ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-18627/2019

город Ростов-на-Дону

23 декабря 2022 года

15АП-21113/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 23 декабря 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Димитриева М.А., судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии конкурсного управляющего ФИО2, представителя конкурсного управляющего ФИО3 по доверенности от 15.09.2022, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.11.2022 по делу № А32-18627/2019 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи (далее – должник) конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Геворкяна Тирана Мартиновича, ФИО4 и ФИО5 в размере 10 280 817 рублей 75 копеек.

Определение от 03.11.2022 суд привлек Геворкяна Тирана Мартиновича и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Взыскал с Геворкяна Тирана Мартиновича и ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 10 280 817 рублей 75 копеек. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) отказал.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, взыскать с Геворкяна Тирана Мартиновича, ФИО4 и ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» город Сочи (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 10 789 873, 16 руб.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что действия генерального директора должника ФИО6 и главного бухгалтера ФИО5 носят согласованный характер. ФИО5 совместно с ФИО6 извлекла выгоду от незаконного поведения руководителя должника, совершила действия, целью которых было уклонение от погашения задолженности перед кредиторами. При этом смена юридического лица произведена формально, фактического изменения руководящего состава не произошло. Совместная деятельность бывшего генерального директора должника с его бывшим главным бухгалтером ФИО5, от имени ООО «Лидер-Строй» привела к совместному привлечению ответчиков к уголовной ответственности. ФИО5 исказила бухгалтерскую отчетность должника путем включения в отчетность сведений о заключении сомнительных сделок с третьим лицом ООО «Импульс» с целью уклонения от погашения задолженности перед кредитором ООО «Стринд Консалтинг» и уменьшения начисления налоговых платежей. ФИО6 и ФИО5 до сих пор совместно удерживают документы бухгалтерского учета и отчетности. Заявитель жалобы отмечает, что в суде первой инстанции было приобщено ходатайство об увеличении требований по взысканию субсидиарной ответственности от 22.07.2022 до 10 789 873,16 руб., однако, данное ходатайство не было учтено судом первой инстанции и фактически взысканная сумма составила 10 280 817, 75 руб.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «ГТМСтрой» ФИО2 и конкурсный управляющий ФИО2 поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований.

Лица, участвующие в деле, не возражают против рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ст. 156 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения 03.11.2022 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только в обжалуемой части - в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, индивидуальный предприниматель ФИО7 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» несостоятельным (банкротом). Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.07.2019 общество с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (номер в реестре - 2757, ИНН 

<

***>, почтовый адрес: 653052, Кемеровская область, город Прокопьевск, а/я 2486).

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Геворкяна Тирана Мартиновича, ФИО4 и ФИО5 в размере 10 280 817 рублей 75 копеек.

При рассмотрении заявленных требований суд первой инстанции руководствовался следующим. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Законом N 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", при этом статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266 -ФЗ), поданных с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, подлежат определению редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему действий (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006, пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"). Поскольку действия (бездействие) ответчиков, на которые указывает конкурсный управляющий как на основание для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место в период с 11.01.2016 по 19.09.2019, то к действиям, сделкам, совершенным контролирующими лицами до 01.07.2017, подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве; к действиям, совершенным контролирующими лицами после 01.07.2017 - положения главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 266-ФЗ.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указал, что Геворкян Тиран Мартинович в период с 31.10.2012 по 05.12.2017 являлся директором должника, а также в период с 31.10.2012 по 05.03.2018 являлся участником со 100 % доли в уставном капитале должника. Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований указал, что Геворкян Тиран Мартинович совершал сделки, направленные на отчуждение ликвидного имущества должника.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подлежащему применению к спорным отношениям, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723 (2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкнотное -состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее -критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления N 53).

Применительно ко второму критерию квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Из содержания абзаца третьего пункта 16 постановления Пленума N 53 следует, что к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

Как следует из материалов дела, согласно выписке по расчетному счету должника за период с 03.04.2016 по 21.09.2016, на расчетном счете ООО «ГТМСтрой» находились денежные средства в размере 14 377 434 руб.

11 января 2016 года между обществом с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Импульс» (исполнитель) был заключен договор № 1.

Пунктом 1.1. договора установлено, что заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства на выполнение строительно-монтажных работ на объекте строительства: «строительство дорог в Молодежном микрорайоне Лазаревского района, выделенного под застройку для многоквартирных семей».

