СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3089/2022(2)-АК

Дело № А50-12854/2021

18 мая 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 мая 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей                               Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии по веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ФИО2 - ФИО3, паспорт, доверенность от 09.07.2021;

от кредитора ООО «Конкорд Фрада», в лице конкурсного управляющего ФИО4 - ФИО5, паспорт, доверенность от 30.03.2022;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 04 марта 2022 года 

о включении требования общества с ограниченной ответственностью «Конкорд Фрада» в размере 966 356, 70 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника, 

вынесенное в рамках дела № А50-12854/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Кедр Форест С»                  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

определением Арбитражного суда Пермского края от 04.06.2021 заявление ФИО2 (далее – кредитор, ФИО2) о признании ООО «Кедр Форест С» (далее – должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением суда от 23.08.2021 (резолютивная часть от 16.08.2021) ООО «Кедр Форест С» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим ООО «Кедр Форест С» утвержден ФИО6, член Союза СОАУ «Альянс».

01.11.2021 (направлено почтой 20.10.2021) ООО «Конкорд Фрада»  обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 966 356,70 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.03.2022 (резолютивная часть от 01.03.2022) требование ООО «Конкорд Фрада» в размере 966 356,70 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Кедр Форест С».

Не согласившись с судебным актом, кредитор ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 04.03.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

Заявитель в жалобе указывает на пропуск заявителем срока исковой давности, поскольку акт сверки взаимных расчетов от 01.01.2018, составленный по состоянию на 29.09.2018, не прерывает течение такого срока; не соблюден претензионный порядок, необходимый для приостановления течения срока исковой давности на 30 дней (претензия направлена по неустановленному адресу, адрес описи вложения в письмо не совпадает с адресом, по которому действительно направлено письмо). С позиции апеллянта, срок исковой давности подлежит применению к каждому платежу отдельно, с учетом чего в любом случае истек по 4-м платежам из 5-ти на общую сумму в размере 754 356,70 руб. Полагает неверным применение судом первой инстанции ст.ст. 168, 575 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и презумпция возмездности гражданско-правовых договоров (ст. 423 ГК РФ) при рассмотрении довода кредитора о ничтожности сделки - договора уступки между обществами «Торнадо» и «Конкорд Фрада», поскольку указанный договор не предусматривает встречного предоставления со стороны цессионария и подписан неуполномоченным лицом со стороны цедента. По утверждению апеллянта, в нарушение положений ст. 71 Закона о банкротстве, п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, в реестр требований кредиторов должника включена необоснованная, документально не подтвержденная задолженность, что грубо нарушает права и законные интересы ФИО2 и иных конкурсных кредиторов должника и является однозначным основанием для отмены обжалуемого определения. Признавая задолженность установленной и подтвержденной актом сверки взаимных расчетов, суд первой инстанции неверно истолковал и применил ст. 9 Закона о бухгалтерском учете, не учитывая, что акт сверки взаимных расчетов представляет собой организационный документ исключительно технического характера, не является первичным учетным бухгалтерским документом и не может служить безусловным подтверждением существования задолженности, в том числе, для целей включения в реестр требований кредиторов; акт сверки взаимных расчетов не позволяет установить, что зафиксированная в нем задолженность, возникла именно в связи с неисполнением конкретного договора поставки.

От кредитора ООО «Конкорд Фрада» поступил письменный отзыв, в котором возражает против доводов апелляционной жалобы.

Представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, просит отменить определение суда первой инстанции. 

Представитель ООО «Конкорд Фрада» против доводов апелляционной жалобы возражает по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, представителей не направили, что в силу ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  ст.ст. 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы. 

Как следует из материалов дела, обращаясь с рассматриваемыми требованиями, ООО «Конкорд Фрада» указало на то, у должника перед ООО «Торнадо» имеются неисполненные денежные обязательства в сумме 966 356,70 руб., что подтверждается актом сверки взаимных расчетов. 

