ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-13821/2018

г. ФИО29

28 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хоровой Т.В.,

судейКононова П.И., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя заявителя: ФИО3, действующей на основании доверенности от 16.12.2019,  

представителя ответчика: ФИО4, действующей на основании доверенности от 30.12.2020  № 01-15/104,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод»   

на решение Арбитражного суда ФИО29ской области от 19.09.2020 по делу №А28-13821/2018

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кирову 

(ИНН: 4345001066, ОГРН: 1044316882301)

о признании недействительным решения от 06.06.2018 № 4783,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» (далее - ООО «КИБИХ», Общество, налогоплательщик) обратилось с заявлением в Арбитражный суд ФИО29ской области к Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кирову (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 06.06.2018 № 4783.

Решением Арбитражного суда ФИО29ской области от 19.09.2020 заявленные требования признаны необоснованными.

ООО «КИБИХ» с принятым решением суда не согласилось и обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, поскольку:

1) суд первой инстанции на основании недопустимых доказательств, признал ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания» взаимозависимыми организациями, а также сделал вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, ссылаясь на обстоятельства, на которых не основано решение Инспекции и решение УФНС России по ФИО29ской области, а именно: сведения из материалов выездной налоговой проверки Общества, представленные Инспекцией в суд 23.12.2019, на  основании которых суд установил фактическое выполнение работниками ООО   «Биотехнологическая компания» своих трудовых обязанностей в ООО «КИБИХ».

Между тем, вступившее в законную силу решение налогового органа по конкретной выездной проверке не обладает какой-либо обязательностью применительно к статье 69 АПК РФ для третьих лиц и не освобождает Инспекцию от обязанности доказывания правомерности доначисления налогов по другим проверкам. 

Анализ документов, обобщенный в сводные таблицы, составленные налоговым органом в одностороннем порядке, не может служить основанием для выводов о законности доначислений налогов, в отсутствии первичных документов, определенных налоговым законодательством.

При этом Второй арбитражный апелляционный суд в постановлении от 12.11.2018 и Арбитражный суд Волго-Вятского округа  указали, что Заключение по материалам «предпроверочного» анализа является внутренним документом налогового органа и не может определять взаимоотношения инспекции и общества при проведении проверки и не может порождать возникновение у налогоплательщика соответствующих прав и обязанностей.

В материалах судебного дела отсутствует совокупность доказательств, на основании которых можно установить, что налоговым агентом для всех работников в спорные периоды являлось ООО «КИБИХ».

В НК РФ установлена четкая процедура оформления результатов проверки и принятия решения по результатам налоговой проверки (пункт 1 статьи 88, пункты 4, 5 статьи 101 НК РФ, пункты 38, 78 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57).

Налоговое законодательство не предоставляет право налоговому органу при выявлении неточностей, неполноты доказательственной базы дополнять принятое решение доказательствами, которые могут быть получены в будущем, при проведении других налоговых проверок, проводимых в отношении данного налогоплательщика.

Инспекцией не представлены доказательства того, что в какой-либо форме налогоплательщика уведомили об использовании в рамках камеральной проверки документов, врученных с актом по выездной проверке.

Из протоколов ознакомления следует, что налоговый орган знакомит с материалами, полученными как в период проведения дополнительных мероприятий, так и с документами, которые имеются в распоряжении Инспекции и будут использоваться при принятии решения. При этом Инспекция не ознакомила налогоплательщика с «новыми» доказательствами, полученными в рамках выездной проверки, следовательно, лишила налогоплательщика права на защиту в данной части.

До момента обращения ООО «КИБИХ» в суд с требованиями о признании недействительным решения от 06.06.2018 № 4783 решение по выездной налоговой проверке не вступило в законную силу.

2) В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции Общество заявляло   о том, что документ с наименованием «Штатное расписание: руководители, специалисты, служащие 2013 год» является недопустимым доказательством.

Суд не оценил доводы ООО «КИБИХ» о грубейшем нарушении налоговым органом процедуры сбора доказательств, который безосновательно сослался на получение данных доказательств от УЭБ и ПК УМВД России по ФИО29ской области в рамках ОРД, тогда как фактически эти документы были получены сотрудниками полиции при проведении обыска в рамках УПК РФ. Поэтому данные документы не могли быть переданы Инспекции, в том числе и до  окончания следствия и вынесения соответствующего постановления. 

Изложенное не было учтено судом первой инстанции. 

Факт получения документов в рамках ОРД Инспекция подтверждает только письмом руководителя УЭБ и ПК УМВД России по ФИО29ской области.

3) Приобщая новые доказательства и признавая их допустимыми и подлежащими оценке по статье 71 АПК РФ, суд фактически признал, что доказательств, содержащихся в решении Инспекции, недостаточно для выводов о взаимозависимости (подконтрольности) ООО «КИБИХ» и поставщика.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ООО «КИБИХ» определяло решения, принимаемые поставщиком, управляло деятельностью компании контрагента, управляло расчетными счетами ООО «Биотехнологическая компания», распоряжалось денежными средствами Общества, осуществляло ведение налогового и бухгалтерскою учета за поставщика, определяло стоимость продаваемого товара.

Основания для применения статей  20, 105.1 НК РФ отсутствовали.

Ссылка суда на пункт 2 статьи 20 НК РФ является необоснованной, так как  в период совершения сделки (декабрь 2015) ФИО5 не состоял в трудовых отношения с ООО «КИБИХ».

В материалах дела отсутствует протокол допроса ФИО5 об обстоятельствах ведения им финансово-хозяйственной деятельности.

Не свидетельствует о подконтрольности ООО «Биотехнологическая компания» Обществу использование названными организациями одного IP- адреса.

В Постановлении о прекращении уголовного преследования от 15.01.2020   дана  оценка  взаимоотношений ООО «КИБИХ» в лице ФИО6 и ООО «Биотехнологическая компания» в лице директора ФИО5 и сделан вывод  об отсутствии в действиях ФИО6 состава преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ.

4) Суд воспроизвел из решения Инспекции утверждение о вводе оборудования в эксплуатацию в 2012 и его использование только для производства электроэнергии в производственной деятельности ООО «КИБИХ»,  что тоже, по мнению суда, свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды. 

Однако выводы Инспекции о вводе в эксплуатацию и использовании оборудования в 2012 не подтверждаются ни одним документом, наличие которого закреплено нормативно-правовыми актами. 

Так, в рамках проведения проверки Инспекция вообще не исследовала вопрос о порядке потребления электроэнергии объектами производства ООО «КИБИХ». Решение не содержит описание целостной схемы энергопотребления на территории по ул. Луганская, 53а.

Инспекция  в порядке статей 93, 93.1 НК РФ документы и  информацию у «сетевых организаций» и у органов, осуществляющих контрольно-надзорные функции в области энергопотребления, не запрашивала.

В порядке статьи 96 НК РФ специалист, в том числе, и при проведении осмотра оборудования, налоговым органом не привлекался.

Представленные налогоплательщиком документы о вводе оборудования в эксплуатацию не нашли процессуальной оценки со стороны суда первой инстанции.

Не представлено Инспекцией доказательств какого-либо несанкционированного включения Обществом турбогенератора за спорные периоды, учитывая, что данные действия влекут создание аварийной ситуации.

Протоколы допросов, представленные Инспекцией, не являются информативными, отсутствуют доказательства осведомленности лиц по вопросам ввода и эксплуатации турбины, ответы носят предположительный характер.

Однако на основании протоколов допросов суд сделал вывод о том, что первый пуск и ввод в эксплуатацию турбины осуществлен в конце 2012.

При этом решением Арбитражного суда ФИО29ской области от 12.08.2020 по делу №А28-9639/2017 установлено потребление ООО «КИБИХ» электроэнергии за период с 2014 по ноябрь 2016 только из внешних источников.

5) Суд необоснованно не принял во внимание наличие деловой цели в действиях налогоплательщика при заключении договоров аренды.

Выбор контрагента по поставке спорного оборудования был обусловлен, в том числе, длительными арендными отношениями.

Договоры от 03.06.2012 (15.11.2014) представлялись налогоплательщиком в Инспекцию, которая не потребовала пояснений у налогоплательщика по данному вопросу в целях устранения сомнений в достоверности заключенных договоров.   

При заключении договора аренды с ООО «Кировский тракторный завод» Общество удостоверилось в полномочиях ФИО5, действующего на основании доверенности от 12.05.2010.

Судом не дана оценка дополнительному соглашению к договору аренды от 06.06.2012, где стороны уточняли характеристики объекта аренды и определяли порядок оплаты по договору.

Данное дополнительное соглашение подписано от имени арендодателя представителем ООО «Кировский тракторный завод» ФИО5.

Инспекция утверждала, что расчетные счета не могли быть указаны в договорах от 03.06.2012 и в дополнительном соглашении от 06.06.2012, от 15.11.2014. Однако первоначальный договор от 03.06.2012 и дополнительное соглашение 06.06.2012 подписаны без указания платежных реквизитов сторон.

Налоговым органом предъявлялись претензии и к дате открытия расчетных счетов у ООО «Биотехнологическая компания», и к моменту их указания в договоре. Однако, ООО «Биотехнологическая компания» зарезервировало расчетный счет в банке, номер счета не изменяется после подписания договора и активации счета. 

Следовательно, на момент подписания договора аренды от 15.11.2014 стороны указали достоверные платежные реквизиты.

6) Суд сделал неверный вывод о том, что источник для возмещения НДС не сформирован, так как НДС не был уплачен контрагентом. Однако ООО «Биотехнологическая компания» сформировало источник для возмещения НДС,   представив 02.10.2017 уточненную налоговую декларацию по НДС за 4 квартал 2015 с книгой покупок и с книгой продаж.

Дальнейшая судьба налога находится вне сферы ответственности и полномочий ООО «КИБИХ».

7) Суд установил, что ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания» паровую турбину и турбогенератор в бухгалтерском учете не отражали и не учитывали.

Вменить налогоплательщику нарушения налогового законодательства, допущенные контрагентом, возможно лишь при доказанности взаимозависимости и подконтрольности ему поставщика и согласованности их действий, доказательств чему  Инспекция не представила.