Согласно пункту 2.1. стоимость составляет 9 250 000 рублей.

26 февраля 2016 года между обществом с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Импульс» (исполнитель) был заключен договор № 2.

Пунктом 1.1. договора установлено, что заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства на выполнение строительно-монтажных работ на объекте строительства: «Аварийно-восстановительные работы дома № 22-А, расположенного по адресу: город Сочи, Центральный округ, улица Полтавская».

Согласно пункту 2.1. стоимость составляет 4 200 000 рублей.

На основании указанных договоров ООО «ГТМСтрой» перечислило ООО «Импульс» 13 450 000 руб. (28.07.2016 в размере 4200000 руб., 29.07.2016 в размере 9250000 руб.).

Между тем, несмотря на наличие в материалах дела документов, представленных в подтверждение выполнения ООО «Импульс» работ по указанным договорам, суд первой инстанции пришел к выводу, что фактически работы указанной организацией не выполнялись в виду следующего.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «Импульс» было поставлено на налоговый учет 10.12.2015, то есть за один месяц до заключения первого договора.

Согласно ответу Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару от 23.03.2021 № 21-28/15898 сведения о суммах оплаченных налогов по указанным договором ООО «Импульс» не сдавались (л.д. 87, т 1).

Кроме того, согласно ответу Межрайонной ИФНС № 16 от 06.10.2021 № 21 -11/28977, отсутствуют сведения о наличии у ООО «Импульс» работников (л.д. 86, т 1).

Основным видом деятельности (ОКВЭД) ООО «Импульс» указано: «46.71 Торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами».

Кроме того, 18.07.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности адреса ООО «Импульс».

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2017 по делу А32-2581/2017 ООО «Импульс» ликвидировано.

Суд первой инстанции критически отнесся к представленным актам о приемке выполненных работ от 30.06.2016 по договору № 1 от 11.01.2016 и от 30.06.2016 по договору № 2 от 26.02.2016, поскольку согласно сайту - zakupki.gov.ru в разделе информации об исполнении контракта содержатся данные о том, что ООО «ГТМСтрой» были предъявлены муниципальному заказчику (МКУ г. Сочи «УКС») и приняты указанные работы 18.05.2016, т.е. более чем за месяц до даты, указанной в КС-2 с ООО «Импульс» в качестве субподрядчика.

Совокупность указанных доказательств свидетельствует о том, что ООО «Импульс» не выполняло работы по договорам подряда.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате заключения указанных договоров произошел вывод ликвидного имущества общества в размере 13 450 000 рублей, конечным бенефициаром которого является Геворкян Тиран Мартинович.

В пункте 23 постановления N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. По общему правилу к числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу части 2 статьи 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Согласно части 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Согласно пункту 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обращено внимание судов на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно пункту 8 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). При этом возможны ситуации, когда злоупотребление правом допущено обеими сторонами договора, недобросовестно воспользовавшимися свободой определений договорных условий в нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц или публичных интересов.

Презумпция добросовестности сторон при совершении сделок является опровержимой.

Суд первой инстанции установил, что стороны сделки не имели намерения создать те правовые последствия, которые предусмотрены гражданским законодательством.

Исходя из характера взаимоотношения ООО «ГТМСтрой» и ООО «Импульс», посредством формально оформленных документов, суд первой инстанции сделал вывод, что фактически произведен вывод имущества должника, подлежащего включению в конкурсную массу в условиях его неплатежеспособности, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторам должника.

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника (пункт 3 постановления N 53).

При разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения Геворкяна Тирана Мартиновича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судом первой инстанции учтено, что указанное лицо фактически являлось выгодоприобретателем от совершенных должником сделок.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Геворкяна Тирана Мартиновича к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В части удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Геворкяна Тирана Мартиновича в суд апелляционной инстанции от лиц, участвующих в деле, возражений не заявлено.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 (руководитель должника с 05.12.2017 по настоящее время, а также в период с 05.03.2018 являлся участником со 100 % доли в уставном капитале должника).

В обоснование доводов о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика, конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО4 не были переданы конкурсному управляющему документы должника.

В данной части суд первой инстанции исходил из следующего.

Нормами статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрены обстоятельства, при наличии хотя бы одного из которых субсидиарная ответственность по обязательствам должника может быть возложена на контролирующего должника лица.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения,  в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1)организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2)ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 3 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения, а также контролирующего должника лица.

