Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А24-2257/2023

г. Владивосток

03 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 апреля 2024 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 03 апреля 2024 года.  Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Т.В. Рева, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,  

апелляционное производство № 05АП-1641/2024 на определение от 14.02.2024 судьи А.С. Павлова по делу № А24-2257/2023 Арбитражного суда Камчатского края 

по заявлению ФИО1 о признании недействительными решений  собрания кредиторов от 23.11.2023,  

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Восточный  актив» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, правопреемник публичного  акционерного общества «Сбербанк России») о признании общества с ограниченной  ответственностью «Рыбоперерабатывающий завод «Сокра» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

при участии: в отсутствие участвующих в деле лиц, 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Камчатского края через систему «Мой Арбитр» 17.05.2023  поступило заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее -  ПАО «Сбербанк», банк) о признании общества с общества с ограниченной  ответственностью «Рыбоперерабатывающий завод «Сокра» (далее - должник, общество,  ООО «РПЗ «Сокра») несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 30.05.2023 заявление принято к производству. 

Определением суда от 21.07.2023 к участию в рассмотрении требований в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Верфь братьев Нобель»  (далее – ООО «Верфь братьев Нобель»).  

Определением суда от 21.08.2023 (дата объявления резолютивной части) в порядке  процессуального правопреемства произведена замена заявителя по делу № А24-2257/2023  

с ПАО «Сбербанк» на общество с ограниченной ответственностью «Восточный актив»  (далее – ООО «Восточный актив»).  

Определением суда от 21.08.2023 к рассмотрению заявленных требований в  качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Тимару»,  ФИО1 (далее – заявитель, апеллянт), ФИО2, ФИО3.  

Протокольным определением от 18.09.2023 суд исключил ФИО2 из числа  третьих лиц.  

Определением суда от 25.09.2023, оставленным в силе постановлением Пятого  арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023, отказано в удовлетворении ходатайства  ООО «РПЗ «Сокра» об оставлении без рассмотрения заявления о признании должника  банкротом, признано обоснованным заявление ООО «Восточный актив» о признании  несостоятельным (банкротом) ООО «РПЗ «Сокра»; введена процедура наблюдения  сроком на три месяца в отношении ООО «РПЗ «Сокра»; в третью очередь реестра  требований кредиторов должника (далее – реестр) включены требования  ООО «Восточный актив» в размере 1 050 402 274 руб. 51 коп. (основной долг), из них  975 402 274 руб. 51 коп. (основной долг) как требования, обеспеченные залогом  имущества должника; временным управляющим должником утвержден ФИО4.  

Определением суда от 08.12.2023 к участию в деле № А24-2257/2023 привлечен  ФИО1 на основании пункта 4 статьи 34 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Решением суда от 09.12.2023 ООО «РПЗ «Сокра», оставленным в силе  постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2023, признано  несостоятельным (банкротом), прекращена процедура наблюдения; в отношении  должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев; рассмотрение  отчета конкурсного управляющего назначено на 03.06.2024.  

Определением суда от 04.12.2023 (резолютивная часть) конкурсным управляющим  должником утвержден арбитражный управляющий ФИО5  (далее – конкурсный управляющий).  

В арбитражный суд через систему «Мой Арбитр» 01.12.2023 поступило заявление  ФИО1 о признании недействительными решений собрания кредиторов должника  от 23.11.2023 об обращении в суд с ходатайством о признании должника банкротом и  выборе саморегулируемой организации - союз арбитражных управляющих  «Национальный центр реструктуризации и банкротства» (далее - САУ «НЦРБ»).  Впоследствии от ФИО1 поступило ходатайство об оставлении заявления без  рассмотрения.  

Определением суда от 14.02.2024 отказано в удовлетворении ходатайства об  оставлении заявления без рассмотрения, заявления о признании недействительными  решений собрания кредиторов от 23.11.2023.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в  арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение в  части отказа в удовлетворении ходатайства об оставлении заявления без рассмотрения  и/или отменить определение в части отказа в признании недействительными решений  собрания кредиторов от 23.11.2023 по вопросам об обращении в суд с ходатайством о  признании должника банкротом и выборе саморегулируемой организации  САУ «НЦРБ». В обоснование апелляционной жалобы приведены следующие доводы.  

1. В нарушение подпункта 1 пункта 1 статьи 148 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд первой инстанции отказал в  удовлетворении ходатайства ФИО1 об оставлении заявления без рассмотрения,  несмотря на то, что на момент рассмотрения данного заявления суд первой инстанции в  

рамках трех судебных актов уже решил спор, явившийся основанием подачи заявления  ФИО1: решение Арбитражного суда Камчатского края от 04.12.2023 по делу   № А24-2257/2023, определения Арбитражного суда Камчатского края от 04.12.2023 по  делу № А24-2257/2023, от 19.01.2024 по делу № А24-2257/2023, в которых суд занял  правовую позицию о действительности решений собрания кредиторов от 23.11.2023.  