Ошибок в учете спорного оборудования у ООО «КИБИХ» налоговый орган не установил. До приобретения спорного оборудования по договору поставки Общество данное оборудование арендовало и вело соответствующий учет.

Должная степень осмотрительности ООО «КИБИХ» ограничивается лишь возможностью получения информации от контрагентов об оценке арендуемого имущества в целях достоверности отражения информации в собственном бухгалтерском учете на счете 001 «Арендованные основные средства».

Достоверность бухгалтерского баланса не может опровергаться только выводами о том, что по Плану счетов бухгалтерского учета приобретаемое основное средство отражается в бухгалтерском учета на счете 01, а основные средства, требующие монтажа, дооборудования - на счете 08,

Инспекция обязана была провести всесторонний анализ всех операций, отраженных организациями на счете 41 для опровержения (подтверждения) доводов налогоплательщика.

Суд первой инстанции не дал оценку сведениям, представленным  конкурсным управляющим ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод» ФИО7 (протокол от 10.08.2011), который пояснил, что в бухгалтерской отчетности за 2009 ООО «БиоХимЗавод» (должник) отражал приобретение турбины и турбогенератора по статье баланса «Доходные вложения в материальные ценности» в сумме 31 921 тыс. руб.  По договору купли-продажи, заключенного где-то во 2 квартале 2011, турбина и турбогенератор были реализованы должником на возмездной основе ООО «Кировский гидролизный завод» (ИНН: 

<

***>) по цене не ниже цены приобретения.

8)  Суд указал, что отражение в бухгалтерском учете Общества оплаты за поставленный товар (турбину и турбогенератор) в результате зачета требований по договорам займа не соответствует ни самому соглашению о зачете от 10.04.2017, ни сведениям о движении денежных средств по расчетному счету ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания», что противоречит  доказательствам по делу.

По результатам камеральной проверки уточненной налоговой декларации ООО «КИБИХ» за 2018 по налогу на прибыль налоговый орган не установил неправильного исчисления налога Обществом, в том числе, ни по периоду возникновения налоговой базы, ни в отношении размера исчисленного внереализационного дохода. Таким образом, Инспекция подтвердила наличие обязанности Общества исчислить внереализационный доход по сделке с ООО «Биотехнологическая компания» в связи с ликвидацией контрагента и списанием кредиторской задолженности в сумме 118 677 344,15 руб.

ООО «КИБИХ» считает, что налоговый орган не должен делать взаимоисключающих выводов при оценке налоговых последствий от одной хозяйственной операции в отношении одного налогоплательщика.

В обоснование своей позиции по жалобе ООО «КИБИХ» ссылается также  на судебную практику.

Таким образом, заявитель жалобы считает, что решение от 19.09.2020 подлежит отмене, так как при его принятии суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права и неверно оценил фактические обстоятельства дела.

Инспекция представила отзыв на жалобу, в котором против доводов налогоплательщика возражает, просит решение суда оставить без изменения.

Общество представило также «Дополнение к апелляционной жалобе», в котором в обоснование своей позиции по делу ссылается на судебные акты по делу  №А28-9639/2017, которые, по мнению налогоплательщика, подтверждают его позицию по рассматриваемому спору.

Подробно позиции сторон изложены в жалобе, дополнении к жалобе и в отзыве на жалобу.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 30.10.2020 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 31.10.2020 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

На основании статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 10.12.2020 в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 13 часов 30 минут 17.12.2020.

На основании статьи 158 АПК РФ судебное разбирательство по апелляционной жалобе откладывалось до 11 часов 00 минут 21.01.2020.

В судебных заседаниях апелляционного суда представители сторон настаивали на своих позиции по рассматриваемому спору. 

Законность решения Арбитражного суда ФИО29ской области от 19.09.2020 проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 05.08.2016 ООО «КИБИХ» представило в Инспекцию уточненную налоговую декларацию (корректировка № 3) по НДС за 4 квартал 2015, в которой применило, в том числе, налоговые вычеты в размере 23 125 423,70 руб. по счету-фактуре от 28.12.2015 № 45 ООО «Биотехнологическая компания» в связи с приобретением по договору от 02.12.2015 № 9/П-14 турбины паровой в комплекте с генератором стоимостью 151 600 000 руб.

По результатам проверки налоговой декларации (корректировка № 3) по НДС за 4 квартал 2015 Инспекция составила акт от 21.11.2016 и вынесла решение № 4783 от 06.06.2018 о привлечении ООО «КИБИХ» к ответственности за совершение налогового правонарушения, по которому начислила к уплате за 4 квартал 2015 НДС в сумме 23 125 423 руб., пени 5 988 199,80 руб.  и  штраф -  144 533,89 руб. 

ООО «КИБИХ» с решением Инспекции не согласилось и обжаловало его в  УФНС России по ФИО29ской области.

Решением вышестоящего налогового органа от 24.09.2018 № 06-15/15055С решение Инспекции оставлено без изменения.

Общество с решением Инспекции не согласилось и обратилось с заявлением в суд.

 Арбитражный суд ФИО29ской области, руководствуясь статьями 20, 101, 105.1, 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), Постановлениями Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) и от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 57), статьями 64, 67, 68, 71 АПК РФ, Планом счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкцией по его применению (утверждены приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н), Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», в удовлетворении требований ООО «КИБИХ» отказал.

Второй арбитражный апелляционный суд, изучив доводы жалобы, дополнения к жалобе, отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, не нашел оснований для отмены или изменения решения суда исходя из нижеследующего.

Согласно статье 143 НК РФ ООО «КИБИХ» является плательщиком НДС.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в порядке статьи 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Пунктом 1 статьи 172 НК РФ установлено, что налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), при наличии соответствующих первичных документов.

В Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2011 № 499-О-О и от 29.09.2011 № 1292-О-О указано, что из взаимосвязанных положений статей 169, 171 и 172 НК РФ следует, что основанием для вычета по налогу на добавленную стоимость является совокупность наступивших обстоятельств: приобретение товара (работ, услуг) для использования в облагаемых операциях, отражение их в учете у налогоплательщика-покупателя и наличие надлежащим образом оформленного счета-фактуры, соответственно, при соблюдении налогоплательщиком предусмотренных налоговым законодательством требований ему не может быть отказано в праве на вычет сумм налога на добавленную стоимость.

Как указано в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О и от 18.04.2006 № 87-О, по смыслу пункта 2 статьи 169 НК РФ соответствие счета-фактуры требованиям, установленным пунктами 5 и 6 статьи 169 НК РФ, позволяет определить контрагентов по сделке (ее субъекты), их адреса, объект сделки (товары, работы, услуги), количество (объем) поставляемых (отгруженных) товаров (работ, услуг), цену товара (работ, услуг), а также сумму начисленного налога, уплачиваемую налогоплательщиком и принимаемую им далее к вычету.

Положения вышеназванных статей предполагают возможность применения налоговых вычетов при наличии доказательств реальности осуществления хозяйственных операций.

Как указал Президиум ВАС РФ в Постановлении от 12.02.2008 № 12210/07, возникновение налоговой обязанности является следствием участия налогоплательщика в гражданском обороте.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 23.12.2009 № 20-П, налоговые обязательства, будучи прямым следствием деятельности в экономической сфере, неразрывно с нею связаны. Их возникновению, как правило, предшествует вступление лица в гражданские правоотношения, то есть налоговые обязательства базируются на гражданско-правовых отношениях либо тесно с ними связаны.

Участие в гражданских правоотношениях, а именно: вступление в договорные отношения является основанием формирования налоговых обязательств перед государством. Обязанность по уплате налогов зависит, в том числе, от исполнения гражданско-правовых обязательств. Для налогообложения правовое значение имеет фактическое исполнение сделки.

Как указано в Постановлении № 53, судебная практика разрешения налоговых споров должна исходить из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Недобросовестность налогоплательщика определяется как совокупность фактов, опровергающих наличие цели деятельности, с осуществлением которой связано возникновение прав либо надлежащее исполнение обязанностей в сфере налогообложения. Налоговым органам надлежит выявить недобросовестность налогоплательщика, выразившуюся в отсутствии деловой цели деятельности, направленной на систематическое получение дохода в процессе взаимоотношений между участниками гражданского оборота и установить цель необоснованного приобретения права, связанного с предъявлением требований о возмещении налога на добавленную стоимость, уплаченного при приобретении продукции.

Ссылаясь на недобросовестность налогоплательщика, при рассмотрении налогового спора налоговый орган обязан представить в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Под налоговой выгодой для целей настоящего Постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

О недобросовестности налогоплательщиков может свидетельствовать ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что может привести к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения. Заключенные сделки должны не только формально не противоречить законодательству, но и не вступать в противоречие с общими запретами недопустимости недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Поскольку в силу статьи 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск, то налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует на право уменьшения налогооблагаемой базы, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определениях от 16.11.2006 № 467-О и от 21.04.2011 № 499-О-О, подтверждение права на налоговый вычет не должно ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах, и в случае сомнений в правомерности применения налогового вычета должны быть установлена, исследована и оценена вся совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (оплата покупателем товаров (работ, услуг), фактические отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работы, услуги), и т.п.).

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией для целей исчисления, в том числе, НДС, лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим налоговые вычеты при исчислении итоговой суммы налогов.

При этом требования к первичным документам касаются не только полноты заполнения всех реквизитов, но и достоверности содержащихся в них сведений.

Согласно пункту 1 Постановления № 53 представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В силу Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О у сделок, заключаемых хозяйствующими субъектами, должна быть вполне конкретная разумная хозяйственная цель. Субъекты предпринимательской деятельности вправе применять в рамках свободы экономической деятельности различные гражданско-правовые средства. Однако, осуществляя свои субъективные права, они должны избирать такой способ реализации своих прав, при котором не затрагиваются интересы никаких иных субъектов, в том числе государства.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (статья 200 АПК РФ).

При этом положения части 5 статьи 200 АПК РФ не освобождают заявителя от обязанности, предусмотренной частью 1 статьи 65 АПК РФ в части предоставления доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, на которых заявитель основывает свои требования и возражения.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ (пункт 2 Постановления № 53).

