1137/2017-403943(1) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-89542/2015

11 октября 2017 года

г. Санкт-Петербург

  Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2017 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2017 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Медведевой И.Г. судей Глазкова Е.Г., Тойвонена И.Ю. при ведении протокола судебного заседания: Глазковой В.Е. 

при участии: 

от к/у ЗАО «СК «Стиф»: Чадова А.В. по доверенности от 11.11.2016,  от ООО «АРИН»: Калиничева Е.В. по доверенности от 17.04.2017,  

от АО «СК «РосСтрой»: Лоозе Э.Э. по доверенности от 24.05.2017, 

от ООО «Петроком»: Лялин Р.Н. по доверенности от 06.03.2017,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-21439/2017) ООО «АРИН» на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  19.07.2017 по делу № А56-89542/2015 (судья Голоузова О.В.), принятое по  заявлению конкурсного управляющего ЗАО «СК «Стиф» к ООО «АРИН»  

третье лицо: АО «СК «РосСтрой» о признании сделки недействительной 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АРИН»,  

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 23.11.2016 ЗАО «СК «СТИФ» (ОГРН: 1077847510696, адрес  местонахождения: 197022, г. Санкт-Петербург, ул. Всеволода Вишневского, д. 13,  литер А) (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении  должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре  ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден Сохен А.Ю.  

В рамках конкурсного производства, 23.01.2017 конкурсный управляющий  обратился с заявлением о признании договора уступки права требования (цессии)  от 14.08.2015, заключенного между должником и ООО «Агентство развития и  исследований в недвижимости» (далее – ООО «АРИН»), по уступке прав и  обязанностей должника по договору участия в долевом строительстве  

многоквартирного жилого дома № 58-СП от 06.04.2015 недействительной сделкой, и  применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права  требования должника к АО СК «Росстрой».  

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на то, что  спорная сделка была заключена должником и ООО «АРИН» в период  подозрительности; по договору уступки прав требований (цессии) от 14.08.2015  должнику в счет уступаемых прав и обязанностей по договору участия в долевом  строительстве от 06.04.2015 № 58-СП на сумму 5 638 893 руб. было предусмотрено  не внесение денежных средств, а предоставление шести простых векселей ООО  «АРИН» номиналом 939 815,50 руб. каждый со сроком предъявления не ранее  06.02.2016, что свидетельствует о неравноценности встречного исполнения  обязательств ввиду отсутствия данных векселей, кроме того векселями была  предусмотрена необоснованная отсрочка исполнения обязательств ответчика, и в  конечном итоге они не были предъявлены к исполнению, что привело к выбытию из  состава имущества должника объекта недвижимости при отсутствии поступления  денежных средств по его оплате на счет должника, чем причинен вред  имущественным правам кредиторов и должника. Данные обстоятельства  свидетельствует о наличии оснований для признания сделки недействительной в  соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Определением от 19.07.2017 заявление было удовлетворено в полном  объеме.  

В апелляционной жалобе ООО «АРИН» просит указанное определение  отменить, в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на то, что судом первой  инстанции не рассматривались и не исследовались вопросы о факте выдачи или не  выдачи ООО «АРИН» шести простых векселей и о факте передачи или не передачи  ООО «АРИН» векселей в счет оплаты по договору цессии; не передача векселей  генеральным директором должника конкурсному управляющему и непредъявление  векселей к оплате не могут служить основанием для признания сделки  недействительной. В подтверждение равноценности встречного исполнения  обязательств ответчиком представлены отчеты от 07.06.2017 № 02-06/17 и от  07.06.2017 № 01-06/17, составленные по его заданию ЗАО «СБК», об определении  рыночной стоимости ценных бумаг (6 простых векселей), в соответствии с которыми  на 14.08.2015 она определена в размере 5 040 000 руб. и права требования  участника долевого строительства по состоянию на 14.08.2015, в соответствии с  которыми она определена в размере 4 050 000 руб. Конкурсным управляющим не  были представлены и судом не было предложено предоставить доказательства,  подтверждающие факт выписки векселей, факт отражения или не отражения их в  регистрах бухгалтерского учета. По утверждению подателя жалобы,  необоснованной и не относящейся к фактическим обстоятельствам дела является  ссылка суда на пункт 1 статьи 19 Закона о банкротстве, согласно которой, к  заинтересованным лицам по отношению к должнику отнесены лица, которые в  соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 26.07.2006 № 135- Ф3 «О защите конкуренции» входят в одну группу лиц с должником, так как ЗАО  «СК» СТИФ», ООО «АРИН» и ООО «СТИФ ТРАНС» не входят в одну группу лиц и не  подпадают под действия ст. 9 ФЗ РФ от 26.07.2006 № 135-Ф3 «О защите  конкуренции»; судом первой инстанции не учтено, что ООО «СТИФ ТРАНС» не  является участником сделки, не является учредителем участников сделки. Податель  жалобы считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства и обоснования  вывода суда первой инстанции о мнимости сделки (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Кроме  того, по мнению подателя жалобы, судом не применены положения статьи 862  

