﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-82759/2019

25 декабря 2020 года

г. Санкт-Петербург

/тр.6

Резолютивная часть постановления объявлена     22 декабря 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 декабря 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Мельниковой Н.А., Савиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Григорьевым Н.А.,

при участии:  

от лиц, участвующих в деле: извещены, не явились;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-33768/2020) ООО «Мальцев альянс групп» в лице конкурсного управляющего на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.10.2020 по делу № А56-82759/2019/тр.6, принятое

по заявлению ООО «Мальцев альянс групп» в лице конкурсного управляющего 

о включении требования в реестр требований кредиторов 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ортус Малгрейн»,

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2019 общество с ограниченной ответственностью «Ортус Малгрейн» (ИНН 7811506129, ОГРН 1117847492355; Санкт-Петербург, пр.Солидарности, д.21, корп.2, лит.А, пом.17Н; далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден Харитонов Константин Николаевич. Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.12.2019 № 236.

Общество с ограниченной ответственностью «Мальцев Альянс Групп»                (ИНН 7811584590, ОГРН 1147847243103; далее – Альянс) обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 2 000 000 руб. основного долга, 152 986 руб. 29 коп. неустойки.

Определением суда от 16.10.2020 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда от 16.10.2020, Альянс обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и принять новый судебный акт.

В жалобе Альянс ссылается на то, что в материалы дела представлен договор поставки, в договоре цессии раскрыты обстоятельства, подтверждающие наличие задолженности. Податель жалобы указывает на то, что конкурсный управляющий Альянс не получил от Мальцева А.В. исчерпывающий объем документации, который позволил бы представить дополнительные доказательства оказания услуг. Альянс ссылается на то, что требования аффилированного кредитора подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению денежных средств между учредителями.

В отзыве конкурсный управляющий Обществом просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество (продавец) и Альянс (покупатель) 15.12.2016 заключили договор поставки №15/12-2016 (далее – договор поставки), согласно которому продавец обязуется передать, а покупатель – принять и оплатить сельскохозяйственную продукцию. 

Цена, стоимость товара, условия, сроки и порядок расчетов за товар определяются в дополнительных соглашениях к договору (пункт 3.1 договора поставки).

В случае нарушения сроков поставки  товара, покупатель вправе предъявить требование к продавцу об уплате пени в размере 0,1% от суммы договора за каждый день просрочки поставки (пункт 4.2.3 договора поставки).

Согласно дополнительному соглашению № 2 от 10.07.2018 к договору поставки (далее – дополнительное соглашение от 10.07.2018) поставщик обязуется закупить и поставить, а покупатель принять и оплатить сырье для мукомольного производства из мягких сортов пшеницы.

Соглашением от 30.11.2018 о расторжении дополнительного соглашения к договору поставки (далее – соглашение от 30.11.2018) установлено, что обязательства считаются исполненными после окончательного взаиморасчета между сторонами и возвратом, перечислением в течение 5 календарных дней с момента подписания соглашения о расторжения поставщиком на расчетный счет покупателя полученного аванса в размере 7 200 000 руб. 

Общество с ограниченной ответственностью «Петербургская макаронная фабрика» (далее – ООО «ПМФ») и Альянс 20.12.2018 заключили договор уступки права требования (далее – договор цессии), согласно которому Альянс, в частности, принял право требования задолженности к Обществу по договору поставки, дополнительному соглашению от 10.07.2018 частично в сумме 2 000 000 руб. (пункт 5 договора цессии). Сумма уступаемого Альянсу права требования (долга) к Обществу составляет 2 000 000 руб. В остальной части права требования задолженности в размере 5 200 000 руб. сохраняются за ООО «ПМФ». 

Уступка прав по договору цессии является возмездной, цена уступаемых прав требования составляет 7 190 600 руб. Оплата за уступаемое каждой из сторон право требования осуществляется передачей встречного права требования равнозначной стоимости (пункт 7 договора цессии).

Право требования к Обществу подтверждается договором поставки, дополнительным соглашением от 10.07.2018 и соглашением от 30.11.2018.

С момента подписания договора цессии ООО «ТД Мукомолье» и Общество становятся должниками перед Альянсом, а ООО «Мукомолье» становится должником перед ООО «ПМФ» по исполнению обязательств по оплате по договору № 108ММ1/2018 (абзац 2 пункта 6 договора цессии).

