АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

693000, г. Южно-Сахалинск, Коммунистический проспект, 28

Факс 460-945, 460-952, адрес сайта-http://sakhalin.arbitr.ru/

Электронная почта-info@sakhalin.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А59-5249/2021

г. Южно-Сахалинск

17 мая 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 10.05.2023, решение в полном объеме изготовлено 17.05.2023.

 

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Веретенникова И.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Залив» в лице его участника ФИО2 

к директору общества с ограниченной ответственностью «Залив» ФИО3 

о взыскании 32 170 494 рубля в возмещение убытков, причиненных единоличном исполнительным органом общества 

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная компания Сахалин», общество с ограниченной ответственностью «Эпатмент-Сервис», общество с ограниченной ответственностью «Тайра Долинск», общество с ограниченной ответственностью «Коммунальное предприятие «Силмаш», индивидуальный предприниматель ФИО4, индивидуальный предприниматель ФИО5

при участии:

истца ФИО2, его представителя ФИО6 по доверенности от 25.08.2020;

от ответчика: ФИО7 по доверенности от 24.02.2022;

в отсутствии третьих лиц

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Залив» в лице участника ФИО2 (далее - истец, Общество, ООО «Залив») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3 (далее - ответчик, ФИО3) с требованием о взыскании убытков в размере 5 730 342 рубля.

Исковые требования нормативно обоснованы положениями статей 53.1, 65.2, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах, Закон № 14-ФЗ) и мотивированы совершением директором ООО «Залив» ФИО3 недобросовестных действий, которые привели к утрате основных средств общества, затоплению принадлежащего обществу морского судна.

Определением суда от 24.09.2021 исковое заявление принято к производству суда, возбуждено дело и назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

Впоследствии 26.01.2022 истец дополнил исковое заявление требованием о взыскании с ФИО3 убытков в размере 29 382 000 рублей, составляющих кредиторскую задолженность общества по итогам 2018 года (том 1 л.д. 128-135).

27.10.2022 истец обратился в суд с заявлением об увеличении исковых требований, по тексту которого просил взыскать: убытки в размере 19 382 000 рублей; 5 730 342 рубля ущерб, причиненный виновными действиями по утоплению судна; убытки 291 000 рублей, вызванные неисполнением решения суда и назначением судебной неустойки (том 2 л.д. 107-108).

Окончательно объем требований сформирован истцом в дополнении от 26.04.2023 (том 3 л.д. 138-139):

- ущерб 291 000 рублей, вызванный неисполнением решения суда и назначением судебной неустойки;

- ущерб в размере 3 529 855 рублей, причиненный виновными действиями по утрате материальных ценностей (основных средств);

- 7 306 000 рублей стоимость утраченного судна;

- убытки в размере 24 573 494 рублей, составляющие задолженность перед контрагентами общества. 

Представитель истца, принимающая участие в судебном заседании, на удовлетворении исковых требований настаивала, сообщила, что фактические обстоятельства искового заявления являлись предметом рассмотрения Арбитражного суда Сахалинской области в деле № А59-4514/2020. Истец ФИО2 обращался в суд с иском к ФИО3 об исключении из состава участников общества. В удовлетворении иска было отказано, однако судебным актом установлено, что ответчик совершил действия, направленные на вывод активов общества, ведение конкурирующей деятельности, бездействие в отношении находящегося в аренде у общества РПУ. В рамках указанного дела был допрошен свидетель, который подтвердил факт гибели судна по вине ФИО3, допустившего незаконный ремонт и переоснащение судна.

Представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражал по доводам отзыва на исковое заявление, в соответствии с которым, истцом не представлены доказательства нарушения ответчиком своих обязанностей, приведших к невозможности осуществления обществом хозяйственной деятельности либо ее существенному затруднению. Долговые обязательства возникли по причине неоплаты оказанных обществу услуг по заключенным договорам. На проведенных собраниях участников общества по итогам 2016 и 2017 годов финансовое положение общества обоими участниками квалифицировано как критическое. Истец ФИО2 принимал участие в хозяйственной деятельности общества, контролировал привлечение и расходование средств, достоверно знал о финансовом состоянии общества.

Органами внутренних дел проводились неоднократные проверки по заявлениям ФИО2 в отношении ответчика о краже судна «Хосэи-Мару № 18» и о его гибели. В возбуждении уголовных дел было отказано.