Анализ положений главы 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), лежит на налогоплательщике (Постановление Президиума ВАС РФ от 09.03.2011  № 14473/10).

У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно налогоплательщик должен подтвердить реальное выполнение соответствующих обязательств конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода в виде вычетов по НДС (Определение ВС РФ от 24.01.2017  № 302-КГ16-19032).

В силу правовой позиции Президиума ВАС, отраженной в Постановлении  РФ № 3355/07, принимая решение по делу, суд должен исходить не из предполагаемых, а конкретных взаимоотношений участвующих в них сторон.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, доначисляя НДС за 4 квартал 2015, налоговый орган установил завышение налоговых вычетов по НДС в связи с отражением в учете нереальной и фактически недостоверной операции приобретения ООО «КИБИХ» паровой турбины и турбогенератора у ООО «Биотехнологическая компания» по счету-фактуре от 28.12.2015 № 45 по цене 151 600 000 руб. по договору от 02.12.2015  № 9/П-14.

Настаивая на правомерности применения спорных вычетов, ООО «КИБИХ» считает, что им были представлены все документы, подтверждающие факт приобретения паровой турбины и турбогенератора стоимостью 151 600 000 руб., в том числе НДС - 23 125 423,73 руб., в том числе:

- договор поставки от 02.12.2015  № 9/П-14 с дополнительным соглашением от 28.12.2015; 

- счет-фактура № 45 от 28.12.2015; 

- товарная накладная № 20 от 28.12.2015; 

- претензия от 08.02.2017; 

- книга покупок.

Счет-фактура № 45 от 28.12.2015 подписан руководителем ООО «Биотехнологическая компания» и главным бухгалтером ФИО5

Договор поставки от 02.12.2015 № 9/П-14 подписан со стороны ООО «Биотехнологическая компания» директором ФИО5, со стороны ООО «КИБИХ» директором ФИО8

В бухгалтерском учете ООО «КИБИХ» отражена частичная оплата паровой турбины и турбогенератора в размере 32 922 655 руб. по соглашению от 10.04.2017 с ООО «Биотехнологическая компания» о взаимозачете требований по договорам займа.

Оставшаяся стоимость товара по договору поставки от  02.12.2015 в размере 118 677 344,15 руб. отражена налогоплательщиком в качестве внереализационных доходов в связи с ликвидацией ООО «Биотехнологическая компания» по инициативе налогового органа в 2019 и истечением срока исковой давности для взыскания.

Оплата денежными средствами по договору поставки не производилась.

Соглашение о зачете требований от 10.04.2017 между ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания» (т.19) содержит сведения о том, что по договорам займа от 30.03.2015 и от 31.08.2015 ООО «Биотехнологическая компания» имеет задолженность перед ООО «КИБИХ» в сумме 61 391 000 руб.,  а размер задолженности ООО «КИБИХ» по оплате турбины и турбогенератора на 01.01.2017 составляет 50 500 000 руб. В данном соглашении определено, что остаток задолженности ООО «Биотехнологическая компания» перед ООО «КИБИХ» составляет 10 891 000 руб. 

По расчетному счету ООО «Биотехнологическая компания» в 2015 было  поступление денежных средств от ООО «КИБИХ» по двум договорам займа в общей сумме 61 391 000 руб. При этом 30.03.2015 ООО «Биотехнологическая компания» часть заемных средств (6 870 000 руб.) возвратило обратно Обществу. 

Таким образом, отражение в бухгалтерском учете ООО «КИБИХ» суммы оплаты за турбину и турбогенератор в результате зачета требований по договорам займа не соответствует ни самому соглашению о зачете от 10.04.2017,  ни сведениям о движении денежных средств по расчетному счету налогоплательщика и ООО «Биотехнологическая компания», которое не отражало в своем бухгалтерском и налоговом учете за 2015 приобретение паровой турбины и турбогенератора и ее реализацию, не производило оплату в какой-либо форме за турбину и турбогенератор, не учитывало указанное имущество в своем бухгалтерском и налоговом учете в качестве основных средств.

Данные обстоятельства Инспекция изложила в акте проверки от 21.11.2016.

После вручения ООО «КИБИХ» данного акта и проведения дополнительных мероприятий налогового контроля ООО «Биотехнологическая компания» представило в Инспекцию 02.10.2017 уточненную налоговую декларацию по НДС за 4 квартал 2015, в которой отразило налоговые вычеты по НДС по приобретению паровой турбины и турбогенератора в сумме 22 850 847 руб. и исчислило НДС от ее реализации в размере 23 125 424 руб., но НДС в бюджет не  уплатило.

23.09.2019 ООО «Биотехнологическая компания» было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

В соответствии со статьей 105.1 НК РФ, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (далее - взаимозависимые лица).

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. 

При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 2 настоящей статьи, если отношения между этими лицами обладают признаками, указанными в пункте 1 настоящей статьи (пункт 7 статьи 105.1 НК РФ).

ООО «Биотехнологическая компания» было создано 28.10.2014, зарегистрировано по одному с ООО «КИБИХ» адресу: 

<

...>.

Учредителем и руководителем ООО «Биотехнологическая компания» являлся ФИО5, ранее работавший в ООО «Кировский БиоХимЗавод» в 2006, в ООО «БиоХимЗавод» в 2008, 2009, в ООО «КИБИХ» в 2011, 2012, в которых ФИО8 занимал должность генерального директора. С момента регистрации ООО «Биотехнологическая компания» финансово-хозяйственную деятельность не осуществляло, имущество, транспортные средства, земельные участки у него отсутствовали; спорное имущество в бухгалтерском учете не учитывалось. Согласно бухгалтерскому балансу за 2015 у общества не числятся в составе активов ни материалы, ни товары, ни готовая продукция, ни основные средства; также не отражены в балансе остатки по денежным средствам и дебиторская задолженность, декларация по налогу на прибыль за 2015 представлена с «нулевыми» показателями.

Как установила Инспекция, фактически ООО «Биотехнологическая компания» финансировалось за счет средств ООО «КИБИХ», денежные средства поступали на расчетный счет в виде беспроцентных займов, 87% составляли поступления от ООО «КИБИХ», при этом около 50% поступивших денежных средств перечислялись на заработную плату работников этой организации, примерно 4,88% - на уплату налогов с выплаченной заработной платы; часть полученных от Общества денежных средств (около 9,75%) возвращена в ООО «КИБИХ». Из полученных от ООО «КИБИХ» денежных средств по договору займа ООО «Биотехнологическая компания» оплачивало обязательств самого ООО «КИБИХ» перед третьими лицами (примерно 15-16%).

ООО «Биотехнологическая компания» первичную налоговую декларацию по НДС за 4 квартал 2015 представило с нулевыми показателями, без отражения реализации товара в адрес ООО «КИБИХ», и только после вручения Обществу  акта камеральной проверки и проведения дополнительных мероприятий налогового контроля в отношении ООО «КИБИХ», в октябре 2017 ООО «Биотехнологическая компания» представило уточненную налоговую декларацию (корректировка № 1) по НДС за 4 квартал 2015, в которой была заявлена одна единственная сделка по приобретению и реализации паровой турбины и турбогенератора, и в книге покупок отражен единственный счет-фактура от 28.11.2014 № 17, выставленный ООО «Кировский тракторный завод». НДС от продажи паровой турбины и турбогенератора, заявленный к уплате в уточненной декларации в размере 274 577 руб. ООО «Биотехнологическая компания» в бюджет не уплатило; данный НДС и не будет уплачен, так как ООО «Биотехнологическая компания» 23.09.2019 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. 

В ходе проведения выездной налоговой проверки Общества налоговый орган установил, что в книге учета ООО «КИБИХ» с названием «Штатное расписание: руководители, специалисты, служащие 2013 год», начиная с 2013   по 2017, отражены фамилии работников не только ООО «КИБИХ», но и работников ООО «Биотехнологическая компания». В разделе «Заводоуправление» отражены как работники ООО «КИБИХ», так и директор ООО «Биотехнологическая компания» ФИО5 Работники ООО «Биотехнологическая компания» фактически выполняли трудовые обязанности в ООО «КИБИХ», непосредственно подчинялись директору ООО «КИБИХ ФИО8 Было установлено: 

- получение работниками ООО «Биотехнологическая компания» денежных средств в подотчет из кассы ООО «КИБИХ» на производственные и командировочные расходы; 

- направление работников ООО «Биотехнологическая компания» приказами генерального директора ООО «КИБИХ» ФИО8 в служебные командировки, выплата суточных; по окончании командировки составление авансовых отчетов, которые были утверждены также ФИО8;  

- подписание и составление работниками ООО «Биотехнологическая компания» документов, относящихся к финансово-хозяйственной деятельности ООО «КИБИХ», 

- выплата заработной платы работникам ООО «Биотехнологическая компания» из денежных средств, полученных не от предпринимательской деятельности ООО «Биотехнологическая компания», а в виде займа от ООО «КИБИХ».

Работники ООО «Биотехнологическая компания» (ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 (том 16)) при допросе указали, что они устраивались на работу в Кировский Биохимзавод (БХЗ), который располагается по адресу: 

<

...>, работали (работают) там продолжительное время (с 1978, 1990, 1998, 2004, 2007, 2012). За период работы они занимали одну и ту же должность, выполняли одну и ту же работу. Рабочее место всегда находилось по одному и тому же адресу: 

<

...>. Свидетели не могут точно сказать, в каких именно предприятиях они работали, поясняя, что их часто переводили через увольнение из одного предприятия в другое. При этом свидетели считали, что это одно и тоже предприятие Кировский Биохимзавод (БХЗ). Перевод (увольнение и прием) производился по инициативе администрации. При переходе из одной организации в другую за все время работы на БХЗ, на вновь созданных предприятиях ничего не менялось, все оставалось как раньше. В связи с переходом не изменялась и сумма заработной платы. Подписание трудовых договоров с новыми организациями не меняло ни характер работы, ни размер заработной платы, ни место работы, ни должность. ФИО8 свидетелям знаком как генеральный директор БХЗ, ООО «КИБИХ»; также свидетели считают, что он был непосредственным руководителем, собственником, всех предприятий, производство которых находится на территории: 

<

...>.

