ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-15519/2017

город Ростов-на-Дону

06 апреля 2021 года

15АП-3216/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 апреля 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Емельянова Д.В.,

судей Николаева Д.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 31.07.2020;

от АО «Российский сельскохозяйственный банк»: представителя ФИО4  по доверенности от 03.11.2020;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 Мусаибовича

на определение Арбитражного суда Краснодарского краяот 29.01.2021 по делу № А32-15519/2017 об отказе в признании сделки должника недействительной

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 Мусаибовича

к ответчику: акционерному обществу «Россельхозбанк»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Контакт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Контакт» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительной сделкой договора поручительства от 06.06.2016 № 160300/0136-8/1, применении последствия недействительности сделки в виде прекращения обязательств должника по оспариваемому договору поручительства.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2021 в удовлетворении заявления отказано. С должника в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. госпошлины. 

Определение мотивировано тем, что недоказанностью наличия состава недействительной сделки и истечением срока исковой давности.

Конкурсный управляющий обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции не дана оценка обстоятельствам, свидетельствующим о наличии оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Также в отношении пропуска срока исковой давности конкурсный управляющий указывает на то, что судом не верно определен момент, с которого конкурсному управляющему стало известно о заключении договора.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель АО «Российский сельскохозяйственный банк» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, акционерным обществом «Россельхозбанк» (далее – банк) и обществом с ограниченной ответственностью «ЮВИКС-М» заключен договор об открытии кредитной линии 29.03.2016 № 160300/0136, в соответствии с которым банк обязался открыть заемщику кредитную линию на общую сумму 100 000 000 руб., а заемщик обязался возвращать кредит по графику, содержащемуся в приложении 1 к договору с окончательным сроком возврата кредита 20.03.2018 и уплатить проценты за пользование кредитом в размере 19,41% годовых.

В соответствии с дополнительным соглашением от 06.06.2016 в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии заключен договор поручительства юридического лица от 06.06.2016 № 160300/0136-8/1, заключенный с должником.

Пунктом 1.1 договора поручительства закреплена обязанность поручителя отвечать перед кредитором в полном объеме за общество с ограниченной ответственностью «Ювис-М».

Общество с ограниченной ответственностью «Ювикс-М» на момент совершения оспариваемой сделки являлось аффилированной организацией с должником. Генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Ювикс-М» был ФИО5, в то время как он же являлся учредителем общества с ограниченной ответственностью «Контакт» и имел долю и уставном капитале в размере 100%.

Общество с ограниченной ответственностью «Ювикс-М» находится в процедуре банкротства (дело № A32-33269/20I7), определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.05.2020 ФИО5 привлечен к субсидиарной ответственности в виде взыскания в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ювикс-М» денежных средств в общей сумме 68 695 711 руб. 25 коп.

В рамках дела о банкротстве должника определением от 03.05.2017 в реестр включены требования банка на общую сумму 65 748 099 руб. 63 коп. Обязательства должника возникли перед банком на основании оспариваемого договора поручительства.

На состоявшемся 08.06.2020 заседании комитета кредиторов должника было принято решение об оспаривании договора поручительства общества с ограниченной ответственностью «Контакт» от 06.06.2016 № 160300/0136-8/1 с АО «Россельхозбанк» по кредитному договору, заключенному обществом с ограниченной ответственностью «Ювикс-М» и АО «Россельхозбанк» от 29.03.2016 № 160300/0136 (100 млн. руб., 19.41% годовых, цель - пополнение оборотных средств ООО «Ювикс-М»).

Конкурсный управляющий, ссылаясь на подозрительность сделки, обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Исходя из абзаца 6 пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя о недействительности заключённого договора ввиду его безденежности и неподтверждения факта оплаты суд первой инстанции правомерно посчитал необоснованными и противоречащими фактическим обстоятельствам дела. 

Как верно указано судом первой инстанции, конкурсным управлявшим в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что заключение договора поручительства от 06.06.2016 № 160300/0136-8/1 осуществлено с нарушением норм законодательства, позволяющими признать его недействительным в силу положений главы III.I Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя, но и со стороны банка.