Полагал необоснованным взыскание убытков в виде судебной неустойки, поскольку решение суда не исполнено по объективным обстоятельствам. Офис общества неоднократно подвергался подтоплению, что подтверждается сообщением Управления ГО и ЧС города Южно-Сахалинска. Общество не смогло восстановить утраченные документы, и в этой связи 14.03.2022 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью исполнения (том 1 л.д. 172-175, том 3 л.д. 56-74).

Определением от 27.10.2022 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Торгово-производственная компания Сахалин», ООО «Эпатмент-Сервис», ООО «Тайра Долинск», ООО «Коммунальное предприятие «Силмаш», ИП ФИО4, ИП ФИО5

Третьи лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о дате и месте его проведения уведомлены надлежащим образом, ввиду чего суд, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) определил провести заседание в их отсутствии.

Изучив материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ООО «Залив» зарегистрировано в Межрайоной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Сахалинской области 23.10.2014 при его создании с присвоением ОГРН 

<

***>.

С 22.05.2014 и настоящее время участниками ООО «Залив» являются ФИО2 и ФИО3 с размером доли в уставном капитале общества ? у каждого.

Директором общества с 15.08.2016 является ФИО3, сведения о котором внесены в ЕГРЮЛ 23.08.2016.

Между обществом и ФИО3 заключен трудовой договор № 01 от 15.08.2016, при этом от имени общества договор подписан учредителем ФИО2 (том 1 л.д.12-18).

Рассмотрение спора о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа означает, что возникшие между сторонами правоотношения подлежат квалификации как корпоративные, которые регулируются нормами Закона об обществах, а также нормами общей части  ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1).

Как разъяснено в абзаце первом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

С учетом изложенного, обращение в суд с настоящим иском участника общества - ФИО2 в качестве представителя ООО «Залив» с сохранением за последним процессуального статуса истца по настоящему делу, соответствует вышеуказанным нормам и разъяснениям.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты нарушенного права.

В силу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 1 статьи 44 Закона об обществах, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах).

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из содержания вышеуказанных положений, следует, что основанием для взыскания убытков является наличие состава гражданского правонарушения, включающего в себя следующие условия: противоправное деяние (действие или бездействие), причинителя вреда, наличие вреда, причинную связь между противоправным деянием и причиненным вредом, вину причинителя вреда. При этом удовлетворение исковых требований, по общему правилу, возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности.

Следовательно, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Вина ответчика предполагается, если не будет доказано обратное. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 постановления № 62, лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор) обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. При этом, в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Как установлено судом из материалов дела, 26.02.2016 между японской фирмой «Хокурё-суисан Ко лтд» и ООО «Залив» заключен договор купли-продажи судна «Хосэи-Мару № 18», бортовой номер НК2-1966, за 1 100 японских иен (том 1 л.д. 30-35). 

Истец в тексте искового заявления указал, что в ходе проверки по заявлению ФИО2 было установлено, что судно затонуло, и причиной затопления судна по показаниям свидетеля стала незаконная реконструкция под руководством ФИО3 Первоначально истцом было заявлено требование о взыскании убытков, связанных с гибелью судна в размере 749 650 рублей. В уточнении от 23.06.2022 истец увеличил сумму иска по данному требованию до 7 000 000 рублей, ссылаясь на сведения открытых источников о рыночной стоимости подобного судна (том 2 л.д. 73). Окончательно по данному требованию стоимость судна определена по отчету о рыночной стоимости отчета оценки 7 306 000 рублей (том 3 л.д. 22).

Вместе с тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ истцом в материалы дела не представлено документов, подтверждающих виновное поведение ответчика, в результате которого судно было утрачено.

Напротив, из материалов дела следует, что ФИО2 дважды обращался в органы внутренних дел. Первоначально его заявление было принято Сахалинским линейным отделом МВД России на транспорте, КУСП № 1510/225 от 16.12.2020. Заявление ФИО2 содержало сведения о том, что к хищению судна возможно причастен генеральный директор ООО «Залив» ФИО3 В период с 16.12.2020 по 09.04.2021 проводилась проверка, в возбуждении уголовного дела было отказано, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что факт хищения судна «Хосэи-Мару № 18» не подтвердился (том 1 л.д. 19-29).

Вторая проверка по заявлению ФИО2 проводилась Сахалинским следственным отделом на транспорте Восточного межрегионального следственного управления на транспорте СК РФ. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 16.12.2021 указано, что анализ установленных в ходе проверки обстоятельств позволяет следственному органу сделать вывод о том, что в действиях лиц, которые в силу занимаемой должности и выполняемой работы отвечали за соблюдение правил безопасности движения и эксплуатации судна ООО «Залив», а именно, капитана судна, непосредственно управлявшего судном, и генерального директора ООО «Залив» ФИО3, отвечавшего за безопасность судна в целом, отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 263 УК РФ (том 3 л.д.121-127).

