ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-30918/2024

Дело № А40-59460/20

г. Москва

01 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей Ю.Н. Федоровой и Е.В. Ивановой,   

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.Е. Ярахтиным,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Альтэза» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-59460/20 в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтэза» об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по выплате заработной платы ФИО1 за период с января 2020 по январь 2023 в общей сумме 10 589 983 руб., 

при участии в судебном заседании: 

от ФИО2 – ФИО3  по доверенности от 21.06.2024,

от ФИО1- ФИО4 по доверенности от 14.12.2023,

Иные лица, не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2022 в отношении ООО «Альтэза» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО5. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17 мая 2023 года ООО «АльтЭза» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2. 

В Арбитражный суд г. Москвы 02.11.2023 поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по выплате заработной платы ФИО1 за период с января 2020 по январь 2023 в общей сумме 10 589 983 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2024 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по выплате заработной платы ФИО1 за период с января 2020 по январь 2023 в общей сумме 10 589 983 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Альтэза» обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт:

1) Признать недействительными сделки по выплате заработной платы ФИО1 за период с января 2020г. по январь 2023г., в общей сумме 10 589 983 руб.

2) Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО6 суммы денежных средств, перечисленных по недействительным сделкам, в размере 10 589 983 руб.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ФИО1 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, который на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен судом к материалам дела протокольным определением от 26.06.2024.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО1 просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

В силу части 1 статьи 67, статьи 68 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (относимость доказательств). 

Обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств). 

Арбитражный суд в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценивает доказательства (на предмет относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В соответствии с п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником. 

Вопросы оспаривания сделок должника по делу о банкротстве урегулированы главой III.1 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

На основании статьи 61.9 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе подавать от имени должника в рамках дела о банкротстве заявление об оспаривании сделок, совершенных должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий указал на то, что с 15.01.2018 по 11.05.2023 лицом, имеющим право действовать без доверенности являлся генеральный директор ФИО1, что подтверждается приказом от 15.01.2018 о вступлении в должность и решением единственного участника о смене генерального директора от 15.01.2018. 

Согласно выписки по расчетному счету за период с 09.06.2020 по 03.03.2023 в пользу ФИО1 выплачено 11 360 944 руб.: - 7 147 244 руб. с указанием в назначении платежа – «заработная плата 2020-2021» - 3 762 100 руб. с указанием в назначении платежа – «заработная плата за 2022» - 451 600 руб. с указанием в назначении платежа – «заработная плата за январь 2023». 

По мнению конкурсного управляющего расходы на оплату труда генеральному директору не соизмеримы с финансовыми показателями. 

За период 01.01.2021 - 31.12.2021 минимальный размер оплаты труда по г. Москва был установлен в размере 20 589 руб. (московское трехстороннее соглашение на 2019 2021 годы между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями работодателей, постановление Правительства Москвы от 19 января 2021 № 11-ПП, постановление Правительства Москвы от 9 марта 2021                    № 274-ПП, постановление Правительства Москвы от 15 декабря 2020 № 2207-ПП). 

Так, платежи по начислению и выплате заработной платы в размере около 450 тыс. руб. в месяц существенно превышают оклад, установленный Правительством Москвы. 

Конкурсный управляющий считает оспариваемую сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 10, 168, 170 ГК РФ, как совершенную в период подозрительности, с целью причинения вреда кредиторам должника при неравноценном встречном предоставлении. 

Исследовав материалы настоящего обособленного спора, изучив доводы заявления, доводы отзыва на него, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, на основании следующего. 

Судом первой инстанции установлено, что заявление о  признании должника банкротом принято Арбитражным судом города Москвы определением от 19.05.2020, оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены в период с 09.06.2020 по 03.03.2023, то есть в течение срока подозрительности, установленного ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 1 постановления Пленума № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. 

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата заработной платы, в том числе премии; брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов; уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа; действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника. 

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63), для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9 названного постановления Пленума). 

Согласно п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать, как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 5, 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В пункте 6 указанного постановления указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Судом первой инстанции верно установлено, что между должником и ответчиком заключен трудовой договор от 17.11.2018, в соответствии с которым ФИО1 осуществлял полномочия генерального директора общества по 11.05.2023. 