2. В нарушение пункта 12 Обзора судебной практики разрешения споров,  связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), и статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) суд первой инстанции  признал действительными решения собрания кредиторов от 23.11.2023, на котором  единственным голосующим кредитором оказалось ООО «Восточный актив» – лицо,  которое не имеет правомерного интереса в процедуре банкротства должника, поскольку  ООО «Восточный актив» перед этим длительное время вело себя как потенциальный  покупатель 100% долей в уставном капитале должника и уже после инициирования  банком банкротства должника прибрело у банка требования о возврате кредита по  номинальной стоимости с неправомерной целью получения контроля над активами  должника (прежде всего квотами на вылов рыбы), стоимость которых заведомо  превышает размер приобретенных ООО «Восточный актив» требований.  

Суд не учел, что кредитор преследует неправомерную цель получения контроля  над активами ООО «РПЗ «Сокра» через процедуру банкротства. Для голосования в  собрании кредиторов должника наряду с независимыми кредиторами необходимо, чтобы  у него был правомерный интерес (правомерная цель) - невозможность ранее (задолго до  возбуждения дела о банкротстве) кредитовавшего должника кредитора получить полное  удовлетворение своих требований иначе, чем как с помощью процедуры банкротства  (определение от 25.01.2017 № 305-ЭС16-15945). По убеждению апеллянта, в данном  случае такого правомерного интереса нет, так как целью кредитора является незаконный  передел собственности ООО «РПЗ «Сокра». С февраля 2022 года лица, представлявшиеся  как действовавшие в интересах ФИО6, вели с ФИО1  переговоры о покупке долей в уставном капитале должника, формальным покупателем по  итогам которых должно было стать именно ООО «Восточный актив». В этих переговорах  также участвовало ПАО «Сбербанк» как крупнейший кредитор ООО «РПЗ «Сокра»;  кредитным комитетом банка 22.03.2023 одобрена продажа кредитору долей в капитале  должника. ООО «Восточный актив» в апреле 2023 года прекратило общение по покупке  долей в ООО «РПЗ «Сокра»; 11.04.2023 ФИО7 в переписке с  ФИО1 направил ему проект договора купли-продажи долей, однако уже  12.04.2023 он сообщил ФИО1: «инвестор решил вчера что сделки не будет».  ООО «Восточный актив» заключило 11.05.2023 договор с банком о покупке кредитором  всех требований банка по кредитам должника,; 14 июля 2023 года  ООО «Восточный актив» уплатило банку за купленные у него требования к  ООО «РПЗ «Сокра» сумму, равную номиналу всех уступленных требований. Апеллянт  указал, что, если ООО «Восточный актив» действительно считает, что ООО «РПЗ «Сокра»  является неплатежеспособным, то поведение кредитора выглядит неразумно, так как он  уплатил номинал за требование к банкротам, хотя в силу якобы имеющегося банкротства  он никогда не сможет получить полное удовлетворение своих требований. В ситуации  реальной неплатежеспособности дебитора, в отношении которого возбуждено дело о  банкротстве, покупка требования к нему по номиналу означает на самом деле дарение  ввиду того, что реальная стоимость такого требования явно ниже его номинала  (определение от 01.12.2015 № 305-ЭС15-5505, постановление от 23.10.2017   № Ф02-5007/2017, определение от 17.11.2015 № 305-ЭС15-1422, комментарии  ФИО8, абзац 10 пункта 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с  

удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя»).  Единственным возможным объяснением цели покупки кредитором требований к  ООО «РПЗ «Сокра» является то, что он на самом деле не считает общество и ее  поручителей банкротами, а планирует с помощью процедуры банкротства получить  контроль над активами ООО «РПЗ «Сокра», намного превышающими размер требований  ООО «Восточный актив», и получить их в свою собственность по заниженной цене.  Подтверждением того, что изначально дело о банкротстве ООО «РПЗ «Сокра»  возбуждено банком в интересах ООО «Восточный актив» является то, что выбранная  банком саморегулируемая организация предложила кандидатуру временного  управляющего из Краснодарского края – региона, к которому не имеют никакого  отношения ни ООО «РПЗ «Сокра», ни кредитовавший его банк, зато из которого  происходит ООО «Восточный актив». Одним из представителей в судах кредитора стала  ФИО9. Компания «Мантера», участвовавшая в покупке ООО  «РПЗ «Сокра» на стороне ООО «РПЗ «Сокра», распространяет среди потенциальных  покупателей предложение купить у нее общество по цене в 2 млрд руб. Представители  ООО «Восточный актив» отказываются отвечать на наш вопрос о том, где компания взяла  1,3 млрд руб. на покупку у банка требований к обществу. Мораторные проценты  выплачиваются только после полного удовлетворения всех включенных в реестр  требований и потому происходит это крайне редко.  

Определением апелляционного суда от 22.03.2024 апелляционная жалоба принята к  производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 02.04.2024.  