Гражданского кодекса Российской Федерации, которая, наряду с Указом Президента  Российской Федерации от 23.05.1994 № 1005 «О дополнительных мерах по  нормализации расчетов и укреплению платежной дисциплины в народном  хозяйстве», постановлением Правительства Российской федерации от 26.09.1994   № 1094 «Об оформлении взаимной задолженности предприятий и организаций  векселями единого образца и развитии вексельного обращения», предусматривает  возможность использования векселя в качестве средства расчета.  

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий, выражая свое  согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что  недействительность сделки подтверждается совокупностью обстоятельств, при  которых она была совершена, а именно: совершение сделки в преддверии  процедуры банкротства; отсутствие доказательств реальности существования  векселей как документарных ценных бумаг, а также свидетельств реальной  передачи векселей должнику; определение сторонами таких условий оплаты,  которые исключают непосредственное и одновременное с заключением сделки  получение встречного исполнения, а также каких-либо дополнительных  экономически выгодных условий, обусловленных указанными обстоятельствами; с  момента указанной в акте приема-передачи возможной даты предъявления  векселей к платежу (06.02.2016) до момента признания должника банкротом  (10.11.2016) векселя к платежу также не предъявлялись, несмотря на наличие  возбужденного дела о банкротстве и возможности погасить заявленные требования  за счет получения оплаты по векселям; сделка совершена между  заинтересованными лицами.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего заявила  ходатайство о приобщении проекта судебного акта. Ходатайство апелляционным  судом удовлетворено, проект судебного акта принят судом и приобщен к  материалам дела.  

Представитель ООО «АРИН» заявил ходатайство о приобщении  дополнительных доказательств, а именно: об обращении конкурсного  управляющего в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга с заявлением о  признании утраченных векселей недействительными и восстановлении прав по ним,  из чего податель жалобы делает вывод о признании конкурсным управляющим  оспариваемой сделки. Подателю жалобы о наличии указанного спора стало  известно 27.10.2017.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 2 статьи  268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приобщил  дополнительные доказательства к материалам дела.  

Представитель ООО «АРИН» поддержал доводы апелляционной жалобы в  полном объеме. Представитель конкурсного управляющего возражал против  удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.  Представитель ООО «Петроком» поддержал позицию конкурсного управляющего.  Представитель АО СК «РосСтрой» оставил рассмотрение апелляционной жалобы  на усмотрение суда.  

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения,  апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  06.04.2015 между акционерным обществом Строительная корпорация «РосСтрой»  (застройщик) и закрытым акционерным обществом «СК «СТИФ» (участник долевого  строительства) заключен договор участия в долевом строительстве  многоквартирного жилого дома № 58-СП (далее по тексту – договор долевого  

участия), в соответствии с которым застройщик обязуется передать участнику  долевого строительства 3-комнатную квартиру, секция 4, этаж 18, с условным  номером на площадке 2, тип прямо, расположенную в осях А/А-Щ; 23-36, проектной  площадью 75,70 кв.м., расположенную в жилом доме по строительному адресу: г.  Санкт-Петербург, Приморский район, 75А, участок 1-75, корпус 1 (далее – квартира),  а участник долевого строительства уплатить обусловленную цену договора и  принять квартиру по акту приема-передачи.  

06.04.2015 между АО СК «РосСтрой», ЗАО «СК «СТИФ» и ЗАО «ДСК- Войсковицы» был заключен договор о переводе долга № 119-СП/ОВР (далее по  тексту – договор о переводе долга), предметом которого являлся перевод ЗАО  «ДСК-Войсковицы» своего долга перед ЗАО «СК «СТИФ» на другое лицо (АО «СК  «РосСтрой») в размере 11 277 786,00 руб., с последующим приобретением со  стороны ЗАО «СК «СТИФ» права требования к АО СК «РосСтрой» на ту же сумму  долга.  

В соответствии с пунктом 4.2 договора о переводе долга с момента его  подписания ЗАО «СК «СТИФ» приобретает право требования погашения долга к АО  «СК «РосСтрой» в размере 11 277 786,00 руб.  

