ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-15601/2020к24

г. Красноярск

29 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «15» августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен  «29» августа 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Инхиреевой М.Н.,

судей: Радзиховской В.В., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания  Таракановой О.М. (до перерыва), секретарем Щекотуровой Я.А. (до перерыва), секретарем Таракановой О.М. (после перерыва),

при участии:

ФИО1 (до и после перерыва),

ответчика - ФИО2 (до и после перерыва),

ответчика - ФИО3 (до и после перерыва),

от ФИО4 (до и после перерыва): ФИО5, представителя по доверенности,

от общества с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1» (до и после перерыва): ФИО6, представителя по доверенности,

от общества с ограниченной ответственностью «Жилищный центр» (до и после перерыва): ФИО6, представителя по доверенности,

от ответчика - ФИО7 (до и после перерыва): ФИО8, представителя по доверенности,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Жилищный центр», общества с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1»

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «13» ноября 2023 года по делу № А33-15601/2020к24,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Жилищный сектор» (далее – должник), 24.03.2023 в арбитражный суд от конкурсного управляющего ФИО1 поступило заявление о привлечении ФИО2, ФИО4, ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис-1», ФИО9, ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от «13» ноября 2023 года по делу № А33-15601/2020к24 заявленные требования удовлетворены. Привлечены к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Жилищный центр», общество с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1» по обязательствам ООО «Жилищный Сектор». Приостановлено производство по настоящему обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами. Взыскано с ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3, ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» в пользу конкурсной массы ООО «Жилищный Сектор» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей, по 500 руб. с каждого.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Жилищный центр», общество с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1» обратились с апелляционными жалобами.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит отменить обжалуемое определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что, являясь директором должника, он исполнял заключенный 01.08.2019 договор с ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» и заключил договор от 01.08.2019 с ООО «Жилищный центр» в интересах организации в части обеспечения дальнейшей деятельности по управлению МКД и работ по техническому содержанию домов и подготовке их к отопительному сезону. По мнению апеллянта, признание сделок недействительными не свидетельствует о наличии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.

ФИО4  в своей апелляционной жалобе просит отменить обжалуемое определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО4 указывает, что из общей суммы оспоренных в рамках дела № А33-15601-15/2020 перечислений (21 025 300 рублей), только 5 993 300 руб. были осуществлены в период руководства должником ФИО4 Таким образом, по мнению апеллянта, отсутствует причинно-следственная связь между перечислениями в указанной сумме и объективным банкротством должника, данные перечисления не могли кардинально изменить структуру его имущества. Кроме того, апеллянт отмечет, что в период заключения сделок, признанных недействительными в рамках дела № А33- 15601-9/2020 ФИО4 не являлся лицом, контролировавшим деятельность должника, а конкурсный управляющий не представил в материалы дела допустимых и достоверных доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что ФИО4 получил какую-либо личную выгоду из указанной сделки или осуществлял фактический контроль над должником в соответствующий период времени. Вместе с тем, относительно перечислений на сумму 5 993 300 руб. заявитель апелляционной жалобы указывает, что основания для взыскания с него убытков в указанной сумме также отсутствует, т.к. должник получил возмещение своих имущественных потерь в виде взыскания денежных средств по заявлениям о признании сделок недействительными.

ФИО7 в своей апелляционной жалобе просит отменить обжалуемое определение в части привлечения её к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО7 указывает, что в рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим должника не было доказано возникновение у должника признаков объективного банкротства и то, что сделки, послужившие основанием для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, привели к наступлению объективного банкротства у должника. По мнению апеллянта, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о наличии признаков объективного банкротства у должника, ошибочно отождествил неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Также в обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что действия ФИО7 как участника общества не выходили за пределы разумного и добросовестного поведения, находясь в декретном отпуске участия в заключении спорных сделок она не принимала, не выступала в качестве выгодоприобретателя по сделкам, не давала обязательные к исполнению указания, направленные на заключение данных сделок, и не одобряла их заключение. Апеллянт полагает, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка тому, что должник уже получил возмещение своих потерь посредством иных мер защиты.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просит отменить обжалуемое определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО3 указывает, что сам по себе статус участника юридического лица не свидетельствует о безусловности оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности без конкретизированных аргументов о принятии им заведомо неверных управленческих решений.