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступил отзыв на  апелляционную жалобу, в котором он просил отказать в удовлетворении апелляционной  жалобы и оставить обжалуемый судебный акт без изменения.  

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о  банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,  явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в  порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК  РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в  АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статей  266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального  и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об  отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.  

Коллегией установлено, что согласно сообщению ЕФРСБ № 12883637 от  07.11.2023 временный управляющий уведомил о проведении собрания кредиторов  ООО «РПЗ «Сокра» 23.11.2023 в 15 часов 00 минут по местному времени по адресу:  

<

...>, со  следующей повесткой дня:  

1. Отчет временного управляющего; 2. Образование комитета кредиторов; 2.1. Определение количественного состава комитета кредиторов; 

2.2. Отнесение к компетенции комитета кредиторов вопросов, решения по которым  может принимать комитет кредиторов;  

2.3. Избрание членов комитета кредиторов; 3. Избрание представителя собрания кредиторов; 

4. Выбор реестродержателя из числа аккредитованных саморегулируемой  организацией арбитражных управляющих реестродержателей;  

5. О применении дальнейшей процедуры банкротства; 

6. Определение места проведения последующих собраний кредиторов  ООО «РПЗ «Сокра»;  

7. Выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из  членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего;  

8. Определение периодичности проведения собрания (комитета) кредиторов. 

Начало регистрации участников собрания кредиторов: 23.11.2023 в 14 часов 30  минут по местному времени; окончание регистрации участников собрания кредиторов:  23.11.2023 в 15 часов 00 минут по местному времени.  

Из сообщения ЕФРСБ № 13032285 от 24.11.2023 следует, что собранием  кредиторов ООО «РПЗ «Сокра», проведенным 23.11.2023, приняты следующие решения:  

1. Принять к сведению отчет временного управляющего; 2. Не образовывать комитет кредиторов; 2.1. По вопросу голосование не проводилось; 2.2. По вопросу голосование не проводилось; 2.3. По вопросу голосование не проводилось; 3. Не избирать; 4. Обязать возложить на арбитражного управляющего; 

5. Обратиться в арбитражный суд с ходатайством о признании ООО «РПЗ «Сокра»  банкротом и об открытии конкурсного производства;  

6. По месту нахождения должника; 7. САУ «НЦРБ»; 8. Раз в шесть месяцев. 

Согласно протоколу № 1 собрания кредиторов ООО «РПЗ «Сокра» от 23.11.2023 на  собрании кредиторов присутствовали участники собрания кредиторов с правом голоса: от  ООО «Восточный актив» - ФИО10 по доверенности от  21.11.2023 (сумма требований - 1 612 554 475,17 руб., 99,349 % от реестра); от УФНС  России по Камчатскому краю - ФИО11 по доверенности от 04.09.2023  (сумма требований - 10 032 725,69 руб., 0,618 % от реестра). Представитель УФНС России  по Камчатскому краю перед голосованием заявил, что отказывается от участия в  голосовании в связи с неутвержденной с руководителем уполномоченного органа  позицией.  

ФИО1 оспорены решения собрания кредиторов от 23.11.2023 по вопросам   №№ 5, 7 со ссылкой на то, что ООО «Восточный актив» не имело права голосовать на  собрании.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

По правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства, в  том числе, о разногласиях, возникших между арбитражным управляющим и кредиторами,  рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения  указанных заявлений, ходатайств арбитражным судом выносится определение.  

Как указано в пункте 4 статьи 15 Закона о банкротстве, в случае, если решение  собрания кредиторов нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о  банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, третьих  лиц либо принято с нарушением установленных настоящим Федеральным законом  пределов компетенции собрания кредиторов, такое решение может быть признано  недействительным арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, по  заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном  процессе по делу о банкротстве, или третьих лиц. Заявление о признании решения  собрания кредиторов недействительным может быть подано лицом, уведомленным  надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, принявшего такое решение, в  

течение двадцати дней с даты принятия такого решения. Заявление о признании решения  собрания кредиторов недействительным может быть подано лицом, не уведомленным  надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, принявшего такое решение, в  течение двадцати дней с даты, когда такое лицо узнало или должно было узнать о  решениях, принятых данным собранием кредиторов, но не позднее чем в течение шести  месяцев с даты принятия решения собранием кредиторов.  

Таким образом, при рассмотрении вопроса о недействительности решений  собрания кредиторов в предмет доказывания входит установление следующих  обстоятельств, а именно: нарушены ли права и законные интересы лиц, участвующих в  деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве,  третьих лиц; принято ли решение с нарушением установленных Законом о банкротстве  пределов компетенции собрания кредиторов.  

В силу пункта 1 статьи 14 Закона о банкротстве собрание кредиторов созывается  по инициативе арбитражного управляющего, комитета кредиторов, конкурсных  кредиторов и (или) уполномоченных органов, права требования которых составляют не  менее чем десять процентов общей суммы требований кредиторов по денежным  обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований  кредиторов, одной трети от общего количества конкурсных кредиторов и  уполномоченных органов.  

