﻿/

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-26450/2018

06 февраля 2020 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2020 года. 

Полный текст постановления изготовлен 06 февраля 2020 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Николиной О.А.,

судей: Барской А.Л., Кореневой Т.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего Суртаева Николая Харитоновича на постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2019 года по делу № А33-26450/2018 Арбитражного суда Красноярского края,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Бутылиной Татьяны Николаевны (далее - Бутылина Т.Н., должник) 12.03.2019 финансовый управляющий должника – Суртаев Николай Харитонович (далее - финансовый управляющий Суртаев Н.Х.) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделки, оформленной актом от 20.11.2018 о передаче взыскателю - Банку ВТБ (ПАО) (далее - банк) нереализованного имущества должника и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу недвижимого имущества.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 13 мая 2019 года заявленное финансовым управляющим требование удовлетворено. Сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде обязания банка возвратить в конкурсную массу должника нежилое помещение с кадастровым номером 24:50:0500213:158, общей площадью 573, 6 кв. м, этаж 1, расположенное по адресу г. Красноярск, ул. Айвазовского, д. 16, стр. 7, пом. 1, а также земельный участок с кадастровым номером 24:50:0500213:182, доля в праве 56/100, общей площадью 2 522 кв. м, по адресу г. Красноярск, ул. Айвазовского.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2019 года определение суда первой инстанции от 13 мая 2019 года отменено. В удовлетворении требования отказано.

Не согласившись с принятым по делу постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий Суртаев Н.Х. обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции допущено неправильное применение норм материального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В отзыве на кассационную жалобу банк указывает на несостоятельность доводов, изложенных в жалобе, просит оставить в силе постановление суда апелляционной инстанции.

Федеральная налоговая служба в отзыве на кассационную жалобу выражает согласие с доводами финансового управляющего.

Заинтересованные в рассмотрении кассационной жалобы лица надлежащим образом уведомлены о времени и месте ее рассмотрения (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24 декабря 2019 года рассмотрение кассационной жалобы отложено до 15 часов 45 минут 23 января 2020 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв с 23.01.2020 до 16 часов 00 минут 30.01.2020, о чем сделано публичное извещение. После окончания перерыва представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание также не явились.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 24.04.2013 между АКБ «Банк Москвы» (кредитор) и ООО «Троян 2000» (заемщик) заключены кредитные договоры № 00060/15/43-13МБ, № 00060/15/52-13МБ, по условиям которых кредитор выдает заемщику кредит на сумму 4 500 000 рублей и 4 000 000 рублей (соответственно), с целью вложения в основные средства, используемые в бизнесе и на пополнение оборотных средств (пункты 1.1 кредитных договоров).

В качестве обеспечения исполнения ООО «Троян 2000» обязательств по кредитным договорам между АКБ «Банк Москвы» (залогодержатель) и Бутылиной Т.Н. (залогодатель) заключены договоры об ипотеке недвижимого имущества № 00060/19/53-13 от 24.04.2013, № 00060/19/44-13 от 24.04.2013, предметом которых выступало нежилое помещение с кадастровым номером 24:50:0500213:158, общей площадью 573, 6 кв. м, этаж 1, расположенное по адресу г. Красноярск, ул. Айвазовского, д. 16, стр. 7, пом. 1 (далее - нежилое помещение), а также земельный участок с кадастровым номером 24:50:0500213:182, доля в праве 56/100, общей площадью 2 522 кв. м, расположенный по адресу г. Красноярск, ул. Айвазовского (далее - земельный участок).

Заочным решением Центрального районного суда г. Красноярска от 13 июля 2015 года по делу № 2-3248/2015 с ООО «Троян 2000», Бутылина С.И., Бутылина Д.С., Бутылиной Т.Н., Коростелевой С.Н. в солидарном порядке в пользу АКБ «Банк Москвы» взыскана задолженность по кредитному договору № 00060/15/52-13МБ в размере 5 521 413 рублей 10 копеек. Обращено взыскание на заложенное имущество: нежилое помещение и земельный участок.

Определением Центрального районного суда г. Красноярска от 19 января 2018 года по делу № 2-3248/2015 произведена процессуальная замена взыскателя АКБ «Банка Москвы» правопреемником Банком ВТБ (ПАО).

По требованию об обращении взыскания на заложенное имущество судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство 13.12.2015. Имущество должника оценено на сумму 9 007 624 рубля.

По результатам проведения торгов имущество реализовать не удалось, в связи с чем 20.11.2018 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление, на основании которого составлен акт о передаче нереализованного имущества Банку ВТБ (ПАО) по цене на 10 процентов ниже стоимости, указанной в постановлении об оценке имущества, то есть - 6 755 718 рублей. Исполнительное производство окончено.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости право собственности должника на спорное недвижимое имущество прекращено 18.01.2019 на основании акта о передаче нереализованного имущества должника взыскателю от 20.11.2018.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника указал, что сделка по удовлетворению требования банка, обеспеченного залогом имущества должника, - по оставлению недвижимого имущества за банком в ходе исполнительного производства направлена на предпочтительное удовлетворение его требований.

Удовлетворяя заявленное требование, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной и применении последствий её недействительности в виде обязания банка возвратить в конкурсную массу должника спорное недвижимое имущество.

