АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-21890/2022

Дело № А57-8060/2019

г. Казань

17 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 октября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А.,

судей Герасимовой Е.П., Егоровой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Колгановой Ю.П. (материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции представителей: 

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Клувер» ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 20.06.2022

индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 30.09.2022,

при участии в судебном заседании суда округа представителя: 

союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» - ФИО5 по доверенности от 13.02.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 27.04.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023

по делу № А57-8060/2019

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 о взыскании убытков, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Клувер»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Клувер» (далее – ООО «Сервисная компания «Клувер», должник) индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – конкурсный кредитор, ИП ФИО3) обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего ООО «Сервисная компания «Клувер» ФИО1 в пользу должника убытков в размере 11 262 000 руб.

Определениями Арбитражного суда Саратовской области от 25.10.2022, 13.02.2023 к участию в деле привлечены ФИО6 в лице финансового управляющего ФИО7, ООО «Статус», ИП ФИО8, ООО «Клувер» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» и НКО ПОВС «Содружество».

В ходе рассмотрения дела 17.03.2023 конкурсный кредитор в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) уточнил заявленные  требования, согласно которым просил взыскать с ФИО1 убытки в сумме 44 054 000 руб., возникшие ввиду:

- не оспаривания сделки с ФИО9 от 07.03.2018 года - убытки в размере стоимости квартиры в размере 925 000 руб.;

- не оспаривания сделок с ФИО10 - убытки в размере 1 315 000 руб. (730 000 руб. + 585 000 руб.);

- не истребования конкурсным управляющим денежных средств, необоснованно перечисленных в пользу ФИО6 в сумме 4 012 000 руб.;

- не истребования у ООО «Страховая компания Клувер» автотранспортных средств: Volkswagen Touareg, SKODA Fabia, двух автобусов II класса, стоимостью 2 150 000 руб.

- не оспаривания договоров и не взыскания в конкурсную массу должника с ООО "Статус"  суммы 800 000 руб.;

- не оспаривания сделки с ИП ФИО8 на сумму 650 000 руб.;

- бездействия конкурсного управляющего, выразившееся в невзыскании дебиторской задолженности, в неистребовании от бывшего руководителя должника имущества, либо документов, подтверждающих право должника на имущество (финансовые вложения), что повлекло причинение убытков в сумме 34 202 000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 27.04.2023, оставленным без изменения Постановлением  Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023, заявление ИП ФИО3 оставлено без удовлетворения. 

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, ИП ФИО3 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, заявление удовлетворить в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы ИП ФИО3 указывает на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся  в нем доказательствам.

Конкурсный управляющий ФИО1 направил в адрес суда письменный отзыв, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу кредитора – без удовлетворения, считает их законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель ИП ФИО3 доводы кассационной жалобы поддержал, представители конкурсного управляющего должником, союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» просили определение и постановление оставить без изменений. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи, с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность принятых по делу судебных актов, правильность применения судами норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в споре, судебная коллегия окружного суда находит правовые основания для удовлетворения поданной по делу кассационной жалобы, исходя из нижеследующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и пункту 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, убытки в заявленном размере по мнению кредитора возникли в результате неисполнения конкурсным управляющим должника следующих  действий по истребованию имущества и по оспариванию сделок.

Так, 07.03.2018 ООО «Сервисная компания «Клувер» на счет ФИО9 были перечислены 925 000 руб. с указанием в назначении платежа «по договору уступки права требования б/н от 07.03.2018 за однокомнатную квартиру».

По мнению  кредитора ИП ФИО3, конкурсный управляющий ФИО1 не предпринял действий, направленных на регистрацию права собственности на указанную однокомнатную квартиру и включение ее в конкурсную массу, либо на возврат уплаченных денежных средств, чем причинил должнику убытки в размере стоимости этой квартиры.

Суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, признавая доводы ИП ФИО3 необоснованными, исходил из следующего.