11.06.2015 между АО СК «РосСтрой» и ЗАО «СК «СТИФ» было заключено  соглашение о зачете встречных однородных требований № 120-СП/ОВР, в  соответствии с которым требования АО СК «РосСтрой» к ЗАО «СК «СТИФ» по  договору долевого участия № 59-СП от 06.04.2015 в размере 5 638 893,00 руб., а  также по договору долевого участия № 58-СП от 06.04.2015 в размере 5 638 893,00  руб., всего в размере 11 277 786,00 руб., прекращены зачетом требований ЗАО «СК  «СТИФ» к АО СК «РосСтрой» в размере 11 277 786,00 руб., возникших на основании  договора о переводе долга № 119-СП/ОВР от 06.04.2015.  

Таким образом, оплата ЗАО «СК «СТИФ» по договору долевого участия № 58- СП от 06.04.2015 была осуществлена зачетом встречных однородных требований  ЗАО «СК «СТИФ» к АО СК «РосСтрой».  

14.08.2015 между должником (цедент) и ООО «Агентство Развития и  Исследований в Недвижимости» (ООО «АРИН») (цессионарий) заключен договор  уступки прав требования (цессии), из условий которого следует, что ЗАО «СК  «СТИФ» уступил ООО «АРИН» права требования по договору участия в долевом  строительстве многоквартирного жилого дома № 58-СП от 06.04.2015, а ООО  «АРИН» произвел оплату передаваемых прав путем передачи ЗАО «СК «СТИФ»  шести простых беспроцентных векселей от 06.07.2015, эмитентом которых является  ООО «АРИН», номинальной стоимостью 939 815,50 руб., со сроком платежа – по  предъявлению, но не ранее, чем 06.02.2016.  

Договор уступки прав зарегистрирован Управлением Федеральной службы  государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу  13.10.2015 за номером регистрации 78-78/038-78/07/014/2015-284/1.  

Указанный договор уступки прав требования (цессии) от 14.08.2015, акт  приема-передачи векселей от 14.10.2015, а также копии векселей были  представлены ООО «АРИН» при заявлении им требования о включении в реестр  требований кредиторов о передаче жилых помещений АО «СК «РосСтрой» (дело №  А56-83217/2015/тр3994).  

При этом постановлением Тринадцатого арбитражного суда города Санкт- Петербурга и Ленинградской области от 29.06.2017 по делу № А56-89542/2015/истр.  установлено, что бывший руководитель должника не передал конкурсному  управляющему документы и бухгалтерские регистры должника.  

Конкурсный управляющий полагая, что указанная сделка уступки права  требования недействительна по основаниям пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о  

банкротстве, поскольку заключена при неравноценном встречном предоставлении;  при заключении сделки присутствовала заинтересованность сторон; в результате  совершения оспариваемой сделки имущественным правам ЗАО «СК» СТИФ»  причинен вред, обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.  

Определением от 01.02.2016 принято к производству заявление о признании  должника банкротом, спорный договор был составлен 14.08.2015. Учитывая, что  согласно пункту 1 статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации,  правовые последствия сделки, подлежащей государственной регистрации,  наступают после ее регистрации, а договор уступки прав требования от 14.08.2015  был зарегистрирован Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу 13.10.2015  (запись в ЕГРП № 78-78/038-78/07/014/2015-284/1), оспоренная сделка была  совершена менее чем за четыре месяца до принятия заявления о признании ЗАО  «СК «СТИФ» банкротом, то есть в период подозрительности, предусмотренный в  пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом  или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные  условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным  исполнением обязательств будет признаваться в частности любая передача  имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств.  

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию,  указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему  признания сделки недействительной, необходимо доказать, что сделка заключена в  течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия  данного заявления (указанный срок является периодом подозрения, который  устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 9 Постановления  Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в  течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после  принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем  наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки  имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на  момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от  цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками  следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так  

и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками  оборота (пункт 8 Постановления № 63).  

Как разъяснено в абзацах 2 и 5 пункта 8 Постановления № 63, для признания  сделки недействительной в порядке, предусмотренном в пункте 1 статьи 61.2 Закона  о банкротстве, не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из  сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств  может устанавливаться исходя из условий сделки. На основании пункта 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой  формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику  на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет  имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего,  правомерно исходил из того, что хотя условия сделки формально предусматривают  встречное исполнение, иные условия ее заключения существенно в худшую для  должника сторону отличаются от иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Формальное исполнение, а  равным образом осуществление сторонами сделки ее государственной регистрации  не препятствует квалификации такой сделки как недействительной.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с  указанными выводами, поскольку осуществление исполнения не в денежной форме,  а в форме расчетов векселями, влечет дополнительные риски для цедента- должника, предоставление беспроцентной отсрочки предъявления векселей к  платежу, а также непредъявление их к платежу при наступлении срока  предъявления, в связи с чем суд первой инстанции верно указал на расхождение  волеизъявления с волей и реальными намерениями сторон.  

