ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

04.06.2024

Дело № А40-274335/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2024 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Коротковой Е.Н., Каменецкого Д.В.

 

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2 по дов. от 10.10.2023

от ПАО «МОЭК»: ФИО3 по дов. от 21.09.2023

от конкурсного управляющего ООО УК «Дом-Мастер»: ФИО4 по дов. От 10.01.2024

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024,

о признании недействительным договор займа от 03.04.2017 (в редакции Дополнительного соглашения от 12.05.2017), заключенный между ФИО5 и ООО УК «Дом-Мастер», признании недействительной сделкой платежи, совершенные ООО УК «Дом-Мастер» в пользу ФИО1 на общую сумму 123 200 967 руб. 67 коп. и применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО УК «Дом-Мастер», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.08.2020 ООО УК «Дом-Мастер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" №146 от 15.08.2020.

В судебном заседании совместному рассмотрению подлежали заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора займа от 03.04.2017, заключенного между ООО «УК Дом-Мастер» и ФИО5 и заявление ПАО «МОЭК» о признании недействительными платежей, совершенных ООО УК «Дом-Мастер» в пользу ФИО1 на общую сумму 123 200 967 руб., совершенных за период с 16.10.2017 по 08.05.2018 и применении последствий недействительности сделки и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2022, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.08.2022 по делу № А40-274335/2019, в удовлетворении заявления ПАО «МОЭК» о признании недействительными платежей, совершенных ООО УК «Дом-Мастер» в пользу ФИО1 на общую сумму 123 200 967 руб., совершенных за период с 16.10.2017 по 08.05.2018, и применении последствий недействительности сделки отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2023 № 305-ЭС22-2257 (9) определение Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022 и постановление Арбитражного Московского округа от 09.08.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В рамках дела о банкротстве ООО УК «Дом Мастер» рассматривалось также заявление конкурсного управляющего Козьминых Е.Е. о признании недействительным Договора займа от 03.04.2017 (в редакции Дополнительного соглашения от 12.05.2017), заключенного между ФИО5 и ООО УК «Дом-Мастер» и о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.12.2022 по делу № А40-274335/2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО УК «Дом-Мастер» отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2023 № 305-ЭС22-2257(17) указанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2023 по делу № А40-274335/2019 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление ПАО «МОЭК» о признании недействительными платежей, совершенных ООО УК «Дом-Мастер» в пользу ФИО1 на общую сумму 123 200 967 руб., совершенных за период с 16.10.2017 по 08.05.2018, и применении последствий недействительности сделки и заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора займа от 03.04.2017, заключенного между ООО «УК Дом-Мастер» и ФИО5, и о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024, суд признал недействительным договор займа от 03.04.2017 (в редакции Дополнительного соглашения от 12.05.2017), заключенный между ФИО5 и ООО УК «Дом-Мастер». Признал недействительной сделкой платежи, совершенные ООО УК «Дом-Мастер» в пользу ФИО1 на общую сумму 123 200 967, 67 руб.; применил последствия недействительности в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО УК «Дом-Мастер» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 123 200 967,67 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить в части применения последствий недействительности спорных сделок – взыскания с ФИО1 в пользу ООО УК «Дом-Мастер» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 123 200 967,67 рублей, и в указанной части производство по заявлению ПАО «МОЭК» прекратить.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, утверждая, что при наличии судебного акта о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности суды признали законным отдельное применение к нему реституции, помимо упомянутой ответственности; в тех случаях, когда требование о взыскании с контролирующего лица денежных средств направлено на возмещение вреда его кредиторам, оно не может быть применено одновременно с привлечением того же лица к субсидиарной ответственности на ту же сумму;  если контролирующее лицо привлечено к субсидиарной ответственности, реституция к такому лицу применена быть не может;  ПАО «МОЭК» фактически просило обязать ФИО1 возместить вред, причинённый конкурсной массе, одновременно и реституцией, и привлечением ФИО1 к субсидиарной ответственности.

До судебного заседания от ПАО «МОЭК», конкурсного управляющего ООО УК «Дом-Мастер» поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1  доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней; представители конкурсного управляющего ООО УК «Дом-Мастер», ПАО «МОЭК» в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражали.

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность решения, постановления, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, ввиду отсутствия возражений сторон.

Обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами,  сделки оспаривались на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве  сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве  сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судами установлено, что 03.04.2017 между ООО УК «Дом-Мастер» (заемщик) и ФИО5 (заимодавец) был заключен договор займа, согласно которому (в редакции дополнительного соглашения от 12.05.2017 ФИО5 предоставил заем на сумму 115 500 000 руб. сроком на 3 года (то есть до апреля 2020 года) с начислением процентов за пользование суммой займа в размере 10% годовых.

