и договор купли-продажи от 20.10.2017, заключённый между ФИО3 и ФИО4, применить последствия недействительности в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок и расположенные на нём здания №№ 25, 25/1 - 25/5.

ФИО6 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение арбитражного суда от 25.05.2021 и постановление апелляционного суда от 11.10.2021 отменить.

По мнению подателя жалобы, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, учитывая, что: об оспариваемых договорах купли-продажи ему не было известно, согласия на заключение оспариваемых сделок должник не давал, не оплачивал налоги на недвижимое имущество, оформленное без его ведомана несовершеннолетнюю дочь ФИО6; должникне является стороной по сделкам и его действия не могут быть признаны совершёнными со злоупотреблением права; в материалы дела были представлены справки о доходах за 2012-2014 годы, согласно которым у должника отсутствовал доход, позволяющий приобрести спорные объекты; финансовым управляющем выбран не верный способ защиты прав кредиторов, признание сделки по отчуждению спорного имущества, совершённой юридическим лицом – обществом «Новокузнецкобувьторг», и применение последствий недействительности сделки в виде возвращения спорного имущества в конкурсную массу гражданина в обход пополнения конкурсной массы указанного общества.

ФИО6 указывает на то, что, являясь руководителем общества «Новокузнецкобувьторг» и его участником с миноритарной долей участия должника в обществе (1,8 % доли), не мог единолично принять решениеоб отчуждении спорного имущества. Мажоритарным участником общества(98 % доли) является ФИО7 – мать ФИО6

В отзыве на кассационную жалобу кредитор акционерное общество «Газпромбанк» возражало против доводов должника, согласилось с выводами апелляционного суда о недействительности притворных и мнимых сделоки применёнными последствиями их недействительности, просило оставитьбез изменения постановление апелляционного суда.

Представитель должника ФИО8 обратилась с ходатайствомоб отложении судебного заседания в связи с необходимостью ознакомленияс отзывом ФИО4, поступившим в дело 11.02.2022.

Суд округа считает, что оснований для удовлетворения ходатайстване имеется, поскольку отзыв ФИО4 на кассационную жалобуне подлежит приобщению к материалам дела, как направленный в судбез соблюдения принципа заблаговременности.

Лица, участвующие в деле, и их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит основания для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО6 является отцом ФИО6

Между обществом «Новокузнецкобувьторг» в лице ФИО6 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключён договор купли-продажи недвижимого имущества от 16.07.2010 (далее – договор купли-продажи от 16.07.2010), по условиям которого продавец передал в собственность покупателя земельный участок и расположенное на нём нежилое здание № 25,а покупатель принял и оплатил их стоимость в размере 350 000 руб. до подписания договора.

Между обществом «ПМ и К» (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключён договор купли-продажи недвижимого имущества от 24.11.2010 (далее – договор купли-продажи от 24.11.2010), по условиям которого продавец передал в собственность покупателю нежилое здание № 3А.

Решением от 17.01.2011 Мысковский городской суд удовлетворил иск ФИО6 к администрации города Мыски о признании права собственности на объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: 

<

...> здания №№ 25/1 - 25/5, построенные на земельном участке с кадастровым номером 42:29:0101013:0597, приобретённом ей 16.07.2010 у общества «Новокузнецкобувьторг».

Общество «ПМ и К» 24.03.2011 реорганизовано путём присоединенияк обществу с ограниченной ответственностью «Автолайф» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), которое 19.07.2016 исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, как недействующее лицо.

Между ФИО6 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключены договоры купли-продажи:

от 03.06.2014 (далее – договор купли-продажи от 03.06.2014), по условиям которого продавец передал в собственность покупателя земельный участок и здания №№ 25, 25/1 - 25/5 по цене 100 000 руб.;

от 01.07.2014 (далее – договор купли-продажи от 01.07.2014), по условиям которого продавец передал в собственность покупателя здание № 3А по цене 150 000 руб.

В дальнейшем, между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключён договор купли-продажи от 20.10.2017 (далее – договор купли-продажи от 20.10.2017), по условиям которого продавец передал в собственность покупателя земельный участок с расположенными на нём зданиями №№ 25, 25/1 - 25/5 по цене 6 210 000 руб.

