АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-13955/2021

Дело № А72-14595/2019

г. Казань

27 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 июля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Желаевой М.З.,

судей Топорова А.В., Мельниковой Н.Ю.,

при участии представителей:

ФИО13 (истец) – ФИО1, доверенность от 04.06.2021,

ФИО2 (истец) – ФИО3, доверенность от 05.02.2020,

ФИО4 (заинтересованное лицо) – ФИО5, доверенность от 16.08.2019,

Регионального Коммерческого Банка (АО) (ответчик) в лице конкурсного управляющего – Государственная корпорация Агентство по страхованию вкладов – ФИО6, доверенность от 11.10.2021,

в отсутствие:

ФИО16, ФИО17 Вали-Ахмедовича, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 (третьих лиц) – извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО13 и ФИО4

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2022

по делу № А72-14595/2019

по исковому заявлению ФИО13, г. Самара, к Региональному Коммерческому Банку (АО) о признании недействительными 63 (шестидесяти трех) протоколов заседаний Совета директоров Регионального Коммерческого Банка (ЗАО),

при участии в деле в качестве заинтересованных лиц: ФИО4, ФИО2,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО16, ФИО17 Вали-Ахмедовича, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12,

по исковому заявлению ФИО2, г. Самара, к Региональному Коммерческому Банку (АО) о признании недействительными решений общих собраний акционеров,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ульяновской области обратился ФИО13 (далее – ФИО13, истец) с исковым заявлением к Региональному Коммерческому Банку  (далее – Банк, ответчик) о признании недействительными: протокола заседания Совета директоров Регионального Коммерческого Банка от 26.08.2015№ 13 об одобрении сделки по приобретению нежилого помещения у ФИО14, протокола заседания Совета директоров Регионального Коммерческого Банка от 27.03.2015 № 41 об одобрении сделки по приобретению нежилого помещения у ФИО15

Определением суда от 19.11.2019 удовлетворены ходатайства ФИО2, г. Самара, и ФИО4, г. Самара, (далее – ФИО2 и ФИО4,) о присоединении к иску в порядке пункта 6 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рамках дела № А72-16914/2019 арбитражным судом к производству принято исковое заявление ФИО13 о признании недействительными 68 Протоколов заседаний Совета директоров Регионального Коммерческого Банка за период с 27.01.2014 по 10.08.2016.

В рамках указанного дела суд также удовлетворил ходатайства ФИО2 и ФИО4 о присоединении к иску в порядке пункта 6 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также заявления бывших членов Правления и кредитного комитета – ФИО10, ФИО11 и ФИО12 (далее – ФИО10, ФИО11, ФИО12) о вступлении в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены иные члены Совета директоров Регионального Коммерческого Банка: ФИО16, ФИО17 Вали-Ахмедович и ФИО7 (далее – ФИО16, ФИО17, ФИО7), единоличный исполнительный орган – ФИО8 (далее – ФИО8), члена коллегиального исполнительного органа Регионального Коммерческого Банка Правления – ФИО9 (далее – ФИО9).

Судом приняты уточнения исковых требований, в соответствии с которыми истец просил признать недействительными в силу их ничтожности 61 протокола заседаний Совета директоров Регионального Коммерческого Банка: от 27.01.2014 № 51; от 30.05.2014 № 4; от 21.08.2014 № 26; от 01.09.2014 № 29; от 03.09.2014 № 30; от 09.09.2014 № 34; от 16.09.2014 № 36; от 19.09.2014 № 37; от 23.09.2014 № 38; от 07.10.2014 № 42; от 14.10.2014 № 44; от 28.10.2014 № 47; от 20.11.2014 № 10; от 25.12.2014 № 20; от 15.01.2015 № 23; от 03.02.2015 № 28; от 10.02.2015 № 30; от 17.02.2015 № 31; от 24.02.2015 № 32; от 26.02.2015 № 34; от 10.03.2015 № 37; от 17.03.2015 № 38; от 24.03.2015 № 39; от 31.03.2015 № 42; от 21.04.2015 № 45; от 28.04.2015 № 46; от 14.05.2015 № 49; от 27.05.2015 № 52; от 22.06.2015 № 55; от 29.06.2015 № 02; от 02.07.2015 № 03; от 20.07.2015 № 6; от 27.07.2015 № 8; от 07.08.2015 № 11; от 17.08.2015 № 12; от 27.08.2015 № 14; от 08.09.2015 № 17; от 22.09.2015 № 20; от 07.10.2015 № 26; от 13.10.2015 № 29; от 19.10.2015 № 31; от 02.11.2015 № 36; от 23.11.2015 № 42; от 02.12.2015 № 46; от 07.12.2015 № 47; от 14.12.2015 № 48; от 16.12.2015 № 49; от 21.01.2016 № 55; от 27.01.2016 № 56; от 24.02.2016 № 65; от 02.03.2016 № 69; от 17.03.2016 № 70; № 73 от 04.04.2016 № 73; от 08.04.2016 № 74; от 22.04.2016 № 77; от 06.05.2016 № 80; от 12.05.2016 № 81; от 19.05.2016 № 83; от 25.05.2016 № 86; от 06.06.2016 № 88; от 14.06.2016 № 90.

Арбитражные дела № А72-16914/2019 и № А72-14595/2019 объединены судом в одно производство для совместного рассмотрения, с присвоением объединенному делу № А72-14595/2019.

В рамках дела № А72-5129/2020 арбитражным судом к производству принят иск ФИО2 к Региональному Коммерческому Банку о признании недействительными решений общего собрания акционеров Банка, оформленных протоколами от 23.04.2013,  20.05.2014, 25.06.2015, 16.06.2016, в части избрания в состав совета директоров ФИО2

Арбитражные дела № А72-5129/2020, № А72-14595/2019 объединены в одно производство для их совместного рассмотрения, объединенному делу присвоен номер А72-14595/2019.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО18

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 21.04.2021 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО13 и ФИО2, в том числе по основанию истечения срока исковой давности.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд определением от 18.08.2021 перешел к рассмотрению дела № А72-14595/2019 по общим правилам искового производства, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

К исковым требованиям ФИО13 присоединилась ФИО2, ФИО4

К требованиям ФИО2 присоединились ФИО4, ФИО13

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 суд признал Бесфамильную Н.В. и ФИО4 присоединившимися к требованиям ФИО13; ФИО13 и ФИО4 присоединившимися к требованиям ФИО2 Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 21.04.2021 по настоящему делу отменено, принят новый судебный акт.

Исковые требования ФИО13 и присоединившейся к этому требованию группы лиц удовлетворены.

Суд признал недействительными 61 протокол заседаний Совета директоров Регионального Коммерческого Банка: от 27.01.2014 № 51; от 30.05.2014 № 4; от 21.08.2014 № 26; от 01.09.2014 № 29; от 03.09.2014 № 30; от 09.09.2014 № 34; от 16.09.2014 № 36; от 19.09.2014 № 37; от 23.09.2014 № 38; от 07.10.2014 № 42; от 14.10.2014 № 44; от 28.10.2014 № 47; от 20.11.2014 № 10; от 25.12.2014 № 20; от 15.01.2015 № 23; от 03.02.2015 № 28; от 10.02.2015 № 30; от 17.02.2015 № 31; от 24.02.2015 № 32; от 26.02.2015 № 34; от 10.03.2015 № 37; от 17.03.2015 № 38; от 24.03.2015 № 39; от 31.03.2015 № 42; от 21.04.2015 № 45; от 28.04.2015 № 46; от 14.05.2015 № 49; от 27.05.2015 № 52; от 22.06.2015 № 55; от 29.06.2015 № 02; от 02.07.2015 № 03; от 20.07.2015 № 6; от 27.07.2015 № 8; от 07.08.2015 № 11; от 17.08.2015 № 12; от 27.08.2015 № 14; от 08.09.2015 № 17; от 22.09.2015 № 20; от 07.10.2015 № 26; от 13.10.2015 № 29; от 19.10.2015 № 31; от 02.11.2015 № 36; от 23.11.2015 № 42; от 02.12.2015 № 46; от 07.12.2015 № 47; от 14.12.2015 № 48; от 16.12.2015 № 49; от 21.01.2016 № 55; от 27.01.2016 № 56; от 24.02.2016 № 65; от 02.03.2016 № 69; от 17.03.2016 № 70; № 73 от 04.04.2016 № 73; от 08.04.2016 № 74; от 22.04.2016 № 77; от 06.05.2016 № 80;  от 12.05.2016 № 81; от 19.05.2016 № 83; от 25.05.2016 № 86; от 06.06.2016 № 88; от 14.06.2016 № 90.

Исковые требования ФИО2 и присоединившейся к этому требованию группы лиц удовлетворены.