Общество с ограниченной ответственностью «Жилищный центр» в своей апелляционной жалобе просит отменить обжалуемое определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ООО «Жилищный центр» указывает, что поступающие на счет апеллянта денежные средства от населения по условиям агентского договора не поступали в собственность агента, агент не являлся фактическим распорядителем денежных средств должника и не мог определять действия должника по перечислению денежных средств. Оплата за оказанные ООО «Жилищный центр» услуги по содержанию, ремонту и техническому обслуживанию МКД осуществлялась исключительно в пределах утвержденной общим собранием собственников помещений МКД стоимости услуг по содержанию, текущему ремонту и техническому обслуживанию общего имущества многоквартирного дома (за исключением стоимости услуг по санитарному содержанию мест общего пользования МКД), полностью исключая денежные средства населения, предназначенные на оплату коммунальных ресурсов, потребленных на индивидуальные или общедомовые нужды. Расходование денежных средств производилось на выплату заработной платы, расчеты с бюджетом по обязательным платежам и сборам, оплату инвентаря, материалов и оборудования, используемых в процессе осуществления работ по содержанию, ремонту и техническому обслуживанию многоквартирных домов.

Общество с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1» в своей апелляционной жалобе просит отменить обжалуемое определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» указывает, что полученные от должника денежные средства расходовались апеллянтом на необходимые для осуществления клининговых услуг в рамках  заключенного с должником договора. Кроме того, апеллянт отмечает, что на момент совершения сделки у должника отсутствовали кредиторы, интересам которых мог бы быть причинён вред.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.01.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, рассмотрение жалоб назначено на 08.02.2024.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное разбирательство откладывалось.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.08.2024 в составе суда была произведена замена. Окончательно состав суда сформирован следующим образом: председательствующий Инхиреева М.Н., судьи: Радзиховская В.В., Хабибулина Ю.В

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в судебном заседании объявлялись  перерывы до 12.08.2024 и 15.08.2024.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы дела поступили:

- 29.07.2024 от ФИО2 пояснения к анализу расчетов должника с приложением анализа расчетов между АО «Канская ТЭЦ» и ООО «Жилищный сектор», карточек счета 60 по контрагенту АО «Канская Т'ЗЦ» за 2015-2020 годы;

- 30.07.2024 от конкурсного управляющего ООО «Жилищный сектор» ФИО1 дополнительные пояснения о финансовом состоянии на момент совершения сделок.

- 09.08.2024 от ФИО2 поступили пояснения с приложением следующих документов: копии возражения АО «Канская ТЭЦ» на отзыв ООО «Жилищный сектор» от 07.11.2020; доказательства направления указанного отзыва в адрес лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании 01.08.2024 ФИО2 дал пояснения по вопросам суда.

В судебном заседании 12.08.2024 представитель ФИО7 поддержал доводы апелляционной жалобы и ранее заявленное ходатайство о назначении экспертизы по делу, дал пояснения, в том числе по вопросам суда.

Конкурсный управляющий ФИО1 в указанном судебном заседании возразил против удовлетворения заявленного ходатайства, дал пояснения суду.

ФИО2, ФИО3, представители ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1», общества с ограниченной ответственностью «Жилищный центр» и ФИО7 в указанном судебном заседании поддержали ходатайство ФИО7 о назначении экспертизы по делу.

В соответствии с частью 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Вместе с тем, при наличии в материалах дела письменных доказательств, достаточных для рассмотрения дела, назначение экспертизы на стадии апелляционного производства не отвечает требованию экономичности процесса, причины положенные в основу заявленного ходатайства не являются уважительными, соответственно, заявленное ходатайство о назначении экспертизы по делу не подлежит удовлетворению.