Установлено также, что ООО «Биотехнологическая компания» спорное имущество в бухгалтерском учете за 2014 не учитывало.

Так, по условиям договора от 02.12.2015 № 9/П-14 ООО «Биотехнологическая компания» (продавец) обязуется передать ООО «КИБИХ» (покупатель) турбину паровую в комплекте с генератором и возбудителем по цене 151 600 000 руб., в том числе НДС 23 125 423,73 руб.

Дополнительным соглашением от 28.12.2015 договор от 02.12.2015 дополнен п. 2.5, в соответствии с которым оплата товара осуществляется в следующие сроки:

- до 31.12.2016 – 50 500 000 руб.,

- до 31.12.2017 - 50 500 000 руб.,

- до 31.12.2018 - 50 600 000 руб.

Платежи в размере 149 800 000 руб. за приобретение по договору купли-продажи от 02.11.2014 (ООО «Биотехнологическая компания» создано только 28.10.2014) и за реализацию паровой турбины в размере 151 600 000 руб. отсутствовали.

ООО «Биотехнологическая компания» первичная декларация по НДС за 4 квартал 2015 представлена с нулевыми показателями, без отражения реализации товара в адрес Общества. 

Декларация по налогу на прибыль за 2015 представлена «нулевая».

О подконтрольности данной организации ООО «КИБИХ», о согласованности их действий также свидетельствует следующее:

- только после вручения 28.11.2016 акта камеральной проверки, после проведения в отношении ООО «КИБИХ» дополнительных мероприятий налогового контроля 02.10.2017 ООО «Биотехнологическая компания» в налоговый орган представило уточненную налоговую декларацию по НДС за 4 квартал 2015 (заявлена единственная сделка по приобретению и реализации паровой турбины); 31.05.2017 ООО «Биотехнологическая компания» в налоговый орган представило документы по сделке, причем, у данного лица отсутствовали требования налогового органа о предоставлении документов по взаимоотношениям с ООО «КИБИХ».

- выход в сеть Интернет ООО «Биотехнологическая компания» осуществляло с одного статического IP адреса 85.93.40.229, принадлежавшего ООО «КИБИХ».

При этом налогоплательщик сам указал о взаимозависимости указанных лиц (страница 5 правовой позиции от 02.03.2020).

В данном случае установленные в ходе проверки обстоятельства, а также отражение участниками сделки приобретения паровой турбины и турбогенератора в бухгалтерском и налоговом учете только после проведения камеральной налоговой проверки и получения акта налоговой проверки, при том, что в первичных налоговых декларациях по НДС и в бухгалтерском учете приобретение и реализация указанного товара не отражалась, указывает на синхронность и согласованность действий указанных субъектов.

Таким образом, особенности отношений между указанными лицами могли оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц.

Довод Общества о том, что штатное расписание является недопустимым доказательством, подлежит отклонению.

УЭБ и ПК УМВД по ФИО29ской области с письмом от 11.01.2018 № 8/57 представило в налоговый орган Штатное расписание (ответ на запрос Инспекции  от 10.10.2017 № 25-48/036681).

В силу пункта 4 статьи 101 НК РФ при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются, в том числе, и иные документы, имеющиеся у налогового органа.

Запрос направлен в рамках выездной налоговой проверки ООО «КИБИХ».

Выездная налоговая проверка ООО «КИБИХ» проводилась Инспекцией совместно с УЭБ и ПК УМВД России по ФИО29ской области (решение о внесении изменений в Решение о проведении выездной налоговой проверки от 26.05.2017).

В пункте 3 статьи 82 НК РФ предусмотрено, что налоговые органы, таможенные органы, органы государственных внебюджетных фондов и органы внутренних дел в порядке, определяемом по соглашению между ними, информируют друг друга об имеющихся у них материалах о нарушениях законодательства о налогах и сборах и налоговых преступлениях, о принятых мерах по их пресечению, о проводимых ими налоговых проверках, а также осуществляют обмен другой необходимой информацией в целях исполнения возложенных на них задач.

На основании части 3 статьи 11 Федерального закона от 12.08.1995  № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативно-розыскной деятельности могут направляться в налоговые органы для использования при реализации полномочий, в том числе, по контролю и надзору за соблюдением законодательства о налогах и сборах.

Согласно пункту 45 Постановления Пленума ВАС РФ № 57 при исследовании и оценке представленной налоговым органом доказательственной базы по налоговым делам судам надлежит исходить из того, что материалы, полученные в результате осуществления оперативно-розыскных мероприятий, могут использоваться налоговыми органами в числе других доказательств при рассмотрении материалов налоговой проверки (пункт 4 статьи 101 НК РФ), если соответствующие мероприятия проведены и материалы оформлены согласно требованиям, установленным Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

УЭБ и ПК УМВД по ФИО29ской области подтвердило, что предоставленные на запрос от 10.10.2017 № 25-48/036681 документы в отношении заявителя были получены УЭБ и ПК УМВД по ФИО29ской области в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (письмо от 06.08.2019 № 8/4492, т. 17, л.д.163-164).

Доказательств того, что переданные в налоговый орган материалы были получены органами внутренних дел с нарушением закона, Общество не представило. 

Таким образом, полученные сотрудниками органов внутренних дел в соответствии с требованиями законодательства об оперативно-розыскной деятельности материалы правомерно были использованы налоговым органом в качестве доказательств по делу, поскольку действующим законодательством не установлено ограничений в использовании налоговыми органами при проведении мероприятий налогового контроля доказательств, полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий. 

Передача в налоговый орган материалов, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности, сопроводительным письмом без вынесения отдельного постановления о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности, само по себе не свидетельствует о недопустимости принятия таких документов в качестве доказательств и на их достоверность не влияет.

Ссылка Общества на постановление о прекращении уголовного преследования от 15.01.2020 несостоятельна, поскольку указанное постановление не опровергает факт получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

В силу пункта 4 статьи 69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

В данном случае приговор суда отсутствует.

Более того, выводы о совершении обществом налогового правонарушения сделаны не только на основании данных, полученных от правоохранительных органов, а, в первую очередь, на основании результатов проведенных инспекцией мероприятий налогового контроля, в том числе допросов свидетелей, истребования документов в соответствии со статьями 93, 93.1 НК РФ, что в совокупности подтверждает вывод о совершении Обществом вменяемого налогового правонарушения.

Довод Общества о том, что документы о вводе оборудования в эксплуатацию не были оценены судом  первой инстанции, апелляционный суд не принимает.

Паровая турбина (мощность 4МВт) была приобретена ООО «БиоХимЗавод» в 2009 у ОАО «Калужский турбинный завод» по договору от 31.07.2008 № 30/02-853, турбогенератор был приобретен ООО «БиоХимЗавод» в 2009 году у ООО ТПК «Нефтегазовые системы» по договору от 02.05.2007 №15880 (отгрузка 20.05.2009) – т.7, л.д. 68-77.

ООО «КИБИХ» фактически является правопреемником ООО «БиоХимЗавод»

ООО «БиоХимЗавод» ликвидировано на основании определения суда о завершении конкурсного производства, документы по личному составу переданы именно на хранение в ООО «КИБИХ».

ФИО15 занимался проектом по приобретению и внедрению турбины на предприятии ООО «БиоХимЗавод». ФИО16, приобретенная в 2009   у Калужского турбинного завода, была установлена не сразу и временно находилась в цехе ректификации спиртов, поскольку там есть кран-балка, в это время началось строительство фундамента пристроя у котельного цеха (протокол допроса ФИО15 от 11.05.2018, т. 10, л.д. 163-165).

В судебном заседании суда первой инстанции 28.11.2018 ФИО15  подтвердил, что он занимался переговорами по приобретению турбины.

В своих дополнениях к возражениям от 29.05.2018 (т. 3, л.д. 177-180) ООО «КИБИХ» пояснило, что знало о приобретении турбины и турбогенератора  ООО «БиоХимЗавод» в 2009 в разукомплектованном виде и помещении на склад. Далее в 2011 данное оборудование в таком же состоянии было продано ООО «Кировский гидролизный завод» в ходе банкротства ООО «БиоХимЗавод».

ФИО15 также пояснил (т. 3, л.д. 177-180), что в отношении ООО «БиоХимЗавод» была введена процедура банкротства, арбитражный управляющий ООО «БиоХимЗавод» для удовлетворения требований кредиторов продал турбину ООО «Кировский гидролизный завод», который начал свою производственную деятельность.

В рамках рассмотрения дела №А29-3336/2011 о банкротстве ООО «БиоХимЗавод» было установлено отсутствие реализации спорного имущества  (т. 20).

Согласно отчету арбитражного управляющего ООО «БиоХимЗавод» ФИО7 от 19.12.2011 по итогам инвентаризации имущества должника   отсутствуют основные средства, нематериальные активы, незавершенное строительство; также сведения о реализации имущества отсутствуют.

На момент подачи ликвидационного баланса 22.12.2011 паровая турбина в бухгалтерском учете ООО «БиоХимЗавод» не числилась, активы отсутствуют.

ООО «БиоХимЗавод» ликвидировано на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства от 16.02.2012, 02.04.2012 запись внесена в ЕГРЮЛ.

В дело №А29-3336/2011 конкурсным управляющим представлен анализ финансового состояния ООО «БиоХимЗавод» за период с 01.01.2009 по 30.09.2011, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «БиоХимЗавод» от 20.10.2011, согласно которому сведения о реализации спорного имущества в адрес ООО «Кировский гидролизный завод» на основании договора купли-продажи отсутствуют.

Согласно заключению от 20.10.2011 по анализу сделок должника в перечне договоров также отсутствует договор купли-продажи спорного имущества между ООО «БиоХимЗавод» и ООО «Кировский гидролизный завод».

В рамках дела №А28-3823/2012 о банкротстве ООО «Кировский гидролизный завод» также было установлено отсутствие реализация спорного имущества (т. 20).