Суд признал недействительными решения общего собраний акционеров Регионального Коммерческого Банка, оформленные следующими протоколами: от 23.04.2013, 20.05.2014, 25.06.2015, 16.06.2016, 23.04.2013, в части избрания в состав совета директоров Регионального Коммерческого Банка ФИО2

Дополнительным постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 признаны недействительными решения Совета директоров Регионального Коммерческого Банка, оформленные следующими протоколами:

- протокол заседания Совета директоров Регионального Коммерческого Банка  от 26.08.2015 № 13  об одобрении сделки по приобретению нежилого помещения у ФИО14;

- протокол заседания Совета директоров Регионального Коммерческого Банка от 27.03.2015 № 41  об одобрении сделки по приобретению нежилого помещения у ФИО15

Постановлениями Арбитражного суда Поволжского округа от 25.02.2022 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 и дополнительное постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции исходил из того, что решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

При повторном рассмотрении дела, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2022 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 21.04.2021 отменено, принят новый судебный акт  об отказане в удовлетворении исковых требований ФИО13, ФИО4 и ФИО2. С ФИО13 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по иску в размере 366 000 (триста шестьдесят шесть тысяч) руб.

Законность принятого по делу судебного акта проверяется в порядке статьи 274 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по кассационным жалобам ФИО2, ФИО13 и ФИО4, которые полагают, что арбитражным судом при исследовании и вынесении обжалуемого постановления нарушены нормы материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам. Подробно позиции заявителей изложены в кассационных жалобах, по существу которых просят отменить обжалуемое постановление от 08.04.2022, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Региональным Коммерческим Банком (АО) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации Агентство по страхованию вкладов представлен отзыв на кассационные жалобы, в котором, ссылаясь на несостоятельность позиций заявителей, основанной на неправильном применении норм материального и процессуального права, просит отказать в их удовлетворении, доводы заявителей по существу считает направленными на переоценку установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств.

Принимая во внимание наличие надлежащего уведомления лиц, участвующих в деле, основываясь на положениях части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции счел возможным рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие представителей не обеспечивших явку.

В процессе рассмотрения кассационных жалоб представители заявителей настаивали на доводах, приведенных в обоснование жалоб; представитель ответчика возражал против их удовлетворения, поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Рассмотрев кассационные жалобы, проверив в порядке статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанций норм материального права, соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, а также соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов заявителей кассационных жалоб и возражений относительно них, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ФИО13 заявлены требования о признании недействительными 63 протоколов заседаний совета директоров Банка со ссылкой на то, что членом совета директоров не являлся, не участвовал в заседаниях совета директоров, о наличии названных протоколов ему стало известно после ознакомления с материалами дела № А72-14829-35/2016.

С частью приложений по делу № А72-14829-35/2016 представитель истца ознакомился 15.08.2019 и обратился 02.09.2019 с иском о признании недействительными протоколов заседаний совета директоров Банка от 27.03.2015 № 41, от 26.08.15 № 13. После получения 21.09.2019, приложенных к заявлению ответчика по делу № А72-14829-35/2016 протоколов заседаний совета директоров Банка, истец 21.10.2019 обратился в суд о признании, с учетом уточнения заявленных требований, недействительными 61 протокола, со ссылкой также на то, что членом совета директоров Банка не являлся, не участвовал в заседаниях совета директоров, о наличии названных протоколов ему стало известно после ознакомления с материалами дела № А72-14829-35/2016. Определением суда от 18.09.2019 удовлетворено ходатайство ФИО2 и ФИО4 о присоединении к иску в качестве заинтересованных лиц.

Конкурсным управляющим заявлено о пропуске срока исковой давности по требованиям о признании недействительными протоколов заседаний совета директоров Банка оспаривающими их лицами.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске в порядке абзаца второго пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В этом случае принудительная (судебная) зашита прав независимо от того, имело ли место в действительности такое нарушение, невозможна, в связи с чем. исследование иных обстоятельств дела не может повлиять на характер вынесенных судебных решений (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.06.2007 № 452-0-0).

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего нрава и о том. кто является надлежащим ответчиком но иску о защите этого права.

В силу Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) правом обжалования решения совета директоров обладают член совета директоров, не участвовавший в голосовании или голосовавший против принятого решения, а также акционер в соответствии с пунктами 5, 6 статьи 68 названного Закона.

В соответствии с пунктом 5 статьи 68 Закона об акционерных обществах член совета директоров (наблюдательного совета) общества, не участвовавший в голосовании или голосовавший против решения, принятого советом директоров (наблюдательным советом) общества в нарушение порядка, установленного настоящим Федеральным законом, иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, вправе обжаловать в суд указанное решение в случае, если этим решением нарушены его права и законные интересы. Такое заявление может быть подано в суд в течение одного месяца со дня, когда член совета директоров (наблюдательного совета) общества узнал или должен был узнать о принятом решении.

В силу пункта 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение 6 месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение 2 лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения в силу пункта 3 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пункт 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации, введен в действие с 01.09.2013, то есть позднее вышеуказанных норм статьи 68 Закона об акционерных обществах.

Из пункта 111 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что сроки оспаривания решений, установленных в пункте 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются в случаях, когда иные сроки не установлены специальными законами.

В названном пункте указанного постановления Пленума также разъяснено, что общедоступным с учетом конкретных обстоятельств дела может быть признано размещение информации о принятом решении собрания на доске объявлений, в средствах массовой информации, сети «Интернет», на официальном сайте соответствующего органа, если такие способы размещения являются сложившейся практикой доведения информации до участников данного гражданско-правового сообщества, а также ссылка в платежном документе, направленном непосредственно участнику, оспаривающему решение.

Общедоступность сведений предполагается, пока лицом, права которого нарушены принятием решения, не доказано иное.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что рассматриваемые по делу решения были общедоступными, оспаривающие их лица имели возможность узнать о совершении Банком сделок и об одобрении их Советом директоров не позднее проведения годовых собраний акционеров

Согласно материалам дела истцы не являются на дату подачи исковых требований по делу акционерами Банка – ФИО13, ФИО4 продали акции общества 25.12.2015, ФИО2 не являлась акционером банка в 2014, 2015, 2016 (имела статус акционера – до 30.09.2013).

В период 2013-2015 годы Совет директоров Банка состоял исключительно из основных акционеров Банка с долями в уставном капитале: ФИО16 – 61,7%, ФИО4 – 15,5%, ФИО13 – 5,7-6,7%, ФИО2 – 6,7% (2013 год) и председателя правления Банка (ФИО19, ФИО8).

В порядке пункта 6.1 Положения члены совета директоров обязаны присутствовать на общих собраниях акционеров и отвечать на вопросы участников собрания (л.д. 69-83, том 2;  л.д. 142-157, том 7).

Акционеры Банка участвуют в годовых собраниях акционеров, в банке совмещались функции владения (контроля) и управления, в связи с чем применимы положения пункта 3 постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», в силу которых ФИО13 (и заинтересованные лица) узнали об оспариваемых протоколах не позднее даты проведения годовых общих собраний по итогам годов, в которых были совершены оспариваемые сделки.

Согласно пункту 3 постановления Пленума № 27 в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать то обстоятельство, что общество публично раскрывало сведения; также предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка.

Исключениями из данного правила являются случаи, когда 1) информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) 2) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом). Доказательств для применения указанных исключений оспаривающими решения лицами не представлено.

В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 47 Закона об акционерных обществах годовое общее собрание акционеров проводится в сроки, устанавливаемые уставом общества, но не ранее чем через два месяца и не позднее чем через шесть месяцев после окончания финансового года.

Истцы (заинтересованные лица) осуществляли полномочия членов Совета директоров по созыву и утверждению повесток дня собраний акционеров, обеспечивали подготовку предложений Совета директоров - общему собранию акционеров о включении в список кандидатов в члены Совета директоров Банка.

Существенных нарушений порядка подготовки и проведения собраний акционеров допущено не было.

На годовых собраниях акционеров Банка утверждались годовые отчеты, годовая (финансовая) отчетность, принимались решения об увеличении уставного капитала утверждался устав Банка и изменения в него, утверждались отчеты совета директоров банка, формировали Совет директоров Банка:

- протоколы годовых общих собраний акционеров Банка от 22.04.2013, от 20.05.2014, протоколы об итогах голосования на данных годовых общих собраниях акционеров (т. 3 л.д. 139-144; т. 1 л.д. 51- 66, т. 3 л.д. 134-138);

- протоколы годовых общих собраний акционеров Байка от 25.06.2015, от 16.06.2016, протокол об итогах голосования на общем собрании акционеров от 25.06.2015, протоколы счетной комиссии об итогах голосования на ГОСА, списки лиц, осуществляющих права по ценным бумагам (на участие в ОСА) (т. 1 л.д. 71-92, т. 3 л.д. 128-132, т. 4 л.д. 19-37; т. 3 л.д. 122-126, т. 4 л.д. 19-37).

Из представлявшейся при проведении общих собраний информации и материалов можно было сделать вывод о совершении сделок, одобренных Советом директоров.

Из материалов дела следует, что состав основных средств после совершения 2 сделок с заинтересованностью о приобретении объектов недвижимости в размере 36,3 млн.руб. (протоколы заседаний совета директоров от 26.08.2015 № 13 и от 27.03.2015 № 41) размер основных средств увеличился на большую сумму – 46,2 млн.руб. (основные средства на 01.01.2015 – 122,9 млн.руб., на 01.01.2016 – 169,2 млн.руб.); а размер ссудной задолженности юридических лиц постоянно существенно увеличивался и за спорный период увеличился более чем в 2 раза (на 01.10.2014 – 1266,2 млн. руб., на 01.01.2015 – 1470,2 млн.руб., на 01.01.2016 – 2482,4 млн.руб., на 01.07.2016 – 2548,4 млн.руб.) (Таблица «Анализ изменения основных балансовых данных Банка», л.д. 143-144, том 2).