В соответствии с п. 6.1 трудового договора за выполнение должностных обязанностей, предусмотренных условиями трудового договора, работнику устанавливается оклад в размере 350 000 руб. 

Согласно п. 6.4 трудового договора работнику выплачиваются иные вознаграждения (выплаты), предусмотренные Положениями, действующими в обществе. 

В соответствии с п. 2.2 Положения об оплате труда, в организации устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором не предусмотрено иное.

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7), наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса гарантий, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации. 

Ответчик, как работник должника, не должен нести ответственность за банкротство компании, в которой трудился. Профессиональный рост, поощряемый повышением оклада и премированием, не может быть обесценен в связи с тем, что компания - работодатель не справилась с финансовыми обязательствами и была признана несостоятельной. 

Одной из таких государственных гарантий является гарантия индексации оплаты за труд, направленная на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности (статьи 2, 130 и 134 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Данная гарантия действует не только в отношении работников государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, но и в отношении иных работников, заключивших трудовые договоры с работодателями, осуществляющими предпринимательскую и иную экономическую деятельность (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2010 № 913-О-О, от 29.05.2019 № 1269-О и др.). 

Другой гарантией является компенсация за выполнение дополнительной работы в виде денежной доплаты (статья 151 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор является соглашением между работодателем и работником, в соответствии с которым работник обязуется лично выполнять определенную договором трудовую функцию и подчиняться действующим в организации правилам внутреннего трудового распорядка, а работодатель обязуется предоставить работнику обусловленную договором работу, своевременно и в полном объеме оплачивать труд работника и обеспечивать условия труда в соответствии с действующим законодательством, индивидуальным и коллективным договорами. 

Трудовой договор (как и дополнительное соглашение к нему, являющееся его неотъемлемой частью) не является сделкой в том смысле, который этому понятию придается статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При трудоустройстве возникают трудовые, а не гражданские правоотношения. 

В силу положений статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработной платой является вознаграждение за труд, зависящий от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты. 

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации в состав заработной платы включаются премии. При этом работнику могут быть установлены два вида премий - премии постоянного и разового характера. 

Первые входят в систему оплаты труда, начисляются регулярно за выполнение заранее утвержденных показателей, у работника возникает право требовать их выплаты при условии выполнения указанных показателей (статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Вторые не являются гарантированным доходом работника, выступают дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяемой по усмотрению работодателя (статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя. 

Из системного толкования названных норм следует, что заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции. 

Следовательно, разовое премирование работников в целях их материального стимулирования предусмотрено законодательством, поэтому не может рассматриваться в качестве основания для признания премирования недействительным довод заявителя о том, что работники ранее не премировались, так как такая мера поощрения применяется по усмотрению работодателя. 

В ситуации, когда начисленные ответчику премии фактически входили в систему оплаты труда, действия по их начислению могут быть признаны недействительными лишь при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вкладу (статья 61.2 Закона о банкротстве). 

Конкурсный управляющий должника не представил надлежащих доказательств неисполнения ответчиком своих обязанностей в рамках трудовых правоотношений, а также доказательств тому, что заработная плата, предусмотренная спорным трудовым договором, и полученные премии по своему размеру существенно отличалась в худшую для должника сторону от оплаты труда по аналогичной должности. 

При этом, как установлено судом, ответчик надлежащим образом выполнял свои трудовые функции, к дисциплинарной ответственности не привлекался. Обратного заявителем доказано не было. Трудовой договор не оспорен. 

Довод заявителя о наличии оснований для применения статьи 61.2 Закона о банкротстве правильно признан судом первой инстанции необоснованным, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что действия должника и работника по совершению платежей являлись злонамеренными, и именно в результате их совершения стало невозможным погашение кредиторской задолженности должника, и у сторон имелась противоправная цель, связанная с причинением вреда кредиторам должника. Оспариваемые платежи отвечают признаку равноценности встречного исполнения. 

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции правильно считает, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий, необходимых для признания оспариваемого договора недействительным на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При рассмотрении дела судом не установлено и наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10, 168 ГК РФ ввиду следующего. 

Согласно разъяснениям пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника). 

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд судом первой инстанции с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления свои х прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности. 