На основании пунктов 1, 4 статьи 12 Закона о банкротстве организация и  проведение собраний кредиторов осуществляется арбитражным управляющим.  Участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы и  уполномоченные органы, требования которых включены в реестр требований кредиторов  на дату проведения собрания кредиторов. В собрании кредиторов вправе участвовать без  права голоса представитель работников должника, представитель учредителей  (участников) должника, представитель собственника имущества должника - унитарного  предприятия, представитель саморегулируемой организации, членом которой является  арбитражный управляющий, утвержденный в деле о банкротстве, представитель органа по  контролю (надзору), которые вправе выступать по вопросам повестки собрания  кредиторов. Собрание кредиторов правомочно в случае, если на нем присутствовали  конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, включенные в реестр требований  кредиторов и обладающие более чем половиной голосов от общего числа голосов  конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований  кредиторов.  

Согласно пункту 1 статьи 15 Закона о банкротстве решения собрания кредиторов  по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от  числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на  собрании кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.  

В силу пункта 2 статьи 12 Закона о банкротстве обращение в арбитражный суд с  ходатайством о признании должника банкротом и об открытии конкурсного  производства; выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из  членов которой арбитражным судом утверждается арбитражный управляющий, относятся  к исключительной компетенции собрания кредиторов.  

В пункте 12 Обзора от 29.01.2020 изложена следующая правовая позиция. 

Поскольку по общему правилу контролирующее должника лицо и  аффилированные с должником лица имеют общий с должником интерес, отличный от  интереса независимых кредиторов, учет их голосов при последующем выборе  кандидатуры арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) приводит к  тому, что установленный действующим правовым регулированием механизм  предотвращения потенциального конфликта интересов не достигает своей цели.  

Из этого же исходят и пункт 2 статьи 126 и пункт 1 статьи 129 Закона о  банкротстве, предусматривающие после признания должника банкротом прекращение  

полномочий акционеров по избранию руководителя должника и передачу полномочий по  выбору нового руководителя в виде конкурсного управляющего к компетенции собрания  кредиторов.  

Таким образом, с учетом пункта 1 статьи 6 ГК РФ, абзаца 6 пункта 2 статьи 12,  пункта 5 статьи 37 и статьи 126 Закона о банкротстве решение о кандидатуре  арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) в ходе любой процедуры  банкротства должно приниматься кредиторами, не являющимися лицами,  контролирующими должника или аффилированными с ним.  

При определении кворума для работы собрания по вопросу определения  кандидатуры арбитражного управляющего в общее число голосов конкурсных кредиторов  и уполномоченных органов, включенных в реестр, должны быть включены только голоса  всех кредиторов, включенных в реестр, за исключением аффилированных по отношению  к должнику (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2023   № 305-ЭС21-4592).  

Из материалов дела следует, что решения по пятому и седьмому вопросам  повестки собрания кредиторов должника приняты фактически представителем  конкурсного кредитора должника - ООО «Восточный актив».  

Из материалов дела о банкротстве должника следует, что требования  ООО «Восточный актив» включены в третью очередь реестра на основании следующих  судебных актов:  

- определение суда от 18.09.2023 (резолютивная часть): 1 050 402 274 руб. 51 коп.  (основной долг), из них 975 402 274 руб. 51 коп. (основной долг) - требования,  обеспеченные залогом имущества должника, оставленное без изменения постановлением  апелляционного суда от 19.12.2023, кассационного суда от 12.03.2024;  

- определение суда от 26.10.2023 (резолютивная часть): 297 564 297 руб. 52 коп.  282 700 000 руб. – основной долг, 8 338 958 руб. 90 коп. – проценты за пользование  займом, 6 525 335 руб. 62 коп. – неустойка; оставленное без изменения постановлением  апелляционного суда от 26.03.2024;  

- определение суда от 08.11.2023(резолютивная часть): 213 943 235 руб. 32 коп.  (133 584 159 руб. 02 коп. – просроченная задолженность по процентам и плате за  использование лимита, 80 359 076 руб. 30 коп. – неустойка), из них 205 006 479 руб. 89  коп. (131 580 049 руб. 44 коп. – просроченная задолженность по процентам и плате за  использование лимита, 73 426 430 руб. 45 коп. – неустойка) как требования, обеспеченные  залогом имущества должника. Постановлением апелляционного суда от 14.03.2024 принят  отказ ООО «Восточный актив» от требований в размере 588 530 руб. 16 коп. как  обеспеченных залогом имущества должника; в остальной части данное определение суда  оставлено без изменения;  

- определение суда от 08.11.2023 (резолютивная часть): 137 529 082 руб. 74 коп.,  оставленное без изменения постановлением апелляционного суда от 14.03.2024.  