Договор уступки права требования однокомнатной квартиры от 07.03.2018, заключенный с ФИО9, был в установленном законом порядке зарегистрирован в Росреестре. Приобретенное право требования на имущество было передано ФИО11 на основании договора уступки права требования от 03.05.2018, согласно пункту 1.3 которого стороны оценили уступаемое право в сумме 1 006 800 руб. Денежные средства от продажи права поступили на расчетный счет должника, что подтверждается выпиской с расчетного счета АО «НВК Банк» и платежным поручением № 1658 от 08.05.2018 от ООО «ЦНС» с указанием в назначении платежа «по договору 07-0289955 от 03.05.2018 оплата по ДУПТ N БН от 03.05.2017 за Юдину Е.Н.».

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для оспаривания сделки с ФИО9

Кроме того, 07.03.2018 ООО «Сервисная компания «Клувер» на счет ФИО10 (учредитель должника) были перечислены 730 000 руб. с назначением платежа: «возврат денежных средств по договору займа N БС-1 от 12.09.2017».  

Отклоняя доводы кредитора об отсутствии сведений о поступлении указанных  заемных средств на расчетные счета должника, суд исходил из следующих установленных обстоятельств.

13.09.2017 между ООО «Сервисная компания «Клувер» и Беньковской были заключены договоры замены стороны в обязательстве по договору аренды земельного участка № А-09-167Ф-4/К от 01.12.09 на сумму 550 000 руб. и по договору аренды земельного участка № А-09-241Ф-4/К от 01.12.09 на сумму 550 000 руб.

13.09.2017 ООО «Клувер» перечислило ФИО10 денежные средства в размере 110 000 руб. с назначением платежа «по договору замены стороны в обязательстве от 13.09.2017». На оставшуюся сумму задолженности в размере 990 000 руб. был заключен договор займа № БС-1 от 13.09.2017 (фактически договор новации, по которому задолженность была трансформирована в процентный заем с определенным сроком возврата- до 13.11.2017 и уплатой процентов  в размере 16 % годовых).

23.10.2017 ООО «Клувер» во исполнение своих денежных обязательств перечислил ФИО10 с назначением платежа «по договору замены стороны в обязательстве от 13.09.2017» денежные средства в размере 60 000 руб., 01.11.2017-75 000 руб., 03.11.2017-30 000 руб., 07.11.2017-50 000 руб., 15.11.2017-25 000 руб., 21.11.2017-20 000 руб., 07.12.2017-10 000 руб., 13.12.2017-10 000 руб., 29.12.2017-10 000 руб., 16.01.2018-40 000 руб., 24.01.2018-20 000 руб., 31.01.2018-20 000 руб., 07.02.2018-40 000 руб., 15.02.2018-20 000 руб., 01.03.2018-15000 руб.

Делая вывод о не причинении убытков в результате не оспаривания конкурсным управляющим сделки по перечислению денежных средств учредителю общества (заинтересованному лицу), суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, исходил из того, что на дату совершения подозрительных, по мнению заявителя, сделок, должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и данные признаки не возникли у должника после совершения указанных сделок; что доказательств финансовой состоятельности и возможности ФИО10 произвести возврат в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 315 000 руб. в материалы дела не предоставлено.

Также судом первой инстанции был признан необоснованным довод кредитора о причинении конкурсным управляющим убытков в размере 650 000 руб., в связи с непринятием мер по оспариванию заключенных между ООО «Сервисная компания «Клувер» и ИП ФИО8 договоров оказания услуг № 21/04 от 21.04.2017 и № 21/04 от 26.04.2017.

При этом судами установлено, что ФИО8 является родным братом ФИО12 - супруга ФИО10, являющейся учредителем должника, следовательно, заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Из представленных в материалы дела копий актов о приемке выполненных работ, подписанных директором ООО «Сервисная компания «Клувер»  и ИП ФИО8, установлено, что из них не следует какая конкретно работа производилась ФИО8 и за какую цену, отсутствуют копии переписки, претензий, доказательств направления претензий, исковых заявлений (с возможностью идентификации автора), а также подтверждение фактов участия в судебных заседаниях, ведения какой-либо иной деятельности, связанной с защитой интересов должника, а равно как и представление отчетов о своей деятельности.