Из материалов дела также следует, что АО «РКБ» до отзыва у нее лицензии публично раскрывало сведения о годовых отчетах и годовой (финансовой) отчетности на сайте Банка России и веб-сайте АО Банк "РКБ" (письмо Отделения по Ульяновской области Банка России от 16.01.2020, том 2 л.д. 16).

В материалах дела также имеются доказательства участия в проведении собраний акционеров через доверенных лиц, документы об извещении о проведении собраний акционеров, в т.ч. годовых, и их результатах (т. 1, л.д. 70-74, том 1; л.д. 58-62, том 11; л.д. 65-77, том 13).

В материалах дела имеются уведомления ФИО13 о предстоящих годовых собраниях акционеров АО Банка «РКБ» и отчетах об итогах голосования с его подписями о получении, в частности им получены:

- 27.02.2014 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 06.03.2014;

- 29.08.2014 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 29.10.2014;

- 25.08.2014 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 15.09.2014;

- 03.06.2015 уведомление о годовом собрании акционеров 25.06.2015;

- 01.07.2015 уведомлением об итогах голосования на годовом общем собрании акционеров 25.06.2015;

- 11.11.2015 уведомлением о внеочередном общем собрании акционеров 14.12.2015.

В ходе судебного разбирательства представитель ФИО13 пояснил, что данные документы не получал, подписи на этих документах ему не принадлежат, однако заявлений об их фальсификации не сделал.

В материалах дела имеются уведомления ФИО4 о предстоящих годовых собраниях акционеров Банка, в частности ею получены:

- 13.02.2014 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 06.03.2014;

- 19.08.2014 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 29.10.2014;

- 25.08.2014 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 15.09.2014;

- 03.06.2015 уведомление о годовом общем собрании акционеров 25.06.2015;

- 11.11.2015 уведомление о внеочередном общем собрании акционеров 14.12.2015.

Участие в собраниях акционеров осуществлялось истцами (заинтересованными лицами) через доверенных лиц по доверенностям, в т.ч. нотариальным.

На годовом общем собрании акционеров 25.05.2015 от акционеров ФИО13 и ФИО4 (по нотариальной доверенности) участвовал представитель ФИО8

Судом правомерно учтено, что в порядке пункта 6.1 Положения о совете директоров члены совета директоров обязаны присутствовать на общих собраниях акционеров вне зависимости от факта делегирования полномочий на участие в собраниях акционеров представителям, ФИО13 (заинтересованные липа) обязаны были лично присутствовать на всех собраниях акционеров, в т.ч. годовых.

Таким образом, истец (заинтересованные лица), являясь акционерами (членами совета директоров) Банка, реализуя свои права и обязанности акционеров (членов совета директоров) имели возможность узнать о совершении Банком сделок и одобрении их Советом директоров в 2014-2015 годах по результатам годовых собраний акционеров, не позднее второго квартала 2015, 2016 годов (последний срок, установленный законом для проведения годового общего собрания акционеров).

Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что лица, оспаривающие решения совета директоров банка, имели возможность узнать об этих решениях ранее проведении годовых собраний акционеров (при добросовестном поведении), учитывая общедоступность для членов органов управления банка информации о принимаемых ими решениях и возможность их незамедлительного получения

Акционер (член органа управления) должен занимать активную позицию в отношении деятельности общества, действовать разумно и с должной долей заинтересованности в хозяйственной деятельности общества, в связи с чем, действуя разумно и с должной долей заинтересованности в хозяйственной деятельности общества, не мог не знать о наличии оспариваемых протоколов, учитывая также факты проведения Банком общих собраний акционеров, публичного раскрытия годовых отчетов и годовой бухгалтерской отчетности.

Согласно статье 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениям главы 13 Закона об акционерных обществах, как акционеры общества, обладали безусловными правами, а именно: участвовать в управлении делами общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его документацией в установленном законом и Уставом общества порядке.

Участник корпорации вправе принимать участие в управлении делами общества, получать информацию по всем вопросам деятельности общества, знакомиться с документацией общества в порядке статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 31 Закона об акционерных обществах.

В соответствии с пунктами 7.3, 12.9 положения о Совете директоров АО «РКБ» банк обязан обеспечить постоянное хранение проколов заседаний Совета директоров Банка по месту нахождения его исполнительных органов, Банк обязан обеспечить акционерам, а также членам Совета директоров Банка доступ к протоколам заседаний Совета директоров (по требованию члена Совета директоров предоставлять удостоверенные копии этих документов секретарь Совета директоров должен незамедлительно) (л.д. 142-157, том 7).

В рассматриваемом случае, оспаривается значительная часть решений органа управления Банком – 14 протоколов заседания Совета директоров периода 2014 года, 33 протокола – периода 2015 года и 14 протоколов – 2016 года, что свидетельствует о том, что истцы действуют недобросовестно и не могли не знать о состоявшихся в эти периоды заседаниях Советов директоров.

Компетенция совета директоров также предполагает непрерывное активное участие членов совета директоров в осуществлении хозяйственной деятельности Банка.

В соответствии с пунктом 6, 7.1 положения о Совете директоров Банка члены Совета директоров обязаны принимать активное участие в обсуждении вопросов, выносимых на рассмотрение Совета директоров Банка, и в случае невозможности личного присутствия на заседании представлять при необходимости в письменной форме свое мнение по рассматриваемым вопросам, их деятельность является непрерывной и не ограничивается участием в принятии решений Совета директоров Банка.

При этом самоустранение членов Совета директоров Банка от реализации своих прав по управлению делами Банка, их пассивное поведение само по себе не может служить основанием для иного порядка исчисления начала срока исковой давности.

Судом установлено, что полномочия ФИО13 и ФИО4, как членов Совета директоров, прекращены – 16.06.2016, ФИО2 – после отзыва у Банка лицензии. Соответственно при проявлении должной заботливости и осмотрительности члены совета директоров имели возможность ознакомиться с принятыми решениями органов управления самостоятельно ранее проведения годовых собраний акционеров.

По окончании финансового 2014, 2015 годов, 1-ого полугодия 2016 года по отчетности на 01.07.2016 они могли узнать о принятых решениях и оспорить их в установленный законом срок. Кроме того, их бездействие свидетельствует о согласии с принятыми решениями.

Не могут быть приняты во внимание ссылки истца (заинтересованных лиц) на свидетельские показания работников территориального органа надзора о том, что на годовых собраниях акционеров Банка 20.05.2014 (по итогам 2013 года), 25.06.2015 (по итогам 2014 года), 16.06.2016 (по итогам 2015 года) ФИО13, ФИО2, ФИО4 не присутствовали.

Порядок проведения (фиксации) собраний акционеров и удостоверения принятых на них решений императивно урегулированы законом, которые подтверждаются, в первую очередь, письменными, а не свидетельскими показаниями.

Согласно положениям пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие общим собранием участников акционерного общества решения и состав участников акционерного общества, присутствовавших при его принятии, в отношении публичного акционерного общества подтверждается лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии  в соответствии с пунктом 4 статьи 97 Гражданского кодекса Российской Федерации, а в отношении непубличного акционерного общества – путем нотариального удостоверения или удостоверения лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии  в порядке подпункты 1 и 2 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Участие в собраниях акционеров осуществлялось истцами (заинтересованными лицами) через доверенных лиц по доверенностям, в т.ч. нотариальным. Указанное свидетельствует о принятии на собраниях акционеров от их имени решений наделенными полномочиями лицами.

Судом мотивированно отклонены доводы ФИО13 и ФИО4 о том, что они не могли принимать участие в собраниях акционеров по итогам 2015 и 2016 годов, исходя из следующего.

ФИО13 и ФИО4 обосновывают пропуск срока исковой давности тем обстоятельством, что 25.12.2015 продали акции и перестали быть акционерами Банка, в связи с чем не имели возможности участвовать в годовом общем собрании, состоявшемся – 16.06.2016.

Вместе с тем, ФИО13 вплоть до 16.06.2016 исполнял свои обязанности члена Совета директоров, то есть до указанного момента имел возможность ознакомиться со всеми принимаемыми Советом директоров решениями.

Вне зависимости oт утраты статуса акционера на дату проведения годового собрания акционеров 16.06.2016 по итогам 2015 года указанные лица, в силу порядка и пункта 6.1 Положения о совете директоров были обязан лично присутствовать на указанном собрании акционеров, только после проведения которого прекратился их статус как членов Совета директоров.

Несмотря на то, что годовое собрание акционеров по итогам 2016 года не проводилось, при добросовестном поведении при прекращении членства в органе управления, они могли ознакомиться с имеющейся документацией о всей деятельности совета директоров и Банка за период своего участия в его деятельности, доказательств о препятствиях в получении какой-либо информации ими не представлено.

Также существенная часть обжалуемых протоколов заседаний Совета директоров относится к 2014 году, в течение которого указанные лица являлись акционерами Банка и продолжали ими оставаться на момент проведения годового общего собрания акционеров по результатам 2014 года (дата проведения собрания – 25.06.2015), извещение о проведении которого ими было получено.