В данных судебных актах, а также в решении суда от 09.12.2023, оставленном без  изменения постановлением апелляционного суда от 24.02.2024, исследованы  правоотношения кредитора и должника, в результате чего суды пришли к следующим  выводам.  

Доводы участвующих в деле лиц о том, что интерес ООО «Восточный актив» – это  не интерес независимого кредитора, а интерес лица, которое хочет получить  корпоративные права в отношении ООО «РПЗ «Сокра», оценены как документально  неподтвержденные.  

По пояснениям представителя заявителя, озвученным в суде апелляционной  инстанции, мотивом приобретения ООО «Восточный актив» по номинальной стоимости  требований ПАО «Сбербанк» к должнику явилось то, что они обеспечены залогом  ликвидного имущества должника, банк выразил прямое намерение подавать заявление о  банкротстве должника, при этом у ООО «Восточный актив» имелись собственные  

требования к должнику на 300 млн. (включены в реестр определением суда от 02.11.2023  по делу № А24-2257/2023), не обеспеченные залогом его имущества, в связи с чем  приобретение требований банка к должнику имело целью получение возможности влиять  на процедуру банкротства, на эффективную реализацию имущества должника, от продажи  которого будут погашены как залоговые, так и не залоговые требования заявителя. Также  отмечено, что по своей сумме приобретенные требования являются значительными, что  влечет возможность начисления значительных по размеру мораторных процентов.  

Обоснованность и достоверность этих пояснений иными участвующими в деле  лицами надлежащим образом не опровергнута (в том числе и при рассмотрении  настоящей апелляционной жалобы).  

Таким образом, как заключили суды, несостоявшееся намерение заявителя по делу  стать собственником ООО «РПЗ «Сокра», на что указывает ФИО1 и иные лица, не  исключает законный материальный интерес ООО «Восточный актив» возвратить  денежные средства, которые были переданы должнику по договорам займа до даты  возбуждения дела о банкротстве должника по заявлению ПАО «Сбербанк». В данном  случае коллегия не признала правомерной позицию ФИО1 и иных участвующих в  деле лиц о том, что приобретение ООО «Восточный актив» права требования к должнику  по номинальной стоимости и получение в связи с этим полагающихся мажоритарному  кредитору прав является злоупотреблением правом, в том числе учитывая, что это не  запрещено законом.  

Доводы представителя ФИО1 и ФИО3 (участники должника) о том,  что недобросовестные цели ООО «Восточный актив» по введению процедуры и  включению требований в реестр связаны с тем, что посредством банкротства поручителей  и утверждения в их делах о банкротстве зависимых от заявителя арбитражных  управляющих станет возможным заключение мирового соглашения, по которому все  активы должника перейдут заявителю, документально не обоснованы, оценены как  имеющие предположительный характер. Кроме того, утверждение мирового соглашения  является прерогативой суда.  

При рассмотрении настоящей апелляционной жалобы судебная коллегия не нашла  оснований для иной оценки доводов апеллянта. Представленные в материалы настоящего  дела доказательства не подтверждают того, что кредитор преследовал неправомерную  цель получения контроля над активами должника, которая не позволяла ООО «Восточный  актив» требовать признания ООО «РПЗ «Сокра» банкротом.  

Представленное в материалы дела о банкротстве общества юридическое  заключение ФИО12 оценено как не являющееся относимым и допустимым  доказательством, так как оно содержит личное мнение автора об оценке доказательств, о  применении норм права, при этом ФИО12 представителем по правилам АПК РФ  кого-либо из лиц, участвующих в деле, не является, иное из материалов дела не следует.  Правовая квалификация правоотношений лиц, участвующих в деле, относится к  исключительной компетенции суда. Кроме того, изложенные в заключении выводы  сделаны с учетом допущений, что процедура банкротства используется в  недобросовестных целях (1), кредитор является контролирующим или аффилированным  лицом (2), отсутствуют разумные экономические мотивы приобретения права требования  банка (3), которые надлежащего документального подтверждения не нашли.  

Из переписки ФИО7 с ФИО1 от 11-12.04.2023 и иных имеющихся  в деле доказательств усматривается, что переговоры на покупку доли прекращены после  того, как ПАО «Сбербанк» 10.01.2023 потребовало возвратить предоставленный кредит,  что согласуется с приведенными выше пояснениями представителя заявителя.  