Между ООО «Торнадо» и ООО «Конкорд Фрада» был заключен договор уступки требования (цессии) от 20.04.2019 № 05 на право требования задолженности в размере 966 356,70 руб. к ООО «Кедр Форест С» по договору поставки от 14.06.2018 № 07/06, заключенным между ООО «Кедр Форест С» и ООО «Торнадо». 

В связи с состоявшейся уступкой права требования, в силу положений ст. 48 АПК РФ, и неоплатой задолженности, ООО «Конкорд Фрада» обратился с соответствующим заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов ООО «Кедр Форест С».

Кредитором ФИО2 и конкурсным управляющим указано на пропуск срока исковой давности по заявленным требованиям.

Рассмотрев требования кредитора, суд первой инстанции признал их обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника, признав срок исковой давности не пропущенным.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и п. 1 ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры банкротства, следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Пунктом 6 ст. 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 Закона.

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В соответствии с п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

В силу норм ст.ст. 71, 100 Закона о банкротстве требования кредитором направляются в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований; иные лица, участвующие в деле, вправе заявить возражения против требований кредитора.

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу п.п. 3-5 ст. 71 и п.п. 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При этом проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В силу ст. 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ).

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Судом первой инстанции установлено, что между обществом «Торнадо» (покупатель) и обществом «Кедр Форест С» (продавец) заключен договор поставки товара от 14.06.2018 № 07/06, по условиям пункта 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя товар (пиломатериалы хвойных пород, обрезные, сухие, строганные), а покупатель принять его и оплатить (л. 8-11 обособленного спора).

Наименование товара, его количество, ассортимент, качество и цена за каждую единицу товара, сроки поставки каждой партии товара согласовываются сторонами дополнительно в спецификациях (Приложениях), являющихся неотъемлемой частью договора (пункт 1.2 договора).

Как следует из пунктов 2.3-2.4 данного договора, обязанность по поставке товара считается исполненной продавцом в момент подписания покупателем товаросопроводительных документов: товарно-транспортной (или транспортной) накладной и универсального передаточного документа (или товарной накладной и счета-фактуры). Моментом перехода права собственности на поставляемый товар является дата, указанная покупателем в товарно-транспортной (или транспортной) накладной и универсальном передаточном документе (или товарной накладной).

Как предусмотрено в пункте 4.3 договора, покупатель производит оплату 50% стоимости партии товара на расчетный счет продавца в течение 3 рабочих дней после подписания соответствующей спецификации; остальные 50% - по готовности партии товара и приемке покупателем (представителем) на складе продавца.

В силу ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно п. 1 ст. 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В материалы дела представлен акт сверки взаимных расчетов, подписанный сторонами названного договора по состоянию на 29.09.2018, из которого следует, что сальдо расчетов в пользу общества «Торнадо» составляет 966 356,70 руб. (л. 14 обособленного спора).

Отраженные в данном акте оплаты должнику в июне, августе и сентябре 2018 года денежных средств в размерах 261 200 руб., 268 750 руб., 200 000 руб., 250 000 руб. и 212 000 руб. подтверждаются данными выписки по расчетному счету должника.

Конкурсным управляющим в суде первой инстанции указано, что последняя из указанных сумм произведена со счета стороннего юридического лица, а не со счета общества «Торнадо», что справедливо расценено судом первой инстанции как принятие должником исполнения третьим лицом в порядке ст. 313 ГК РФ. 

Судом первой инстанции верно установлено, что согласно акту сверки взаимных расчетов, подписанному обществом «Торнадо» и обществом «Кедр Форест С», поставка товара должником произведена только на сумму 225 593,30 руб., доказательств, свидетельствующих о поставке товара на  большую сумму, в материалы дела не представлено, равно как и доказательств возврата со счета должника обществу «Торнадо» остальной части уплаченных последним денежных средств в размере 966 356,70 руб.