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11. 

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено. 

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что материалами дела не подтверждается, что должником оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки, мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. 

В этой связи, заинтересованной стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки. 

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

Из смысла положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при заключении мнимой сделки стороны совершают ее для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Вместе с тем, доказательств отсутствия у обеих сторон таких намерений конкурсным управляющим должника не представлено (статья 65 АПК РФ). 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Предметом заявления конкурсного управляющего ООО «Альтэза» является оспаривание заработной платы, начисленной и выплаченной ответчику -                  ФИО1 в период с 01.01.2020 по 03.03.2023 в размере 11 360 944,00 рублей, то есть как до возбуждения дела о банкротстве должника (19.05.2020), так и после.

Дело о банкротстве возбуждено – 19.05.2020.

Трудовой договор с ФИО1 в должности генерального директора ООО «Альтэза» заключен – 17.11.2018, заработная плата ответчику установлена именно при заключении трудового договора, то есть до возбуждения дела о банкротстве. 

В дальнейшем не производились ее увеличение, спорные платежи не превышали установленную сумму в пункте договора, более того, средний размер заработной платы ФИО1 за указанное время составил – 300 000,00 рублей (с учетом вычета 13 % НДФЛ), спорные платежи не превышали установленную сумму в пункте 6.1. договора.

ФИО1 вступил в должность генерального директора ООО «Альтэза» 17.11.2018. По условиям трудового договора размер зарплаты составлял 350 000 рублей. 

Довод      конкурсного      управляющего      «Альтэза»      о      недостоверности      и недостаточности, представленных в виде доказательств работы ФИО1 является     необоснованным,     поскольку     сдача     недостоверной     отчетности     или неисполнение обязательств по сдаче отчетности в уполномоченный орган, о которой утверждает заявитель (конкурсный управляющий) является административным правонарушением и приводит к соответствующим штрафным санкциям. 

В отношении ФИО1 отсутствуют взыскания по соответствующим статьям о нарушении требований к бухгалтерскому учету, в том числе финансовой отчетности, что является доказательством надлежащего исполнения ФИО1 своих обязанностей по трудовому договору.

Отклоняются доводы апеллянта      об      отсутствии      в      материалах      дела      документов, обосновывающих увеличение заработной платы.

Трудовой договор с ответчиком - ФИО1 в должности генерального директора    ООО    «Альтэза»     заключен    –    17.11.2018,    заработная    плата    ответчику установлена именно при заключении трудового договора, то есть до возбуждения дела о банкротстве. 

В дальнейшем не производились ее увеличение, спорные платежи не превышали установленную сумму в пункте договора, более того, средний размер заработной платы ФИО1 за указанное время составил – 300 000,00 рублей (с учетом вычета 13 % НДФЛ).

В материалы дела также представлены штатные расписания ООО «АльтЭза», согласно которым в штате должника имеется штатная единица «Генеральный директор» с должностным окладом – 350 000,00 рублей.

Вместе с тем, ответчик в спорный период помимо основной должности «Генерального директора», совмещал должность «Главного бухгалтера», данные доводы подтверждаются, в том числе бухгалтерской и финансовой отчетностью предоставленной в уполномоченный орган, а также отчетностью для Пенсионного фонда РФ и ФСС РФ, которая в свою очередь подписывалась именно ФИО1, о данных обстоятельствах конкурсный управляющий умалчивает, тем самым вводит суд в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела.

В штате должника имеется штатная единица «Главный бухгалтер», действующим трудовым законодательством не запрещено работнику совмещать несколько штатных единиц.

Таким образом, довод управляющего относительно увеличения заработной платы является необоснованным, заработная выплачивалась в размере не превышающим установленного пунктом 6.1. Трудового договора,    каких-либо соглашений или приказов по      увеличению      заработной      платы      с       ФИО1      не      заключалось      и      не подписывалось.

Относительно  доводов   о  том,  что  у  конкурсного  управляющего  отсутствуют личные дела, трудовые договора, должностные инструкции

Как указывает ответчик, в адрес конкурсного управляющего ООО «Альтэза» направлены кадровые документы в отношении сотрудников должника (личные дела, заявления, приказы, трудовые договоры, что подтверждается почтовым идентификатором (РПО ED344614195RU).