Вопреки доводам заявителя жалобы, наличие акта приема-передачи векселей  не является единственным достаточным доказательством фактического наличия и  передачи векселей. Наличие заявления конкурсного управляющего, направленного  в Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербурга о признании утраченных  векселей недействительными и восстановлении прав по ним, не влияет на  указанный вывод, поскольку не может подтверждать или опровергать факт выдачи  векселей до момента вступления в законную силу судебного акта, вынесенного по  результатам рассмотрения указанного дела (дело № 2-2931/2017). Только лишь факт  обращения конкурсного управляющего с указанным иском не может  свидетельствовать о признании им действительности оспариваемого договора  уступки права требования.  

Кроме того, подателем жалобы не учтена возможность признания сделки  недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, условия  которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако  должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет  и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.  Так, согласно представленному самим ООО «АРИН» отчету № 02-06/17 об оценке  рыночной стоимости векселей, стоимость векселей составляет 5 040 000 руб., то  есть ниже номинала векселей и цены по договору уступки (5 638 893,00 руб.).  

Заслуживает внимания и тот факт, что при проведении оценки рыночной  стоимости векселей (отчет № 02-06/17) оценщик исходил из их наличия в натуре,  включая наличия в них обязательных реквизитов, установленных пунктом 75  Постановления ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 № 104/1341 «О введении в  действие Положения о переводном и простом векселе» (далее - Постановление №  104/1341). Однако из представленных ООО «АРИН» договора уступки прав  требования от 14.08.2015 и акта приема-передачи векселей от 14.10.2015  

невозможно установить обязательные содержательные элементы векселя: простое  и ничем не обусловленное обещание уплатить определенную сумму, наименование  того, кому или приказу кого платеж должен быть совершен, подпись того, кто выдает  документ (векселедателя). Согласно Постановлению № 104/134176 документ, в  котором отсутствует какое-либо из обозначений, указанных в предшествующей  статье, не имеет силы простого векселя. Кроме того, при проведении оценки  оценщик использовал допущение, что векселя будут предъявлены к погашению и  погашены в первую возможную дату погашения - 06.02.2016 (пункт 13 раздела 2.9  (стр. 19) отчета № 02-06/17).  

Кроме того, как указано в отчете, за 6 месяцев 2014 года чистая прибыль ООО  «АРИН» составила 546 тыс., а за 6 мес. 2015 года - 601 тыс., что является явно  несоразмерным величине обязательств, принятых ООО «АРИН» по договору  уступки прав требования. Вывод оценщика о том, что «по итогам шести месяцев  2015 года у компании был положительный результат от неосновной деятельности в  размере 1 046 тыс. руб. В связи с этим можно прийти к выводу, что в случае  грамотного управления данной суммой денежных средств, к дате погашения  векселя компания ООО «АРИН» будет обладать необходимой суммой для  исполнения своих обязательств» является предположением и не обосновано  оценщиком надлежащим образом (раздел 7.2, стр. 65 отчета № 02-06/17). Из  указанного следует вывод, что у ООО «АРИН» к предположительной дате  предъявления векселей к оплате нет и не будет имущества, достаточного для  осуществления им встречного исполнения.  

Довод подателя жалобы о том, что согласно проведенной оценке (отчет № 0106/2017) стоимость прав участника долевого строительства на объект долевого  строительства составляет менее цены, установленной оспариваемым договором  уступки, не имеет правового значения, поскольку цена была согласована сторонами,  и соответствует цене приобретения должником у застройщика по договору долевого  участия. Заключая договор уступки прав требований, стороны согласовали цену  договора уступки прав требований соответствующей договору долевого участия. С  учетом нахождения ЗАО «СК «СТИФ» в процедуре банкротства, оценка встречного  исполнения перед должником должна осуществляться лишь со стороны контрагента  должника. ООО «АРИН» не вправе ссылаться на меньшую рыночную стоимость  предмета сделки. Кроме того, цена договора уступки соответствует цене по  договору участия в долевом строительстве.  