Согласно пункту 4 письма ЦБ Российской Федерации от 05.10.1998 № 273-Т «Методических рекомендаций к Положению Банка России «О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения) от 31.08.1998 № 54-П» кредитным организациям рекомендовано принимать решения о предоставлении денежных средств на основе анализа финансового состояния заемщика, уровня его кредито- и платежеспособности; качества и ликвидности предлагаемого заемщиком обеспечения; расчета достаточности предоставляемого обеспечения по размещаемым денежным обязательствам с учетом причитающихся процентов и возможных издержек банка - кредитора по получению исполнения, оценки рисков, связанных с кредитованием конкретного клиента.

Таким образом, проверка финансового состояния лиц, с которыми банк намерен заключать договор, направлена прежде всего на заемщиков, поскольку заемные средства предоставляются на условиях возвратности, платности и срочности. Как верно указано судом первой инстанции, о проверке платежеспособности поручителя в данных Методических рекомендациях ничего не сказано. Кроме того, они носят рекомендательный характер даже в отношении заемщиков.

Предоставление кредита с тем или иным объемом обеспечения обязательства является определенным риском для кредитной организации по невозврату денежных средств и не может свидетельствовать о недействительности договора поручительства. Поручитель берет на себя риск по исполнению указанного договора, а банк - риск по обеспечению возврата кредита.

Риск невозвратности денежных средств несет кредитное учреждение, а не поручитель или заемщик.

Как верно указано судом первой инстанции, заключение договора поручительства обусловлено тем, что ФИО5 является единственным учредителем и директором общества с ограниченной ответственностью «Ювикс-М», а также единственным учредителем общества с ограниченной ответственностью «Контакт».

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота (пункт статьи 10 ГК РФ).

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора/займодавца осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего и оценке заявленных им доводов, банк заявил ходатайство о применении срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности установлен в три года (статья 196 ГК РФ).

В соответствии со статьей 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права. 

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393 указал на необходимость учитывать разумный срок на получение арбитражным управляющим информации о сделках должника и наличии у сделок пороков.

Действуя добросовестно и разумно, арбитражный управляющий должен осуществлять действия по оспариванию сделки самостоятельно, без указаний кредиторов должника и суда. Данный подход нашел свое отражение в сложившейся судебной практике (определение Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 309-ЭС15-1959). 

Как указано ранее, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.07.2019 (резолютивная часть от 02.07.2019) должник признан несостоятельным (банкротом) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.09.2019 конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Контакт» утвержден ФИО2.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, в том числе путем изучения и анализа сведений, содержащихся в картотеке арбитражных дел.

Заявление о признании указанной сделки подано в суд с пропуском годичного срока исковой давности. Оснований полагать, что столь позднее обращение связано с обстоятельствами непреодолимой силы, у суда первой инстанции не имелось. 

Таким образом, срок исковой давности по заявленному требованию подлежит исчислению с 03.07.2019 по 03.07.2020. Настоящее заявление о признании сделки недействительной подано конкурсным управляющим в Арбитражный суд Краснодарского края 21.07.2020.

Смена конкурсного управляющего не имеет правового значения для исчисления сроков исковой давности, поскольку новый арбитражный управляющий является процессуальным правопреемником отстраненного управляющего (пункт 6 статьи 20.3 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Более того, с момента утверждения ФИО2 конкурсным управляющим должника в сентябре 2019 года у конкурсного управляющего было достаточно времени для принятия мер по оспариванию спорной сделки до истечения срока исковой давности 03.07.2020. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о том, что срок исковой давности приостанавливался в период исполнения ФИО2 полномочий конкурсного управляющего должника, из материалов дела не усматривается.

Учитывая изложенное и принимая во внимание пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности по настоящему спору, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительными оспариваемых сделок должника.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. При этом установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.

Поскольку суду не приведено разумных обстоятельств пропуска срока исковой давности, судебная коллегия полагает обоснованным отказ в удовлетворении заявления.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины относятся на заявителя.

При принятии апелляционной жалобы к производству суд апелляционной инстанции предложил заявителю жалобы представить документы, подтверждающие уплату государственной пошлины в установленном порядке и размере. Ввиду того, что заявителем доказательств об уплате государственной пошлины в материалы дела не представлено, надлежит взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Контакт» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2021 по делу № А32-15519/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Контакт» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                         Д.В. Емельянов

 

Судьи                                                                                                           Д.В. Николаев

 

              Н.В. Шимбарева