АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А27-7543/2018

город Кемерово

5 июля 2018 года

Дата вынесения резолютивной части решения: 28 июня 2018 года

Дата изготовления решения в полном объеме: 5 июля 2018  года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Засухина О.М.,                          при ведении протокола судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Омской области помощником судьи Заболотниковой Н.В.

рассмотрел в судебном заседании дело по иску закрытого акционерного общества «Аэроплан», город Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, Кемеровская область, город Ленинск-Кузнецкий (ОГРНИП 304421210400082, ИНН 

<

***>)

о взыскании 90 000 руб.,

при участии:

от ответчика: ФИО2, представителя по доверенности от 07.05.2018, паспорт;

у с т а н о в и л:

закрытое акционерное общество «Аэроплан» обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с исковым требованием к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 90 000 руб., в том числе 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489246 («Папус»), 30 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489244 («Мася»), 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502206 («Симка»), 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502205 («Нолик»), 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 475276 («Помогатор»).

Одновременно истцом заявлено о взыскании судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства в размере 700 руб., 182 руб. 20 коп. почтовых расходов, 200 руб. стоимости выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Ответчик иск не признал, полагая его необоснованным, ссылаясь в отзыве на недоказанность факта продажи спорного товара во всех торговых точках от имени              ИП ФИО1, у которой имеется единственная торговая точка по оптовой реализации товара, не имеющая отношения к продаже спорного товара.

Ответчиком заявлено также о фальсификации доказательств, а именно, товарных чеков от 15.09.2017 и от 19.09.2018, в связи, с чем ответчик просит назначить почерковедческую экспертизу для проверки принадлежности ФИО1 подписи на указанных товарных чеках.

Между тем, представленные в материалы дела товарные чеки содержат оттиски печатей ИП ФИО1 с указанием ее ИНН, а на чеках от 15.09.2017 № 1 и от 19.09.2017 № 2, об экспертизе которых просит ответчик, отсутствует расшифровка подписей.

При таких обстоятельствах суд не может рассматривать заявление о фальсификации, как поданное в соответствии с положениями статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя при этом из следующего.

Фальсификация доказательств предполагает внесение в доказательства недостоверных сведений, изменение содержания документа или в целом фабрикацию документа, а также сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл.

Таким образом, объективная сторона фальсификации – это подделка, фабрикация, искусственное создание любого доказательства по делу, а субъективная сторона фальсификации доказательств возможна только  в виде прямого умысла.

В данном случае, в материалы дела представлены подлинные товарные чеки с оттисками печатей ИП ФИО1

На вопрос суда, заданный в судебном заседании представителю ответчика, когда, при каких обстоятельствах, выбывала из ее ведения печать, ответ не был получен.

Отсутствуют также доказательства обращения ИП ФИО1 в компетентные органы с заявлениями о пропаже (похищения) у нее каких-либо печатей.

Судом не может быть принято к рассмотрению заявление о фальсификации доказательств, также по тому основанию, что процесс реализации спорного товара зафиксирован на видеосъемке, которая непосредственно исследовалась в судебном заседании.

Согласно статье 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, или иного документа подтверждающего оплату товара.

Как явствует из материалов дела, продавцом спорного товара согласно подлинникам товарных чеков является ИП ФИО1

Довод ответчика о том, что у нее имеется только одна торговая точка, где работает ее дочь, ничем не подтвержден, не опровергает подтвержденный всеми материалами дела факт продажи спорного товара от имени ИП ФИО1

Истец, явку представителя в судебное не обеспечил, заявил о рассмотрении дела в его отсутствие, представил письменные пояснения, в которых он исковые требования поддержал в полном объеме, против назначения судебной экспертизы в принципе не возразил.  

В порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие истца по имеющимся в деле материалам.

Рассмотрев и оценив представленные по делу доказательства, суд пришел к выводу о наличии достаточных оснований для удовлетворения исковых требований, исходя из следующего.

В судебном заседании 28 июня 2018 года непосредственно обозревалась  видеозапись покупки спорного товара, товар, приобретение которого отображено на видеозаписи, приобщен к материалам дела, как вещественное доказательство по делу.