Оплата услуг по договорам от 26.04.2017 и 21.04.2017 на сумму 650 000 руб. была произведена 24.04.2017 и 26.04.2017. Акты о приемке представлены за период с 18.05.2017 по 19.09.2018 на сумму 575 000 руб. Условиями договоров не установлены цены на услуги, порядок и сроки оплаты услуг, в том числе не предусмотрена предоплата, т.к. не установлен конкретный объем работ. В актах о приемке выполненных работ по договорам, заключенным в качестве услуг были указаны: досудебно-претензионная исковая работа по правам требования, принятым по договору цессии от ООО «Страховой компании «Клувер». Акты составлены в отношении работы с ООО «СК «Селекта» и ООО «Проминстрах».

В отчетах исполнителя к актам содержится информация об оказанных услугах за период с 12.03.2017 по 19.09.2018 (хотя договоры с исполнителем заключены 21.04.2017 и 26.04.2017), оплата услуг по этим договорам была произведена должником не по факту оказания услуг. В представленных актах стоимость услуг за те же виды работ значительно разнится, соглашений об установлении тарифов на оказываемые услуги не представлено.

Кроме того, суд указал на то, что в отчетах исполнителя поименованы услуги, оказание которых невозможно проверить - изучение материалов по требованию, проведение телефонных переговоров, направление претензии, тогда как в актах приемки указана как досудебно-претензионная, так и исковая работа. Подача исков поименована лишь в отчетах от 18.05.2017 и 19.05.2017 в отношении ООО «Проминстрах», однако, как следует из Картотеки арбитражных дел исковые заявления ООО «Страховой компании «Клувер» к ООО «Проминстрах» Арбитражным судом г. Москвы никогда не регистрировались (распечатка из Картотеки приобщена к материалам дела).

Также доказательств наличия отношений между ООО «Страховой компании «Клувер» и ООО «Проминстрах», ООО «Страховая компания «Селекта», направления в их адрес претензий, а равно как и получение какого-либо положительного эффекта от деятельности ФИО8, в материалы настоящего дела не представлены.

Таким образом, судами сделан вывод о том, что договоры с ФИО8 могли носить мнимый характер; стороны не намеревались вступать в экономические отношения; какие-либо услуги ФИО8 должнику не оказывались; целью перечисления денежных средств являлось безвозмездное получение денежных средств заинтересованным лицом и вся представленная документация была составлена лишь для создания вида наличия отношений и выполнения обязательств со стороны исполнителя, следовательно, доказательства экономического эффекта от деятельности ИП ФИО8 по договорам № 21/04 от 21.04.2017 и № 21/04 от 26.04.2017 отсутствуют.

Кроме того, суды посчитали, что указанные сделки могли быть оспорены по специальным основаниям Закона о банкротстве - пункт 2 статьи 61.2, как подозрительные сделки без встречного исполнения, имеющие целью причинение вреда правам кредиторов, заключенные с заинтересованным лицом, что конкурсным управляющим сделано не было.

В то же время, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного кредитора в данной части, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, исходил из того, что для взыскания убытков с конкурсного управляющего, заявителем не представлены доказательства, а также возможности ФИО8 произвести возврат в конкурсную массу должника денежных средств в размере 650 000 руб. на момент возможного оспаривания с ним сделок.

По доводу кредитора о неоспаривании конкурсным управляющим договоров и не взысканию денежных средств в конкурсную массу должника с ООО «Статус» убытков в сумме 800 000 руб., суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для обращения конкурсного управляющего с требованием о признании договора займа от 26.09.2017 № 29/09-17 недействительным, в связи со следующим.

Денежные средства в размере 800 000 руб. были перечислены ООО «Статус» по договору займа от 26.09.2017 № 29/09-17. Заемное обязательство возникло в результате новации долга сервисной компании перед ООО «Статус» за ранее поставленные товары по договору поставки № 09-01/17 от 01.09.2017, документы о поставке товара - товарная накладная от 02.10.2017 на сумму 800 000 руб.

