﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-6504/2019(1)-АК

Дело № А50-24589/2017

25 июня 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 25 июня 2019 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н., судей Васевой Е.Е., Плаховой Т.Ю.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Леконцевым Я.Ю.,  

при участии: 

Зосимова Э.И., паспорт; его представителя – Хальзова А.В., паспорт (по  устному ходатайству);  

От уполномоченного органа: Михалева А.М., удостоверение, доверенность от  20.12.2018,  

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не  направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим  образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, ИФНС  России по Свердловскому району г. Перми,  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 04 апреля 2019 года об  отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Смирновой Э.Р.  о привлечении Зосимова Эрика Ильича к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника,  

вынесенное в рамках дела № А50-24589/2017 о признании несостоятельным  (банкротом) ООО «Торговый дом «Май» (ОГРН 1055902848649, ИНН  5905235689),  

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.05.2018 ООО «ТД  

«Май» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него  открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным  управляющим должника утверждена Смирнова Элеонора Рафисовна, член  Союза «Арбитражных управляющих «Правосознание».  

Объявление о признании должника банкротом и открытии в отношении  него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от  26.05.2018 № 90.  

13 ноября 2018 года в арбитражный суд поступило заявление  конкурсного управляющего о привлечении Зосимова Эрика Ильича к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере  9 702 795 руб., на основании п. 2 ст. 10 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)».  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04 апреля 2019 года  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Смирновой Э.Р. о  привлечении к субсидиарной ответственности Засимова Эрика Ильича по  обязательствам должника по п. 2 ст. 10 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением, уполномоченный орган  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, привлечь  Зосимова Э.И. к субсидиарной ответственности по основаниям,  предусмотренным п. 1 ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)».  

В обоснование апелляционной жалобы указывает на неправильное  применение судом норм материального права; ссылается на то, что при  применении презумпции вины и статуса контролирующего должника лица  следует руководствоваться положениями Закона № 266-ФЗ. Также апеллянт,  приводя сведения бухгалтерского баланса за 2015 год полагает, что на момент  составления годовой бухгалтерской отчетности за 2015 год (31.03.2016)  руководителю должника Зосимову Э.И. было очевидно, что общество  Торговый дом «Май» неспособно рассчитаться в полном объеме с кредиторами;  в период с 2016-2018 годы, в который Зосимов Э.И. указывает на принятием им  мер по погашению кредиторской задолженности, согласно данным  бухгалтерского баланса за 2016 год размер обязательств увеличился (на  01.01.2017 – 229 811 тыс. руб.); документов подтверждающих осуществление  мер по взысканию дебиторской задолженности Зосимовым Э.И. не  представлено; картотека арбитражных дел соответствующих сведений не  содержит.  

Зосимов Э.И. согласно письменному отзыву против удовлетворения  апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность  обжалуемого определения.  

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц,  участвующих в деле не поступило.  

 Участвующие в судебном заседании представитель уполномоченного  органа, Зосимов Э.И. и его представитель свои доводы и возражения  

поддержали соответственно.  

По ходатайству уполномоченного органа к материалам дела приобщен  бухгалтерский баланс ООО «Торговый дом «Май» за 2016 год.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени  судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не  обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для  рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  ООО «Торговый дом «Май» (ООО «ТД «Май») зарегистрировано в качестве  юридического лица 11.07.2005; с 31.12.2009 состоит на учете в ИФНС России  по Свердловскому району г. Перми.  

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических  лиц Зосимов Э.И. являлся директором общества «ТД «Май» с 20.07.2010 (л.д.  31-41).  

Поданное конкурсным управляющим заявление о привлечении к  субсидиарной ответственности основано на факте неподачи Зосимовым Э.И.  как бывшим руководителем должника заявления о признании последнего  несостоятельным (банкротом). Как указано в рассматриваемом заявлении такая  обязанность у бывшего руководителя общества «ТД «Май» наступила  01.05.2016, поскольку после формирования бухгалтерской отчетности за 2015  год руководитель обладал сведениями о превышении размера обязательств  должника, которые составили 177 454 тыс. руб., над размером активов, равным  133 624 тыс. руб.  

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой  инстанции исходил из возникновения включенной в реестр задолженности до  указанной даты, а также наличие у руководителя общества разумных оснований  рассчитывать на возможность восстановления платежеспособности должника.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ,  оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав  нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц,  участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает  основания для отмены обжалуемого определения в силу следующего.  

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические  лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем  принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является  субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества  юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для  этого юридического лица указания либо иным образом определять его  действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность  

(банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст.  56 ГК РФ).  

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности  руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения  ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены  нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О  несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017   № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4  Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве,  которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве  в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11,  пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции  Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если  определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного  производства в отношении таких должников либо определение о возврате  заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом  вынесены после 01.09.2017.  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о  банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных  с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации» означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4  ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах  осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во  время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия  или исполнения судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется  иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского  законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям,  возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на  отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо  предусмотренных законом.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской  Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и  от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере  

жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному)  принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ.  Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и  стабильности законодательного регулирования в России как правовом  государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения,  права и обязанности, возникшие после введения его действий; только  законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные  ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в  действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в  определенных случаях возможность применения утративших силу норм.  