Таким образом, правоохранительные органы в пределах своей компетенции и при соблюдении процессуального порядка проводили проверку заявлений ФИО2 и не установили виновных действий ФИО3

В этой связи у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований истца о взыскании убытков в размере 7 306 000 рублей.

Рассматривая требование о взыскании с ответчика убытков в размере 3 529 855 рублей, причиненных виновными действиями по утрате материальных ценностей (основных средств), суд приходит к следующему.

В качестве основания данного требования истец указал, что основные средства согласно перечню исчезли и невозможно установить их местоположение, что свидетельствует о том, что директор распорядился ими по собственному усмотрению и непосредственно в тесте искового заявления приведен перечень утраченного имущества, которые состоит из 23 позиций.

Письменным доказательством заявленному требованию является «Перечень основных средств по первоначальной стоимости» по данным бухгалтерского учета, приложенный истцом к материалам искового заявления (том 1 л.д. 36).

Между тем, указанный перечень состоит из 43 позиций, при этом истец не дает никаких комментариев по вопросу о том, почему прочие 10 позиций не являются утраченными.

Ответчиком в материалы дела представлены приказы о вводе в эксплуатацию объектов основных средств: № 4 корр/ОС от 25.06.2015Ю № 1 корр/ОС от 14.05.2015, № 6/ОС от 06.07.2015, № 7/ОС от 06.07.2015, согласно которым основные средства введены в эксплуатацию с 06.07.2015, при этом срок полезного использования установлен 37 месяцев (том 1 л.д. 124-127). Приказы составлены до назначения ФИО3 генеральным директором общества.

Далее.01.11.2018 генеральным директором ФИО3 издан приказ № 1/ОС о списании основных средств в связи с полным физическим износом, представлен Акт списания объекта основных средств от 01.11.2018 по установленной унифицированной форме № ОС-4 (том 1 л.д. 120-123).

К моменту издания приказа срок полезного использования основных средств истек. Истец не сослался на незаконность изданного приказа и Акта, как не представил ссылок на нормативные акты в области бухгалтерского учета, свидетельствующие о необоснованном списании основных средств.  Кроме того суд полагает, что даже если бы ФИО3 не представил в материалы дела указанный приказ от 01.11.2018 (истец полагает, что приказ составлен в момент рассмотрения дела, то есть изготовлен позднее указанной в нем даты), в деле нет документальных свидетельств тому, что приобретенное в 2015 году имущество имеет иной срок износа, что оно могло и должно было быть на балансе общества на дату предъявления иска в сентябре 2021 года.

Доказательств тому, что ФИО3 распорядился указанным имуществом по собственном усмотрению, в материалы дела не представлены.

С учетом изложенного, требования истца в указанной части удовлетворению не подлежат.

Требование о взыскании убытков, составляющих кредиторскую задолженность предприятия в размере 24 573 494 рублей, удовлетворению не подлежит, ввиду следующих обстоятельств.

Первоначально требование заявлено на сумму 29 382 000 рублей. Сумма требований уменьшена по уточнению от 27.10.2022 на 10 000 000 рублей, поскольку из общей суммы задолженности 29 382 000 рубля перед контрагентами общества, предположительный размер задолженности общества перед ФИО2 составляет 10 000 000 рублей, на которую ФИО2 не претендует (том 2 л.д. 73-75). Окончательно размер требований сформирован в обобщении от 26.01.2023 (том 3 л.д. 11-16).

В обоснование данного требования истец привел следующие доводы. Истец узнал, что по итогам 2019 года кредиторская задолженность общества составила 29 382 000 рублей, тогда как по итогам 2018 года этот показатель составлял лишь 726 000 рублей. Таким образом, по мнению истца, в действиях директора усматривается недобросовестность, сокрытие информации о сделках, неполучение одобрения, уклонение от передачи документов, неразумное поведение (том 1 л.д. 134-135).

В приведенном обобщении от 26.01.2023 истец указал, что ни один из вышеуказанных контрагентов не реализовал свое право на взыскании задолженности в судебном порядке, что не соответствует разумному поведению коммерческих организаций. Ответчик заявлял, что у общества фактически нет задолженности, а отчетность сдана неверная.

Суд приходит к выводу, что кредиторская задолженность юридического лица в принципе не может быть квалифицирована как убытки, поскольку документарное отражение долга не означает уплату денежных средств и как следствие уменьшение активов общества.