Определением арбитражного суда от 14.02.2018 по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО6

Определением арбитражного суда от 10.04.2018 в отношении ФИО6, введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО2

При проведении процедуры реструктуризации долгов ФИО2 установлено отсутствие у должника транспортных средств, денежных средств и недвижимого имущества; ФИО6 принадлежали только доли в уставных капиталах общества «Новокузнецкобувьторг» (1,8 %), обществ с ограниченной ответственностью «Кия-1» (100 %), «Алко-Сервис» (1 %).

За указанные общества должник вступал поручителем по договорам поручительства в 2012 году перед публичным акционерным обществом «Газпромбанк» и по договорам поручительства в 2013 году перед обществом «Сбербанк».

При этом заявление о признании банкротом общества «Кия-1»подано 19.08.2014 (дело № А27-1735/2014), о признании банкротом общества «Новокузнецкобувьторг» 14.08.2014 (дело № А27-15315/2014). 

Решением арбитражного суда от 10.09.2018 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО2

В материалы дела представлена ксерокопия расписки ФИО3 о получении от ФИО4 денежных средств в размере 6 210 000 руб.

Полагая, что указанные сделки совершались ответчиками с целью прикрыть действительную волю должника передать спорные объекты в собственность номинального лица с целью сохранения недвижимого имущества за должником, конкурсный управляющий 16.07.2020 обратилсяв арбитражный суд с указанным заявлением.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из того,что оспариваемые договоры купли-продажи от 16.07.2010 и 24.11.2010 заключены между аффилированными лицами (зависимым продавцоми покупателем – близким родственником руководителя и участников продавца) в период неплатёжеспособности продавца, без равноценного встречного исполнения обязательств зависимым покупателем, платёжеспособность которого не подтверждена; дальнейшая реализация предметов ранее заключённых договоров номинальным собственником ФИО6 аффилированному лицу – ФИО3 по договорам купли-продажиот 03.06.2014 и 01.07.2014 без равноценного встречного исполнения обязательств перед продавцом.

Арбитражный суд пришёл к выводам о том, что договоры купли-продажи от 16.07.2010 и 24.11.2010 являются притворными сделками по субъектному составу, прикрывающими сделки приобретения ФИО6 объектов недвижимого с целью получения возможности владения, пользованияи распоряжения указанным имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов; собственником данных объектов недвижимости на момент их отчуждения ФИО3 являлся должник.

Отказывая в удовлетворении заявления в части признания недействительным договора купли-продажи от 20.10.2017 земельного участка и зданий №№ 25, 25/1 - 25/5, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО4 полностью рассчиталась с ФИО3, а отсутствие у неё оригинала расписки не свидетельствует об отсутствии факта оплаты, приобретённого у него имущества.

Частично отменяя определение арбитражного суда, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие доказательств наличия у ФИО4 наличных денежных средств в соответствующем размере для оплаты приобретения в собственность спорных объектов недвижимости; общность экономических интересов и фактическая аффилированность ФИО4 с ФИО6, согласованность её поведения с иными участниками сделки, которые подтверждаются совершением оспариваемых сделокна условиях, недоступных независимым участникам рынка: по заниженной цене, с составлением документов о передаче крупной суммы наличнымив отсутствие доказательств её наличия, без поиска независимых покупателей,в условиях риска обращения взыскания на спорные объекты по требованиям кредиторов, приобретение данных объектов не является для ФИО4 обычным.

Апелляционный суд пришёл к выводам о том, что договор купли-продажи от 03.06.2014, заключённый между ФИО6 и ФИО3, и договор купли-продажи от 20.10.2017, заключённый между ФИО3 и ФИО4, являются мнимыми сделками, что влечёт их ничтожность на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); мнимая сделка, направленная на сокрытие имущества должника, как совершённая в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, является ничтожной на основаниистатьи 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ, последствием чего является возврат спорного имущества от номинального приобретателя ФИО4 в конкурсную массу должника.