Согласно п. 3 ст. 487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (ст. 457 данного Кодекса), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Возможность предъявления покупателем данного требования (возникновение соответствующего права) связано только с фактом просрочки исполнения обязательств поставщиком (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.06.2003 № 12463/02).

Указанная норма подлежит применению и к отношениям по договору поставки (п. 5 ст. 454 ГК РФ, п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.10.1997 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки»).

Как верно указал суд первой инстанции, тот факт, что в материалах дела имеется только спецификация от 14.06.2018 № 1, по которой поставке подлежала партия товара общей стоимостью 522 400 руб., сам по себе не опровергает наличие у должника обязанности возвратить указанную фактически полученную им сумму, на которую встречное эквивалентное предоставление не произведено. 

При доказанности факта перечисления денежных средств на расчетный счет должника даже при отсутствии на часть данной суммы спецификации, в которой согласованы условия поставки конкретной партии товара, на основании которой предоплата произведена, кредитор не может быть лишен права требовать взыскания данной предоплаты по правилам ст. 1102 ГК РФ.

Таким образом, судом первой инстанции установлено наличие на стороне должника неосновательного обогащения в сумме 966 356,70 руб.

Произведенный кредитором расчет задолженности, соотносимый с операциями, отраженным в представленном акте сверки взаимных расчетов, никем надлежащим образом не опровергнут.

Кроме того, между обществом «Торнадо» (цедент) и обществом «Конкорд Фрада» (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) от 20.04.2019 № 05, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает требования в полном объеме к обществу «Кедр Форест С»  по договору поставки от 14.06.2018 № 07/06 (п.1). Передаваемое право требования – взыскание предварительной оплаты (переплаты) покупателя в размере 966 356,70 руб., возникшей в связи с недопоставкой товара.

Уведомление о состоявшейся цессии вручено обществу «Кедр Форест С», о чем свидетельствует подпись на соответствующем документе, выполненная ФИО7, действующим от имени должника на основании доверенности от 05.07.2018 (л. 15-16 обособленного спора).

В связи с тем, что требования не погашены, ООО «Конкорд Фрада»  обратилось с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Нормы Закона о банкротстве не содержат каких-либо особенностей в отношении регулирования вопросов о процессуальном правопреемстве в рамках дела о банкротстве, в связи с чем, при рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве следует руководствоваться положениями ст. 48 АПК РФ.

В соответствии со ст. 48 АПК РФ, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном процессе производится тогда, когда правопреемство произошло в материальном гражданском правоотношении. Перечень случаев перемены лиц в обязательствах ст. 48 Кодекса не ограничен.

Из анализа приведенной нормы следует, что необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст.ст. 384, 385 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (п. 1 ст. 388 ГК РФ).

По смыслу поименованной нормы, уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование).

По общим правилам (п. 2 ст. 389.1 ГК РФ) требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если иное не предусмотрено законом или договором.

Уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено (п. 1 ст. 385 ГК РФ).

Из содержания апелляционной жалобы следует, что оспаривая выводы суда о действительности цессии, кредитор ссылался на его ничтожность в силу его безвозмездности.

Вместе с тем, как верно указал суд первой инстанции, отсутствие в договоре уступки требования (цессии) от 20.04.2019 №05 условия о цене передаваемого права само по себе не свидетельствует о дарении соответствующего права (п. 9 Информационного письма от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Квалификация соглашения об уступке права (требования), как договора дарения, возможна лишь при установлении намерения безвозмездно передать право (требование).

При этом доказательств, подтверждающих намерение сторон договора уступки требования (цессии) от 20.04.2019 № 05 на безвозмездную уступку права требования к должнику, в материалы дела не представлено, следовательно, данный договор является возмездным.

На основании представленных доказательств, поскольку договор уступки требования (цессии) от 20.04.2019 № 05 не содержит условия, исключающего общее правило о моменте перехода права требования к цессионарию, вывод суда первой инстанции о доказанности произошедшей перемены кредитора в обязательстве, возникшем между должником и обществом «Торнадо», с последнего на общество «Конкорд Фрада», является верным.