При указанных обстоятельствах, суд пришел к правомерному выводу о том, что на дату обращения ФИО13 в суд 03.09.2019 и 21.10.2019, а соответственно, и присоединения в последующем к его требованиям заинтересованных лиц, требование о признании недействительными решений Совета директоров общества за период с 27.01.2014 по 14.06.2016 предъявлено за пределами срока исковой давности.

Более того, срок исковой давности пропущен как для признания недействительными решений, установленный в пункте 5 статьи 68 Закона об акционерных обществах (1 месяц), так и  установленный пунктом 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации (6 месяцев, но не позднее чем в течение 2 лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными).

Учитывая правовую позицию, изложенную в абзаце третьем пункта 111 Постановления № 25, на истце лежит обязанность по доказыванию невозможности ознакомления с оспариваемыми протоколами до ознакомления с материалами дела № А72-14829-35/2016 и получения протоколов от конкурсного управляющего в августе-сентябре 2019 года.

Вместе с этим, доказательств наличия каких-либо препятствий к ознакомлению с оспариваемыми протоколами и принятыми решениями, их своевременному оспариванию материалы дела не содержат.

Таким образом, в отношении требований ФИО13 и, присоединившихся к этим требованиям лиц, об оспаривании 63 протоколов заседаний совета директоров истекли сроки исковой давности.

В отношении позиции ФИО2, оспаривающей решения общего собрания акционеров Банка, оформленных протоколами от 23.04.2013, 20.05.2014, 25.06.2015, 16.06.2016, в части избрания ее в состав совета директоров, указано на непредставление доказательств ее избрания в состав совета директоров, неуведомление об избрании и неучастие в его работе.

Согласно материалам дела, ФИО2 вступила в настоящее дело в качестве заинтересованного лица – 19.11.2019. Согласно ее пояснениям именно с этого момента она узнала, что является членом совела директоров АО Банк «РКБ». С исковым заявлением обратилась в суд – 08.05.2020.

Судом установлено, что ФИО2 имела статус акционера до 30.09.2013, не являлась акционером банка в 2014, 2015, 2016 годах, являлась членом совета директоров с 16.04.2010 до отзыва у Банка лицензии.

Конкурсным управляющим также заявлено о пропуске срока исковой давности по требованиям ФИО2 (заинтересованных лиц) о признании недействительными протоколов общих собраний акционеров Банка.

В соответствии с пунктом 7 статьи 49 Закона об акционерных обществах заявление о признании недействительным решения общего собрания акционеров может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда акционер узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным. Предусмотренный настоящим пунктом срок обжалования решения общего собрания акционеров в случае его пропуска восстановлению не подлежит, за исключением случая, если акционер не подавал указанное заявление под влиянием насилия или угрозы.

В силу пункта 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение 6 месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение 2 лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующею гражданско-правового сообщества.

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения в силу пункта 3 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пункт 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации, введен в действие с 01.09.2013, то есть позднее вышеуказанных норм статьи 65 Закона об акционерных обществах.

Из пункта 111 постановления № 25 следует, что сроки оспаривания решений, установленных в пункте 5 статьи 181.4 Гражданскою кодекса Российской Федерации, применяются в случаях, когда иные сроки не установлены специальными законами.

В названном пункте указанного постановления Пленума также разъяснено, что общедоступным с учетом конкретных обстоятельств дела может быть признано размещение информации о принятом решении собрания на доске объявлений, в средствах массовой информации, сети «Интернет», на официальном сайте соответствующего органа, если такие способы размещения являются сложившейся практикой доведения информации до участников данного гражданско-правового сообщества, а также ссылка в платежном документе, направленном непосредственно участнику, оспаривающему решение.

Общедоступность сведений предполагается, пока лицом, права которого нарушены принятием решения, не доказано иное.

ФИО2 на дату проведения собрания акционеров 22.04.2013 являлась акционером Банка, а на даты проведения собраний акционеров 20.05.2014, 25.06.2015, 16.06.2016, не являясь акционером Банка, но исходя из Положений о совете директоров Банка должна была участвовать в данных собраниях как член совета директоров.

Исследование оспариваемых протоколов от 22.04.2013, 25.06.2015, 16.06.2016, свидетельствует о несостоятельности доводов ФИО2 о непредставлении доказательств ее избрания в состав Совета директоров.

Пунктом 1 статьи 60 Закона об акционерных обществах предусмотрен порядок формирования совета директоров акционерного общества, согласно которому его члены избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания. Аналогичные положения содержатся в пункте 11.4 Устава Банка, пункте 3.3 Положения о Совете директоров Банка (л.д. 69-83, том 2). Следовательно, Закон об акционерных обществах не содержит положений о досрочном прекращении полномочий отдельных членов совета директоров общества, а также не предусматривает последствия досрочного сложения полномочии членами совета директоров по собственной инициативе и признание членов совета директоров выбывшими. В материалы дела не представлялось уведомлений об отказе от своих полномочий истцами (заинтересованными лицами).

Согласно пунктам 2, 3 статьи 52 Закона об акционерных обществах к информации (материалам), подлежащей предоставлению липам, имеющим право на участие в общем собрании акционеров, при подготовке к проведению общего собрания акционеров общества, относятся в том числе сведения о кандидате (кандидатах) в исполнительные органы общества, совет директоров (наблюдательный совет) общества.

Совет директоров в составе: ФИО16, ФИО13, ФИО2, ФИО4, ФИО19 избран 22.04.2013 на годовом общем собрании акционеров

В собрании от акционеров ФИО13, ФИО2 и ФИО4 участвовал представитель ФИО19: протокол годового общего собрания акционеров Банка от 22.04.2013, протокол об итогах голосования на годовом общем собрании акционеров Банка от 22.04.2013 ( л.д. 139-144, том 3).

ФИО2, являвшаяся акционером Банка с 27.04.2010 по 30.09.2013, была зарегистрирована для участия в данном собрании акционеров и по 4 вопросу повестки дня проголосовала за избрание Совета директоров в указанном составе, соответственно, ФИО2 обеспечила членство в Совете директоров на период с 22.04.2013 до 20.05.2014, до следующего годового общего собрания акционеров, осуществляла полномочия члена Совета директоров по созыву и утверждению повестки дня собрания акционеров, обеспечивала подготовку предложений Совета директоров общему собранию акционеров о включении в список кандидатов, в члены Совета директоров Банка

Председателем Правления Банка ФИО19 21.04.2014 в Главное управление Банка России по Ульяновской области в соответствии с пунктом 6.1 Положения Банка России № 408-П, в целях выполнения требований статьи 16 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» были направлены полученные уведомления от лиц, занимающих должности, указанные в частях 4 и 6 статьи 11.1 указанного федерального закона, в т.ч. уведомления членов Совета директоров ФИО13, ФИО2 и ФИО4 (л.д. 54, том 4).

Аналогичным образом формировался Совет директоров Банка до отзыва у Банка лицензии.

На годовом общем собрании акционеров 20.05.2014 избран Совет директоров Банка в составе: ФИО16, ФИО13, ФИО2, ФИО4, ФИО19. В собрании от акционеров от ФИО13 участвовал представитель ФИО8, от ФИО4 представитель по нотариальной доверенности ФИО12: протокол годового общего собрания акционеров Банка от 20.05.2014, протокол об итогах голосования на годовом общем собрании акционеров Банка от 20.05.2014 (л.д. 51-66 т. 1, л.д. 134-138, т. 3).

В Главное управление Центрального банка Российской Федерации по Ульяновской области Председателем Совета директоров Банка 24.05.2014 направлено уведомление об избрании 20.05.2014 на годовом общем собрании акционеров Банка состава Совета директоров Банка в указанном составе и персональные данные членов Совета директоров. В уведомлении указано, что Состав Совета директоров по сравнению в составом Совета директоров, избранным на годовом общем собрании акционеров 22.04.2013, не изменился (л.д. 68-69, том 1).

Из отчета Совета директоров ЗАО «РКБ» о работе в 2014 , утвержденного решением Совета директоров от 11.06.2015 № 54, следует, что первоначальный состав Совета директоров утвержден на годовом общем собрании акционеров 20.05.2014: ФИО16 III. – председатель Совета директоров, ФИО4 – заместитель председателя Совета директоров, члены Совета директоров – ФИО13, ФИО2, ФИО19, действующий состав директоров утвержден на внеочередном общем собрании акционеров Банка 29.10.2014: ФИО16 – председатель Совета директоров, ФИО4 – заместитель председателя Совета директоров, члены Совета директоров – ФИО13, ФИО2, ФИО8 (л.д. 124-126, том 1).

На годовом общем собрании акционеров 25.05.2015 избран Совет директоров Банка в составе: ФИО16, ФИО13, ФИО2, ФИО4, ФИО8, в собрании от акционеров ФИО13 и ФИО4 (по нотариальной доверенности) участвовал представитель ФИО8 : протокол годового общего собрания акционеров Банка от 25.05.2015, протокол об итогах голосования на годовом общем собрании акционеров Банка от 25.05.2015 (л.д. 71-92, том 1; л.д. 128-132 том 3), письмо АО «Регистраторское общество «Статус» от 30.07.2020 с приложением протокола счетной комиссии об итогах голосования на ГОСА 25.05.2015, список лиц, осуществляющих права по ценным бумагам (на участие в ОСА) на 02.06.2015(л.д. 19-37, том 4).