Исходя из указанного, суд апелляционной инстанции, посовещавшись на месте, определил отказать в удовлетворении заявленного ходатайства.

В судебном заседании 15.08.2024 представители лиц, участвующие в судебном заседании, поддержали доводы, изложенные в судебном заседании до перерыва, дали дополнительные пояснения по делу, ответили на вопросы суда.

Дополнительно представленные документы приобщены к материалам дела.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

Руководителями ООО «Жилищный сектор» в разное время были, в том числе:

- ФИО2 в период со 02.07.2019 до даты введения конкурсное производства занимал должность директора ООО «Жилищный Сектор» на основании протокола № 1 внеочередного общего собрания участников от 02.07.2019;

- ФИО4 в период с 30.09.2014 по 02.07.2019 занимал должность директора ООО «Жилищный Сектор» на основании решения № 2 единственного учредителя от 30.09.2014, решения № 4 единственного учредителя от 10.09.2017, а также в период с 13.09.2017 по 04.08.2022 занимал должность директора ООО «Жилищный центр»;

- ООО «Жилищный центр» в период с августа 2019 года по декабрь 2020 года извлекало выгоду из заключенных с должником договоров;

- ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» в период с января 2019 года по июль 2020 года извлекало выгоду из заключенных с должником договоров;

- ФИО7 в период с 27.09.2018 по настоящее время является участником должника (размер доли - 50%), в период с 15.04.2019 по 05.02.2023 была участником ООО «Жилищный центр» (размер доли - 50%), в период с 27.09.2018 по 05.02.2023 была участником (размер доли - 50%) и с 09.10.2018 по 21.02.2023 была директором ООО «РКЦ Стройжилсервис-1»;

- ФИО3 в период с 27.09.2018 по настоящее время является участником должника (размер доли - 50%), в период с 15.04.2019 по настоящее время является участником (размер доли - 50%) и с 05.08.2022 исполняющим обязанности директора ООО «Жилищный центр», в период с 27.09.2018 по настоящее время является участником (размер доли - 50%) и с 22.02.2023 руководителем ООО «РКЦ Стройжилсервис_1»

Акционерное общество «Канская ТЭЦ» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Жилищный сектор» банкротом.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 22.06.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 30.04.2021ООО «Жилищный Сектор» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО10

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 25.05.2021 конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Жилищный сектор» утвержден ФИО1. Сообщение конкурсного управляющего о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 81 от 15.05.2021.

24.03.2023 в арбитражный суд от конкурсного управляющего ФИО1 поступило заявление о привлечении ФИО2, ФИО4, ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис_1», ФИО9, ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, пришёл к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3, ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Жилищный Сектор» на основании подпунктов 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

На основании пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, № 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Установив, что в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, указывается на совершение ответчиками неправомерных бездействий, совершенных после 30.07.2017, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о необходимости рассмотрения данного заявления по правилам Главы III.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью), члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В рамках настоящего обособленного спора рассматривается требование конкурсного управляющего о привлечении в солидарном порядке учредителей и руководителей, ФИО11, ФИО4, ФИО9, ФИО3, а также выгодоприобретателей должника («центр прибыли») ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис-1», к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как было указано ранее, судом установлено, что ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3 в разные периоды времени являлись руководителями ООО «Жилищный сектор», общество с ограниченной ответственностью «Жилищный центр» и общество с ограниченной ответственностью «РКЦ Стройжилсервис-1» извлекали выгоду из заключенных с должником договоров.

Как установлено абз. 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

В соответствии с п.п. 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Указанная позиция находит отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-13210 (2) от 07.10.2021 по делу № А40-252160/2015, включенном впоследствии в пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2021).