Выводы суда апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В абзаце четвёртом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1). Добросовестность участников гражданских правоотношенийи разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Пунктом 2 статьи 168 УК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающаяна публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспоримаили должны применяться другие последствия нарушения, не связанныес недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторонкак добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числев получении необходимой информации. По общему правилу, пункт 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношенийи разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное(абзац третий).

В пункте 7 Постановления № 25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимостиот обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка,то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку,в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, содержащихся в пунктах 87 и 88 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишьта сделка, которая направлена на достижение других правовых последствийи прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.

Положения гражданского законодательства о недействительности притворных сделок могут применяться как в связи с притворностью условий сделки (цепочки из нескольких сделок), так и в связи с притворностью субъектного состава участников. В последнем случае правовые последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, наступают для подлинных участников сделки исходя из действительно сложившихся между ними отношений.

Данная правовая позиция неоднократно изложена Судебной коллегиейпо экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерациив определениях от 22.08.2016 № 304-ЭС16-4218, от 02.07.2020№ 307-ЭС19-18598(3), от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6), от 28.12.2020№ 308-ЭС18-14832(3,4).

Таким образом, притворность субъектного состава сделки, по общему правилу, не отменяет действительность ее условий, не противоречащих существу подлинных отношений сторон и требованиям закона.

Это означает, что обязательства по сделке, имеющей притворный субъектный состав, по общему правилу, продолжают подлежать исполнениюна тех условиях, которые закреплены в договоре.

Поскольку суды установили, что оспариваемые договоры купли-продажи от 16.07.2010 и 24.11.2010 заключены между аффилированными лицами(с участием должника, представляющего интересы продавца, и дочерью должника со стороны покупателя) в период неплатёжеспособности продавца, без равноценного встречного исполнения обязательств зависимым покупателем, платёжеспособность которого не подтверждена, – суды сделали обоснованный о недействительности сделок по пункту 2 статьи 170 ГК РФпо признаку притворности по субъективному составу и надлежащим собственником спорного имущества является ФИО6

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

В пункте 86 Постановления № 25 разъяснено, что при разрешении спорао мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавцаили учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожнойна основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительнойна основании статей 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимойна основании статьи 170 этого же Кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Поскольку апелляционный суд установил, что договор купли-продажиот 03.06.2014, заключённый между ФИО6 и ФИО3, договор купли-продажи от 20.10.2017, заключённый междуФИО3 и ФИО4, являются мнимыми сделками,как совершённые на нерыночных условиях при отсутствии доказательств возмездности оспариваемых сделок и финансовой возможности номинальных покупателей, аффилированных с должником, - заявление финансового управляющего удовлетворено правомерно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Наличие обстоятельств, являющихся в соответствии со статьями 10, 168и 170 ГК РФ основанием для признания оспариваемых сделок недействительными, устанавливается судами первой и апелляционной инстанции путём оценки имеющихся доказательств и доводов лиц, участвующих в обособленном споре.

Фактические обстоятельства установлены апелляционным судомв результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71АПК РФ, нарушений норм процессуального права не допущено.

Приведённые в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права, по существу сводятся к несогласию с оценкой обстоятельств настоящего обособленного спора.

Доводы, направленные на переоценку установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, не могут быть положены в основу отмены обжалованных судебных актов, поскольку заявлены без учёта норм части 2 статьи 287 АПК РФ, исключающих из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций.

Кроме того, поиск активов должника становится затруднительным,когда имущество для вида оформляется гражданином на иное лицо,с которым у должника имеются доверительные отношения. В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), в то время как действительный собственник – должник – получает возможность владения, пользованияи распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взысканияпо долгам со стороны кредиторов. Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника. Также на выбор мнимого собственника в существенной степени влияет имущественная зависимость третьего лица от должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2021 № 307-ЭС19-23103(2)).

Таким образом, дети являются той категорией лиц, которая может быть использована должником для вывода имущества посредством создания фигуры мнимого держателя активов, что установлено судами в настоящем споре.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по делу № А27-2432/2018 Арбитражного суда Кемеровской области оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                    Н.В. Лаптев

 

Судьи                                                                                 С.А. Доронин

 

                                                                                            ФИО1