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Положения подпункта 5 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых от имени юридического лица возложены обязанности по представлению документов для государственной регистрации либо обязанности по внесению сведений в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц.

По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53).

Вместе с тем, само по себе абстрактное указание на лишение конкурсного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей копий документов не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как разъяснено в пункте 19 постановления N 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 24 постановления N 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.07.2019 общество с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев

Определениями Арбитражного суда Краснодарского края от 19.09.2019 суд истребовал у ФИО4 бухгалтерскую и иную документацию должника.

Однако судом первой инстанции установлено, что документы до настоящего времени не переданы.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10, статьи 61.11 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу части 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона "О бухгалтерском учете" ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В рамках настоящего дела конкурсным управляющим подтверждено и из материалов дела фактически следует, что непередача соответствующей документации привела к невозможности оспаривания сделок, невозможности взыскания дебиторской задолженности, определения основных активов должника.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 возражений лицами, участвующих в деле, суду апелляционной инстанции не заявлено.

Конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности главного бухгалтера ФИО5.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности главного бухгалтера ФИО5 заявитель ссылается на то, что указанное лицо с 06.06.2016 являлось единственным учредителем и генеральным директором ООО «Лидер-Строй», которое заключило муниципальные контракты с МКУ г. Сочи «Управление капитального строительства», с которым ранее сотрудничало «ГТМСтрой».

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходил из того, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, подтверждающих статус ФИО5 как контролирующего должника лица по смыслу ст. 61.10 Закона о банкротстве. 

Судебная коллегия, повторно исследовав материалы дела в обжалуемой части, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, на основании следующего.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Данный подход ранее сформирован правоприменительной практикой, выработанной экономической коллегией Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам, и в дальнейшем нашел отражение в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее постановление N 53).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как предусмотрено п. 1 ст. 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 г. N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017 г.) "О несостоятельности (банкротстве)", если иное не предусмотрено настоящим федеральным законом, в целях настоящего федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в т.ч., по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с п. 2 ст. 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 г. N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017 г.) "О несостоятельности (банкротстве)" возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в пп. 2 п. 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в т.ч., путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В обоснование требований об отмене судебного акта в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий приводит доводы о том, что действия генерального директора должника ФИО6 и главного бухгалтера ФИО5 носят согласованный характер. 

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО5 совместно с ФИО6 извлекла выгоду от незаконного поведения руководителя должника, совершила действия, целью которых было уклонение от погашения задолженности перед кредиторами, при этом, смена юридического лица произведена формально, фактического изменения руководящего состава не произошло. 

Вместе с тем само по себе заключение ООО «Лидер-Строй», в котором ФИО5 являлась директором и учредителем, договоров с контрагентом должника не может являться основанием для вывода, что она являлась контролирующим должника лицом, либо являлась конечным бенефициаром по совершенным должником сделкам.

Положения Закона о банкротстве не называют главного бухгалтера должника в перечне лиц, на которых может возлагаться субсидиарная ответственность по обязательствам должника.

Факт внесения ответчиком недостоверных сведений и данных учета и отчетности материалами не подтвержден.

Конкурсным управляющим не представлены документальные доказательства, что ответчик мог влиять на деятельность должника, или принимать решения, которые влияли на экономическую деятельность должника.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что совместная деятельность бывшего генерального директора должника с его бывшим главным бухгалтером ФИО5, от имени ООО «Лидер-Строй» привела к совместному привлечению ответчиков к уголовной ответственности, не представил в материалы дела вступивший в законную силу приговор в подтверждение своих доводов. 

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО5 исказила бухгалтерскую отчетность должника путем включения в отчетность сведений о заключении сомнительных сделок с третьим лицом ООО «Импульс» с целью уклонения от погашения задолженности перед кредитором ООО «Стринд Консалтинг» и уменьшения начисления налоговых платежей, подлежит отклонению судебной коллегией как документально не подтвержденный. 

Заявителем не конкретизировано, какие именно ложные сведения и за какой период существенно препятствовали формированию конкурсной массы, а также привели к невозможности погашения задолженности перед кредиторами.

Договоры № 1 от 11.01.2016 и № 2 от 26.02.2016, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» и обществом с ограниченной ответственностью «Импульс» были подписаны Геворкяном Тираном Мартиновичем.

Доказательства того, что ФИО5 давала должнику, либо руководителю должника какие-либо указания по ведению хозяйственной деятельности или иные обязательные для исполнения указания в материалах дела отсутствуют.