Обращаясь в суд первой инстанции  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности учредителей, руководителей и выгодоприобретателей должника, конкурсный управляющий обратил внимание на вывод активов должника в пользу ответчиков посредством заключения цепочек сделок, в частности:

- договора на оказание услуг по содержанию, ремонту и техническому обслуживанию многоквартирного дома от 01.08.2019, заключенного между ООО «Жилищный сектор» (заказчик) и ООО «Жилищный центр» (исполнитель), а также агентского договора № 1 об осуществлении деятельности по приему платежей физических и юридический лиц от 01.08.2019, заключенного между теми же лицами;

- договора возмездного оказания услуг №8 от 01.02.2019, заключенного между ООО «Жилищный Сектор» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1».

Определением суда от 13.06.2022 по делу № А33-15601-9/2020 признаны недействительными сделками договор на оказание услуг по содержанию, ремонту и техническому обслуживанию многоквартирного дома от 01.08.2019 и агентский договор об осуществлении деятельности по приему платежей физических и юридических лиц № 1 от 01.08.2019, заключенные между ООО «Жилищные сектор» и ООО «Жилищный центр».

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022 по делу № А33-15601/2020к9, с учетом исправления опечаток от 27.12.2022, определение суда от 13.06.2022 изменено в части применения последствий недействительности сделок, в пользу конкурсной массы ООО «Жилищный сектор» с ООО «Жилищный центр» взыскано 26 787 895,56 руб.

В рамках вышеуказанного обособленного спора судами установлено отсутствие доказательств, подтверждающих реальность правоотношений в рамках оспариваемых сделок, отсутствие экономических мотивов и целесообразности их заключения, ввиду чего сделаны выводы о ничтожности договора на оказание услуг по содержанию, ремонту и техническому обслуживанию многоквартирных домов от 01.08.2019, агентского договора № 1 об осуществлении деятельности по приему платежей физических лиц от 01.08.2019, на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, коллегия судей полагает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что оспоренные в рамках дела № А33-15601/2020к9 сделки были заключены для обеспечения поступления ООО «Жилищный центр»  денежных средств от собственников помещений в многоквартирных домах, находившихся в управлении должника, тогда как сам должник, не получая данных денежных средств, аккумулировал задолженности перед ресурсоснабжающими организациями, что последствии привело к банкротству должника.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что с июля 2020 г. постепенно все дома, находившиеся в управлении должника, были переведены под управление ООО «Жилищный центр»: так, в июле из управления должника вышли 36 домов, в августе - 19 домов, в сентябре - 4 дома, в октябре-ноябре у должника оставалось 3 дома, в декабре - 2 дома. Кроме того, все работники должника были переведены в ООО «Жилищный центр»: в трудовых книжках указано об увольнении с переводом в ООО «Жилищный центр» по ч. 5 ст. 77 ТК РФ (перевод работника с его согласия к другому работодателю).

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14) сам по себе осуществляемый контролирующими лицами перевод бизнеса с одного лица на другое, как правило, носит недобросовестный характер, так как зачастую сопровождается неоплатой долгов перед кредиторами первой компании с лишением их возможности получить удовлетворение в банкротных процедурах. Это происходит по той причине, что помимо передачи имущественного комплекса на новое лицо переводятся также персонал и иные бизнес-процессы, в совокупности позволяющие генерировать доход и оплачивать долги перед кредиторами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4), от 21.10.2021 № 307-ЭС21-5954(2,3)).

Таким образом, представляется верным утверждение суда первой инстанции о создании должником и ответчиком бизнес-модели, в которой должник являл собой «центр убытков», в то время как вся деятельность должника была переведена на «центр прибыли» - ООО «Жилищный центр», у которого отсутствовали долги перед ресурсоснабжающими организациями.

Вступившим в законную силу определением суда от 21.10.2022 по делу № А33-15601-15/2020 признаны недействительными сделками перечисления денежных средств ООО «Жилищный Сектор» в пользу ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» на общую сумму 21 025 300 руб. Применены последствия недействительности сделок и взысканы с ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» в конкурсную массу ООО «Жилищный сектор» денежные средства в размере 21 025 300 руб.

