АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А03-13761/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 10 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Шаровой Н.А.,

судей                                                         Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2022 (судьи Апциаури Л.Н., Сбитнев А.Ю., Иващенко А.П.) по делу № А03-13761/2020 Арбитражного суда Алтайского края о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новые строительные технологии Сибири» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «НСТ Сибири», должник), принятое по заявлению конкурсного управляющего к ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «НовоТех» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «НовоТех»), ФИО4 о признании недействительной единой сделки по выводу актива должника, применении последствий недействительности сделки.

Суд установил:

в дела о банкротстве должника исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной единой сделки по выводу актива общества «НСТ Сибири» на ФИО3, состоящую из взаимосвязанных договоров: о переводе долга от 16.02.2017 № 01-11/2017-ПДП (между обществом «НСТ Сибири», ФИО3 и обществом «НовоТех»); о переводе долга от 16.02.2017 № 01-10/ПДП (между обществами «НСТ Сибири», «НовоТех», ФИО4); расписки от 16.02.2017 о передаче ФИО4 денежных средств ФИО3, взыскании в порядке реституции с ФИО3 6 139 307,76 руб. (4 474 004 руб. полученных ФИО3, 1 665 303,76 руб. процентов, начисленных на полученные денежные средства за период с 17.03.2017 по 13.04.2022 по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Заявление обосновано ссылками на положения статей 10, 168, 170 ГК РФ и мотивировано совершением сделки в условиях неплатёжеспособности должника с целью причинения вреда кредиторам в результате отчуждения права требования должника к обществу «НовоТех» в отсутствие встречного представления.

Определением суда от 08.09.2022 договор от 16.02.2017 № 01-11/2017-ПДП, заключённый между обществом «НСТ-Сибири» и ФИО3 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 (далее также – ответчик) в пользу должника 4 474 004,84 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Суд пришёл к выводу о ничтожности договора от 16.02.2017 № 01-11/2017-ПДП, как совершённого с нарушением статьи 10 ГК РФ, в целях вывода активов, с целью причинения вреда интересам должника и кредиторов.

Постановлением апелляционного суда от 16.11.2022 определение от 08.09.2022 в обжалуемой части отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Суд апелляционной инстанции указал на неправильное применение положений статьи 10 ГК РФ исходя из того, что пороки сделки в полной мере охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также на отсутствие оснований для признания спорной сделки недействительной, как совершённой за пределами сроков, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2 (далее – управляющий) просит постановление от 16.11.2022 отменить, определение от 08.09.2022 оставить в силе, в обоснование ссылается на ничтожность сделки, выводу о чём не препятствует её совершение за пределами трёх лет до возбуждения дела о банкротстве; управляющий не пропустил срок исковой давности, не преследовал цель обхода правил об исковой давности, а действовал в целях возврата имущества должника по сделкам, по которым заинтересованными лицами оформлены документы, не отражающие реальные хозяйственные операции, что само по себе указывает на выход пороков сделки за пределы оснований недействительности по пункту 2 статьи. 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы обособленного спора, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемого постановления, суд округа не находит оснований для его отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 16.02.2017 между обществом «НСТ Сибири» (первоначальный должник) и ФИО3 (должник) подписан договор перевода долга № 01-11/2017-ПДП, по условиям которого с письменного согласия общества «Новотех» (кредитор) первоначальный должник переводит на должника долг перед кредитором в размере 4 474 004,84 руб., возникший на основании договоров от 01.03.2016 № 01/03, от 02.03.2016 № 02/03.

Между обществом «Новотех» (первоначальный должник) и ФИО4 (должник) подписан договор перевода долга от 16.02.2017 № 01-10/2017-ПДП, по условиям которого с письменного согласия общества «НСТ Сибири» (кредитор) первоначальный должник переводит на должника долг перед кредитором в размере 4 474 004,84 руб., возникший на основании договоров от 01.03.2016 № 01/03, от 02.03.2016 № 02/03.

По расписке от 16.02.2017 ФИО4 передала ФИО3 наличные денежные средства в сумме 4 474 004,84 руб.

Судами установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки общество «НСТ Сибири» имело неисполненные денежные обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплекс» (заявитель по делу о банкротстве), требования которого включены в реестр требований кредиторов должника определениями суда от 13.06.2021, от 10.08.2021, от 16.08.2021. от 29.08.2021.

Факт наличия денежного обязательства перед отдельным кредитором его неисполнение и последующее включение вытекающего из него требования в реестр требований кредиторов, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), подтверждает неплатёжеспособность должника в период заключения оспариваемой сделки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

Определениями суда первой инстанции от 22.04.2022, от 20.05.2022, от 16.06.2022, от 20.07.2022, от 28.07.2022 участникам процесса предлагалось представить доказательства, обосновывающие право на получение ФИО3 денежных средств от ФИО4 (на которую обществом «НовоТех» возложено исполнение его обязательства перед должником по договорам подряда от 01.03.2016 № 01/03, от 02.03.2016 № 02/03).