Поскольку производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сервисная компания «Клувер» возбуждено определением Арбитражного суда Саратовской области от 15.05.2019, соответственно, договор займа № 29/09-17 от 26.10.2017 мог быть оспорен по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Однако, придя к выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков с конкурсного управляющего, суды  исходили  из того, что должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату совершения сделки и данные признаки не возникли у должника после их совершения; что доказательств финансовой состоятельности и возможности ООО «Статус» произвести возврат в конкурсную массу должника денежных средств в размере 800 000 руб. в материалы дела не предоставлено.

Помимо этого, судом первой инстанции признано необоснованным требование кредитора в части перечисленных и неистребованных конкурсным управляющим денежных средств в пользу ФИО6 в сумме 4 012 000 руб. в связи со следующим.

Как следует из заявления кредитора, согласно условиям договора уступки права требования, заключенного между ФИО6 и должником 01.03.2018, ООО «Сервисная компания «Клувер» принимает право требования к ООО «Страховая компания «Клувер» по договору займа от 19.06.2014 со сроком возврата до 18.07.2017 на сумму 4 000 000 руб. За уступаемое право требования должник уплачивает 4 012 000 руб.

По мнению заявителя жалобы, сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка совершена в условиях неравноценности, а также направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов. В результате бездействия конкурсного управляющего должнику были причинены убытки в размере необоснованно перечисленных и не истребованных конкурсным управляющим денежных средств в пользу ФИО6 в сумме 4 012 000 руб.

Отклоняя доводы кредитора, суд исходил из того, что на дату заключения договора уступки прав требования от 01.03.2018, должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и данные признаки не возникли у должника после совершения данной сделки; что доказательств достаточности у ФИО6 имущества и денежных средств для расчетов с кредиторами не предоставлено. 

Кроме того, суд исходил из того, что, определением Арбитражного суда Саратовской области от 30.09.2021  по делу № А57-6231/2021 признано обоснованным заявление кредитора акционерного общества «Экономбанк» о признании должника - гражданина ФИО6 несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, признаны обоснованными требования кредитора и включена в реестр требований кредиторов ФИО6 для удовлетворения в третью очередь задолженность в общем размере 9 377 936,07 руб.  Решением суда от 23.05.2022 должник - ФИО6 признан банкротом.

В связи с вышеизложенным суд согласился с доводами конкурсного управляющего об отсутствии оснований для оспаривания договора уступки прав требования от 01.03.2018 и отсутствия возможности в реальному взысканию денежных средств с ФИО6

Довод же заявителя жалобы о том, что непринятие мер, направленных на включение в реестр требований кредиторов ООО «Страховая компания «Клувер», либо на реализацию прав требования ООО «Сервисная компания «Клувер» к ООО «Страховая компания «Клувер», повлекло причинение должнику убытков в размере необоснованно перечисленных и не истребованных конкурсным управляющим денежных средств в пользу ФИО6 в сумме 4 012 000 руб., судом первой инстанции признан необоснованным, со ссылкой на то, что величина рыночной стоимости права требования ООО «Сервисная компания «Клувер» к ООО «Страховая компания «Клувер» по договору займа от 19.06.2014 на сумму 4 000 000 руб. составляет 0 руб. 00 коп.; что решением Арбитражного суда Саратовской области от 18.12.2018 (резолютивная часть) по делу № А57-14864/2017 ООО «Клувер» признано несостоятельным (банкротом) и в  соответствии со сведениями о ходе конкурсного производства в отношении ООО «Страховая компания «Клувер», размещенными на официальном сайте государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», погашение требований кредиторов ООО «Страховая компания «Клувер» не производилось. 

При этом, принимая во внимание, что процедура конкурсного производства в отношении ООО «Сервисная компания «Клувер» введена решением Арбитражного суда Саратовской области от 23.03.2020 по делу № А57-8060/2019, а процедура конкурсного производства в отношении ООО «Страховая компания «Клувер» - решением Арбитражного суда Саратовской области от 18.12.2018 по делу № А57-14864/2017, суд посчитал, что требования ООО «Сервисная компания «Клувер» к ООО «Страховая компания «Клувер», в случае их предъявления конкурсным управляющим ФИО1, могли бы быть погашены только после погашения требований кредиторов ООО «Страховая компания «Клувер», включенных в реестр.