В рамках рассмотрения указанного обособленного спора судом было установлено, что перечисления по договору оказания услуг №8 от 01.02.2019 были совершены в отсутствие реального факта оказания услуг, в связи с чем, договоры, положенные в основу для совершениях оспариваемых платежей являются мнимыми, заключены заинтересованными лицами лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью создания видимости обоснованности перечисления денежных средств в пользу ООО «РКЦ Стройжилсервис-1», в отсутствие какого-либо встречного предоставления и прикрывают намеренный вывод денежных средств должника группой заинтересованных лиц. На основании указанного, судом был сделан вывод о мнимости оспариваемой сделки.

Принимая во внимание изложенное и учитывая обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дел № А33-15601-9/2020 и № А33-15601-15/2020, коллегия судей соглашается с выводом о том, что действия ответчиков привели к росту диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, а лица, полностью контролирующие деятельность должника (ФИО3, ФИО7, ФИО2, и ФИО4), сознательно допустили накопление задолженности перед ресурсоснабжающими организациями, создав дублирующую организацию, куда сознательно была переведена деятельность должника, следовательно, совершили действия, направленные на фактическое прекращение деятельности.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО3 с 05.08.2022 занимал должность исполняющего обязанности директора ООО «Жилищный центр», с 22.02.2023 - должность генерального директора ООО «РКЦ Стройжилсервис-1». ФИО7 с 09.10.2018 по 21.02.2023 занимала должность генерального директора ООО «РКЦ Стройжилсервис-1».

Таким образом, представляются обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что, являясь руководителями в обществах, сделки должника с которыми были признаны недействительными, ФИО3 и ФИО7 выступали конечными бенефициарами прибыли от управления многоквартирными домами, которая выводилась из ООО «Жилищный Сектор» путём заключения вышеуказанных сделок с ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1».

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», группой лиц признается, в частности, физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры.

Между тем, судом установлено, что ФИО3 и ФИО7 приходятся друг другу неполнородными братом и сестрой. Кроме того, как указано судом первой инстанции, совместно они имели право распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала должника, а также ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» (до выхода ФИО7 из состава участников 05.02.2023) - 100%, что также подтверждает вывод о том, что ответчики образуют группу лиц.

Коллегия судей принимает во внимание руководящий статус обоих участников во всех трех обществах, учитывая также, что они были директорами контрагентов должника, что позволило им, зная о финансовом положении должника, своевременно переводить его деятельность на другую организацию.

Из обстоятельств дела следует, что действия, направленные на намеренный вывод средств должника, совершались ответчиками при осведомлённости об ухудшении его  финансового положения.

Так, судом установлено, что по состоянию на август 2019 года у должника образовалась значительная задолженность по договору теплоснабжения и поставки горячей воды перед АО «Канская ТЭЦ» в общем размере 86 285 756,86 руб. за период:

- июль-сентябрь 2018 года в размере 10 008 788,07 руб. (решение по делу №А33- 33264/2018 вступило в з/с 07.06.2019);

- октябрь-декабрь 2018 года в размере 32 014 404,50 руб. (решение по делу № А33- 5904/2019 вступило в з/с 28.05.2019);

- январь-март 2019 года в размере 36 997 882,17 руб. (решение по делу № А33-15907/2019 вступило в з/с 20.08.2019);

- апрель-май 2019 года в размере 7 264 682,12 руб. (решение по делу № А33-22172/2019 вступило в з/с 19.10.2019).

Кроме того, решением по делу № А33-33535/2019 от 17.02.2020 с ООО «Жилищный Сектор» была взыскана задолженность в пользу ООО «Водоканал - Сервис» за период с января 2017 года по июль 2019 года в размере 1 311 756,93 руб.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО4 осуществлял полномочия руководителя должника в период осуществления спорных платежей в адрес ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» с января по июль 2019 года, затем заключил убыточный для должника договор со стороны ООО «Жилищный центр» (где занимал должность директора в период с 13.09.2017 по 04.08.2022), досрочно прекратив перед этим полномочия в ООО «Жилищный Сектор».