На годовом общем собрании акционеров Банка 16.06.2016 избран Совет директоров Банка в составе: ФИО16, ФИО2, ФИО8, ФИО7, ФИО17 В-А. : протокол годового общего собрания акционеров Банка от 26.06.2016 (л.д. 122-12, том 3); письмо АО «Регистраторское общество «Статус» от 30.07.2020 с приложением протокола счетной комиссии об итогах голосования на ГОСА 26.06.2016, список лиц, осуществляющих права по цепным бумагам (на участие в ОСА) на 11.05.2016. 

В материалах дела также содержатся уведомления Банка в адрес ФИО13, ФИО4 о проведении общих собраний акционеров: уведомления от 14.08.2014, 03.06.2015 о проведении собраний акционеров от 29.10.2014, 25.06.2015; уведомления от 01.07.2015 об итогах голосования на годовом общем собрании акционеров от 25.06.2015 с их личными подписями о получении (л.д. 58-62, том 11, л.д. 65-77, том 13).

Существенных нарушений порядка подготовки и проведения собраний акционеров допущено не было. Устав Банка не содержит требований к предложениям о выдвижении кандидатов в состав Совета директоров, исковое заявление ФИО2 не содержит ссылок на соответствующие требования внутренних документов о наличии сведений о согласии кандидатов при выдвижении кандидатов в состав Совета директоров Банка. Императивные требования, предписывающие указывать в протоколах общих собраний акционеров подобные сведения, отсутствуют. 

В отношении позиции ФИО2 о том, что она не давала согласие на избрание в орган управления, ей никогда не сообщалось, что ее кандидатура утверждена в качестве члена Совета директоров следует отметить, что уведомление членов Совета директоров законодательством и внутренними регулятивными документами не предусмотрено.

Ссылка ФИО2 о том, что она не подписывала доверенность от 15.04.2013, сама по себе не может служить основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку ФИО20, кроме доверенности от 15.04,2013, выдавались доверенности ФИО16 III. от 11.04.2011 на право представления интересов в годовом общем собрании акционеров – 15.04.2011, от 10.07.2012 на право представления интересов в общем собрании акционеров – 26.07.2012, т.е. в периоды, когда она также являлась членом Совета директоров.

Кроме того, в силу пункта 6.1 Положения о Совете директоров Банка члены Совета директоров обязаны присутствовать на общих собраниях акционеров и отвечать на вопросы участников собрания. Соответственно, вне зависимости от делегирования полномочий на участие в собраниях акционеров представителям, ФИО13, ФИО2 и ФИО4 обязаны были лично присутствовать на всех указанных собраниях акционеров.

В данном случае, материалами дела подтверждено, что в период проведения оспариваемых заседаний Совета директоров Банка,  с 27.01.2014 по 14.06.2016, ФИО13, ФИО2, ФИО4 непрерывно являлись членами Совета директоров. Информация о персональном составе Совета директоров была им известна, без их участия невозможно было бы подтверждение требований к деловой репутации.

Более того, рассматриваемые по делу решения общих собраний акционеров, их результаты, были общедоступными.

В соответствии с требованиями Федерального закона статьи 8 Федерального закона от 02.12.1900 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» кредитная организация обязана в установленном нормативными актами Банка России порядке раскрывать неограниченному кругу лиц на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию о квалификации и об опыте работы членов совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации, лиц. занимающих должности единоличного исполнительного органа, его заместителей, членов коллегиального исполнительного органа, главного бухгалтера, заместителя главного бухгалтера кредитной организации.

Информации о составе органов управления имелась в открытом доступе. АО «РКБ» публично раскрывало сведения на сайте Банка России и веб-сайте АО Банк «РКБ» до отзыва у него лицензии (л.д. 16, том 2).

На официальном сайте АО Банк «РКБ» в сети «Интернет» осуществлялась публикация сведений о лицах, входивших в состав органов управления с 2014 по 2016 годы.

В сентябре 2015 года отделением по Ульяновской области Волго-Вятского главного управления Банка России проводился анализ информации о квалификации и опыте работы членов Совета директоров, лиц, занимающих должности единоличного исполнительного органа, его заместителей, членов коллегиального исполнительного органа, главного бухгалтера, заместителя главного бухгалтера ЗАО «РКБ».

При проведении анализа было проверено соответствие раскрытой информации требованиям части 10 статьи 8 Федерального закона «О банках и банковской деятельности, Указания Банка России № 3639-У, а также данным Книги государственной регистрации кредитных организаций и установлено расхождение (нарушения) в отношении размещенной на официальном сайте Банка информации о квалификации и опыте работы членов Совета директоров Банка – ФИО16, ФИО13, ФИО2, ФИО4, ФИО8 Банку указано на необходимость актуализации информации, размещенной на официальном сайте Банка, проинформировать о проделанной работе не позднее 07.10.2015 - письмо Отделения по Ульяновской области Волго-Вятского главного управления Банка России от 29.09.2015 № Т473-3-20/9926 ДСП «О раскрытии информации».

В соответствии с требованиями пункта 4 статьи 62 Закона об акционерных обществах, в ред. Федерального закона от 21.12.2013 № 379-ФЗ, решения, принятые общим собранием акционеров, и итоги- голосования могут оглашаться на общем собрании акционеров, в ходе которого проводилось голосование, а также должны доводиться до сведения лиц. включенных в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров не позднее четырех рабочих дней после даты закрытия общего собрания акционеров или даты окончания приема бюллетеней при проведении общего собрания акционеров в форме заочного голосования. Аналогичные положения содержатся в пункте 10.27 Устава Банка.

В силу части 1 статьи 91 Закона об акционерных обществах общество обязано обеспечить акционерам доступ к документам, предусмотренным пунктом 1 статьи 89 настоящего Федерального закона. Частью 1 статьи 89 данного закона (в ред. Федерального закона от 04.10.2010 № 264-ФЗ) установлено, что общество обязано хранить, в том числе, протоколы общих собраний акционеров, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества и коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции).

Также сведения об оспариваемых решениях содержались в открытом доступе данных Федеральной налоговой службы. В силу положений пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» содержащиеся в реестрах сведения и документы являются открытыми, общедоступными.

Оспариваемые решения общих собраний участников общества 22.04.2013, 20.05.2014, 25.06.2015, 16.06.2016 состоялись, по результатам которых внесены сведения в ЕГРЮЛ, связанные (либо не связанные) с внесением изменений в учредительные документы общества в соответствующие даты: 01.07.2013, 29.09.2015, 03.12.2015, 18.08.2016. Следовательно, ФИО13, ФИО2 и ФИО4, в период проведения спорных заседаний Совета директоров с 27.01.2014 по 14.06.2016 являлись членами Совета директоров, знали о его персональном составе, ФИО8 в период проведения спорных заседаний Совета директоров с 29.10.2014 по 14.06.2016, в том числе и в период с 20.11.2014 по 22.06.2015, также являлся членом Совета директоров.

Таким образом, на дату обращения ФИО2 в суд 08.05.2020, а соответственно и присоединения в последующем к ее требованиям заинтересованных лиц, пропущен как срок исковой давности для признания недействительными решений, установленный в пункте 7 статьи 68 Закона об акционерных обществах: 3 месяца, так и срок, установленный пунктом 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации: 6 месяцев, но не позднее чем в течение 2 лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными.

При этом, при установлении обстоятельств истечения срока давности для требований об оспаривании решения общего собрания акционеров от 22.04.2013 подлежит применению специальный срок давности: 3 месяца, установленный пунктом 7 статьи 49 Закона об акционерных обществах, что влечет отказ в требованиях ФИО2 в любом случае, в т.ч. при определении начала течения срока давности моментом вступления ее - 19.11.2019, в настоящее дело.

Материалы дела не содержат доказательств наличия каких-либо препятствий к ознакомлению с оспариваемыми протоколами, в т.ч. протоколом от 22.04.2013, принятыми решениями и по их своевременному оспариванию. 

Судом апелляционной инстанции обоснованно принято во внимание, что представленные отделением по Ульяновской области Волго-Вятского главного Центрального банка Российской Федерации по делу документы подтверждают сведения о составе (периодах вхождения) органов управления Банка.

Порядок избрания членов совета директоров в банке строго регламентирован законодательством, не только внутренними локальными актами Банка, и при избрании ФИО2 в его состав исполнительный орган банка обязан был направить данные о кандидатуре в Центральный банк Российской Федерации.

На момент проведения собрании акционеров Банка, в 2014 – 2016 годах, Банк России контролировал созыв собраний в соответствии с Приказом ФСФР России от 02.02.2012 № 12-6/пз-н, в ред. от 30.07.2013, «Об утверждении Положения о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общею собрания акционеров», зарегистрированного в Минюсте России 28.05.2012 № 24341.

В Отделение по Ульяновской области Волго-Вятского главного управления Банка России Председателем Правления Банка регулярно направлялись уведомления о проведении общих собраний акционеров Банка, с предоставлением всех документов, предусмотренных Приказом № 12-6/пз-н.