В рамках процедуры несостоятельности (банкротства) ООО «ВЭК» (дело  №А60-36602/2016 – т. 20) был установлен факт причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок, когда ООО «КИБИХ» была создана схема, позволяющая фактическим потребителям (в том числе, ООО «КИБИХ»), расположенным по адресу 

<

...>, не оплачивать потребленную энергию в полном объеме.

Установлена схема ухода от погашения задолженности за электроэнергию посредством переводов долгов между аффилированными предприятиями (ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «БиоХимЗавод», ООО «Топливноэнергетическая компания») и дальнейшей их ликвидации.

Ссылка ООО «КИБИХ» на протокол опроса от 10.08.2020 ФИО7 (конкурсного управляющего ООО «БиоХимЗавод», ООО «Кировский гидролизный завод») является несостоятельной, так как ФИО7 является работником ООО «КИБИХ» с 2016, находится в подчинении у руководителя Общества, соответственно, он является заинтересованным лицом по отношению к ООО «КИБИХ». 

При этом сведения, сообщенные ФИО7 применительно к обстоятельствам, установленным в ходе камеральной налоговой проверки, не опровергает выводов, сделанных Инспекцией по результатам проведенной  проверки.

При рассмотрении позиции Общества в отношении проведения монтажа и пусконаладочных работ, апелляционный суд учитывает следующее.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции (судебное заседание 28.11.2018) ФИО15 подтвердил, что занимался не только переговорами по приобретению турбины, но и ее монтажом, проектными работами, закупкой вспомогательного оборудования и пуском ее в эксплуатацию.

Шеф-монтаж проводил представитель ООО «Турбомаркет», запущена турбина осенью 2012. ФИО16 останавливалась на ежегодное обслуживание, последнее обслуживание - УралТурбоМонтаж (протокол допроса ФИО15 от 11.05.2018).

ФИО17 в судебном заседании 28.11.2018 подтвердил, что срок приобретения и создания турбины до запуска ее в эксплуатацию с 2009 по 2012, то есть на протяжении почти 4 лет этот объект создавался.

ФИО18 (технический директор ООО «КИБИХ») указал, что ФИО15 подбирал проектную организацию и подрядчиков для монтажа турбины, турбина была приобретена давно, смонтирована, пущена в эксплуатацию и работает по сегодняшний день, работает на производство Кировского биохимзавода; работники специально обучались для работы на данной турбине; турбина пущена в эксплуатацию примерно в 2012 (протокол допроса от 12.05.2018, т.10, л.д. 166-178).

Согласно сайту ООО «Турбомаркет» www.turbo40.ru, письму ООО «Турбомаркет» от 19.03.2018 (т. 8, л.д. 96-102) данная организация  производила работы по монтажу турбины Р-4-3,4/1,5 в марте 2012, пусконаладочные работы в декабре 2012 на промышленной площадке ООО «Кировский гидролизный завод» в 

<

...>, представителем завода являлся ФИО15

ФИО19 (начальник службы ремонтов ООО «Турбомаркет», т. 17, л.д. 143-146) указал, что в 2012 сотрудники ООО «Турбомаркет» выезжали в город ФИО29 для проведения работ по наладке и монтажу паровой турбины Р-4-3,4/1,5. По всем техническим вопросам в городе Кирове был представитель ФИО15, все согласовывалось через него; ему известно, что ФИО8 являлся генеральным директором ООО «Кировский гидролизный завод». Сотрудники ООО «Турбомаркет» произвели на объекте перемонтаж оборудования с последующим выполнением пуско-наладочных работ. 1 этап - перемонтаж генератора ориентировочно в марте 2012, перемонтаж турбины, последний этап пуско-наладочные работы в декабре 2012. Работы на объекте они закончили. После проведения пуско-наладочных работ в 2012 в городе Кирове в период с 2013 по 2015 сотрудники ООО «Турбомаркет» не выезжали в командировку для проведения технического обслуживания.

Согласно договору от 07.06.2012 (т. 8, л.д. 31-35) ООО НПП «Измерительные технологии» обязуется выполнить по заданию ООО «КИБИХ» шефмонтаж и пуско-наладочные работы системы контроля, управления и диагностики ИТ-14-Р-4-3.4/1.5-1 С080п5/2008), поставленной на объект ООО «КИБИХ».

Согласно акту выполненных работ на объекте от 21.02.2013 (т. 8, л.д. 36) произведены пуско-наладочные работы системы и 72-х часовые испытания, в результате выполненных работ комиссия постановила: система ИТ-14-Р-4-3,4/1,5-1 (080п5/2008) зав.№17490 исправна, проверена на рабочем ТГ включенном в нагрузку в течение 72 часов. Введена в промышленную эксплуатацию с 21.02.2013. Работы выполнены в полном объеме. Претензий со стороны заказчика нет.

Согласно договору от 07.06.2012 (т. 8, л.д. 38-44) ООО «КИБИХ» поручает, а ООО НПП «Измерительные технологии» принимает на себя оказание платных услуг по метрологической поверке многоканальной автоматизированной системы виброзащиты и диагностики ИТ-14-Р-4-3,4/1,5-1 (080п5/2008) на объекте ООО «КИБИХ».

Согласно акту выполненных работ на объекте от 15.02.2013 (т. 8, л.д. 45) в результате выполненных работ комиссия постановила: система ИТ-14-Р-4-3,4/1,5-1 (0800п5/2008) зав.№ 17490 исправна, показания измерительных каналов достоверны. Работы выполнены в полном объеме. Претензий со стороны заказчика нет.

Инженер ООО НПП «Измерительные технологии» ФИО20 и ФИО21 (т. 8, л.д. 122-135) указали, что в феврале 2013 ими проведен шефмонтаж и пуско-наладочные работы системы контроля, управления и диагностики ИТ-14-Р-4-3,4/1,5-1 (080п5/2008), по окончании работ турбина находилась в рабочем состоянии.

Работники, занимающиеся обслуживанием паровой турбины (ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 – т. 7, л.д. 113-120, 127-143, 147-157, 186-212) указали, что первый пуск и ввод в эксплуатацию турбины осуществлен в конце 2012, после пуска она работает, турбина не ломалась, обслуживание происходит каждый год, с 2013 турбина обеспечивала электричеством часть производства ООО «КИБИХ».

В августе 2015 в адрес ООО «Уралэнергомаш» было направлено благодарственное письмо № 07-2417 от ООО «Кировский биохимический завод», подписанное первым заместителем генерального директора ФИО15: «от лица нашего предприятия выражаем искреннюю благодарность компании ООО «Уралэнергомаш» за четкую, слаженную работу при выполнении технического обслуживания паровой турбины Р-4-3,4/1,5-1 и генератора Т-4-2УЗ».

Довод заявителя жалобы о необоснованном принятии судом первой инстанции протоколов допросов, которые не являются информативными, в подтверждение чего Общество ссылается на протоколы допроса ФИО26 и ФИО25, апелляционный суд не принимает.

Свидетели были допрошены с соблюдением требований статьи 90 НК РФ, в протоколах имеется указание на предупреждение свидетелей об ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний либо за дачу заведомо ложных показаний.

Свидетель ФИО25 пояснил, что он работает на Кировском биохимическом заводе примерно 3-4 года в должности машиниста паровых турбин. Работает с 2013, по адресу 

<

...>.

ФИО25 работал всегда в котло-турбинном цехе. Котельный цех находится справа от заводоуправления, где большая труба. Там где работает он, это пристрой к котельной. ФИО25 работал 4 года и турбина там установлена с нуля. Обеспечение безопасной работы турбины входит в его обязанности. Он смотрит за электроникой, турбина 3000 оборотов. Когда он пришел работать, она уже работала. Пуск-наладка происходила без него в 2012 году. Пуск производила чебоксарская или челябинская контора. На диагностику регулярно приезжает бригада, примерно 1 раз в год. Когда он устроился на работу в цех - турбина уже была там и была в рабочем состоянии. При нем турбина не ломалась, постоянно работала.

Свидетель ФИО26  пояснил, что на данный момент работает в должности машиниста центрального теплового щита управления паровыми турбинами. С 2012 по 2015 ФИО26 работал в Кировском биохимическом заводе в должности мастер по эксплуатации котельного оборудования. Работал с 2012 по 2015 по адресу 

<

...> в котельном цехе. В котельном цехе также располагаются химический цех, турбинный цех.

ФИО26 являлся заместитель начальника котельного цеха по эксплуатации всего оборудования - это котлы, турбина, химический цех, топливоподача. К котельному цеху в 2012 был пристроен пристрой в котором располагалась турбина. ФИО16, когда он работал, была запущена в начале 2013. Это турбина Калужского турбинного завода, так как она была на гарантии первые пуски и шефмонтаж приезжали выполнять представители Калужского завода. Данная турбина при увольнении свидетеля в 2015 была в рабочем состоянии и исправно работала. Работы в котельном цехе и химическом цехе проводятся каждый год в 2012, 2013, 2014. Также каждый год проводятся текущие ремонты.

ФИО16 находится в пристрое к котельному цеху. Фундамент закладывали до прихода Аверинского на работу, ориентировочно 2009-2010. Работы по монтажу паровой турбины занимали длительное время. В эксплуатацию была пущена в конце 2012. По паспорту эта турбина была заявлена с мощностью 4 МВт. Из Калуги были специалисты по наладке турбины, пусконаладку тоже делали они, это примерно было в 2012-2013. С 2013 года турбина была в рабочем состоянии и обеспечивала электричеством часть производства.

Обществом позиционировало паровую турбину как собственность и успешный проект ООО «КИБИХ», внедренный с 2012, инвестиции Общества в который составили более 120 000 000 руб. (публикации в средствах массовой информации, статьи в сети Internet, информация на официальном сайте ООО «КИБИХ», размещенные в период с 2011 по 2015).

Так, 15.04.2013 по инициативе комитетов Законодательного Собрания ФИО29ской области состоялось заседание круглого стола по теме «Развитие малой энергетики: возможности и перспективы с учетом особенностей ФИО29ской области», на котором технический директор ООО «КИБИХ» ФИО18 указал: «лигнин мы сжигаем и получаем электроэнергию 4 МВт, запустили турбину, всю обкатали, проблема возникла, нет ни одного турбиниста, сейчас выучили целую группу турбинистов за свой счет» (т. 19, л.д. 55-63).