В связи с вышеизложенным, суд согласился с доводами конкурсного управляющего ООО «Сервисная компания «Клувер» о нереальности взыскания принадлежащих должнику прав требования к ООО «Страховая компания «Клувер».

Кроме того, как указывает кредитор, конкурсным управляющим не оспорена сделка по продаже автомобиля Volkswagen Touareg, реализованного в сентябре 2017 года по заниженной цене - 700 000 руб., а также не предприняты действия, направленные на установление в судебном порядке права требования возврата уплаченной денежной суммы от ООО «Сервисная компания «Клувер» по непереданным автомобилям, в результате чего бездействием конкурсного управляющего должнику были причинены убытки в размере стоимости неистребованных автотранспортных средств: Volkswagen Touareg, SKODA Fabia, двух автобусов II класса, всего на сумму 2 150 000 руб.

Признавая указанные доводы необоснованными, суд исходил из следующего.

 Между Должником и ООО «Страховая компания «Клувер» были заключены договоры купли-продажи транспортных средств № ТС-01 от 14.03.2017 и № ТС-02 от 23.03.2017, по которым в собственность должника были переданы: VOLKSWAGEN TOUAREG (VIN) 

<

***>, ВАЗ 212140 (VIN) ХТА212140С2071127, Lada 212140 (VIN) 

<

***>, SKODA Fabia (VIN) 

<

***>.

По договору купли-продажи транспортных средств № ТС-01 от 14.03.2017 было оплачено 2 770 000 руб.: 14.03.2017 - 2 493 000 руб. и 03.04.2017 - 277 000 руб.

По договору купли-продажи транспортных средств № ТС-02 от 23.03.2017 было оплачено 790 000 руб.: 23.03.2017 - 395 000 руб. и 03.04.2017 - 395 000 руб.

Оставшиеся транспортные средства не были зарегистрированы ООО «Сервисная компания «Клувер» в связи с наложением запрета на совершение регистрационных действий.

14.07.2017 между должником и страховой компанией заключены два договора купли-продажи недвижимого имущества, по которым в собственность сервисной компании перешли два объекта недвижимости - земельный участок с кад. N 64:38:080901:1605, 341 кв. м (цена 72 000 руб.) и находящийся на нем трехэтажный жилой дом с кад. N 64:38:080901:3343, 222 кв. м (цена 5 230 000 руб.).

20.07.2017 между ООО «Сервисная компания «Клувер» и ООО «Страховая компания «Клувер» было подписано дополнительное соглашение № 1 к договору купли-продажи ТС-01 от 14.03.2017, в соответствии с которым из предмета договора были исключены транспортные средства, не переданные покупателю, а оплаченные за них денежные средства в сумме 590 564 руб. были зачтены сторонами в счет оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества от 14.07.2017.

Также 20.07.2017 между ООО «Сервисная компания «Клувер» и ООО «Страховая компания «Клувер» было подписано соглашение о расторжении договора купли-продажи № ТС-02 от 23.03.2017, в соответствии с которым денежные средства, оплаченные ООО «Сервисная компания «Клувер» по данному договору в сумме 790 000 руб. были зачтены сторонами в счет оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества от 14.07.2017.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сервисная компания «Клувер» возбуждено определением Арбитражного суда Саратовской области от 15.05.2019 по делу № А57-8060/2019.

Таким образом, договоры купли-продажи транспортных средств № ТС-01 от 14.03.2017 и № ТС-02 от 23.03.2017 и соглашения о зачете встречных взаимных требований от 20.07.2017 могли быть оспорены по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, конкурсный управляющий пришел к выводу об отсутствии оснований для оспаривания договора купли-продажи транспортных средств № ТС-01 от 14.03.2017, договора купли-продажи транспортных средств и № ТС-02 от 23.03.2017 и соглашений о зачете встречных взаимных требований от 20.07.2017. 

Суды согласились с позицией конкурсного управляющего, указав на то, что из анализа финансового состояния должника следует отсутствие на дату совершения подозрительных, по мнению заявителя, сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника, а также на не предоставление заявителем доводов и доказательств, опровергающих сделанные конкурсным управляющим выводы.