Материалами дела не подтверждается, что ФИО5 являлась учредителем, либо руководителем ООО «Импульс».

Доказательств нахождения у ФИО5 в настоящее время документов бухгалтерского учета и отчетности, конкурсным управляющим не представлено. 

Иные доводы не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены или изменения определения Арбитражного суда Краснодарского края от 03.11.2022 по делу № А32-18627/2019 и удовлетворения апелляционной жалобы.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в удовлетворении заявления о привлечении главного бухгалтера ФИО5 к субсидиарной ответственности следует отказать.

Доводы Геворкяна Тирана Мартиновича и ФИО5 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, рассмотрены судом первой инстанции и отклонены, ввиду следующего.

В силу абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 названного Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом). В случае пропуска этого срока по уважительной причине, за исключением предельного объективного 3-летнего срока, исчисляемого со дня признания должника несостоятельным (банкротом), он может быть восстановлен судом.

Из названной нормы права следует необходимость применения двух сроков исковой давности:

субъективного, продолжительностью в 1 год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности,

объективного, продолжительностью в 3 года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15 февраля 2018 года N 302-ЭС14-1472 (4,5,7) по делу N А33 -1677/2013 согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Положения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве были изменены Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ, согласно которому заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ предусмотрено, что установленные им правила применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В данном случае судом первой инстанции установлено, что по требованию конкурсного управляющего, поданному 19.10.2021, не истек трехлетний срок давности, исчисленный с даты открытия конкурсного производства (05.07.2019).

В силу положений пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно реестру требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» от 26.04.2021 и сведениям о текущих обязательствах, размер субсидиарной ответственности составляет 10 280 817 рублей 75 копеек. Из представленных конкурсным управляющим сведений судом первгой инстанции установлено, что общий размер требований кредиторов, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника составляет 10 280 817 рублей 75 копеек.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности Геворкяна Тирана Мартиновича, ФИО4 по обязательствам должника составляет 10 280 817 рублей 75 копеек. При этом ответчиками не представлены доказательства, свидетельствующие, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, существенно меньше размера субсидиарной ответственности, установленной законом.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости привлечь Геворкяна Тирана Мартиновича, ФИО4 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГТМСтрой» в размере 10 280 817 рублей 75 копеек.

Заявитель жалобы приводит довод о том, что в суде первой инстанции было приобщено ходатайство об увеличении требований по взысканию субсидиарной ответственности от 22.07.2022 до 10 789 873,16 руб., однако, данное ходатайство не было учтено судом первой инстанции и фактически взысканная сумма составила 10 280 817, 75 руб.

Суд апелляционной инстанции исследовал вопрос о нарушении судом норм процессуального права, выразившемся в не рассмотрении заявленных конкурсным управляющим требований.

В силу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Суд апелляционной инстанции установил из материалов рассматриваемого дела и прослушанной аудиозаписи всех судебных заседаний, что в соответствии с требованиями статей 49, 125 - 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий не оформлял надлежащим образом уточнение своих требований и не ходатайствовал перед судом первой инстанции о принятии их к рассмотрению. Согласно материалов дела, 05.08.2022 конкурсным управляющим направлены в суд первой инстанции возражения на отзыв ФИО5 (т. 1, л.д. 155-156), по тексту которых содержится ходатайство об увеличении требований по взысканию субсидиарной ответственности до 10 789 873,16 руб.

Вместе с тем, данное ходатайство не оформлено как самостоятельный документ, в судебном заседании конкурсным управляющим не поддержано, что противоречит установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации требованиям об условиях уточнения ранее поданных исковых требований. С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно рассмотрел и разрешил по существу требования конкурсного управляющего, изложенные в заявлении от 19.10.2021.

Судебная коллегия отмечает, что конкурсный управляющий с учетом вступившего в законную силу определения от 03.11.2022 о привлечении к субсидиарной ответственности Геворкяна Тирана Мартиновича, ФИО4 не лишен права обратиться в Арбитражный суд Краснодарской края с заявлением о взыскании с указанных ответчиков в порядке субсидиарной ответственности дополнительной суммы денежных средств, за пределами установленного указанным определением размера субсидиарной ответственности.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта судом были установлены все существенные для дела обстоятельства, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.11.2022 по делу № А32-18627/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий М.А. Димитриев

СудьиД.В. Емельянов

Д.В. Николаев