На запрос Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка о предоставлении предложений по снижению себестоимости биоэтанола ООО «КИБИХ» в письме от 28.08.2014 № 23-2242 (т. 19, л.д. 87-91) указало, что «вторая статья в затратах в производстве биоэтанола - электроэнергия (9%). В результате установки турбины мощностью 4МВт, получаемая электроэнергия попадает под термин возобновляемая энергия (т.н. «зеленая энергия»), так как для ее производства используется лигнин (отходы лесопиления после гидролиза). Для снижения себестоимости биоэтанола ООО «Кировский биохимический завод» предлагает включить предприятие в реестр квалифицированных генерирующих объектов (т.н. перечень предприятий генерирующих «зеленую энергию»), и установить льготный тариф на электрическую энергию.

Согласно объяснениям ФИО15 от 31.08.2018, где в хронологии изложено про приобретение турбины, ее монтаж, проектные, строительные, и иные работы, «ООО Кировский тракторный завод» в 2012 передало турбину с генератором в аренду ООО «КИБИХ» согласно предложению последнего, поскольку за счет этого он мог полностью обеспечить свое энергопотребление. ООО «КИБИХ» несло расходы на проведение работ по доведению параметров до проектных, эксплуатацию турбины, проведение ежегодных регламентных работ. За счет энергии турбины осуществлялся выпуск продукции.

ФИО16 вырабатывала электроэнергию, используя пар, который в дальнейшем направлялся на производство продукции. Для производства пара ООО «КИБИХ» использовало газ, который закупался в ООО «Газпром межрегионгаз ФИО29». В результате каждый киловатт полученной электроэнергии обходился Обществу в два раза дешевле стоимости энергии, закупаемой у ресурсоснабжающих организаций.

Таким образом, сам налогоплательщик подтверждает использование спорного оборудования с 2013.

Настаивая на своей позиции по делу, Общество указывает на договор аренды от 03.06.2012, акт приема-передачи документации от 03.06.2012, дополнительное соглашение от 15.11.2014 к договору аренды от 03.06.2012, дополнительное соглашение от 06.06.2012 к договору аренды от 03.06.2012, дополнительное соглашение от 15.11.2014 к договору аренды от 02.01.2015, доверенность, письмо от 13.11.2012, от 08.07.2020.

Согласно договору аренды от 03.06.2012 ООО «Кировский тракторный завод» (Арендодатель) в лице директора ФИО5, сдает, а ООО «Кировский биохимический завод» (арендатор) в лице ФИО8, принимает в аренду турбину паровую Р-4-3,4/1,5-1 2009 г.в., зав. №17301 с турбогенератором Т-4-2УЗ-6,3 кВ/, 2009 г.в., зав. №13268, именуемое в дальнейшем «имущество», расположенную в здании котельного цеха по адресу: ФИО29, ул. Луганская, 53А. На момент заключения договора имущество, сдаваемое в аренду, принадлежит Арендодателю на праве собственности.

Арендатор вправе пользоваться предоставляемым в аренду имуществом с момента подписания акта приема-передачи. Обязанности Арендатора по уплате арендной платы, содержанию имущества и другие вытекающие из договора об аренде обязанности, возникают у Арендатора с момента фактической передачи имущества в пользование (пункт 1 договора).

Согласно пункту 2 договора Арендодатель обязан:

Передать имущество, являющиеся объектом аренды, в день подписания настоящего договора (вступления договора в силу). Договор является актом приема-передачи имущества.

Передать Арендатору вместе со сдаваемым в аренду имуществом относящиеся к нему документы.

Передать Арендатору имущество, предусмотренное договором, в состоянии, соответствующем условиям договора аренды, производственному назначению арендованного имущества и его пригодности для эксплуатации.

В присутствии Арендатора проверить исправность сдаваемого в аренду имущества, а также ознакомить Арендатора с правилами его эксплуатации либо выдать письменные инструкции о правилах и порядке пользования этим имуществом.

Арендатор обязан:

Использовать полученное в аренду имущество в соответствии с условиями договора и исключительно по прямому производственному назначению названного имущества.

Нести возникающие в связи с коммерческой эксплуатацией арендованного имуществ расходы, в том числе на оплату текущего ремонта и расходуемых в процессе эксплуатации материалов, поддерживать имущество в исправном состоянии.

В сроки, согласованные сторонами договора, вносить арендную плату за пользование полученным в аренду имуществом.

Своевременно, за счет собственных средств, производить текущий ремонт имущества.

Согласно акту приема-передачи документации от 03.06.2012 ООО «Кировский тракторный завод» передало, а ООО «Кировский биохимический завод» приняло следующие документы:

1. инструкция по эксплуатации турбины.

2. инструкция по эксплуатации генератора.

3. инструкция по КИП и А.

4. техническое описание ИТ 14.

5. тепловая схема турбины.

6. Принципиальные схемы.

7. Документацию на шкаф возбуждения и панель синхронизации.

8. Паспорт на турбину.

9. Паспорт на генератор.

15.11.2014 ООО «Биотехнологическая компания» (Арендодатель) и ООО «Кировский биохимический завод» (Арендатор) заключили дополнительное соглашение к договору аренды от 03.06.2012.

Согласно пункту 1, 2 дополнительного соглашения в связи с прекращением права собственности ООО «Кировский тракторный завод» и переходом права собственности на имущество к ООО «Биотехнологическая компания» на основании договора купли-продажи от 02.11.2014 в соответствии со статьей 617 ГК РФ все права и обязанности по договору переходят к новому Арендодателю. Остальные условия, не затронутые Соглашением, остаются неизменными и Стороны подтверждают по ним свои обязательства.

Однако, аренда опровергается отсутствием спорного имущества у ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания» в бухгалтерском учете, отсутствием платежей за аренду, налоговыми декларациями по НДС за 2015 ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания», налоговой декларацией ООО «Кировский тракторный завод» по УСНО за 2012 (отсутствует реализация услуг по аренде).

При анализе представленного Обществом договора аренды паровой турбины с турбогенератором от 03.06.2012, установлено, что договор заключен между ООО «Кировский тракторный завод» (арендодатель) в лице директора ФИО5 и ООО «КИБИХ» (арендатор) в лице генерального директора ФИО8

Вместе с тем, согласно выписке из ЕГРЮЛ, на дату заключения договора (03.06.2012) директором ООО «Кировский тракторный завод» и лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, являлась ФИО30

Таким образом, договор аренды подписан неуполномоченным лицом.

Доводы Общества о том, что ФИО5 подписал договор аренды по доверенности, являются необоснованными, поскольку договор аренды не содержит сведений о подписании его со стороны арендодателя лицом по доверенности.

ООО «КИБИХ» представило в суд первой инстанции дополнительное соглашение от 06.06.2012 к договору аренды от 03.06.2012, дополнительное соглашение от 15.11.2014 к договору аренды от 02.01.2015.

В договоре аренды от 03.06.2012, в дополнительном соглашении от 06.06.2012 к договору аренды от 03.06.2012 указан расчетный счет ООО «Кировский тракторный завод» в банке № 40702810900350146238.

Однако данный счет открыт ООО «Кировский тракторный завод» только 24.10.2012.

В дополнительном соглашении от 15.11.2014 к договору аренды от 03.06.2012 указан расчетный счет ООО «Биотехнологическая компания» в банке № 40702810400350258587.

Однако данный счет открыт ООО «Биотехнологическая компания» только 24.11.2014.

Согласно письму от 13.11.2012 в связи с уточнением платежных реквизитов для перечисления арендных платежей, ООО «Кировский тракторный завод» направило ООО «КИБИХ» для переподписания договор аренды от 03.06.2012 и дополнительное соглашение от 06.06.2012, однако на 03.06.2012, на 06.06.2012 у ООО «Кировский тракторный завод» отсутствовали счета в банке.

Согласно дополнительному соглашению от 06.06.2012 к договору аренды от 03.06.2012 пункт 1 договора изложен в следующей редакции: 

ООО «Кировский тракторный завод» (Арендодатель) сдает в аренду, а ООО «Кировский биохимический завод» (Арендатор) принимает в аренду турбину паровую Р-4-3,4/1,5-1 2009 г.в., зав. №17301 с турбогенератором Т-4-2УЗ-6,3 кВ/, 2009 г.в., зав. №13268, именуемое в дальнейшем «имущество», расположенное в здании котельного цеха по адресу: 610044, ФИО29, ул. Луганская, 53А.

Имущество принадлежит Арендодателю на праве собственности, в эксплуатацию не введено.

Арендная плата устанавливается в размере 15 000 руб. и уплачивается арендатором с момента предоставления арендодателем акта испытаний и приемки в эксплуатацию паровой турбины.

Остальные условия, не затронутые Соглашением, остаются неизменными и Стороны подтверждают по ним свои обязательства.

Как следует из дополнительного соглашения от 06.06.2012, пункт 2 договора аренды не изменился.

Согласно дополнительному соглашению от 02.01.2015 к договору аренды от 03.06.2012 пункт 1 договора изложен в следующей редакции: 

ООО «Биотехнологическая компания» сдает в аренду, а ООО «Кировский биохимический завод» (Арендатор) принимает в аренду турбину паровую Р-4-3,4/1,5-1 2009 г.в., зав. №17301 с турбогенератором Т-4-2УЗ-6.3 кВ/, 2009 г.в., зав. №13268, именуемое в дальнейшем «имущество», расположенное в здании котельного цеха по адресу: 610044, ФИО29, ул. Луганская, 53А.

Имущество принадлежит Арендодателю на праве собственности, в эксплуатацию не введено.

Арендная плата устанавливается в размере 15 000 руб. и уплачивается арендатором с момента предоставления арендодателем акта испытаний и приемки в эксплуатацию паровой турбины.

Остальные условия, не затронутые Соглашением, остаются неизменными и Стороны подтверждают по ним свои обязательства.