Иные представленные ФИО1 в материалы дела о банкротстве общества  доказательства, в том числе проекты договора купли-продажи долей в уставном капитале  ООО «РПЗ «Сокра», письма, презентация ООО «Мантера», статьи в газете, возражения  АО «Комкон», вопреки позиции апеллянта, не свидетельствуют о том, что возможное  

намерение у ООО «Восточный актив» приобрести у ФИО1 и другого участника  должника (ФИО3) доли в уставном капитале общества по цене от  2,7 млрд. руб. до 800 млн. руб. и дальнейший отказ от этой сделки с совершением сделки  уступки по приобретению у банка прав требования к обществу по кредитным договорам  по номинальной стоимости за 1,3 млрд. руб. и, как следствие, получение в связи с этим  полагающихся мажоритарному кредитору прав, является злоупотреблением правом. При  этом названные действия кредитора, с учетом приведенных выше пояснений  представителя заявителя о мотивах таких решений, согласуются с правами и интересам  самого кредитора. То, что они не соответствуют личным интересам участников должника,  имевших намерение продать свои доли в уставном капитале общества (апеллянта и  ФИО3), которое оказалось не реализованным, само по себе не может быть  отнесено к надлежащим доказательствам наличия у кредитора неправомерного интереса,  отличного от правомерных интересов независимых кредиторов. Ссылка апеллянта на то,  что этот неправомерный интерес связан с желанием с помощью процедуры банкротства  получить контроль над активами общества (и в делах о банкротстве ее поручителей –  долями в уставном капитале должника), намного превышающими размер требований  ООО «Восточный актив», и получить их в свою собственность по заниженной цене (по  гораздо более низкой цене, чем ранее велись переговоры), надлежащими  доказательствами не подтверждена (поскольку действительная стоимость активов  общества может быть установлена только после их реализации и погашения требований  не только заявителя, но и требований иных кредиторов, в том числе текущих) и  противоречит иным пояснениям самого апеллянта (так, апеллянт указывает, что  последняя договорная цена продажи принадлежащих ему и ФИО3 долей в  уставном капитале общества была согласована в размере 800 млн. руб., что не ниже, как  указывает апеллянт, а выше цены, уплаченной кредитором банку по договору уступки).  

Доводы о том, что кредитором не раскрыты сведения об источнике и условиях  получения ООО «Восточный актив» денежных средств на покупку требований ПАО  «Сбербанк», были предметом оценки Пятого арбитражного апелляционного суда при  рассмотрении вопросов о введении процедуры наблюдения, обоснованности требований  кредитора и включении их в реестр. Данные доводы признаны апелляционным судом  несостоятельными, так как они направлены на преодоление преюдициальности  вступившего в законную силу определения от 25.08.2023, в котором судом установлено,  что заключенный между ПАО «Сбербанк» и кредитором договор уступки содержит все  необходимые условия (сведения об обязательстве, из которого возникло уступаемое  право), соответствует нормативному регулированию, закрепленному в главе 24 ГК РФ  (параграф 1) и является достаточным доказательством перемены лица (взыскателя) в  материальном правоотношении, что, в свою очередь, является условием для  процессуального правопреемства.  

Оснований для заключения иных выводов в настоящем деле у суда апелляционной  инстанции не имеется. Кроме того, апеллянтом не приведено надлежащего обоснования  тому, какое правовое значение для разрешения настоящего спора, а также для  рассмотрения заявленных апеллянтом возражений имеет источник и условия получения  кредитором денежных средств на покупку требований банка.  

Ссылка апеллянта на судебную практику, подтверждающую, по его мнению,  недобросовестность кредитора при заключении уступки, подлежит отклонению,  поскольку в приведенных апеллянтом судебных актах имели место иные обстоятельства.  В настоящем деле коллегией не установлены сведения о том, что предъявлены иски о  взыскании задолженности по договору уступки, о его оспаривании, в том числе в деле о  банкротстве либо имеются основания полагать, что при заключении уступки ООО  «Восточный актив» и ПАО «Сбербанк» намеревались заключить сделку по дарению права  требования, что не опровергает также отсутствие злоупотребления правом в действиях  кредитора.  

Также в подтверждение позиции об отсутствии у ООО «Восточный актив» права  голосовать на собрании кредиторов должника по вопросу о признании общества  банкротом апеллянт указал на то, что требования ООО «Восточный актив» подлежат  субординации, так как в соответствии с позицией Верховного Суда Российской  Федерации требования лица, вкладывающего средства в компанию с целью стать ее  участником, подлежат субординации даже в том случае, когда впоследствии такое лицо не  стало ее участником.  

Отклоняя эти доводы, суды руководствовались нижеследующим. Правовые позиции о субординации требований изложены в Обзоре от 29.01.2020. 

В частности согласно пункту 3 данного Обзора требование контролирующего  должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других  кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено  должнику в ситуации имущественного кризиса. В пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020  раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора,  являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит  удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной  квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на  фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки  погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.  

При этом действующее законодательство о банкротстве, с учетом пункта 2 Обзора  от 29.01.2020, не содержит положений, согласно которым заинтересованность  (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во  включении в реестр требовании кредиторов либо основанием для понижения очередности  удовлетворения требовании аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским  обязательствам, не являющихся корпоративными.  