На основании требования статьи 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» кредитная организация обязана в письменной форме уведомить Банк России об избрании (освобождении) члена совета директоров (наблюдательного совета) в трехдневный срок со дня принятия такого решения, а лица, осуществляющее функции члена совета директоров (наблюдательного совета) финансовой организации, должны соответствовать установленным требованиям к деловой репутации. В этой связи на основании статьи 60 Федерального закона от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» Банк России аккумулирует актуальные сведения о лицах, фактически осуществляющих (осуществлявших) указанные функции.

Сведения о лицах, включенных в состав Совета директоров вносятся в централизованную базу данных Банка России в соответствии с Положением Банка России от 25.10.2013 № 408-11 «О порядке оценки соответствия квалификационным требованиям и требованиям к деловой репутации лиц, указанных в статье 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» и статье 60 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», и порядке ведения базы данных, предусмотренной статьей 75 Федеральною закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», утв. Банком России 25.10.2013 № 408-11 (далее – Положение № 408-П).

В соответствии с пунктом 3.2 Положения № 408-П в случае изменения в составе совета директоров (наблюдательного совета) кредитная организация в трехдневный срок со дня принятия решения об избрании (освобождении) члена совета директоров (наблюдательного совета) в письменной форме уведомляет об этом уполномоченное подразделение центрального аппарата Банка России или территориальное учреждение Банка России, осуществляющие надзор за ее деятельностью (далее в настоящей главе - подразделение Банка России).

К указанному уведомлению по каждому члену совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации прилагаются следующие документы:

- письменное подтверждение членом совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации отсутствия оснований, установленных статьей 16 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», для признания его деловой репутации несоответствующей, а также соблюдения установленных федеральными законами ограничений, указанных в подпункте «г» пункта 2.9 Положения № 408-П;

- оригинал справки о наличии (отсутствии) судимости, выданной Министерством внутренних дел Российской Федерации (один экземпляр):

- выписка из реестра дисквалифицированных лиц о конкретном дисквалифицированном лице либо справка об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц информации о запрашиваемом лице, выданная Федеральной налоговой службой.

Соответственно, надлежащим доказательством в отношении сведений о составе: периодах вхождения лиц в органы управления, органов управления кредитных организаций являются официальные данные Банка России, его территориальных органов.

Письмом отделения по Ульяновской области Волго-Вятского ГУ Банка России от 24.11.2017 представлены сведения о составе акционеров, руководителей, Совета директоров Банка, согласно которым практически одновременно в 2010 году был сформирован Совет директоров АО Банк «РКБ» в следующем составе: председателя ФИО16 – с 16.04.2010 по дату отзыва у Банка лицензии, членов – ФИО13, ФИО4 с 16.04.2010 по 16.06.2016, ФИО2 – с 16.04.2010 по дату отзыва у Банка лицензии, в последующем также ФИО8 – с 15.04.2011 по 22.04.2013, с 29.10.2014 по дату отзыва у Банка лицензии (л.д. 47-51, том 1).

Согласно абзацу четвертому статьи 11.1 Закона о банках и банковской деятельности члены совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации и кандидаты на указанные должности должны соответствовать требованиям к деловой репутации, установленным статьей 16 данного закона, а также требованиям к квалификации, устанавливаемым в соответствии с федеральными законами.

В соответствии с Положением о порядке оценки соответствия квалификационным требованиям и требованиям к деловой репутации лиц. указанных в статье 11.1 Закона о банках и банковской деятельности и статьи 60 Закона о Центральном банке РФ (Банке России), утв. Банком России 25.10.2013 № 408-П, к уведомлению по каждому члену совета директоров (наблюдательного совета) кредитной организации прилагаются следующие документы: письменное подтверждение членом совета директоров кредитной организации отсутствия оснований, установленных статьей 16 Закона о банках и банковской деятельности, для признания его деловой репутации несоответствующей, а также соблюдения установленных федеральными законами ограничений, указанных в подпункте «г» пункта 2.9 настоящего Положения; оригинал справки о наличии (отсутствии) судимости, выданной Министерством внутренних дел Российской Федерации (один экземпляр) РФ; выписка из реестра дисквалифицированных лиц о конкретном дисквалифицированном лице либо справка об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц информации о запрашиваемом лице, выданная Федеральной налоговой службой. Протокол заседания общего собрания участников (акционеров) кредитной организации, на котором было принято решение об избрании (об освобождении) члена совета директоров 7 (наблюдательного совета), не позднее 15 календарных дней после закрытия общего собрания направляется кредитной организацией в подразделение Банка России.

Центральным банком Российской Федерации 04.08.2020 в материалы дела представлены запрошенные судом документы, в т.ч. документы, представляемые Банком в Банк России в соответствии с Положением о порядке оценки соответствия квалификационным требованиям и требованиям к деловой репутации лиц, указанных в статье 11.1 Закона о банках и банковской деятельности и статье 60 Закона о Центральном банке РФ (Банке России), утв. Банком России 25.10.2013 № 408-П, уведомления в Центральный Банк России: справки об отсутствии судимости, об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц в отношении указанных лиц, подтверждения о соответствии требованиям к деловой репутации в отношении ФИО13, ФИО2, ФИО4 (т. 4 л.д. 46-58, том 4, л.д. 70-74,том 1,  л.д. 51-63, том 11,  л.д. 65-77, том 13).

ФИО13, ФИО4, Бесфамильной П.В. для подтверждения требований к деловой репутации представляли следующие документы:

- справки об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц;

- справки об отсутствии судимости;

- уведомления в Центральный Банк России;

- подтверждения о соответствии требованиям к деловой репутации.

При этом судебная почерковедческая экспертиза проводилась в отношении только 1 из данных документов, подтверждения о соответствии требованиям к деловой репутации ФИО2, остальные документы не оспорены.

В Главное управление Центрального банка Российской Федерации по Ульяновской области Председателем Совета директоров Банка 24.05.2014 направлено Уведомление об избрании члена совета директоров кредитной организации (далее - Уведомление).

Согласно Уведомлению оригиналы справок об отсутствии судимости, выданные Министерством внутренних дел Российской Федерации, и оригиналы справок об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц информации о запрашиваемом лице, выданные Федеральной налоговой службой Российской Федерации, в отношении членов Совета директоров представлялись в адрес Главного управления Центрального банка Российской Федерации по Ульяновской области письмом от 21.04.2014 № 945, письмом ФИО16 от 31.03.2014.

В соответствии с Приказом МВД России 07.11.2011 № 1121 «Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел РФ по предоставлению государственной услуги по выдаче справок о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования» для предоставления государственной услуги заявителем представляется заявление, копии заполненных страниц документа, удостоверяющем личность лица, подлежащею проверке. Получить справку об отсутствии судимости может либо физическое лицо, либо его представитель, полномочия представителя должны быть подтверждены нотариально заверенной доверенностью.

При этом истцами (заинтересованными лицами) не представлены доказательств того, что данные справки не получались, либо получались в других целях, не заявлялись ходатайства об исключения данных документов из числа доказательств по делу.

Вместе с тем, наличие в материалах дела справки об отсутствии судимости свидетельствует о том, что указанные лица лично либо через своего представителя предпринимали действия по получению данных документов в целях избрания в состав Совета директоров.

Таким образом, если бы ФИО2 не принимала никакого участия и не имела никакого отношения к деятельности Банка, то в представленным Банком России документах не могли бы содержаться справка об отсутствии судимости в отношении нее и другие документы.

При этом за исключением частичного оспаривания ФИО2 решений собраний акционеров и 2 документов, указанные документы не оспаривались, заявлений об их фальсификации не заявлялось.

Также дополнительными доказательствами избрания ФИО2 в состав совета директоров являются следующие документы, имеющиеся в материалах дела:

- письмо председателя Правления Банка ФИО19 от 21.04.2014 в ГУ Банка России по Ульяновской области, с приложением уведомлений членов Совета директоров ФИО13, ФИО2 и ФИО4 об их соответствии (несоответствии) квалификационным требованиям, к требованиям деловой репутации (л.д. 54, том 4);

- уведомление Председателя Совета директоров ФИО16 от 24.05.2014 в ГУ Банка России по Ульяновской облает об избрании 20.05.2014 на годовом общем собрании акционеров Банка состава Совета директоров Банка и персональные данные членов Совета директоров: представлены оригиналы справок об отсутствии судимости, выданные МВД России, и оригиналы справок об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц информации и  запрашиваемом лице, выданные ФНС России(л.д. 68-69, том 1);

- уведомления Банка в Центральный Банк России о членах органов управления, справки об отсутствии судимости, выданные МВД России, об отсутствии в реестре дисквалифицированных лиц в отношении указанных лиц. подтверждения о соответствии требованиям к деловой репутаций в отношении ФИО13, ФИО2, ФИО4 (л.д. 46-58, том 4);

- отчет Совета директоров ЗАО «РКБ» о работе в 2014 году с указанием сведений о составе Совета директоров (л.д. 124-126, том 1).

В отношении доводов об отсутствии доказательств избрания в Совет директоров ФИО8 в период с 20.11.2014 по 22.06.2015 судом правомерно учтено, что данное обстоятельство выходит за пределы заявленных требований, заявлены в отношении лица, не обращавшегося за защитой в суд.