Согласно пункту 4.1 договора займа от 03.04.2017 договор заключен с условием использования ООО УК «Дом-Мастер» полученных денежных средств на следующую цель (целевой характер займа): уплата в бюджетную систему Российской Федерации недоимки заемщика по налогу на прибыль организаций и налогу на добавленную стоимость, штрафа и пени, имеющееся у него на дату вступления договора в силу.

Пунктом 7.6.1 договора установлена обязанность Заемщика досрочно до истечения срока займа возвратить Заимодавцу сумму займа и причитающиеся проценты в случае изменения состава физических и (или) юридических лиц, осуществляющих прямое или косвенное владение Заемщиком, и (или) кого-либо из лиц, имеющих право давать Заемщику обязательные для него указания, и (или) кого-либо из лиц, имеющих фактическую возможность определять действия Заемщика, и (или) кого-либо из бенефициарных владельцев Заемщика.

Денежные средства были перечислены ФИО5 на расчетный счет ООО УК «Дом-Мастер» платежными поручениями: от 05.04.2017 на сумму 9 000 000 руб.. от 05.04.2017 на сумму 10 000 000 руб., от 05.04.2017 на сумму 46 000 000 руб., от 06.04.2017 на сумму 34 000 000 руб., от 15.05.2017 на сумму 13 497 000 руб., от 16.05.2017 на сумму 1 000 000 руб., от 16.05.2017 на сумму 1 000 000 руб. Всего было перечислено 114 497 000 руб.

18.08.2017 между ФИО1 (Цессионарий), ФИО5 (Цедент) и ООО УК «Дом Мастер» заключен договор уступки права требования по договору займа, на основании которого все права и обязанности по договору целевого процентного займа (10 % годовых) от 03.04.2017 в отношении должника перешли от ФИО5 к ФИО1

Согласно п. 7.6 и пп. 7.6.1. Договора займа от 03.04.2017 Заемщик обязан до истечения срока займа возвратить Займодавцу Сумму займа и причитающиеся Проценты при наступлении любого из следующих обстоятельств: «Изменение состава физических и (или) юридических лиц, осуществляющих прямое или косвенное владение Заемщиком, и (или) кого-либо из лиц, являющихся контролирующими лицами Заемщика, и (или) кого-либо из лиц, имеющих право давать Заемщику обязательные для него указания, и (или) кого-либо из лиц, имеющих фактическую возможность определять действия Заемщика, и (или) кого либо из бенефициарных владельцев Заемщика».

Судом первой инстанции установлено, что через два месяца после покупки требования, руководствуясь указанным пунктом договора о досрочном возврате, должник начал возвращать ФИО1 денежные средства, предоставленные ФИО5 по договору займа, с процентами.

С 16.10.2017 по 05.08.2018 ООО УК «Дом-Мастер» перечислило ФИО1 денежные средства одиннадцатью платежами в общей сумме 123 200 967,67 руб. с назначением платежей «Возврат займа по договору уступки права (требования) по договору займа от 03.04.2017».

При этом судом учтено, что в 2016 году должник был привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения (Решение ИФНС России № 28 по городу Москве №14/2004 от 12.02.2016, далее - Решение ИФНС), должнику доначислено 191 832 304 руб. (с учетом всех пеней и штрафов).

Налоговый орган установил неправомерное включение ООО УК «Дом Мастер» в состав расходов по налогу на прибыль затрат в размере 463 854 102 руб. по взаимоотношениям с аффилированными ФИО5 компаниями.

Арбитражный суд города Москвы в решении от 26.12.2016 по делу № А40-146605/16 установил, что аффилированные с должником и ФИО5 подрядные организации, привлекали субподрядчиков, которые не могли выполнить какие-либо услуги и работы, поскольку являлись фирмами-однодневками, а все полученные от подрядчиков денежные средства (463 854 102 руб.), через ряд посредников (таких же фирм-однодневок), были направлены в оффшорные юрисдикции или сняты со счетов наличными.

При этом в период совершения налогового правонарушения контролирующим лицом, имеющим статус фактического бенефициара ООО УК «Дом-Мастер», являлся ФИО5

14.04.2017 по материалам ИФНС России № 28 по городу Москве и материалам органа дознания в отношении ФИО5 Главным следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве (ГСУ СК России по городу Москве) было возбуждено уголовное дело № 11702450048000026 по факту уклонения от уплаты налогов по деятельности ООО УК «Дом-Мастер» в особо крупном размере (пункт «б» части 2 статьи 199 УК РФ).