Помимо этого, заявитель указывал на то, что конкурсным управляющим не были предприняты меры по истребованию от бывшего руководителя должника документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, сведения о финансовых вложениях, а также не предприняты меры по взысканию задолженности, в результате чего должнику причинены убытки в сумме 34 202 000 руб.

Судами установлено, что истребование документов от бывшего руководителя должника конкурсным управляющим не производилось в связи с отсутствием оснований; документы были переданы руководителем должника конкурсному управляющему добровольно в установленном законом порядке. Так, конкурсному управляющему ООО «Сервисная компания «Клувер» были переданы:  расшифровка основных средств ООО «Сервисная компания «Клувер» по состоянию на 31.12.2019 на сумму 7 481 436 руб. Указанное в расшифровке основных средств имущество было включено в конкурсную массу должника и реализовано в ходе проведения в отношении должника конкурсного производства; расшифровка финансовых вложений ООО «Сервисная компания «Клувер» по состоянию на 31.12.2019 на сумму 20 600 342 руб. В строке финансовые вложения Обществом учтены права требования ООО «Сервисная компания «Клувер» к акционерному обществу «Крымский страховой альянс» по договору коммерческого представительства № 1/ 17 от 31.01.2017 на сумму 20 600 342 руб.;  расшифровка дебиторской задолженности ООО «Сервисная компания «Клувер» по состоянию на 31.12.2019 на сумму 13 345 775,69 руб. В строке дебиторская задолженность обществом учтены права требования ООО «Сервисная компания «Клувер» к ООО «Страховая компания «Клувер» и ООО «Страховая компания «Селекта».

Конкурсным управляющим ООО «Сервисная компания «Клувер» была проведена оценка принадлежащих должнику прав требования, в результате которой было установлено, что величина рыночной стоимости права требования ООО «Сервисная компания «Клувер» к акционерному обществу «Крымский страховой альянс» по договору коммерческого представительства № 1/17 от 31.01.2017 на сумму 20 600 342 руб. составляет 0 руб. 00 коп. (решением Арбитражного суда Республики Крым от 12.12.2018 по делу № А83-17405/2018 АО «Крымский страховой альянс» (АО «КСА-КЛУВЕР») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; в случае предъявления конкурсным управляющим ФИО1 требований, они могли бы быть погашены только после погашения требований кредиторов АО «КСА-КЛУВЕР», включенных в реестр).

Суд первой инстанции согласился с выводами конкурсного управляющего ООО «Сервисная компания «Клувер» о нереальности взыскания принадлежащих должнику прав требования к ООО «Страховая компания «Клувер» и ООО «Страховая компания «Селекта».

Кроме того, учитывая, что требования ИП ФИО3 были  включены  в реестр требований кредиторов должника определением суда от 26.11.2019, а выписка о движении денежных средств по расчетному счету должника ООО «Сервисная компания «Клувер», на основании которых кредитор делает выводы о возможности оспаривания сделок должника, предоставлены в материалы основного дела 18.11.2020, судебные инстанции указали на то, что кредитор ФИО3, размер кредиторской задолженности которого составляет более 10 % общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не лишен был возможности самостоятельного оспаривания сделок и действий должника, указанных им в настоящем заявлении.

С учетом изложенного, суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требования конкурсного кредитора, пришел к выводу, что ИП ФИО3 не представлены суду надлежащие доказательства, свидетельствующие о причинении должнику и его кредиторам убытков действиями конкурсного управляющего должника ФИО1 Апелляционный суд не усмотрел оснований не согласиться с таким выводом суда.

Между тем при разрешении спора судам не принято во внимание следующее.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований. Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества конкурсный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Оспаривание сделок должника, предусмотренное главой III.1 Закона о банкротстве, является одним из механизмов формирования конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов должника.