При рассмотрении указанных споров участвующими в деле лицами не приведено  надлежащего обоснования тому, что предъявленные кредитором к включению в реестр  требования, основанные на кредитных договорах, заключенных должником с ПАО  «Сбербанк» (замененного в дальнейшем на ООО «Восточный актив»), относятся к  компенсационному финансированию должника со стороны банка либо их приобретение  ООО «Восточный актив» является способом компенсационного финансирования  должника в том смысле, который заложен в Обзоре от 29.01.2020.  

Надлежащих доказательств отнесения ПАО «Сбербанк» к аффилированному по  отношению к должнику лицу и/или отнесения банка к числу контролирующих должника  лиц в дело не представлено ни при рассмотрении заявления кредитора о признании  должника банкротом, ни при рассмотрении отчета временного управляющего, а также в  рамках рассматриваемого апелляционного производства.  

Приведенные ООО «Верфь братьев Нобель» в одном из споров доводы об  обратном со ссылкой на то, что ООО «Сбербанк инвестиции» принадлежит 5% долей в  уставном капитале должника, признаны необоснованными.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника ООО «Сбербанк инвестиции»  стало участником должника 06.09.2021, то есть в период заключения должником с банком  кредитных договоров. Согласно пункту 1.1 нотариально удостоверенных договоров залога  долей в уставном капитале ООО «РКЗ «Сокра» права участников общества, вытекающие  из права собственности на предмет залога, включая право на получение части прибыли  общества, осуществляют залогодатели (что апеллянтом и иными участвующими в деле  лицами не оспаривается).  

Доказательств того, что банк и/или ООО «Сбербанк инвестиции» при  приобретении 5% в уставном капитале общества преследовали цель участия в  распределении прибыли либо ООО «Сбербанк инвестиции» совершило действия,  выходящие за пределы обычных интересов кредитора-залогодержателя, в дело не  представлено. Также в деле отсутствуют доказательства того, что названные лица  

оказывали влияние на деятельность должника, осуществляли его контроль, входили с  должником в одну группу лиц либо имеет общих бенефициаров.  

Таким образом, включенные в реестр определением суда от 25.09.2023 требования  приобретены ООО «Восточный актив» у независимого от должника кредитора. Из  имеющихся в деле доказательств, в том числе представленных в дело при рассмотрении  отчета временного управляющего не усматривается, что такое приобретение было  направлено на предоставление должнику компенсационного финансирования, для  которого характерно следующее: приобретение требования у независимого кредитора  осуществляется в период, когда должник находится в состоянии имущественного  кризиса, что позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение  относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового  благополучия, что исключает необходимость подачи заявлении о банкротстве; в такой  ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что  должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном  счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности  (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020, пункт 17 обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 25.11.2020).  

В данном конкретном деле права требования к должнику приобретены ООО  «Восточный актив» у банка по договору уступки прав (требований) от 11.05.2023 № 1, по  условиям которого права (требования) к цессионарию переходят только после уплаты в  полном объеме цены договора, что осуществлено ООО «Восточный актив» уже после  возбуждения по заявлению банка настоящего дела о банкротстве должника, при этом  позиция правопреемника (ООО «Восточный актив») по данному делу, поддержавшему  заявление банка и возражающего по доводам должника и иных присоседившихся к нему  лиц, не свидетельствует о намерении кредитора предоставить должнику какую-либо  отсрочку погашения долга и тем самым прекратить производство по делу о банкротстве,  ввести третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и т.д., что  характерно для компенсационного финансирования.  

Само по себе предоставление ранее заявителем займов должнику об обратном не  свидетельствует. Также об этом не свидетельствует то, что кредитор вкладывал средства в  общество с целью стать его участником (как указал ФИО1). ООО «Восточный  актив» участником ООО «РПЗ «Сокра» не являлось и не является.  

Ссылка апеллянта на разъяснения, изложенные в пункте 16 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, признана  несостоятельной.  

Согласно указанным разъяснениям требование участника о возврате вклада в  уставной капитал общества в связи с недействительностью решения об увеличении  уставного капитала является корпоративным и не подлежит включению в реестр  требований кредиторов. Здесь же отмечено, что Закон о банкротстве (абзац 8 статьи 2) не  относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по  обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих  лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах  стоимости принадлежащих им долей. Обязательства должника перед своими  учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер  и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами  должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборот.  

Указанная позиция подлежит применению к лицам, которые внесли вклад в  уставный капитал общества и стали его участниками. Однако в настоящем случае, как  отмечено выше, ООО «Восточный актив» участником ООО «РПЗ «Сокра» даже в какой-либо части не стало.  

При таких обстоятельствах суды не признали обоснованной позицию об  отсутствии у кредитора как лица, чьи требования подлежат субординации, права  требовать признания должника банкротом и голосовать по вопросу о признании должника  банкротом, о том, что принятые 23.11.2023 решения собрания кредиторов должника  являются ничтожными.  

Ссылка на то, что одним из представителей в судах ООО «Восточный актив»  являлась ФИО9, ранее работавшая на супругов О-ных и представлявшая в  судах ООО «РПЗ «Сокра», не опровергает названных выводов.  