В целях прекращения производства по уголовному делу, а также в связи с необходимостью для этого уплаты в бюджетную систему Российской Федерации недоимки ООО УК «Дом Мастер» по налогу на прибыль организаций и налогу на добавленную стоимость, штрафа и пени, 03.04.2017 между ООО УК «Дом Мастер» в лице генерального директора Провоторовой Ириной Александровной и ФИО5 (далее - «Стороны») подписан спорный договор займа.

Согласно Разделу 4 договора займа от 03.04.2017 предоставленные по договору займа денежные средства носят целевой характер и должны быть направлены ООО УК «Дом Мастер» на погашение налогов и сборов, не погашенных на дату заключения договора займа.

По факту совершения сделки на расчетный счет ООО УК «Дом Мастер» поступили денежные средства в размере - 114 497 000 рублей.

После получения займа 16.05.2017 должником были перечислены денежные средства в размере 114 791 236 руб. в счет погашения задолженности перед уполномоченным органом.

Постановлением Руководителя следственного отдела ГСУ СК России по городу Москве от 26.07.2017 уголовное преследование по уголовному делу № 11702450048000026 в отношении ФИО5 было прекращено на основании части 1 статьи 28.1 УПК РФ в связи с уплатой в полном объеме недоимки, пеней и штрафов.

Из постановления о прекращении производства по уголовному делу следует, что ФИО5 указанными действиями создал фиктивный документооборот с мнимыми организациями (ООО «РЭК-3», ООО «ТРЭК-Центр», ООО «РЭК Центр», ЗАО «Аварийное     предприятие-ДМ»),     а    указанные    документы     с    внесёнными несоответствующими действительности сведениями использовались и в последующем в бухгалтерском и налоговом учёте по деятельности ООО УК «Дом-Мастер» под видом оплаты в действительности не выполнявшихся и не планируемых к исполнению данными контрагентами работ (оказанию услуг), а также не поставленного и не планируемого к поставке данными фиктивными организациями (ООО «РЭК- 3», ООО «ТРЭК-Центр», ООО «РЭКЦентр», ЗАО «Аварийное предприятие-ДМ») товара, что было включено в их стоимость суммы НДС, а якобы израсходованные (перечисленные/переданные) суммы отнесены к расходной части по деятельности налогоплательщика (ООО УК «Дом-Мастер»); при этом указанные расходы фактически не являлись экономически оправданными затратами, произведёнными для осуществления деятельности, направленной на законное получение дохода.

Согласно правовой позиции, сформированной в Определении Верховного суда Российской Федерации от 30.05.2023 № 305-ЭС22-2257(17), ФИО5 не отрицал цель финансирования им ООО УК «Дом-Мастер» для прекращения уголовного дела в связи с возмещением ущерба (часть 1 статьи 28.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Данный факт отражен и в судебных актах.

В отзыве на объединенные для совместного рассмотрения заявления о признании недействительным договора займа от 03.04.2017 и заявления о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу ФИО1, ФИО5 также указывал на то, что оспариваемый договор займа от 03.04.2017 был заключен в целях возмещения ООО УК «Дом-Мастер» вреда, причиненного ФИО5 в то время, когда он руководил обществом, и прекращения уголовного дела.

Общегражданское законодательство и законодательство о банкротстве основаны на различных подходах при определении недействительных сделок, так, в общегражданском законодательстве ограничения, установленные в специальном законодательстве о банкротстве, не применяются.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Как верно указал суд первой инстанции, ФИО5 признал, что в период его руководства ООО УК «Дом-Мастер» было совершено налоговое правонарушение в виде неправомерного включения ООО УК «Дом Мастер» в состав расходов по налогу на прибыль затрат в размере 463 854 102 руб. по взаимоотношениям с аффилированными компаниями, должнику доначислены налоги в размере 191 832 304 руб. (с учетом всех пеней и штрафов), причинен вред должнику и государству, в отношении ФИО5 как лица, ответственного за финансово-хозяйственную деятельность данной организации, возбуждено уголовное дело, а договор займа заключен для погашения задолженности перед бюджетом и прекращения в отношении ФИО5 уголовного дела в связи с возмещением ущерба от преступления.

Заемные правоотношения подпадают под правовое регулирование ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Обязанность возврата суммы займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, предусмотрена п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 808 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены требования к форме договора займа.

Суды сделали вывод о том, что в рассматриваемом случае спорная сделка имеет притворный характер, поскольку воля сторон сделки не была направлена на заявленную цель сделки (ст. 807 ГК РФ), ФИО5 действительно перечислил денежные средства ООО УК «Дом-Мастер», однако, правоотношений по займу не возникло в связи с тем, что реальная воля ФИО5 была направлена на перечисление денежных средств ООО УК «Дом Мастер» в счет возмещения вреда, причиненного обществу противоправными действиями его бенефициара (ФИО5) (пункт 5 статьи 10, статья 53.1 ГК РФ).