К обстоятельствам, имеющим юридическое значение для квалификации поведения арбитражного управляющего, относятся: наличие достаточной совокупности оснований для оспаривания сделок (установленных законом признаков подозрительности сделок и т.п.); были ли эти основания известны арбитражному управляющему, либо должны были стать известными при должном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей; могла ли реализация арбитражным управляющим полномочий на оспаривание сделки привести к пополнению конкурсной массы, защите прав и законных интересов должника и кредиторов; имелись ли у арбитражного управляющего рациональные причины для отказа от оспаривания сделок.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, в случае предъявления к конкурсному управляющему иска о взыскании убытков в связи с неоспариванием или несвоевременным оспариванием сделок, отсутствие судебного акта о недействительности сделок не препятствует суду оценить доводы истца о судебной перспективе оспаривания сделок. При этом суду достаточно вывода о высокой вероятности признания сделок недействительными.

В части, касающейся необжалования конкурсным управляющим сделок должника - платежей, конкурсным кредитором были приведены доводы о наличии оснований для оспаривания платежей на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, совершенных должником в пользу в том числе аффилированных лиц в период наличия неисполненных обязательств перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника.

Для правильного рассмотрения спора при рассмотрении заявления о взыскании с арбитражного управляющего убытков суду следовало оценить доводы конкурсного кредитора о судебной перспективе оспаривания сделок, а также возможность реального пополнения конкурсной массы должника, в случае ее удовлетворения.

В качестве установления отсутствия перспектив оспаривания сделок суды ограничились лишь доводами арбитражного управляющего об отсутствии на момент совершения платежей признака неплатежеспособности должника, который является необходимым условием для оспаривания сделок.

Однако, исходя из правовой позиции, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Также следует отметить, что в соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, по смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения. 

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет.

Поскольку оспаривание конкурсным управляющим сделок должника подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и отсутствия для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы, суду необходимо было проанализировать, насколько убедительными являются аргументы ИП ФИО3 о наличии оснований для признания сделок должника недействительными, а также оценить реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов при оспаривании сделок в случае удовлетворения судом соответствующего заявления конкурсного управляющего.

Обстоятельствам, указанным кредитором судами надлежащая оценка не дана, они не были предметом проверки судов.

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В силу пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 АПК РФ.

Обжалуемые судебные акты в указанной части названным требованиям не соответствуют.

Так, при разрешении настоящего спора судами не дана оценка следующим доводам конкурсного кредитора.

Должник был зарегистрирован в качестве юридического лица 10.01.2017, заявление о признании его банкротом принято судом к производству – 15.05.2019, следовательно, все сделки должника подпадают под период подозрительности. 

Относительно сделок, заключенных должником с единственным  учредителем должника ФИО10, следовательно, с заинтересованным по отношению к должнику лицом, кредитор заявлял об отсутствии экономической    целесообразности заключения данных сделок (замены стороны в договорах аренды земельных участков) ввиду того, что у должника отсутствовала финансовая и экономическая возможность освоения земельных участков для строительства, что привело бы к неизбежному расторжению договора аренды, о чем стороны сделки не могли не знать. Также ФИО3 ссылался на замену неликвидного имущества (право аренды) на заем на невыгодных для должника условиях (повышенная ставка процентов – выше действующих банковских), на не предоставление в материалы дела  договора займа от 12.09.2017 на 730 000 руб.

При этом вывод суда о недоказанности объективной возможности взыскания денежных средств с ФИО10 судом сделан без проверки имущественного положения последней. Как указывалось кредитором в процессе разбирательства ФИО10 находится в трудоспособном возрасте, процедура банкротства в отношении нее не возбуждена, вероятность поступления в конкурсную массу должника денежных средств в результате применения последствий недействительности сделок или реализации права требования велика.

Относительно договора уступки прав требования, заключенного должником с ФИО6, кредитор заявлял о неравноценности сделки, о ее направленности на причинение вреда кредиторам, поскольку срок возврата по договору займа от 19.06.2014 наступил более семи месяцев назад до даты  совершения сделки, заем не был возвращен ООО «Страховая компания «Клувер» и на дату подписания договора уступки прав требования в  отношении последнего (заемщика) было возбуждено дело о банкротстве (определение суда от 27.07.2017), то есть вероятность поступления денежных средств была крайне мала, о чем должник не мог не знать (руководителем как должника, так и  страховой компании была Крусс (ФИО13) К.Н.). По мнению кредитора о сделке с ФИО6 конкурсный управляющий должника ФИО1 узнал 13.04.2020, однако не предпринял мер к ее оспариванию. 