Как следует из материалов дела, 15 сентября  2017 года в торговой точке, расположенной вблизи адресной таблички по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар № 1 – конструктор.

На товаре № 1 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 489246 («Папус»), № 502206 («Симка»), № 475276 («Помогатор») зарегистрированные в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки». Также на упаковке товара № 1 содержаться обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками:   № 489246 («Папус»), № 489244 («Мася»), № 502206 («Симка»), № 502205 («Нолик»), № 475276 («Помогатор»), зарегистрированные в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки».

15 сентября  2017 года в торговой точке, расположенной вблизи адресной таблички по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар № 2 – фигурка.

Товар № 2 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение,  сходные до степени смешения с товарным знаком № 489244 («Мася»), зарегистрированные в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушка».

19 сентября 2017 года в торговой точке, расположенной вблизи адресной таблички по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар № 3 – фигурки.

На товаре № 3 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 502206 («Симка»), № 489244 («Мася»), № 502205 («Нолик»),  зарегистрированными в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки».

Факт приобретения товара подтверждается товарными чеками от 15.09.2017, 15.09.2017, 19.09.2017 содержащими наименование продавца, ОГРН продавца, видеосъемкой покупки, а также приобщенным к материалам дела, в качестве вещественного доказательства проданным товаром.

Истец – закрытое акционерное общество «Аэроплан», является  правообладателем товарных знаков, согласно свидетельствам Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам на товарные знаки (знаки обслуживания):

- «Папус» по свидетельству № 489246 (класс МКТУ 28);

- «Мася» по свидетельству № 489244 (класс МКТУ 28);

- «Симка» по свидетельству № 502206 (класс МКТУ 28);

- «Нолик» по свидетельству № 502205 (класс МКТУ 28);

- «Помогатор» по свидетельству № 475276 (класс МКТУ 28);

Следует отметить, что в силу подпункта 3 пункта  3 статьи  1492 Гражданского кодекса Российской Федерации заявка на товарный знак должна содержать перечень товаров, в отношении которых испрашивается государственная регистрация товарного знака и которые сгруппированы по классам Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ).

В силу пункта 2 статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Следовательно, товар, его этикетка и упаковка рассматриваются как один объект. Неправомерное нанесение товарного знака на этикетку или упаковку товара является нарушением исключительных прав на товарный знак в отношении не упаковки, а самого этого товара.

Ссылаясь на то, что, истец не давал своего разрешения на использование принадлежащих ему товарных знаков, а ответчик, осуществляя реализацию спорного товара, нарушил принадлежащие закрытому акционерному обществу  «Аэроплан» исключительные права, истец претензией № 13822, 13828, 137666 обратился к ответчику с требованием о взыскании компенсации, а также стоимость контрафактного товара, судебных расходов на получение выписке из ЕГРИП на ответчика, почтовых расходов.

Поскольку ответчиком оплата компенсации в добровольном порядке не произведена, истец обратился с настоящим требованием в суд.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров, позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем, вызывает определенное представление о продукции.

В силу статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Доказательств того, что ответчик является правообладателем товарных знаков    № 489246 («Папус»), № 489244 («Мася»), № 502206 («Симка»), № 502205 («Нолик»), № 475276 («Помогатор») или ему переданы права на его использование в материалах дела не имеется.

Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 года, № 5/29).

В силу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Истец в подтверждение факта продажи ответчиком 15.09.2017, 15.09.2017, 19.09.2017 товара, который представляет собой игрушки, конструктор, товарными чеками от 15.09.2017, 15.09.2017, 19.09.2017, выданные ответчиком при оплате товара.

Наличие вышеуказанных обстоятельств распространения товара подтверждается также видеосъемкой, произведенной в целях самозащиты гражданских прав, и в силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствующей о заключении розничного договора купли-продажи.

Согласно пункту 13 Информационного письма от 13.12.2007 № 122 Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения двух обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Сходство изобразительных и объемных обозначений согласно пункту 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 N 197, определяется на основании следующих признаков: внешняя форма, наличие или отсутствие симметрии, смысловое значение, вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.), сочетание цветов и тонов.