Между тем, пункт 1 договора (в редакции дополнительного соглашения от 06.06.2012, 02.01.2015) о сдаче в аренду оборудования, не введенного в эксплуатацию, противоречит пункту 2 договора аренды о передаче арендатору имущества в состоянии, соответствующем производственному назначению арендованного имущества и его пригодности для эксплуатации, о передаче в аренду имущества именно для использования исключительно по прямому производственному назначению (согласно акту приема-передачи документации от 03.06.2012 ООО «Кировский тракторный завод» передало, а ООО «Кировский биохимический завод» приняло, в том числе, инструкцию по эксплуатации турбины и инструкцию по эксплуатации генератора).

Таким образом, факт аренды опровергается материалами дела.

Как настаивает Общество, арендную плату в адрес ООО «Биотехнологическая компания» заплатило в выкупной цене путем проведения зачета.

Однако в соглашении о зачете ссылка на наличие задолженности по договору аренды от 03.06.2012 отсутствует; по условиям соглашения зачет проводился в связи с наличием задолженности по договору поставки спорного оборудования от 02.12.2015 и по договорам займа от 30.03.2015, от 31.08.2015.

Согласно акту сверки от 02.12.2015 установлена задолженность по договору аренды от 15.11.2014 за период с 29.09.2015 по 02.12.2015 ООО «КИБИХ» перед ООО «Биотехнологическая компания» в сумме 31 500 руб. (в том числе НДС 4 805,09 руб.), размер задолженности по договору от 15.11.2014 уплачивается в цене и в сроки, согласованные в договоре поставки товара.

Однако в договоре поставки от 02.12.2015 отсутствуют условия, касающиеся задолженности по договору аренды.

НДС в размере 4 805,09 руб. не отражен в налоговых декларациях по НДС за 2015 ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания» (в составе суммы вычетов и в составе налоговой базы).

Таким образом, арендные отношения фактически отсутствовали; договор аренды ни с ООО «Кировский тракторный завод», ни с ООО «Биотехнологическая компания» не заключался.

Доводы Общества об отсутствии ошибок в учете спорного оборудования у ООО КИБИХ», о приобретении по договору поставки от 02.12.2015 именно основного средства в виде паровой турбины с генератором у ООО «Биотехнологическая компания», подлежит отклонению, так как   представленная ООО «КИБИХ» бухгалтерская отчетность не содержит показателей о приеме на учет основного средства в виде паровой турбины с генератором в 4 квартале 2015 и в 2016.

После вручения 28.11.2016 акта камеральной проверки и представления 31.03.2016 бухгалтерской отчетности за 2015 ООО «КИБИХ» 20.01.2017 в ходе  проведения выездной налоговой проверки представило: выписку из главной книги ООО «Кировский биохимический завод» по счету 01 и 08, где приобретение турбины отражено по счету 08 «Капитальные вложения».

То есть ООО «Кировский биохимический завод» паровая турбина приняло на учет как незавершенное строительство.

Только после вручения 28.11.2016 акта проверки, после проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, перед вынесением оспариваемого решения ООО «Кировский биохимический завод» 02.04.2018 представило бухгалтерский баланс за 2017 с отражением турбины в составе основных средств.

При этом в отношении бухгалтерских справок, представленных Обществом для подтверждения отражения имущества на забалансовом счете 001 с 2012 (как основные средства, полученные организацией в аренду), налогоплательщик сам указал, что спорное оборудование только в сентябре 2015 стало соответствовать критериям основного средства (пояснения от 02.03.2020).

Согласно пункту 20 Положения по бухгалтерскому учету «Бухгалтерская отчетность организации» (ПБУ 4/99), утвержденному Приказом Минфина от 06.07.1999 № 43н, в строке бухгалтерского баланса «Основные средства» указывается следующие показатели: земельные участки и объекты природопользования, здания, машины, оборудование и другие основные средства, незавершенное строительство.

Таким образом, в строке бухгалтерского баланса «Основные средства» указываются основные средства, как введенные в эксплуатацию, так и объекты, не введенные в эксплуатацию (требующие монтажа, дооборудования).

Из анализа бухгалтерской отчетности за 2009-2011 установлено, что турбина с генератором приобретена ООО «БиоХимЗавод» в 1 полугодии 2009   и отражена в бухгалтерском балансе по статье «Незавершенное строительство».

В ходе процедуры банкротства ООО «БиоХимЗавод» данное оборудование в адрес ООО «Кировский гидролизный завод» не реализовывалось, из анализа бухгалтерской отчетности установлено, что ООО «Кировский гидролизный завод» спорное имущество в бухгалтерском учете не учитывало, по расчетному счету отсутствует оплата ООО «Кировский гидролизный завод» за турбину в адрес ООО «БиоХимЗавод».

ООО «Кировский тракторный завод» и ООО «Биотехнологическая компания» спорное имущество в бухгалтерском учете также не учитывало, установлено отсутствие платежей и поступлений за приобретение (реализацию) паровой турбины.

Реализация спорного оборудования по договору купли-продажи от 02.11.2014 по счету-фактуре от 28.11.2014 № 17 за 149 800 000 руб. ООО «Кировский тракторный завод» в  адрес ООО «Биотехнологическая компания» не отражена в налоговой декларации ООО «Кировский тракторный завод» по НДС за 4 квартал 2014.

Декларация по НДС за 4 квартал 2014 представлена ООО «Кировский тракторный завод» с нулевыми показателями.

Отражение основных средств организации на счетах бухгалтерского учета производится в соответствии с Планом счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкцией по его применению, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н.

Приобретаемое основное средство отражается в бухгалтерском учете на счете 01, а основные средства, требующие монтажа, дооборудования на счете 08.

Как указано в Инструкции по применению плана счетов бухгалтерского учета, счет 01 «Основные средства» предназначен для обобщения информации о наличии и движении основных средств организации, находящихся в эксплуатации, запасе, на консервации, в аренде, в доверительном управлении.

Счет 08 «Вложения во внеоборотные активы» предназначен для обобщения информации о затратах организации в объекты, которые впоследствии будут приняты к бухгалтерскому учету в качестве основных средств.

На субсчете 08-3 «Строительство объектов основных средств» учитываются затраты по возведению зданий и сооружений, монтажу оборудования, стоимость переданного в монтаж оборудования и другие расходы, предусмотренные сметами, сметно-финансовыми расчетами и титульными списками на капитальное строительство (независимо от того, осуществляется это строительство подрядным или хозяйственным способом).

Таким образом, исходя из Приказа Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н такое оборудование как турбина и турбогенератор необходимо учитывать на счете 08 «Вложения во внеоборотные активы», а после ввода в эксплуатацию на счете 01 «Основные средства».

ООО «КИБИХ» указывает, что спорное оборудование было принято контрагентами на учет по счету 41 «Товары», а также о том, что ООО «Кировский гидролизный завод» осуществило дальнейшие затраты на монтаж этого оборудования.

Однако отражение товаров на счете 41 не предусматривает дооборудования и проведения монтажных работ по таким товарам, а также удорожание стоимости приобретенного товара в связи с проведением монтажных и пуско-наладочных работ.

Как указано в Инструкции по применению плана счетов бухгалтерского учета, счет 41 «Товары» предназначен для обобщения информации о наличии и движении товарно-материальных ценностей, приобретенных в качестве товаров для продажи. Этот счет используется в основном организациями, осуществляющими торговую деятельность, а также организациями, оказывающими услуги общественного питания.

Кроме того, стоимость паровой турбины, указанная в представленных справках, не соответствует стоимости, указанной в строке 1210 «Запасы» раздел II «Оборотные активы» бухгалтерских балансов ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания»«.

Таким образом, ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», и ООО «Биотехнологическая компания» спорное имущество в бухгалтерском учете не учитывали.

Материалами дела подтверждается, что отражение в бухгалтерском учете Общества суммы оплаты за поставленный товар (турбину и турбогенератор) в результате зачета требований по договорам займа, не соответствует ни самому соглашению о зачете от 10.04.2017, ни сведениям о движении денежных средств по расчетному счету Общества и ООО «Биотехнологическая компания».

Дополнительным соглашением от 28.12.2015 установлено, что оплата товара осуществляется в следующие сроки: до 31.12.2016 - 50 500 000 руб., до 31.12.2017 - 50 500 000 руб., до 31.12.2018 - 50 600 000 руб.

Оплата денежными средствами по договору поставки от 02.12.2015 не производилась.

В силу пункта 3 соглашения о зачете от 10.04.2017 размер задолженности ООО «КИБИХ» по оплате турбины перед ООО «Биотехнологическая компания» составил 50 500 000 руб.

Срок оплаты требования наступил 01.01.2017.

По договорам займа от 30.03.2015 и 31.08.2015 ООО «Биотехнологическая компания» имеет задолженность перед ООО «КИБИХ» в размере 61 391 000 руб. Срок предъявления требования наступил 01.01.2017.

Пунктом 4 соглашения установлено, что после проведения зачета остаток задолженности ООО «Биотехнологическая компания» по договорам займа перед ООО «КИБИХ» составляет 10 891 000 руб. (61 391 000 руб. - 50 500 000 руб.).

Из анализа расчетных счетов ООО «Биотехнологическая компания» и ООО «КИБИХ» усматривается, что в 2015 на расчетный счет ООО «Биотехнологическая компания» поступили денежные средства от ООО «КИБИХ» по двум договорам займа от 30.03.2015 и от 31.08.2015 в размере 61391 000 руб., из них 6 870 000 руб. по договору займа от 30.03.2015 возвращено займодавцу.

Данная сумма не учтена ООО «КИБИХ» при составлении соглашения о зачете взаимных требований, (то есть фактический долг у ООО «Биотехнологическая компания» перед ООО «КИБИХ» составлял 54 541 000 руб.).

Основная часть денных денежных средств, поступившая как займ, в размере 35 028 743,92 руб. израсходована на заработную плату, уплату алиментов сотрудников организации, которые фактически являются работниками ООО «КИБИХ», что предполагает отсутствие намерения возврата денежных средств в ООО «КИБИХ», так как само ООО «Биотехнологическая компания» деятельность не вело в данный период времени.