Кроме того, относительно сделки с ФИО6, кредитор указывал на то, что конкурсным управляющим не оспорена сделка, заключенная на невыгодных условиях (приобретено право требования по просроченному долгу к неплатежеспособному юридическому лицу, в результате чего выбыл актив в размере 4 012 000 руб.),  не были предприняты меры по включению  требования на эту сумму в реестр требований кредиторов ООО «Страховая компания «Клувер» и реализации этой дебиторской задолженности; что допустимых доказательств «нулевой» стоимости права требования в материалы дела не представлено и в результате бездействия конкурсного управляющего должнику и его кредиторам причинены убытки.

Также ИП ФИО3 при разрешении спора ссылался на то, что конкурсным управляющим причинены убытки ввиду не оспаривания сделки, заключенной с ФИО8, являющимся заинтересованным лицом по отношению к должнику. Отказывая в удовлетворении заявления в данной части, суды исходили из того, что, несмотря на наличие оснований для ее оспаривания, заявителю необходимо доказать финансовую несостоятельность ФИО8 на момент оспаривания сделки. При этом не приняли во внимание доводы ИП ФИО3 о том, что ФИО8 находится в трудоспособном возрасте, процедура банкротства в отношении него не проводится, исполнительные производства отсутствуют, вероятность поступления денежных средств в конкурсную массу должника имеется, что право требования могло быть реализовано в ходе процедуры банкротства. 

Относительно не оспаривания сделки по перечислению денежных средств ООО «Статус» в размере 800 000 руб. с указанием в назначении платежа «по договору займа от 26.09.2017 № 29/09-7» кредитор ссылался на отсутствие реальности договора займа, на перечисление денежных средств без встречного предоставления. Отказывая в удовлетворении заявления в этой части, суды посчитали, что договор мог быть оспорен по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако отсутствуют такие основания ввиду того, что на дату перечислений денежных средств должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Однако, в ходе судебного разбирательства, а также в процессе рассмотрения дела о банкротстве должника период возникновения признаков неплатежеспособности должника не устанавливался, конкурсный управляющий и суд этот  момент не определяли.

Кроме того, как было указано выше,  сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях.

Следовательно, при разрешении многоэпизодного спора, судами сделаны необоснованные выводы об отсутствии причинения убытков в результате не оспаривания сделок конкурсным управляющим лишь на том основании, что отсутствуют признаки неплатежеспособности у должника на дату совершения сделок, а также недоказанности заявителем финансовой состоятельности  контрагента по сделке (наличие у него имущества и денежных средств). 

Судам следовало установить следующие обстоятельства: дата и условия совершения сделок; дата, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о сделках; наличие достаточных оснований полагать о недействительности (подозрительности или предпочтительности) сделок; наличие у конкурсного управляющего объективных препятствий для оспаривания сделок; вероятность признания сделок недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу; размер убытков, причиненных кредиторам.

При таких обстоятельствах судебная коллегия окружного суда не  может согласиться с мотивом отказа в удовлетворении заявления конкурсного кредитора, изложенными в оспариваемых судебных актах. Выводы об отсутствии основания для удовлетворения заявления ИП ФИО3 сделаны судами преждевременно.  

Арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, согласно части 2 статьи 287 АПК РФ, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении, в связи с чем судебные акты подлежат отмене в связи с неполным выяснением существенных для дела обстоятельств, а спор - передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 и части 1 статьи 288 АПК РФ.

При новом рассмотрении спора суду необходимо дать анализ представленным доказательствам и доводам участвующих в деле лиц, правильно применить нормы права, установить юридически значимые обстоятельства, касающиеся действий (бездействия) арбитражного управляющего по оспариванию сделок, и принять законный и обоснованный судебный акт.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 27.04.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023 по делу № А57-8060/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            А.А. Минеева

 

Судьи                                                                          Е.П. Герасимова

 

                                                                                     М.В. Егорова