Неисполнение должником обязательств по договору поставки, послужило основанием для обращения Альянса в суд с настоящим требованием.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Закона.

В силу положений статьи 100 Закона о банкротстве свои требования к должнику кредитор направляет в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В данном случае заявленное Альянсом требование основано на обязательствах должника, вытекающих из договора поставки и договора цессии.

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий сослался на то, что Мальцев Александр Владимирович на момент заключения договора уступки являлся учредителем должника с размером доли 95%, а также единственным учредителем и генеральным директором кредитора (100% долей), в связи с чем обязательство перед кредитором имеет корпоративный характер и не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов. 

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

К подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2), при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

По смыслу норм Закона о банкротстве единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение им от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты должником соответствующей задолженности должно являться достаточным при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5(2017)).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной им в Определении от 27.01.2011 N 75-О-О, непризнание учредителей (участников) должника конкурсными кредиторами их прав не нарушает, поскольку характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) учредителями Общества являются: Альянс – размер доли 5%;  Мальцев Александр Владимирович – размер доли 95%. Учредителями ООО «Петербургская Макаронная фабрика» (прежнее наименование: ООО «Мальцев Альянс Групп») являются: ООО «Мальцев Альянс Групп» – размер доли 95%, Мальцев Александр Владимирович – размер доли 5%. В свою очередь учредителем ООО «Мальцев Альянс Групп» является Мальцев Александр Владимирович – размер доли 100%. Учредителями ООО «Торговый дом «Мукомолье» являются: Альянс – размер доли 99%; Мальцев Александр Владимирович – размер доли 1%. При рассмотрении обособленного спора № А56-82759/2019/сд.1,тр.1 установлено, что холдинговая компания Альянс создана в 2013 году с целью координации и управления деятельностью трех компаний: Общества, ООО «Продагроторг» и ООО «Мукомолье». Бенефициаром группы компаний выступает Мальцев Александр Владимирович, который осуществляет непосредственное управление холдингом. 

Указанные обстоятельства указывают на аффилированность поставщика (Общества), цедента и цессионария (Альянса), конечным бенефициаром которых является одно лицо, а именно Мальцев Александр Владимирович.

К требованиям аффилированных с должником лиц подлежит применению, повышенный стандарт доказывания.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ) поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 487 ГК РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 указанного Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В обоснование заявления кредитором представлены договор поставки, дополнительное соглашение от 10.07.2018 и соглашение от 30.11.2018, договор цессии.

Доказательств, свидетельствующих об исполнении должником обязанностей по передаче товара (товарные накладные, товарно-транспортные накладные, договоры с поставщиками) не представлено. 

В отсутствие дополнительных доказательств с учетом повышенного стандарта доказывания и обоснованных сомнений участников дела о банкротстве суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности кредитором фактических обязательств должника. 

Доводы конкурсного управляющего кредитором об отсутствии его аффилированности с должником и непредаче ему документов руководителем не меняют квалификации заявленных требований и сами по себе не освобождают от требований по представлению достаточных доказательств наличия и размера задолженности.

В материалы дела не представлено доказательств оплаты договора цессии, в том числе наличие взаимных требований цедента и цессионария, которые могли бы быть зачтены в счет оплаты договора цессии. Договор цессии со стороны цедента, цессионария и должников подписан одним лицом (Мальцевым А.В.). Дополнительное соглашение от 30.11.2018 также подписано с обеих сторон Мальцевым А.В. Доказательства перечисления должнику аванса по договору поставки в размере 7 200 000 руб., о частичном возврате которого в сумме     2 000 000 руб. заявляет кредитор, отсутствуют. 

Таким образом, в данном случае, аффилированный кредитор ограничился в подтверждение требования минимальным комплектом документов, что не соответствует повышенному стандарту доказывания, установленному для такого рода требований. Альянс не опроверг обоснованные сомнения кредиторов в мнимости договора поставки и договора цессии, поскольку помимо указанных договоров иных документов, в том числе первичных, заявителем не представлено, реальность правоотношений по поставке товара и наличие у должника обязательств по возврату аванса в заявленном размере не доказаны.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.10.2020 по делу №  А56-82759/2019/тр.6 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

Н.А. Мельникова

 Е.В. Савина