Относительно доводов, о том, что оспариваемые выплаты, совершенные в условиях трудового договора, не требуют отдельного оспаривания этого договора

Судом первой инстанции установлено, что по условиям трудового договора от 17.11.2018 ФИО1 принят на работу на должность генерального директора ООО «Альтэза».

Оспаривая трудовой договор, конкурсный управляющий указал, что он экономически необоснован, а также указал, что трудовой договор составлен формально для обоснования выплат.

Ответчик - ФИО1 осуществлял полномочия генерального директора ООО «Альтэза» в период с 17.11.2018 по 11.05.2023, что также подтверждается трудовым договором № б/н от 17.11.2018, приказом № 44 от 17.11.2018; лист записи из Единого государственного реестра юридических лиц от 28.11.2018.

Однако конкурсный управляющий не доказал несоответствие квалификации и профессиональных качеств ФИО1 установленному размеру заработной платы. Не представлены доказательства, свидетельствующие о невыполнении или выполнении не в полном объеме, или ненадлежащего исполнения (привлечение к дисциплинарной и иной        ответственности)        ответчиком        обязанностей,    предусмотренных        трудовым договором; не имеется и сведений о выполнении данных обязанностей иным лицом.

Довод жалобы, что отсутствуют доказательства, подтверждающие работу ответчика на предприятии должника, необоснованны, поскольку отсутствие в материалах дела каких-либо документов, которые должен представлять работодатель, не свидетельствует о том, что ФИО1 не выполнял никакие должностные функции.

Доводы жалобы, что размер заработной платы ФИО1 необоснованно высок, также не являются основанием для отмены судебного акта.

Конкурсный управляющий считает установленный оклад неравноценным, однако, как правильно отметил суд первой инстанции, какие-либо доказательства в подтверждение данного утверждения не представлены.

Вместе с тем согласно сведениям Росстата (Управление Федеральной службы государственной статистики по г. Москве и Московской области – Средняя начисленная заработная плата работников организаций города Москвы (без субъектов малого и среднего      предпринимательства)      по      профессиональным      группам      занятий:

«Среднемесячная заработная плата для руководителей учреждений, организаций и предприятий за 2019 года составляет – 364 962,00 рубля; за 2021 года составляет – 442 492, рубля, что также подтверждается Письмом Росстата от 05.12.2022 за № 52-24/2850-ДР     размещенного     в     открытых     источниках     на     сайте     Росстата https://rosstat.gov.ru/  (приложение    №    10,    возражения    на    заявление конкурсного управляющего представлены в материалы дела при рассмотрении в первой инстанции).

Согласно сведениям РБК от 13.12.2017, размещенным на сайте https://pro.rbc.ru/, средняя зарплата топ-менеджеров в сфере строительства в Москве и Московской области в отношении Директора по строительству составляет - 475 – 500 тыс. руб. в месяц. (приложение № 10, возражения на заявление конкурсного управляющего представлены в материалы дела при рассмотрении в первой инстанции).

Доказательств того, что спорная сделка совершена лишь для вида и с целью вывести спорное имущество из конкурсной массы должника, и трудовой договор является ничтожной сделкой по основаниям ст. ст. 10, 168 ГК РФ, заключенной при злоупотреблении правом обеими сторонами сделки, а также является притворной сделкой по основаниям ст. 170 ГК РФ, также не представлено.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

По доводам  управляющего   относительно   уменьшения   заработной   платы   до минимального размера оплаты труда.

Как установлено судом первой инстанции, 01.01.2019; 01.01.2020; 01.01.2021, 01.01.2022 генеральным директором ООО «АльтЭза» утверждено штатное расписание организации, в соответствии с которым были установлены тарифные ставки и фонд оплаты труда в соответствии со штатными расписаниями должностной оклад Генерального директора составлял – 350 000,00 рублей в месяц.

В соответствии с пунктом 6.1. Трудового договора, должностной оклад генерального директора составляет – 350 000,00 рублей (за вычетом 13 % НДФЛ).

Заявителем апелляционной жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

            На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-59460/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Ж.В. Поташова 

 

Судьи:                                                                                               Ю.Н. Федорова 

 

                                                                                                           Е.В. Иванова