Следует учесть, что убыточные для должника сделки ФИО4 совершал, являясь при этом аффилированным с должником лицом, а значит, зная о финансовом положении должника.

При этом доводы апелляционной жалобы ФИО4 о том, что в период заключения сделок, признанных недействительными в рамках дела № А33- 15601-9/2020 он не являлся лицом, контролировавшим деятельность должника, а конкурсный управляющий не представил в материалы дела допустимых и достоверных доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что ФИО4 получил какую-либо личную выгоду из указанной сделки или осуществлял фактический контроль над должником в соответствующий период времени, отклоняется судом апелляционной инстанции в силу того, что из указанных ранее обстоятельств дела следует принадлежность должника и ООО «Жилищный центр», возглавляемого апеллянтом на момент совершения оспоренных в рамках дела № А33-15601-9/2020 сделок, к одной группе лиц, осуществлявшей скоординированную деятельность по аккумулированию должником задолженности перед ресурсоснабжающими организациями в условиях поступления денежных средств от управления МКД в пользу ООО «Жилищный центр».

ФИО2 осуществлял полномочия руководителя должника при заключении договоров с ООО «Жилищный центр» и совершении платежей в адрес ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» с августа 2019 года до июля 2020 года, что свидетельствует об обоснованности привлечения его к субсидиарной ответственности.

Принадлежность ФИО3 и ФИО7 к одной группе лиц была установлена судом на основании описанных ранее обстоятельств.

Как справедливо указано судом первой инстанции, указанные лица, являлись заинтересованным по отношению к должнику, в связи с чем презюмируется, что ответчики, имевшие возможность определять действия должника и давать соответствующие указание на совершение обществом сделки, знали или должны были знать, что в результате совершения сделок может быть причинен вред имущественным правам кредиторов.

Доводы апеллянтов о том, что должник получил возмещение своих имущественных потерь в виде взыскания денежных средств по заявлениям о признании сделок недействительными, отклоняется судом апелляционной инстанции как необоснованный в силу того, что действующим законодательством не исключается возможность привлечения руководителей и учредителей должника к субсидиарной ответственности и при применении последствий недействительности сделок, учитывая совершении сделок на невыгодных для должника условий в период недостаточности имущества должника для удовлетворения требований кредиторов.

Коллегия судей учитывает, что применение последствий недействительной сделки (возврат полученного по сделке в конкурсную массу должника) имеет кондикционную природу и направлено на приведение сторон в первоначальное положение, а привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является разновидностью гражданско-правовой ответственности (имеет деликтную природу).

Экономическая природа недействительной сделки как противоречия в цепочке торговых гражданско-правовых операций обусловливает единственный закономерно возможный способ собственного устранения – восстановления положения, существовавшего до совершения сделки, полного аннулирования и устранения ее последствий имущественного характера. В этой связи реституция выступает способом защиты прав участников недействительной сделки.

Кроме того, факт признания сделок недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и применения последствий недействительности сделки не препятствует привлечению руководителей и учредителей должника к субсидиарной ответственности, поскольку применение последствий в виде взыскания с ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» денежных средств при отсутствии доказательств их поступления в конкурсную массу не предотвращает негативных последствий для должника и кредиторов от совершенной сделки и не является исчерпывающей мерой к восстановлению имущественных прав его кредиторов.

Вместе с тем, в случае исполнения судебных актов о применении последствий недействительности сделок и взыскания убытков и поступления денежных средств в конкурсную массу с целью последующего погашения требований кредиторов и текущих обязательств, при определении размера субсидиарной ответственности это будет подлежать учёту как обстоятельство, уменьшающее размер ответственности.

Доводы апеллянтов об экономической целесообразности  мнимых сделок, оспоренных в рамках обособленных споров № А33-15601/2020к9 и № А33-15601/2020к15 отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку вступившими в законную силу итоговыми судебными актами по вышеуказанным делам установлено обратное.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения в установленном законом порядке, принимаются судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Несогласие участника спора с обстоятельствами, ранее установленными вступившим в законную силу судебным актом при разрешении другого дела, не дает оснований суду, рассматривающему иной спор, констатировать по собственной инициативе иные обстоятельства.