Таким образом, сторонами при заключении договора уступки требования (цессии) от 20.04.2019 соблюдены и согласованы все предусмотренные ст.ст. 382, 384 ГК РФ условия. В этой связи договор цессии является заключенным и влечет предусмотренные для такого вида договоров правовые последствия в виде перехода соответствующих прав требования к должнику от правопредшественника к ООО «Конкорд Фрада». 

Апелляционный суд, проанализировав представленные документы, приходит к выводу о том, что представленный договор уступки права требования соответствует нормам главы 24 ГК РФ.

Соответствующие доводы заявителя подлежат отклонению как основанные на неверном толковании фактических обстоятельств дела.

Доводы кредитора ФИО2 и конкурсного управляющего о пропуске срока исковой давности правомерно отклонены в силу следующего.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (п. 2 ст. 203 ГК РФ).

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Пунктом 21 названного Постановления установлено, что перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (п. 2 ст. 206 ГК РФ).

Совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями (ст. 182 ГК РФ) (п. 22 названного Постановления).

В материалы дела представлен акт сверки взаимных расчетов к договору поставки товара от 14.06.2018 № 07/06 по состоянию на 29.09.2018, подписанный от имени ООО «Кедр Форест С» ФИО7, действующим от имени должника на основании доверенности от 05.07.2018.

В рассматриваемом случае, как правильно указал суд первой инстанции, подписание указанного акта является обстоятельством, прерывающим течение срока исковой давности, в связи с чем, не имелось оснований для применения по заявлению кредитора исковой давности.

Срок исковой давности по требованиям заявителя, основанным на названном договоре, на момент обращения с суд с рассматриваемым заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (20.10.2021) не пропущен.

Вопреки позиции кредитора ФИО2, отсутствие в акте сверки ссылки на конкретный договор не свидетельствует о том, что сторонами сверены расчеты именно по договору поставки товара от 14.06.2018 № 07/06,  доказательства наличия между обществами «Торнадо» и «Кедр Форест С» иных правоотношений из материалов дела не усматривается.

Более того, о проведении сверки расчетов именно по договору поставки товара от 14.06.2018 № 07/06 свидетельствует заключение между обществами Торнадо» и «Конкорд Фрада» договора уступки требования (цессии) от 20.04.2019 № 05, предметом которого является уступка права требования к обществу «Кедр Форест С» предварительной оплаты (переплаты) покупателя в размере 966 356,70 руб., возникшей в связи с недопоставкой товара по договору поставки от 14.06.2018 № 07/06 (п.1). 

Ссылка кредитора ФИО2 на то, что соответствующий акт подписан со стороны общества «Торнадо» лицом, полномочия которого не подтверждены, правомерно отклонена судом первой инстанции, поскольку обстоятельство отсутствия среди представленных цессионарием доказательств документа, подтверждающего полномочия лица, подписавшего акт сверки с обществом «Кедр Форест С» от имени цедента, не опровергает факт признания должником задолженности.

От имени самого общества «Кедр Форест С» указанный акт сверки подписан уполномоченным лицом, что никем не оспаривается, а, соответственно, действия должника, свидетельствующие о признании долга перед кредитором, совершены и это подлежит учету для целей перерыва течения срока исковой давности.

Кроме того, общество «Конкорд Фрада» направляло в адрес общества «Кедр Форест С» претензию №15, содержащую требование о погашении долга в размере 966 356,70 руб., а именно 08.08.2019 (л. 17-20 обособленного спора) в пределах трехлетнего срока, исчисляемого с 29.09.2018.

В силу п. 3 ст. 202 ГК РФ, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 16 постановления Пленума ВС РФ № 43, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В случае соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора ранее указанного срока течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения такого порядка. 

После соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора течение срока исковой давности продолжается (п. 4 ст. 202 ГК РФ). Правило об увеличении срока исковой давности до шести месяцев в этом случае не применяется.

При этом из системного толкования п. 3 ст. 202 ГК РФ и п. 5 ст. 4 АПК РФ следует диспозитивное правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день. Если ответ на претензию не поступил и иное не оговорено в договоре, исковая давность приостанавливается на 30 дней.

Таким образом, течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (Определения Верховного Суда РФ от 31.07.2018 № 305-ЭС18-6638, от 16.10.2018 № 305-ЭС18-8026, А40-43937/2017).

Установив, что на момент направления обществом «Конкорд Фрада» претензии должнику истекли 10 и 7 дней срока исковой давности, который после приостановления, начиная с 08.08.2019, на 30 дней продолжил свое течение с 09.09.2019 еще на два года 1 месяц и 22 дня, то есть по 31.10.2019, суд первой инстанции правомерно признал заявление о включении в реестр требований кредиторов должника поданным в пределах данного срока.

Доводы жалобы о необходимости применении срока исковой давности применительно к каждому платежу отклоняются, поскольку обязанность по внесению платежей не носила периодический (ежемесячный) характер, договором поставки предусмотрены иной порядок расчетов.

Более того, все платежи, отраженные в акте сверки взаимных расчетов, совершены кредитором в пределах трехлетнего срока относительно даты составления акта – 29.09.2018, признаны должником на указанную дату, что  свидетельствует о перерыве течения срока исковой давности в отношении всей задолженности и начале его течения заново с 29.09.2018. 

Утверждение апеллянта о дате акта сверки взаимных расчетов – 01.01.2018, опровергается содержанием данного акта, в котором прямо указано на наличие задолженности на 29.09.2018.

Доводы жалобы о том, что акт сверки взаимных расчетов не является достаточным и допустимым доказательством существования задолженности, подлежат отклонению, поскольку фактические взаимоотношения сторон по договору поставки не опровергается сторонами, доказательства поставки товара должником в больших объеме и стоимости в материалах спора отсутствуют. Отсутствие документов у конкурсного управляющего ввиду их непередачи бывшим руководителем должника не может быть вменено в вину кредитору, которое не является лицом, контролирующим должника либо аффилированным с ним. К включению в реестр предъявлена задолженность, возникшая в результате переплаты по договору; первичными документами факта оплаты является не только акт сверки взаимных расчетов, но и выписка по расчетному счету должника, в которой соответствующие операции поступления денежных средств от кредитора отражены.

Доводы жалобы о подписании указанного акта неуполномоченным/неустановленным лицом подлежат отклонению, поскольку в акте указано лицо, подписавшее его от имени общества «Торнадо» - ФИО8 Им же подписан договор уступки требования (цессии) от 20.04.2019, в котором указаны его полномочия как представителя. О подписании акта сверки и договора цессии уполномоченным на то представителем общества «Торнадо» свидетельствует и отсутствие со стороны данного общества требований к должнику.

Доводы о направлении в адрес общества «Кедр Форест С» претензии по неустановленному адресу в данном случае не имеют правового значения, поскольку претензия фактически должником получена.

Согласно отчету об отслеживании почтового отправления, претензия была вручена адресату почтовой службой, что возможно только при предоставлении получающим корреспонденцию лицом документа, подтверждающего его полномочия действовать от имени должника.

Более того, в описи вложения в ценное письмо отправителем указан как адресат – ООО «Кедр Форест С», так и его адрес – 

<

...>, соответствующий юридическому адресу должника, что свидетельствует о направлении претензии, в том числе по указанному адресу. Представление квитанции, содержащей номер идентификатора другого почтового отправления, Более того, но тоже адресованного ООО «Кедр Форест С» и полученного последним, указанное не опровергает. 

Иного суду апелляционной инстанции не доказано.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 04 марта 2022 года по делу № А50-12854/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

В.И. Мартемьянов