Требования, изложенные в определениях суда, лицами, участвующими в деле, не исполнены.

Давая оценку оспариваемым договорам, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что фактически между обществом «НСТ-Сибири» и ФИО3 сложились отношения по уступке принадлжавшего должнику права требования к обществу «Новотех» в сумме 4 474 004,84 руб., общество «Новотех», в свою очередь, произвело перевод указанного долга на ФИО4 В результате совершения указанных сделок задолженность общества «Новотех» перед обществом «НСТ Сибири» погашена путём передачи денежных средств от ФИО4 в пользу ФИО3

Со стороны ФИО3 в счёт полученного (через ФИО4) от общества «НовоТех» отсутствовало встречное предоставление в пользу имеющего признаки неплатёжеспособности должника, о чём должник и ФИО3 знали, поскольку последний в спорный период являлся работником должника.

С учётом установленных обстоятельств совершения сделки, наличия у её сторон (должника и ФИО3) цели вывода активов должника и её фактического достижения суд апелляционной инстанции правомерно указал на ошибочность квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом и признания недействительной на основании статьи 10 ГК РФ, исходя из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана недействительной, если была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В абзаце четвёртом пункта 4 Постановления № 63 дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, направленных на передачу должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14), от 24.10.2022 № 305-ЭС21-24325(4) и др.).

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомлённость другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Поскольку определённая совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, закреплённые в данной норме положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Баланс интересов должника, контрагента по сделке, кредиторов, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины её проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомлённости заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной

Сам по себе факт заключения сделки за пределами периода подозрительности, исключающий возможность её оспаривания по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации возникших отношений как ничтожных. Положения статей 10 и 168 ГК РФ могут быть применены только к сделкам, совершенным с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

В данном случае судами установлено, что настоящее дело о банкротстве общества «НСТ Сибири» возбуждено 22.12.2020, оспариваемая сделка заключена 16.02.2017, то есть за пределами трёхгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем проверка данной сделки на предмет её соответствия приведённой специальной норме не представляется возможной.

Обстоятельства, приведённые конкурсным управляющим в обоснование заявления об оспаривании сделки (заключение в условиях неплатёжеспособности должника в пользу заинтересованного лица в отсутствие встречного предоставления с причинением вреда имущественным правам кредиторов должника), в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов.

Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим в рассматриваемом случае не приведены.

Ссылки на наличии у совокупности договоров и расписки от 16.02.2017 признаков притворной сделки, прикрывающей безвозмездный вывод активов должника, не опровергают правильности применения судом апелляционной инстанции норм материального права с учётом следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В предмет действительно совершённой (прикрытой, как указывает управляющий) сделки входит безвозмездное отчуждение актива неплатёжеспособного должника в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, соответственно, эта фактическая сделка (дефекты которой не выходят за пределы специальных оснований недействительности) подлежит оценке по применимым к ней правилам – статье 61.2 Закона о банкротстве.

Предмет этой действительно совершённой сторонами сделки получил квалификацию (поддерживаемую управляющим и в настоящем споре) в решении Арбитражного суда Алтайского края от 10.12.2019 по делу № А03-9835/2017 по иску должника к обществу «НовоТех» о взыскании долга по договорам от 01.03.16 № 01/03 и от 02.03.16 № 02/03, поскольку при определении его размера учтена оплата в сумме 4 474 004 руб., произведённая обществом «НовоТех» через ФИО4 посредством передачи 16.02.2017 денежных средств ФИО3

Конкурсное производство открыто (появилась возможность оспаривания сделок должника) 30.03.2022.

В обжалуемом постановлении суда апелляционной инстанции не содержится выводов, исключающих обращение управляющего в пределах исковой давности, поэтому соответствующие доводы приведены в кассационной жалобе с ошибочным смешением понятий исковой давности и периода совершения вредоносной сделки для целей оспаривания по специальным основаниям.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют актуальной судебной практике по вопросам о соотношении общих и специальных составов недействительности сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 N 305-ЭС19-18803(10)).

Защита прав и законных интересов должника и его кредиторов в данном случае допустима по правилам о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами предыдущих инстанций норм материального и процессуального права применительно к установленным фактическим обстоятельствам (статья 286 АПК РФ).

Несогласие кассатора с оценкой обстоятельств дела и иное толкование им положений действующего законодательства не являются основанием для отмены обжалованного судебного акта в кассационном порядке.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

В связи с предоставлением отсрочки по уплате государственной пошлины, в соответствии со статьёй 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Исполнительный лист в силу статьи 319 АПК РФ надлежит выдать суду первой инстанции.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2022 по делу № А03-13761/2020 Арбитражного суда Алтайского края оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новые строительные технологии Сибири» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                 М.Ю. Бедерина

 

ФИО1