При этом, как указывалось ранее, письмом отделения по Ульяновской области Волго-Вятского ГУ Банка России от 04.11.2013 представлены сведения о составе Совета директоров Банка, согласно которым ФИО8 являлся его членом в периоды с 15.04.2011 по 22.04.2013 и с 29.10.2014 по дату отзыва у Банка лицензии (л.д. 50, том 1). Из отчета Совета директоров ЗАО «РКБ» о работе в 2014 следует, что действующий состав директоров был утвержден на внеочередном общем собрании акционеров Банка 29.10.2014, в который вошел и ФИО8 (л.д. 124-126, том 1). Информация о персональном составе Совета директоров Банка была известна членам Совета директоров, без их участия невозможно было подтверждение требований к деловой репутации.

По результатам рассмотрения спора, суд апелляционной инстанции также пришел к выводу, что в действиях истцов (привлеченных лиц) имеются признаки злоупотребления правом в связи с наличием цели, направленной на уклонение от возможности привлечения их и иных контролировавших Банк лиц к субсидиарной ответственности, исходя из следующего.

Причиной обращения с исками о признании недействительными решений органов управления Банком (собрания акционеров, Совета директоров) стало предъявление 30.07.2019 конкурсным управляющим банка в рамках дела № А72?14829/2016 требования о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих банк, в числе которых находятся члены Совета директоров ФИО8, ФИО13, ФИО2, ФИО16, ФИО4, ФИО7, ФИО17, в связи с одобрением и совершением сделок, причинивших вред банку.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконною или недобросовестного поведения.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему нрава полностью пли частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (аналогичные выводы содержит постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2019 по делу № А21?2594/2014).

Законодательство относит Совет директоров к органам управления банком, наделенным своими особыми нравами и обязанностями, а, следовательно, и ответственностью.

Таким образом, к заявлениям обратившихся в суд лиц об отрицании ими избрания в состав членов Совета директоров, неучастия в его работе, в оспариваемых заседаниях, суд отнесся критически.

В феврале 2015 года Отделение по Ульяновской области Волго-Вятского главного управления Банка России указывало Банку на риски  совмещения функций владения (контроля) и управления в Банке, нарушение принципа независимости Совета директоров поскольку в состав Совета директоров входят акционеры: ФИО16, ФИО13, ФИО4 с общей долей участия 82,92%, председатель правления ФИО8 (письмо Отделения по Ульяновской области Волго-Вятского главного управления Банка России от 13.02.2015 № 3?20/1645 ДСП «О результатах классификации»).

Согласно Положению о совете директоров банка от 23.04.2013 количественный состав членов совета директоров не может быть менее чем 5 человек. Член совета директоров Банка может не быть акционером Банка (пункты 3.2; 3.5).

В целом 3 из 5 членов Совета директоров Банка, являвшихся в разные периоды и акционерами, отрицают свое участие не только в 63 его заседаниях, но и во всех заседаниях Совета директоров в период 2014-2010 годах, при этом ФИО13, ФИО4 также заявляли, что не являлись членами совета директоров.

При этом в материалах дела имеется отчет Совета директоров ЗАО «РКБ» о работе в 2014 году с указанием сведений о количестве проведенных заседаний – 103, который не оспаривался истцами (л.д. 124-126, том 1).

Доказательств того, что данными лицами произведены какие-либо действия, поданы заявления в правоохранительные органы (органы следствия) о масштабных противоправных действиях в отношении них со стороны оформивших оспариваемые решения либо представлявших информацию об их вхождении в состав органа управления в Банк России лиц: ФИО16, ФИО19, секретарей собрания, несмотря на то, что с момента инициирования настоящего спора прошло более 2 лет, не представлено.

Доводы ФИО2 о том, что она узнала, что является членом совета директоров АО Банк «РКБ» с момента вступления 19.11.2019 в дело № А72?14595/2019 в качестве заинтересованного лица, суд оценил как злоупотребление правом.

ФИО2 первоначально, в ходатайстве от 18.11.2019 о присоединении к иску ФИО13, иске от 08.05.2020 не оспаривала свое участие в составе Совета директоров, а лишь указывала, что на заседаниях Совета директоров от 27.03.2015 и 26.08.2015 не присутствовала, не участвовала в голосовании, о проведении заседаний не уведомлялась (л.д. 37, том 1).

В мае 2020 года ФИО2 при подаче иска по делу № А72?5129/2020 изменила позицию и указала, что никогда не заявляла о своем желании избираться в состав Совета директоров, не получала уведомлений об избрании, исковое заявление ФИО2 (л.д. 63-69, том 3; л.д. 3-9, том 5).

В судебном заседании 23.11.2020 до назначения экспертизы ФИО2 не отрицала факт выдачи ею доверенности на участие в собрании акционеров, подтвердила, что справку об отсутствии судимости получала сама по запросу ФИО16, указывала, что «точно помнит как давала доверенность на собрание акционеров» (6 мин. 39 сек) «справку об отсутствии судимости сама брала» (6 мин. 58 сек.) , «запрашивал Гакилов», (7 мин. 07 сек.), «один или два раза» (7 мин. 15 сек.), «лицо, которому давались доверенность, каким-то образом связывался с ней» (7 мин. 55 сек.) (пояснения, л.д. 8, т. 9, л.д. 20, т. 11).

В ходе судебного процесса ФИО2 не заявлялось о неправомерных действиях руководства Банка или неустановленных лиц, в результате которых по ее мнению был утвержден незаконный состав Совета директоров с ее участием, обращение в суд преследует цель по аннулированию легитимности принятых совместно с ФИО16 решений.

При рассмотрении дела ФИО13 и ФИО4 не указывали, что в период 2014-2016 гг. в составе Совета директоров числилось иное лицо, не представили доказательств, возражений против избрания всех их членами совета директоров, равно выражения своего несогласия по поводу неучастия в его деятельности ФИО2

В силу пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Оспариваемые протоколы заседаний Совета директоров Банка соответствуют требованиям законодательства и внутренним документам Банка.

Согласно пункту 4 статьи 68 Закона об акционерных обществах протокол заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества подписывается председательствующим на заседании, который несет ответственность за правильность составления протокола.

Аналогичные положения содержатся в пункте 12.9 положения о Совете директоров АО «РКБ». Также в случае учета при определении наличия кворума и результатов голосования по вопросам повестки дня письменного мнения члена Совета директоров Банка, отсутствующего на заседании Совета директоров банка, полученные от членов Совета директоров Банка письменные мнения по вопросам повестки дня приобщаются в виде приложений к протоколу.

Указанные требования были соблюдены при составлении спорных протоколов, протоколы подписаны председателем Совета директоров ФИО16 и секретарем. Заявления о фальсификации указанных документов не подавались, претензии к подписавших им лицам отсутствуют.

Из содержания оспариваемых протоколов следует, что все присутствовавшие члены Совета директоров голосовали единогласно «ЗА», протоколы не содержат каких-либо записей об особом мнении членов Совета директоров. 

Из содержания оспариваемых протоколов заседаний Совета директоров от 26.08.2015 № 13 и от 27.03.2015 № 41 следует, что на заседаниях 27.03.2015, 26.08.2015 все присутствовавшие члены Совета директоров: ФИО13, ФИО2, ФИО16, ФИО4, ФИО8 голосовали единогласно «ЗА» одобрение сделок, не принимал участие в голосовании в заседании 27.03.2015 по одобрению сделки с заинтересованностью по приобретению нежилого помещения у ФИО15 председатель Совета директоров ФИО16, как заинтересованное лицо, каких-либо записей об особом мнении членов Совета директоров протоколы не содержат.

Доводы ФИО13 о том, что юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации (месту жительства) со ссылкой на пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не обоснован для практики применения в кредитных организациях.

Согласно пункту 12.2 положения о Совете директоров Банка уведомление о проведении заседания может направляться его членам не только в письменной форме, но и иным удобным для них образом, в т.ч. посредством почтовой, телеграфной, телефонной, электронной или иной связи.

Отсутствие документов у конкурсного управляющего о ходе заседаний совета директоров не освобождает истцов от обязанности представить сведения о порядке проведения заседаний совета директоров в иные периоды.

Заявители, оспаривая уведомление их о заседаниях, не приводят доводов, каким образом осуществлялся на практике созыв заседаний Совета директоров, какой способ связи для них являлся наиболее удобным, не представили доказательств их уведомления на практике по другим заседаниям в 2014-2016 годах.

Доказательства, подтверждающие фактическое участие истцов (заинтересованного лица) в требуемом ими порядке, в заседаниях совета директоров банка в иные периоды, не затрагивающие спорные заседания, не представлены, сведения о порядке проведении заседаний совета директоров как органа, в компетенцию которого входит решение всех вопросов общего руководства деятельностью Банка, в иные периоды не представлены, что не свидетельствует о том. что принятые в спорные периоды решения являлись отличными от порядка иных периодов принятия советом директоров решений с участием данных лиц.

Третьи лица ФИО10, ФИО12 также указывали, что «...председатель Совета директоров ФИО16 – имел с ФИО13 тесные хозяйственные связи.... что наиболее удобным был телефонный способ связи, председательствующий обзванивал оставшихся четверых» (л.д. 11-15, т. 2).