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации,  закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не  имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем,  акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней  (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер  ответственности), должны соответствовать конституционным правилам  действия правовых норм во времени.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2  Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между  должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция  Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств,  являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.  

Поскольку действия (бездействие) лица, в связи с которыми заявлены  требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в  2016 году, применению подлежат соответствующие нормы материального  права, действовавшие в этот период времени, в частности положения ст. 10  Закона о банкротстве.  

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции)  нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в  случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона,  влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим  Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче  заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по  обязательствам должника, возникшим после истечения срока,  предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.  

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника  или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением  должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований  одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности  исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими  кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его  учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника,  

принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного  предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением  должника; обращение взыскания на имущество должника существенно  осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены  иные случаи.  

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в  случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не  позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств  (п. 2 ст. 9 Закона).  

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в  арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств,  указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и  недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в  ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую  невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие,  убытки для них.  

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих  удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной  массы, является возможность привлечения руководителя должника к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п.  2 ст. 10 Закона о банкротстве.  

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности  бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него  Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о  собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда  ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за  собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых  образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских  правоотношений, так и публичные интересы государства.  

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве  презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей  руководителем должника заявления о банкротстве и негативными  последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде  невозможности удовлетворения возросшей задолженности.  

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц,  названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности  по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности  следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9  Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же  Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты  возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств  

должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной  ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о  банкротстве.  

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица,  заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть  привлечено к субсидиарной ответственности.  

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53  «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53) разъяснено, что  обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель,  находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен  был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1  ст. 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение  признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом,  седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном  банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения,  добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил  необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя  экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден  от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана  являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в  сходных обстоятельствах.  

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный  управляющий указывал на неисполнение по состоянию на 01.05.2016  обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества ТД  «Май» несостоятельным (банкротом). При этом, в обоснование требований  управляющим приведены показания бухгалтерского баланса за 2015 год,  согласно которым обязательства должника составляли 177 454 тыс. руб. и  превышали его активы в размере 133 624 тыс. руб.  

Как установлено судом первой инстанции, в реестр требований  кредиторов ООО «ТД «Май» включены требования единственного кредитора –  уполномоченного органа на сумму 9 703 794,83 руб.  

По результатам рассмотрения обоснованности заявления  уполномоченного органа о признании общества «ТД «Май» несостоятельным  (банкротом) в реестр включена задолженность в общей сумме 2 226 342,87 руб.,  в том числе сумма установленная решением о привлечении общества к  налоговой ответственности от 30.06.2014 № 15-30/11033, вынесенному по  результатам проведения выездной налоговой проверки за период с 01.01.2010  по 31.12.2012; иная задолженность по уплате обязательных платежей, пеней и  санкций в основной своей сумме относится к периодам возникновения 20142015 года.  

Остальная часть числящейся в реестре требований кредиторов должника  задолженности включена определением суда от 25.10.2018, из которой во  вторую очередь включены 1 955,43руб. основного долга, в третью очередь  7 458 377,30 руб. основного долга, 16 006,31 руб. пеней, 112,92 руб. штрафа.  

Включая задолженность в размере 7 457 919,06 руб. капитализированных  платежей для обеспечения по обязательному социальному страхованию от  несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний при  ликвидации (банкротстве) должника. При этом отклоняя доводы конкурсного  управляющего о текущем характере данных требований, суд исходил из того,  что, несмотря на то, что приказ № 813-В о перерасчете с 01.02.2018 Деменевой  Е.Ю. ежемесячной выплаты состоялся 07.02.2018 уже после возбуждения дела  о банкротстве, вред здоровью был причинен работнику должника 14.09.2008, о  чем составлен акт о несчастном случае на производстве от 30.09.2008.  

Также, как установлено судом, согласно пояснениям самого Зосимова  Э.И., подтвержденным конкурсным управляющим должника, о наличии такого  рода обязательств, в том числе для целей соотнесения размера имеющихся у  юридического лица неисполненных обязательств с размером активов, ответчик  не знал ранее 2018 года, поскольку факт, зафиксированный в акте о несчастном  случае на производстве от 30.09.2008, имел место практически за два года до  его вступления в должность единоличного исполнительного органа ООО «ТД  «Май» и какая-либо документация по этому обстоятельству ему не  передавалась.  