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание недоказанность в порядке  статьи 65 АПК РФ довода о наличии у кредитора неправомерного интереса, отличного от  правомерных интересов независимых кредиторов, суды признали необоснованной  позицию, которая фактически сводится к тому, что признание должника несостоятельным  (банкротом) невозможно (апеллянт просил оставить заявление кредитора без  рассмотрения либо прекратить производство по делу о банкротстве либо отказать в  признании должника банкротом).  

В постановлении апелляционного суда от 24.02.2024 также отклонена ссылка на то,  что утвержденный временным управляющим должником ФИО4 зарегистрирован в  Краснодарском крае, что совпадает с адресом мажоритарного кредитора  ООО «Восточный актив», поскольку указанное не является надлежащим доказательством  ни аффилированности кредитора с ФИО4, ранее исполнявшим обязанности  временного управляющего должником, а также обязанности арбитражного управляющего  в делах о банкротстве, производство по которым возбуждено не только в Краснодарском  крае, но и в Ростовской области, городе Москве (по сведениям из ЕФРСБ), ни, тем более,  с ФИО5, который указал в качестве адреса для направления почтовой  корреспонденции г. Иркутск. При этом нахождение арбитражного управляющего и  кредитора в одном регионе само по себе не свидетельствует об аффилированности или  заинтересованности управляющего  

Довод о том, что одним из представителей в судах ООО «Восточный актив»  являлась ФИО9, ранее работавшая на супругов О-ных и представлявшая в  судах ООО «РПЗ «Сокра», отклонен, поскольку само по себе представительство не  относится к основаниям признания лица аффилированным с арбитражным управляющим,  кредитором или должником, не свидетельствует ни о заинтересованности указанных лиц  по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, ни о наличии конфликта интересов, ни об  отсутствии независимости арбитражного управляющего, поскольку представитель не  может давать для доверителя какие-либо обязательные указания  

Таким образом, ввиду того, что ООО «Восточный актив», являющееся конкурсным  кредитором должника, чьи требования включены в третью очередь реестра, имеющее  право принимать участие в голосовании по пятому и седьмому вопросам повестки  собрания (в том числе с учетом отсутствия в деле надлежащих доказательств отнесения  данного кредитора к контролирующим должника лицам и аффилированныым с  должником лицам), коллегия пришла к выводу о том, что указанные решения приняты  при наличии необходимого кворума, большинством голосов и в пределах исключительной  компетенции собрания кредиторов, что исключает нарушение прав и законных интересов  участвующих в деле о банкротстве лиц.  

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что стремление учредителей должника  использовать метод случайной выборки арбитражного управляющего понятно, но  решение о выборе арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из  членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего, в силу статьи  15 Закона о банкротстве отнесено к компетенции собрания кредиторов должника.  

По смыслу Закона о банкротстве законный материальный интерес любого  кредитора должника, прежде всего, состоит в наиболее полном итоговом погашении  заявленных им требований. Все предоставленные кредиторам права, а также инструменты  

влияния на ход процедуры несостоятельности направлены на способствование  достижению названной цели.  

Изложенные в заявлении обстоятельства, связанные с представлением кандидатур  и утверждением арбитражных управляющих в делах о банкротстве поручителей по  кредитным обязательствам должника, не имеют правового значения для настоящего дела.  

Таким образом, суд пришел к обоснованном выводу о том, что основания для  использования метода случайной выборки саморегулируемой организации при выборе  арбитражного управляющего отсутствуют.  

Судом установлено, что определением от 19.01.2024 отказано в удовлетворении  заявления ООО «РПЗ «Сокра» об урегулировании разногласий между ООО «РПЗ  «Сокра», временным управляющим ООО «РПЗ «Сокра» и ООО «Восточный актив».  Несмотря на данный спор, а также иные два, указанные апеллянтом, коллегия находит  правильным вывод суда о том, что правовые основания для оставления заявления без  рассмотрения на основании пункта 1 части 1 статьи 148 АПК РФ отсутствуют, поскольку  судом не рассматривался аналогичный спор между теми же лицами, о том же предмете и  по тем же основаниям. Сама по себе оценка судом тождественных доводов при  рассмотрении отчета временного управляющего и вынесении решения о признании  должника банкротом, а также при рассмотрении вышеуказанных разногласий не  позволяет суду применить вышеуказанные положения процессуального закона.  

По изложенным в мотивировочной части постановления основаниям отклонены  доводы апеллянта.  

Оснований для отмены определения и удовлетворения апелляционной жалобы по  приведенным доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, согласно пункту 4 статьи  270 АПК РФ, безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

В силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации апелляционная жалоба на определение по данной категории дел не облагается  государственной пошлиной.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 14.02.2024 по делу  

 № А24-2257/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  

Российской Федерации в течение двух месяцев. 

Председательствующий Т.В. Рева 

Судьи А.В. Ветошкевич 

К.П. Засорин