Судом установлено, что в результате оспаривания совершенных ответчиками мнимых сделок в конкурсную массу взыскано 47 813 195,56 руб., что составляет 85% от размера требований, включённых в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует о  существенности причинённого ответчиками вреда и наличии причинно-следственной связи между их недобросовестными действиями и последующим банкротством должника.

Доводы ответчиков о недоказанности того, что действия ответчиков привели к наступлению признаков банкротства отклонены, поскольку с момента заключения договоров с ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» все денежные средства, предназначавшиеся должнику, переведены на счета указанных организаций. При этом учитывая, что в результате заключения договоров с ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» должник не получил более 47 млн.руб., что составляет 85% от имеющейся кредиторской задолженности, не поступление данных денежных средств не могло не привести к возникновению признаков неплатежеспособности.

Также судебная коллегия учитывает, что заявляя доводы о недоказанности управляющим того факта, что признаки неплатежеспособности должника возникли в результате заключения договора с ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» и перевода всего денежного потока на данные юридические лица, ответчики не раскрывают причины, которые, по их мнению явились основанием для признания должника банкротом, не предоставляют рационального объяснения совокупности действий, которые сводились к безвозмездному выводу активов должника.

Доводы о том, что денежные средства, выведенные на счета ООО «Жилищный центр» и ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» не могли пойти на погашение задолженности перед АО «Канская ТЭЦ» в связи с заключением агентского договора, по которому кредитор сам принимал денежные средства от населения отклонены, поскольку данный агентский договор от 16.10.2015 расторгнут с 01.09.2019 (в сопоставимый период заключены договора с ответчиками, по которым произведен вывод денежных средств), следовательно, поступающие после расторжения договора с АО «Канская ТЭЦ» денежные средства подлежали направлению на гашение задолженности перед кредитором.

Таким образом, в результате действий ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО3 должник утратил имущество в виде денежных средств в размере 47 813 195,56 руб. Доказательств того, что ООО «Жилищный сектор» получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты не имеется.

Результатом совершения ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО3 вышеуказанных действий, направленных на ухудшение финансово-экономического состояния должника, необоснованное формирование и наращивание кредиторской задолженности вопреки коммерческим интересам должника, послужила признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В случае совместного причинения вреда, данные лица обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, указанные ранее обстоятельства, в частности, совершение мнимых сделок с должником с целью фактического перевода его деятельности, свидетельствуют о том, что ООО «Жилищный центр», ООО РКЦ «Стройжилсервис-1» извлекали выгоду из недобросовестного поведения контролирующих должника лиц.

Установленные судом фактические обстоятельства позволяют прийти к выводу об искусственном характере передачи бизнеса, совершении этих действий в целях перевода той имущественной базы, за счет которой должно полноценно функционировать юридическое лицо. В рассматриваемом случае имел место факт перевода бизнеса должника на общество-клон, а совершенные в пользу ООО «Жилищный центр», ООО РКЦ «Стройжилсервис-1» сделки являлись существенными в масштабах деятельности должника, что привело к наступлению признаков объективного банкротства должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Таким образом, представляется обоснованным вывод суда первой инстанции о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО3, ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис-1» в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Жилищный Сектор» на основании подпунктов 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьёй 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Учитывая, что по результатам неоконченных мероприятий конкурсного производства возможно пополнение конкурсной массы должника, а до окончания расчетов с кредиторами невозможно определить точный размер субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО3, ООО «Жилищный центр», ООО «РКЦ Стройжилсервис-1», суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о необходимости приостановлении рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционных жалобах заявителями не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «13» ноября 2023 года по делу № А33-15601/2020к24 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

 

М.Н. Инхиреева

Судьи:

 

В.В. Радзиховская

 

Ю.В. Хабибулина