Убытки могут возникнуть при перечислении средств контрагентам общества по договорам, которые не имели хозяйственной ценности для общества, или были совершены при конфликте интересов, или при злоупотреблении единоличным исполнительным органом своих полномочий.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В деле отсутствуют доказательства тому, что ответчик ФИО3 совершил вышеуказанные действия, так и доказательств тому, что в результате его действий уменьшилось имущество общества путем необоснованной выплаты денежных средств кредиторам общества.

При рассмотрении иска в данной части ответчик в судебном заседании 26.09.2022 представил акты сверок взаимных расчетов по состоянию на 20.03.2019 с контрагентами: ООО Торгов-производственная компания «Сахалин», ООО «Тайра-Долинск», ИП ФИО4, ООО «КП «Силмаш», ИП ФИО5,ООО «Эпатмент-Сервис» (том 2, л.д.91-103).

Истцом ФИО2 сделано заявление о фальсификации доказательств, которое мотивировано тем, что в открытых источниках в сети «Интернет» имеются иные сведения о кредиторской задолженности указанных юридических лиц (том 3, л.д.120-121).

Необходимые процессуальные действия, предусмотренные статьей 161 АПК РФ, выполнены судом в определении от 27.10.2022.

Частью 3 статьи 161 АПК РФ предусмотрено, что суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 560-О-О).

Заявление истца о фальсификации доказательств судом отклоняется, поскольку с учетом выводов суда об отказе в удовлетворении иска в части взыскания с ответчика убытков в размере кредиторской задолженности, представленные акты сверок не могут подтверждать или опровергать обстоятельства, подлежащие установлению по данному делу, а следовательно не подлежат проверке ни в части соблюдения формы документа, ни в части его достоверности.  

Относительно требования о взыскании убытков в размере 291 000 рублей, составляющих размер судебной неустойки, суд пришел к следующим выводам.

Статьей 69 АПК РФ предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В рассматриваемом случае, решением Арбитражного суда Сахалинской области по делу № А59-2569/2019 от 24.07.2019 признан исковые требования ФИО2 к ООО «Залив» удовлетворены. Судом установлено, что генеральным директором общества ФИО3 не исполнены требования Закона об обществах.

Определением суда от 27.05.2022 с общества с ограниченной ответственностью «Залив» в пользу ФИО2 взыскана судебная неустойка в размере 3 000 рублей за каждый день неисполнения решения арбитражного суда Сахалинской области по делу № А59-2569/2019 от 24.09.2019.

В рассматриваемом случае проявленное ответчиком поведение является намеренным неисполнением руководителем организации обязанности, установленной статьей 50 Закона об обществах.

Применительно к рассматриваемому спору определяющим является установление неправомерности совершенных обществом в лице его исполнительных органов действий/бездействий, которые выразились в неисполнении требований законодательства в части своевременной выдачи участнику общества документов. Более того, действуя подобным образом, руководитель организации не защищает интересы общества, а находясь в противостоянии с участником препятствует реализации его прав на участие в управлении делами общества и получение необходимой для этого информации, несмотря на то, что статус ФИО8 как участника ООО «Дальневосточный военно-правовой центр» никем не оспаривался, а право участников хозяйственного общества на получение исчерпывающей информации о его деятельности общества прямо предусмотрено федеральным законодательством и уставом общества.

Таким образом, незаконность действий ответчика, которая привела к возникновению у общества убытков, установлена Арбитражным судом Сахалинской области по делу № А59-2569/2019 от 24.09.2019, в силу чего является преюдициальной для рассматриваемого спора.

Проверив расчет убытков, произведенных истцом, суд считает его арифметически верным.

При этом суд отмечает, что факт того, что судебная неустойка еще не взыскана с общества, не свидетельствует о невозможности взыскания убытков с директора общества, ввиду того, что статьей 16 АПК РФ предусмотрено, что вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Данный правовой подход сформулирован Верховным судом Российской Федерации в определении № 304-ЭС18-4854 от 29.05.2018.

Суд отмечает, что ответчик в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, ссылаясь на то, что 14.03.2022 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью исполнения, не представил доказательств данного обстоятельства.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Залив» убытки в размере 291 000 (двести девяносто одна тысяча) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 1 663 (одна тысяча шестьсот шестьдесят три) рубля 04 копейки.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 130 852 (сто тридцать тысяч восемьсот пятьдесят два) рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с момента вынесения в полном объеме через арбитражный суд Сахалинской области.

 

Судья                                                                                                 И.Н. Веретенников