Более того, говоря о признаках недостаточности имущества должника, на  чем основаны заявленные требования с указанием на величины активов и  обязательств должника, судом учтен уточненный бухгалтерский баланс  должника за 2016 год, где применительно к показателям года,  предшествующего отчетному, то есть по итогам 2015 года, приведены  следующие данные: совокупный размер активов составил – 142 873 000 руб.,  включая запасы 88 842 000 руб. и дебиторскую задолженность 44 682 000 руб.;  в разрезе пассивов в разделе долгосрочных обязательств отражены заемные  средства 121 176 000 руб., а краткосрочные обязательства составляют  41 074 000 руб., из них кредиторская задолженность – 15 204 000 руб.  

Исходя из приведенных данных, следует принять во внимание доводы  ответчика о наличии у него разумных оснований рассчитывать на возможность  восстановления платежеспособности должника, при том что кредиторская  задолженность, относящаяся к краткосрочным обязательствам, являлась  незначительной, только лишь запасы, не беря во внимание еще и наличие  дебиторской задолженности (доказательств неликвидности которой на конец  2015 года не представлено) превышали размер краткосрочных обязательств на  1/3.  

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции верно  указал на то, что однозначно сделать вывод о том, что наличие по итогам 2015  года задолженности перед уполномоченным органом около 2 млн. руб. должно  было оцениваться руководителем юридического лица как критичная ситуация,  

свидетельствующая о невозможности восстановления удовлетворительного  платежеспособного положения организации, не представляется возможным.  

Ссылки уполномоченного органа на непринятие ответчиком мер по  своевременному взысканию имевшейся дебиторской задолженности правильно  отклонены судом с учетом фактических оснований заявленных требований,  охватываемых только диспозицией нормы, содержащейся в п. 2 ст. 10 Закона о  банкротстве.  

Кроме того, как верно отмечено судом, субсидиарная ответственность по  п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве за соответствующее бездействие равна размеру  требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период  просрочки подачи заявления о банкротстве.  

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о  банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его  собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной  стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов  информации о неудовлетворительном имущественном положении  юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований  новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне  этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления  должнику исполнения.  

Именно такое поведение влечет возложение на руководителя  субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при  недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту  кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя должника о  возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств  должника и размером его активов.  

В данном случае конкретные фактические обстоятельства,  установленные судом, не позволяют суду прийти к выводу о том, что со  стороны Зосимова Э.И. имело место подобного рода бездействие.  

Напротив, Зосимов Э.И. в целях недопущения наращивания  кредиторской задолженности по итогам 2015 года приостановил деятельность  юридического лица для поиска контрагентов и заключения с ними договоров,  на что он ссылался в письменных пояснениях и что подтверждается  непосредственно отсутствием в реестре требований сторонних кредиторов  помимо уполномоченного органа.  

При этом, лишь незначительная часть включенной в реестр требований  кредиторов задолженности возникла после той даты, на которую конкурсный  управляющий указывала в качестве момента возникновения обязанности по  подаче заявления о банкротстве. Определением суда от 25.10.2018 в реестр  требований кредиторов включена задолженность по недоимке за периоды после  2015 года в сумме 2 413,67 руб.; капитализированные платежи признаны судом  реестровыми по факту их связи с несчастным случаем в 2008 году, в связи с чем  оснований расценивать их в качестве задолженности возросшей после 2015  года, у суда первой инстанции не имелось.  

Сам по себе тот факт того, что реестр требований на сегодняшний день  не может быть погашен за счет конкурсной массы должника не является  основанием для применения института субсидиарной ответственности.  

В п. 1 постановления Пленума ВС РФ № 53 отмечено, что привлечение  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является  исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и  при его применении судам необходимо учитывать, в том числе и сущность  конструкции юридического лица, предполагающей имущественную  обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную  ответственность (ст. 56 ГК РФ).  

Причинения руководителем должника вреда независимым участникам  оборота посредством недобросовестного использования института  юридического лица судом в рассматриваемом случае не установлено.  

Основания не согласиться с данным выводом у суда апелляционной  инстанции отсутствуют.  

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции  правомерно не усмотрел оснований для привлечения Зосимова Э.И. к  ответственности по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.  

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование  обжалуемого судебного, сделаны при полном установлении обстоятельств  имеющих значение для рассмотрения настоящего спора и надлежащей оценке  всех представленных в дело доказательств.  

Доводы, приведенные уполномоченным органом в апелляционной  жалобе, полностью повторяют приведенные в суде первой инстанции, которым  дана надлежащая правовая оценка; оснований для их переоценки у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

Обстоятельств влекущих отмену судебного акта ни в апелляционной  жалобе, ни в судебном заседании апелляционного суда уполномоченным  органом приведено не было.  

Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены (изменения)  определения суда от 04.04.2019, судом апелляционной инстанции не  установлено. Нарушения или неправильное применение норм материального  или процессуального права судебного акта судом первой инстанции не  допущены.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат. 

Уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на  обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 04 апреля 2019 года  по делу № А50-24589/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  

без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий О.Н. Чепурченко 

Судьи Е.Е. Васева 

 Т.Ю. Плахова