Неучастие лиц в заседаниях совета директоров по сути являлось одной из форм их волеизъявления как членов указанных органов и не освобождает их от статуса членов совета директоров, а также обязанности действовать в интересах банка разумно и добросовестно. Практика проведения заседаний совета директоров в данном банке существовала на протяжении 3 лет, с одобрения всех членов совета директоров.

Ссылки ФИО13 и ФИО4 на то, что из приговора Самарского районного суда г. Самары от 11.02.2021 по уголовному делу № 1-1/2021 (1-75/2020) следует, что совет директоров никогда не собирался и не проводил голосование, протоколы заседания совета директоров составлялись при необходимости и для видимости отчетности для Банка России не могут быть положены в основу недействительности решений.

Данные сведения не могут служить доказательством неуведомления истцов о собраниях совета директоров, они не означают, что решения не принимались.

Кроме того,  по указанному уголовному делу рассматривались обстоятельства принятия решений по иным кредитам: договоры потребительского кредитования с 20 физическими лицами, не связанным с настоящим делом.

Достаточные доказательства того, что истцы не принимали участия в соответствующих заседаниях Совета директоров, при рассмотрении настоящего обособленного спора не представлены. 

Участвующим в деле лицами неоднократно ставилось под сомнение представление истцами документов об их отсутствии в дни заседаний, заявлялись возражения по данным о дате и времени перелетов заявителей, указывалось, что время вылета позволяло участвовать в заседаниях и др.

Представленные справки авиакомпаний, справка от 21.08.2019 № 21/401/41/51- 2583 о пересечении ФИО13 границы РФ имеют отношение только к части оспариваемых заседаний, и при невозможности в соответствующие дни участвовать в заседании 1-ого члена совета директоров, не свидетельствуют о недостаточности кворума для приятия решений.

В материалах дела имеются возражения на таблицу с данными о перелетах, свидетельствующими об отсутствии перелетов в даты большинства заседаний совета директоров, несовпадении перелетов с датами заседании, отсутствие посадочных талонов, указано на то, что из полученных на запросы суда ответов от ФСБ России следует, что поименный учет пересекающих границу лиц не предусмотрен, приложение к справке не заверено (л.д. 22, л.д. 26-27, т. 11).

В материалах дела нет доказательств одновременного отсутствия заявителей на спорных заседаниях, не доказан факт объективной невозможности участия их во всех спорных заседаниях. 

Доказательства своевременного уведомления совет директоров о невозможности участвовать в заседаниях совета директоров и исполнять обязанности, предусмотренные Уставом и Положением о совете директоров, также отсутствуют.

С учетом изложенного доводы истца (заинтересованных лиц) о том, что они не принимали участия в них и не голосовали по соответствующим вопросам повестки дня, правомерно отклонены судом  как неподтвержденные.

Доводы истцов (заинтересованных лиц) о том, что принимаемые на заседаниях совета директоров решения не должны были одобряться, т.к не превышали не только 25% активов банка, но и 5% активов (150 млн.руб.), противоречат материалам дела.

Согласно пункту 1 статьи 65 Закона об акционерных обществах в компетенцию совета директоров (наблюдательного совета) общества входит решение вопросов общего руководства деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных настоящим Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров.

В соответствии с Положением о совете директоров к компетенции совета директоров Банка наряду с решениями вопросов общего руководства деятельностью банка, относились также утверждение стратегии управления рисками и капиталом кредитной организации, одобрение крупных сделок (сделок с заинтересованностью, сделок со связанными с банком лицами, если указанные сделки превышаю установленный лимит совершения этих сделок), а также иные вопросы, предусмотренные законодательством РФ (л.д. 69-83, том 2, л.д. 142-157, том 7).

Согласно материалам дела, по практике Банка кредитным комитетом в период с 2014 по 2016 годах вопросы об одобрении сделок по предоставлению кредитов либо пролонгации ранее предоставленных кредитов на постоянной основе выносились на рассмотрение совета директоров, при этом кредитный комитет Банка не является органом управления кредитной организации по смыслу Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (л.д. 43-163, том 6, л.д. 1-83, том 7).

Решения о выдаче кредитов в размере, превышающем 5% от собственных средств (капитала) Банка принимались при одобрении Советом директоров Банка после рассмотрения вопроса на Кредитном комитете Банка. Крупным кредитным риском является сумма кредитов, гарантий и поручительств в пользу одного клиента, превышающая в размере 5% собственных средств (капитала) кредитной организации.

Поскольку размер одобряемых кредитов превышал 5% от собственного капитала Банка согласование таких решений с Советом директоров являлось необходимым, и в отсутствие такого одобрения выдача кредитов была бы невозможной. Такое одобрение оформлялось документально, что подтверждается в т.ч. следующими доказательствами:

- протоколами заседаний кредитного комитета Банка, в которых в разделе «Категория кредитного риска» в случае представления кредитных продуктов в сумме более 5% капитала Банка (с учетом действующих кредитных договоров) указывалось, что представление кредита требует одобрения Совета директоров Банка (л.д. 95-151, том 9, л.д. 1-132, том 10);

- протоколами допроса ФИО8 (член Совета директоров, Председатель Правления Банка) и ФИО21 (секретарь Совета директоров) из материалов уголовного дела, в которых указано, что «в случае если сумма кредитования заемщика была крупной (более 5% от капитала банка), кредитная заявка должна была согласовываться с Советом директоров» (л.д. 84-93, т. 11, л.д. 8-15, т. 12);

- пояснениями третьих лиц (членов Правления, членов кредитного комитет Банка), по настоящему делу. Так, ФИО10 указывала, что «протоколы кредитного комитета пересылались пост-фактум для подписания, под протокол Совета директоров формировалось кредитное досье» (л.д. 19, 43-50, 89-93, т. 11).

При оценке разумности поведения входивших в состав органов управления лиц в спорах о возмещении убытков суды обязан учитывать соблюдение обычно требующихся процедур, исходя из установленной в банке практики.

В условиях технического характера одобренных ссуд, их значительный для практики Банка размер свидетельствует о неразумности контролирующих должника лиц, принявших решение об их предоставлении. В протоколе допроса ФИО8 указывал, что «примерно в конце 2013- в начале 2014 годов... сотрудники Банка стали понимать, что в кредитном портфеле Банка стали появляться юридические лица, осуществлявшие схемы технического кредитования, а примерно с середины 2014 года сотрудники Банка и он в том числе были полностью осведомлены о состоянии кредитного портфеля Банка...».

При этом, крупный кредитный риск определяется по сумме кредитов заемщика, а не отдельно по кредиту. В случае одобрения последующих кредитов, при наличии у заемщика предшествующих кредитов, кредитный комитет сопоставлял превышение всех кредитных продуктов 5% капитала Банка, указывая «предоставление кредита (с учетом действующих кредитных договоров) составляет более 5% капитала Банка».

Согласно сложившейся в Банке практике Совет директоров являлся обязательным участником процедуры кредитования по данным вопросам, одобряя выдачу кредитов.

Крупные сделки необходимо рассматривать как несколько взаимосвязанных сделок, связанных единой хозяйственной целью, последствиями совершения которых являлось прекращение деятельности Банка. Применительно к пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах о взаимосвязанности сделок помимо прочего могут свидетельствовать такие признаки как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Также подлежали одобрению сделки по выдаче кредитов техническим юридическим лицам, поскольку в отношении заемщиков установлены факты, свидетельствующие об отсутствии реальной деятельности, сомнительность операций по счетам, плохое финансовое положение, отсутствие надлежащего обеспечения по ссудам.

В большинстве случаев сумма кредитов с учетом действующих кредитных договоров существенно превышала сумму 50 млн.руб (по заемщикам № 1-4 перечня ООО «Волгамонтажпроект-Транс, ООО «Омега», ООО «СТКСтрой Эксперт», ООО «Аверс» суммы выданных кредитов превышали 100 млн.руб.

Заявителями не мотивирован перечень принятых решений из оспариваемых протоколов, которые они считают не соответствующими компетенции, поскольку имелись решения и по иным вопросам, а не только кредитованию заемщиков.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что обозначенные обстоятельства в их взаимосвязи и совокупности исключают признание оспариваемых сделок недействительными как по существу, так и в связи с пропуском срока исковой давности, на основании чего правомерно отказал в удовлетворении иска.

Судом апелляционной инстанций при новом рассмотрении спора все приведенные сторонами спора доводы, доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения рассматриваемого спора, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы законодательства применены судом правильно, выводы суда о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Изложенные в кассационных жалобах доводы, по существу дублируют ранее приводимые ими аргументы и обстоятельства, исследованные и оцененные судом, при этом правильности и обоснованности постановленных им выводов по существу разрешения настоящего спора под сомнение не ставят, о нарушении судом норм права, регулирующих спорные правоотношения, не свидетельствуют, по сути, выражают несогласие заявителей с выводами суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. 

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют материалам дела и положениям действующего законодательства, а нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения обжалованного судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не выявлено.

Постановление арбитражного апелляционного суда является законным и обоснованным, не подлежит отмене по приведенным в кассационных жалобах доводам. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2022 по делу № А72-14595/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            М.З. Желаева

 

Судьи                                                                                    А.В. Топоров

 

                                                                                              Н.Ю. Мельникова