Также с расчетного счета ООО «Биотехнологическая компания» в течение 2015 осуществлялась оплата третьим лицам за ООО «КИБИХ» с назначением платежа «за ООО «КИБИХ», в счет договора займа от 30.03.2015», всего перечислено 11 002 344,15 руб.

Таким образом, задолженность ООО «Биотехнологическая компания» перед ООО «КИБИХ» по полученным займам на 10.04.2017 составила не 61 391 000 руб., а 8 489 911,93 руб., которой недостаточно для погашения задолженности ООО «КИБИХ» перед ООО «Биотехнологическая компания».

Указанное обстоятельство свидетельствует о недостоверности указанных в соглашении сведений о зачете и о формальности составления данного соглашения без учета реальных финансовых операций контрагентов.

Довод Общества о частичной оплате 32 922 655 руб. путем проведения зачета, противоречит заявлению самого же Общества от 22.10.2018, которое указывало о проведении зачета на сумму 50 500 000 руб.

Оплата за спорное имущество в размере 101 100 000 руб. отсутствует и не будет перечислена в адрес ООО «Биотехнологическая компания» в связи с прекращением его деятельности, что подтвердил и сам налогоплательщик.

Общество указывало, что сумма неоплаченного долга (то есть 101 100 000 руб.) признана им внереализационным доходом в связи с ликвидацией контрагента по инициативе налогового органа, включена в налоговую базу по налогу на прибыль и подлежит налогообложению по ставке 20%, Общество исчислило налог на прибыль за 2018.

Однако, отражение в составе внереализационных доходов суммы задолженности перед ООО «Биотехнологическая компания» носит формальный характер.

При увеличении суммы внереализационных доходов на сумму задолженности перед спорным контрагентом Общество одновременно увеличило и расходы, размер которых противоречит данным бухгалтерского учета, опровергается проведенным налоговым органом анализом деятельности Общества и не подтвержден самим налогоплательщиком.

В уточненной декларации увеличена сумма внереализационных доходов на 118 392 685 руб., при этом Обществом не представлены документы, какие суммы и по каким контрагентам отнесены на внереализационные доходы, а также, что данные суммы долга относятся именно к ООО «Биотехнологическая компания».

В уточненной декларации по налогу на прибыль за 2018  налогоплательщик  увеличил и расходы, уменьшающие сумму доходов от реализации на 70 641 090 руб., внереализационные расходы на 44 608 273 руб. Требование от 25.02.2020 № 3584 о представлении подтверждающих документов ООО «КИБИХ» не исполнило.

Ссылка Общества на письмо Западно-Уральского Управления Ростехнадзора от 04.08.2016, а также на судебные акты по делу №A28-9639/2017, в рамках которого было установлено потребление электроэнергии только из внешних источников, о чем Общество указывает также в «Дополнении к апелляционной жалобе», подлежат отклонению, поскольку в рамках названного дела (решение от 12.08.2020 и постановление апелляционного суда от 14.01.2020) судами была установлена обязанность Общества оплатить  электроэнергию, поставленную ему ООО «ВЭК», начало правоотношений с которым по договору от  01.08.2014 №040833 Общество не оспаривало.

Сам по себе факт отсутствия заявления на допуск, разрешений на допуск, уведомлений о факте нахождения электростанции не свидетельствует о ее отсутствии у Общества и о её неиспользовании без оформления разрешительной документации.

При этом в рамках дела №A28-9639/2017 суды признали наличие у Общества обязанности оплатить поставленную ему электроэнергию, а не факт Наличия (отсутствия) у ООО «КИБИХ» оборудования, в отношении которого Инспекция произвела корректировку налоговых обязательств проверяемого налогоплательщика.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что размер задолженности, взысканной с ООО «КИБИХ» в пользу ООО «Восточная энергетическая компания» определен на основании экспертного заключения, составленного по результатам судебной экспертизы, где для определения объема электрической энергии, потребленной в период с декабря 2014 по ноябрь 2016 года каждым из объектов ООО «КИБИХ» исходя их доли потребления электрической энергии в общем объеме электрической энергии, потребленной за указанный период в производственном комплексе, находящемся по адресу: 

<

...>, экспертом применен метод определения долей потребления, исходя из величины допустимой длительной токовой нагрузки вводного кабеля.

То есть общий объем потребленной ООО «КИБИХ» электроэнергии больше, чем тот, который подлежал оплате ООО «ВЭК» за спорный период.

Выводы судов о потреблении электроэнергии только из внешних источников  в судебных актах по делу №A28-9639/2017 сделаны только в отношении объектов ООО «КИБИХ», которые снабжались электроэнергией ООО «ВЭК».

А указание в решении суда первой инстанции о том, что, по информации ПАО «МРСК Центра» и Приволжья» и Западно-Уральского Управления технадзора, ООО «КИБИХ» не обращалось с целью согласования техусловий на подключение электростанции, заявления  на допуск в эксплуатацию газотурбинной электростанции не подавало, и о том, что доказательства на территории производственного комплекса нахождения турбины не представлены, противоречит позиции налогоплательщика по настоящему делу, который настаивает, что приобрел ее в декабре 2015 года.

При этом при рассмотрении дела №А28-9639/2017 ООО «КИБИХ» доказательства производства электрической энергии от собственной генерации представлены не были.

Но такой вывод суда не свидетельствует о том, что турбины не существовало до момента заключения сделки купли-продажи спорного имущества в 2015.

Довод Общества о нарушении Инспекцией процедуры принятия решения, апелляционный суд признает необоснованным.

Пунктом 2 статьи 101 НК РФ предусмотрено право налогоплательщика (в том числе через представителя) знакомиться со всеми материалами проверки, включая материалы дополнительных мероприятий налогового контроля.

Лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представитель), вправе ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля в течение срока, предусмотренного для представления письменных возражений пунктом 6 статьи 100 НК РФ и пунктом 6.1 статьи 101 НК РФ. Налоговый орган обязан обеспечить лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителю), возможность ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля на территории налогового органа не позднее двух дней со дня подачи таким лицом соответствующего заявления. Ознакомление с такими материалами осуществляется путем их визуального осмотра, изготовления выписок, снятия копий. 

В соответствии с пунктом 14 статьи 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных настоящим Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Как следует из материалов дела, по результатам камеральной проверки составлен Акт от 21.11.2016, который вручен Обществу 30.12.2016.

Налогоплательщиком представлены возражения на акт проверки, после чего 15.06.2017 и 31.05.2018 еще были представлены дополнения к возражениям.

Первоначальное рассмотрение акта налоговой проверки от 21.11.2016 №13869 и материалов проверки Инспекция назначила на 18.01.2017, о чем уведомила Общество надлежащим образом (т.3, л.д. 62-63). 

18.01.2017 налогоплательщик на рассмотрение явился и заявил ходатайство  об отложении и продлении срока рассмотрения материалов проверки, что подтверждается протоколом рассмотрения (т.3, л.д. 99-100).

18.01.2017 в связи с представлением ООО «КИБИХ» возражений, ходатайства об отложении, продлении срока рассмотрения материалов проверки, невозможностью полностью и всесторонне оценить представленные возражения, непредставлением Обществом к возражениям документов по турбине, Инспекция приняла решение № 135 о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 20.02.2017.

После изучения представленных возражений, в связи с непредставлением к возражениям документов по турбине (договор, товарная накладная, счет-фактура № 45 от 28.12.2015) Инспекция признала обязательным участие Общества в рассмотрении материалов налоговой проверки.

10.05.2017 Инспекция вынесла решение о назначении и проведении  дополнительных мероприятий налогового контроля.

Итоговое рассмотрение материалов проверки и дополнительных возражений Общества состоялось 06.06.2018, в тот же день вынесено решение  №4783.

Как указало ООО «КИБИХ» в жалобе, с результатами мероприятий налогового контроля Инспекция знакомила налогоплательщика 15 раз.

Представляется сомнительным, что данный факт может свидетельствовать о каких-либо нарушениях прав проверяемого налогоплательщика.

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает, что в отношении получения ООО «КИБИХ» необоснованной налоговой выгоды Инспекцией представлены достаточные и достоверные доказательства недобросовестности налогоплательщика. 

Фактически заявитель апелляционной жалобы считает неверной оценку судом первой инстанции каждого из доказательств, представленных сторонами в материалы дела, и каждого из обстоятельств, установленных в отношении проверяемого налогоплательщика, его контрагентов  и спорной сделки, однако требование заявителя апелляционной жалобы о необходимости иной оценки таких доказательств и обстоятельств в отсутствие доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Ссылка заявителя жалобы на судебную практику отклоняется судом апелляционной инстанции, так как названные ООО «КИБИХ» судебные акты приняты судами по конкретным делам с учетом конкретных обстоятельств, выводы по которым не могут быть автоматически распространены на иные споры по аналогичной категории дел.

На основании изложенного Второй арбитражный апелляционный суд признает решение Арбитражного суда ФИО29ской области от 19.09.2020 законным и обоснованным, принятым при правильном применении норм материального и процессуального права, а также с учетом фактических обстоятельств дела. Оснований для удовлетворения жалобы ООО «КИБИХ» по изложенным в ней доводам у апелляционного суда не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

При подаче апелляционной жалобы ООО «КИБИХ» уплатило государственную пошлину в сумме 3000 рублей, тогда как в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по данной категории апелляционных жалоб размер подлежащей уплате госпошлины составляет 1500 рублей, поэтому излишне уплаченная в ПАО Сбербанк ФИО29 ВВБ 8612/139 по чеку-ордеру от 15.10.2000 госпошлина в сумме 1500 рублей подлежит возврату ФИО8 из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда ФИО29ской области от 19.09.2020 по делу №А28-13821/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  – без удовлетворения.

Возвратить из федерального бюджета ФИО8 1500 рублей государственной пошлины, излишне уплаченной в ПАО Сбербанк ФИО29 ВВБ 8612/139 по чеку-ордеру от 15.10.2020 (операция 18) за рассмотрение апелляционной жалобы  ООО  «Кировский  биохимический  завод» по  делу №А28-13821/2018.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд ФИО29ской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Т.В. Хорова

ФИО31

ФИО1