Апелляционный суд отклоняет доводы апелляционной жалобы о том, что  конкурсным управляющим подтверждалось и судом установлено, что оплата по  договору уступки произведена, поскольку он не находит своего подтверждения. Как  установлено судом, с момента указанной в акте приема-передачи возможной даты  предъявления векселей к платежу (06.02.2016) до момента признания ЗАО «СК  «СТИФ» банкротом (10.11.2016) и впоследствии векселя к платежу также не  предъявлялись, несмотря на наличие возбуждённого производства по делу о  банкротстве и возможности погасить заявленные требования за счет получения  оплаты по векселям при условии добросовестности действий должника.  

В этой связи, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии  экономической целесообразности заключения оспариваемого договора уступки, в  соответствии с которым должник фактически отдает свое право на получение  квартиры в строящемся доме на беспроцентные векселя с отсрочкой исполнения до  06.02.2016 в ситуации, когда у него наращивалась кредиторская задолженность, в  результате чего, уже 26.01.2016 в отношении должника было возбуждено  производство по делу о банкротстве, что свидетельствует о несоответствии  

оспариваемой сделки требованиям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в  связи с неравноценностью встречного исполнения обязательств.  

Кроме того, судом первой инстанции установлены основания для признания  спорного договора уступки права требования недействительным в соответствии с  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63,  презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с  целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если  другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна  была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Как установлено судом, Попович А.С., заключивший договор уступки от имени  ЗАО «СК «СТИФ», и Тетыш А.А., заключивший договор от имени ООО «АРИН», на  момент совершения сделки совместно владели в равных долях (50/50) уставным  капиталом ООО «СТИФ-Транс». Попович А.С. являлся генеральным директором и  единственным акционером ЗАО «СК «СТИФ», а Тетыш А.А. являлся генеральным  директором и единственным участником ООО «АРИН». Генеральным директором  ООО «СТИФ-Транс» также являлся брат Поповича А.С. - Попович Е.С.  

В этой связи, судом первой инстанции был сделан вывод о том, что ООО  «Стиф-Транс», ООО «АРИН», ЗАО «СК «СТИФ», Попович А.С. и Тетыш А.А. входят  в одну группу лиц, и признаются в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве  заинтересованными лицами.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводом подателя жалобы о  том, что ООО «СТИФ ТРАНС» не является участником сделки и не является  учредителем участников сделки, однако данное обстоятельство не исключает  фактической аффилированности сторон сделки. Согласно правовой позиции,  изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, отношения между юридическими лицами  могут быть как юридически формализованными, так и фактическими.  

Конкурсный управляющий, ссылался на существование между должником и  ООО «АРИН» первого вида таких отношений, указывая, что обе названные  организации в силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и части 1  статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции»  являются аффилированными лицами, поскольку контролируются Поповичем А.С. и  Тетышем А.А., являющимися участниками «Стиф-Транс» и входят фактически в  одну группу компаний. В подтверждение данного обстоятельства заявителем  представлялись выписки из Единого государственного реестра юридических лиц.  

Вместе с тем, приведенные конкурсным управляющим обстоятельства  свидетельствуют о наличии второго вида отношений и фактической  аффилированности сторон сделки.  

Таким образом, вопреки утверждению подателя жалобы, конкурсным  управляющим доказана вся совокупность обстоятельств для признания сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а  именно: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам  кредиторов, поскольку на момент ее совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности и сделка была совершена в отношении заинтересованного  лица; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов, что выразилось в уменьшении размера имущества должника на сумму  уступленного права требования по договору долевого участия или возможную  стоимость недвижимого имущества, полученного по указанному договору долевого  участия, а также утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований; другая сторона является заинтересованным лицом, поскольку входит с  должником в одну группу лиц.  

В этой связи, суд первой инстанции при наличии хозяйственных связей с  руководителем и собственником должника Тетыша А.А. и совершения сделки в  период подозрительности, пришел к верному выводу о недобросовестности в  действиях сторон сделки, что явилось основанием для признания договора уступки  права требования недействительным также и по правилам пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Вопреки позиции подателя жалобы, необходимость представления  доказательств, подтверждающих факт выписки векселей, их отражения или не  отражения в регистрах бухгалтерского учета по правилам части 1 статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена на  ответчика, и у последнего имелась возможность представления таких доказательств  как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, так и апелляционному суду.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, установив наличие  оснований для признания договора уступки права требования недействительным  как по правилам пункта 1 статьи 61.2, так и по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве, обоснованно признал спорную сделку недействительной, применив  последствия ее недействительности. Оснований для отмены или изменения  определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не  имеется.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1  части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 19.07.2017 по делу № А56-89542/2015 оставить без  изменения, апелляционную жалобу ООО «АРИН» - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Г. Медведева  

Судьи Е.Г. Глазков  

 И.Ю. Тойвонен