При этом перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 5.2.1 названных Методических рекомендаций при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений (пункт 5.2.2 Методических рекомендаций).

Для установления сходства необходимость проведения экспертизы отсутствует.

Следует отметить, что установление точного сходства элементов для привлечения лица к ответственности за нарушение исключительных прав не требуется, поскольку оценка производится с учетом общего впечатления, которое может сформироваться в глазах потребителя.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого соответствующий товарный знак зарегистрирован (правообладателю).

Следовательно, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в его защите до прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном законом.

В соответствии с положениями частей 1, 3, 4 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат.

При этом, в соответствии с пунктом 10 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование части произведения, названия произведения, персонажа произведения является нарушением исключительного права на произведение в целом, если не доказано, что часть произведения является самостоятельным объектом охраны. Совместное использование нескольких частей и (или) персонажей одного произведения образует один факт использования.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским  кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В соответствии с пунктом 4 этой же статьи, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 43.2 и пункте 43.5 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

В пункте 43.3 вышеуказанного Постановления разъяснено, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как указано в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П в исключение из общего правила, согласно которому предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное при осуществлении предпринимательской деятельности, предусмотренные пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и, соответственно, его статьями 1301 и 1311, а также пунктом 4 статьи 1515, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если только он не докажет, что нарушение произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такой подход, используемый федеральным законодателем и при регулировании ответственности за неисполнение обязательств, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), согласуется с понятием предпринимательской деятельности как самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации ). При этом к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение.

При этом, суд не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика – индивидуального предпринимателя факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.

В то-же время,  наличие смягчающих вину доказательств должно доказываться лицом совершившим, правонарушение.

Ответчик, указав в отзыве о возможности снижения размера предъявленного к взысканию компенсации не представил суду доказательств наличия смягчающих обстоятельств именно в отношении ИП ФИО1

На основании части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что ответчиком допущен факт нарушения исключительных прав, принадлежащих закрытому акционерному обществу «Аэроплан». Требования истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки: № 489246 («Папус»), № 489244 («Мася»), № 502206 («Симка»), № 502205 («Нолик»), № 475276 («Помогатор») в минимальном размере, исходя из расчета - 10 000 руб. подлежат удовлетворению.

Расходы о взыскании судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств – товара, приобретенного у ответчика в размере 700 руб., подлежат взысканию с ответчика, как документально подтвержденные (товарными чеками от 15.09.2017, 15.09.2017, 19.09.2017).

Кроме того, истцом заявлено о взыскании почтовых расходов в размере                      182 руб. 20 коп. и расходов на получение выписки из ЕГРИП на ответчика в размере 200 руб.

В подтверждение почтовых затрат истцом представлена почтовая квитанция от 02.03.2018 (направление искового заявления и претензии ответчику) на сумму                               182 руб. 20 коп. 

В обоснование понесенных расходов истцом представлена выписка из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей на ответчика, выданная налоговым органом, и чек от 08.12.2017 на сумму 200 руб.

При изложенных обстоятельствах, ходатайство о взыскании судебных расходов по оплате за предоставление сведений, содержащихся в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика в сумме 200 руб., и почтовые расходы подлежит удовлетворению.

Порядок распределения судебных расходов предусмотрен статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. 

Расходы на оплату за предоставление сведений, содержащихся в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика, расходы в размере стоимости вещественных доказательств - товара и почтовые расходы, на основании части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика в пользу истца.

В порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение дела в арбитражном суде относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу закрытого акционерного общества «Аэроплан» 90 000 руб. компенсации,                  700 руб. стоимости вещественного доказательства,  182 руб. 20 коп. почтовых расходов, 200 руб. стоимости выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, 3 600 руб. расходов по государственной пошлине.

Вещественные доказательства по делу № А27-7543/2018  уничтожить по истечении срока хранения настоящего дела.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месячного срока со дня его принятия.

 

Судья                                                                                                    О.М. Засухин