Отменяя определение суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о необходимости применения к данным правоотношениям положений пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротства, а также не усмотрев признаков осведомленности банка о наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами на момент совершения оспариваемой сделки отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего должником.

Проверив соответствие выводов Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзывах относительно жалобы, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

При оспаривании подобной сделки с учетом периода ее совершения не требуется доказывания осведомленности кредитора о неплатежеспособности должника и, следовательно, осознания им получения преимущества в удовлетворении большего, чем он получил бы в конкурсе.

Данный подход применим, в том числе при оспаривании сделки по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника (по оставлению недвижимого имущества за банком в ходе исполнительного производства) по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что заявление о признании Бутылиной Т.Н. несостоятельной (банкротом) принято Арбитражным судом Красноярского края - 30.10.2018, передача банку нереализованного на торгах имущества должника, в рамках исполнительного производства произошла - 20.11.2018, при этом государственная регистрация права собственности на недвижимое имущество за банком осуществлена - 18.01.2019. Таким образом, оспариваемая сделка была совершена уже после принятия судом заявления о признании должника банкротом, а государственная регистрация перехода права собственности на имущество осуществлена после признания должника банкротом (10.12.2018).

Суд кассационной инстанции отмечает, что поскольку в рассматриваемом случае действия сторон оспариваемой сделки по передаче имущества были направлены на переход права собственности на недвижимое имущество от должника к банку, а цель сделки была достигнута, когда в Единый государственный реестр недвижимости была внесена соответствующая запись о новом правообладателе и должник юридически утратил правомочия собственника, то моментом совершения сделки по передаче спорного недвижимого имущества банку следует считать момент регистрации перехода права собственности, то есть - 18.01.2019.

Следовательно, оспариваемая сделка подпадает под период предпочтительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, для установления признаков предпочтительного удовлетворения требований банка перед другими кредиторами должника в рассматриваемом случае необходимо учитывать положения пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, устанавливающие правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица - залогодателя.

По смыслу данной нормы, если в залоге находится имущество целиком, то восемьдесят процентов вырученных средств подлежат направлению залоговому кредитору.

В соответствии с абзацем четвертым данного пункта из оставшихся средств десять процентов (далее – «проценты на расходы») направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога. Оставшиеся от «процентов на расходы» средства подлежат направлению на расчеты с залоговым кредитором (абзац шестой названного пункта).

В силу абзаца третьего пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве другие десять процентов (далее – «другие десять процентов») направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований.

В абзаце пятом этого же пункта указано, что при отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) «другие десять процентов» включаются в конкурсную массу. Указание законом на включение названных средств в конкурсную массу означает, что они также подлежат распределению с учетом приоритета залогового кредитора (статьи 18.1, 134 и 138 Закона о банкротстве) при условии, что обеспеченное залогом требование не было удовлетворено в полном объеме. Именно такое толкование названной норме дано в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2018 № 305-ЭС18-15086(1,2) и от 24.12.2018 № 304-ЭС18-13615.

Учитывая указанное правовое регулирование, денежные средства, вырученные от продажи заложенного имущества в процедуре банкротства должника, с учетом отсутствия у него кредиторов первой и второй очереди, в любом случае в размере 10 процентов («проценты на расходы») от стоимости реализованного имущества подлежали бы направлению на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка по удовлетворению требования банка, обеспеченного залогом имущества должника (оставление предмета залога за собой в ходе исполнительного производства) совершена с предпочтением, является правильным.

Несмотря на то, что в предмет доказывания не подлежал включению вопрос об осведомленности банка о признаках неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемой сделки (дату регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к банку), суд округа соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии такой осведомленности, что подтверждается получением банком копии заявления о признании должника банкротом 01.11.2018, размещением в картотеке арбитражных дел информации о принятии данного заявления к производству суда (01.11.2018), а также решением суда о введении  в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина. 

Вопреки выводам суда апелляционной инстанции положения пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве не применимы к рассматриваемым правоотношениям, поскольку, как верно отмечено судом первой инстанции, пункт 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве распространяется на обычные (ординарные) денежные платежи в рамках исполнения должником обязательств по кредитному договору, которые не отличались по срокам и размеру от платежей, подлежащих выплате по условиям кредитного договора, тогда как в рассматриваемом случае, предметом оспариваемой сделки является сделка по оставлению предмета залога за собой в ходе исполнительного производства.

Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции основаны на неверном толковании норм Закона о банкротстве.

Приведенный в обжалуемом судебном акте пример судебной практики не может иметь юридического значения, поскольку относится к делу с иными фактическими обстоятельствами, в котором оспаривался денежный платеж.

С учетом указанного, а также обстоятельств настоящего обособленного спора, у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

При таких обстоятельствах, суд округа полагает возможным в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2019 года по делу № А33-26450/2018 Арбитражного суда Красноярского края отменить, определение Арбитражного суда Красноярского края от 13 мая 2019 года по делу № А33-26450/2018 оставить в силе.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2019 года по делу № А33-26450/2018 Арбитражного суда Красноярского края отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Красноярского края от 13 мая 2019 года по тому же делу.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 

Судьи

О.А. Николина 

А.Л. Барская 

Т.И. Коренева