Судами сделан вывод о том, что действиями ФИО5 был причинен имущественный вред должнику, и, как следствие его кредиторам.

Оценивая обстоятельства дела, судами обращено внимание на тот факт, что ФИО5 досрочно не истребовал задолженность у должника, уступив права требования ФИО1 по цене 41 730 580,00 руб., тем самым зафиксировав для себя убыток по сделке на сумму 73 060 656,00 руб., что не является экономически обоснованным и подтверждает компенсационный характер финансирования и бенефициарное владение со стороны ФИО5

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отметила, что указанные обстоятельства выдачи займа имеют существенное значение для разрешения данного спора по существу, так как при их доказанности и квалификации сделки как притворной последствия ее недействительности влекут освобождение ООО УК «Дом-Мастер» от обязанности вернуть полученные от ФИО5 деньги.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации также отметила, что довод о том, что ФИО5 не мог возмещать обществу «Дом-Мастер» ущерб, так как его вина не установлена приговором суда, несостоятелен. Противоправное деяние совершается объективно, а судебным актом лишь подтверждается факт его совершения и вина причинителя вреда. Отсутствие судебного акта ни коим образом не мешало ФИО5 добровольно возместить вред без судебного принуждения.

Как верно указал суд первой инстанции сделка, оформленная в качестве договора целевого займа, таковой не являлась, поскольку она прикрывала действия контролирующего должника лица (коим до продажи общества ФИО1 являлся ФИО5) по возмещению причиненного им вреда обществу (пункт 5 статьи 10, статья 53.1 ГК РФ).

Суды также указали, что уже на момент перечисления ФИО1 денежных средств в размере 123 200 967,67 руб. по договору займа от 03.04.2017, права требования, по которому были уступлены ФИО5 в пользу ФИО1, ООО УК «Дом-Мастер» обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, что установлено судебными актами, принятыми в рамках дела о банкротстве УК «Дом-Мастер» по иным обособленным спорам.

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 09.11.2022 по делу № А40-274335/2019 по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлено, что момент объективного банкротства ООО УК «Дом Мастер» наступил не позднее 31.12.2015.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Аффилированность ФИО1 с ООО УК «Дом-Мастер» установлена преюдициальными судебными актами в рамках дела о банкротстве УК «Дом-Мастер», вступившими в законную силу: постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.09.2022; определением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.09.2022; определением Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.02.2023; определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.03.2022.

Оценивая обстоятельства дела, суд первой инстанции правильно установил, что уже после погашения задолженности перед бюджетом и прекращения уголовного дела в отношении ФИО5 в связи с возмещением ущерба от преступления, денежные средства ООО УК «Дом-Мастер» были изъяты из текущей выручки и выведены в пользу нового контролирующего лица - ФИО1

ФИО1, будучи конечным бенефицаром и лицом, контролирующим должника, действуя недобросовестно, осуществил возврат «займа» с единственной целью - вывода активов из неплатежеспособного ООО УК «Дом-Мастер» и причинения вреда имущественным правам кредиторов,  в то время как денежные средства, перечисленные ФИО5 в пользу должника возврату не подлежали в силу правовой природы возмещения вреда контролирующими лицами.

С учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что действия, направленные на встречное исполнение по ничтожной сделке - платежи, направленные на возврат суммы займа с процентами в пользу ФИО1, являются сделками, направленными на вывод активов неплатежеспособного должника в пользу контролирующего лица.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ФИО1, аналогичные доводам его кассационной жалобы, о том, что привлечение к субсидиарной ответственности и оспаривание сделки являются тождественными требованиями,  обоснованно отклонены апелляционным судом, как сделанные на ошибочном толковании норм материального права.

Применение последствий недействительности сделки имеет иную правовую природу, отличную от  субсидиарной  ответственности  контролирующего должника лица. Следовательно, ответственность за неисполнение гражданско-правовой сделки и за причинение вреда, несмотря на совпадение кредитора по данным обязательствам, имеет разную правовую природу, что, в свою очередь, делает возможным предъявление требований по каждому из оснований.

Данная позиция подтверждается  судебной практикой ,сложившейся на уровне высшей судебной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Между тем, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводы кассационной жалобы, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своего документарного подкрепления не нашли.

Изложенные в кассационной жалобе возражения свидетельствуют о несогласии с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 по делу № А40-274335/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий - судья                                       В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                   Е.Н. Короткова

  Д.В. Каменецкий