АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ 

<

...> http://www.kursk.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-2538/2025

02 июля 2025 года

г. Курск

 

Резолютивная часть решения объявлена 26 июня 2025 года. 

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Кочетовой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Звягиной А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению  

открытого акционерного общества «БЕЛАЗ» – управляющей компании холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ»  

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 

о взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков «БЕЛАЗ», «BELAZ» в размере 50 000 руб. 00 коп., а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 10 000 руб. 00 коп., почтовых расходов в размере 643 руб. 81 коп.,  

при участии представителей: от истца: не явился, извещен надлежащим образом; от ответчика: не явился, извещен надлежащим образом; 

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «БЕЛАЗ» – управляющей компании холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков «БЕЛАЗ», «BELAZ» в размере 50 000 руб. 00 коп., а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 10 000 руб. 00 коп., почтовых расходов в размере 643 руб. 81 коп.  

Определением суда от 03.04.2025 исковое заявление принято к производству по общим правилам искового производства.  

Определением от 22.05.2025 суд назначил дело к судебному разбирательству. 

В обоснование исковых требований истец ссылался на использование ответчиком исключительных прав на товарные знаки без разрешения Правообладателя. Представитель истца не явился, извещен надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.  

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что товарные знаки не зарегистрированы в 25 классе МКТУ («одежда»), в связи с чем, по мнению Предпринимателя, размещение схожих до степени смешения изображений на футболке не нарушает права истца, как правообладателя товарных знаков «БЕЛАЗ», «BELAZ». Также полагал, что многочисленные обращения правообладателя с исками о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав является злоупотреблением правом со стороны истца. Кроме того, ответчик ходатайствовал о снижении размера компенсации до 10 000 руб. 00 коп. Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.  

Суд, руководствуясь статьями 121-123, 156, 170 АПК РФ, рассмотрел дело в отсутствие представителей сторон, извещенных надлежащим образом о дате и времени судебного заседания.  

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее. 

Открытое акционерное общество «БЕЛАЗ» - управляющая компания холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» является обладателем исключительных прав на общеизвестные товарные знаки «BELAZ» и «БЕЛАЗ» в Российской Федерации, что подтверждается свидетельствами №№ 245 от 09.05.2022, 244 от 05.05.2022.  

Из искового заявления следует, что в результате проведения мероприятий, направленных на выявление фактов незаконного использования товарного знака «БЕЛАЗ»/«BELAZ» на территории Российской Федерации в ходе мониторинга сети «Интернет» истцом был установлен факт неправомерного использования индивидуальным предпринимателем ФИО1 вышеуказанных объектов интеллектуальной собственности путем предложения к продаже футболок с использованием товарных знаков, принадлежащих ОАО «БЕЛАЗ» - управляющая компания холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ».  

Предложения к продаже товаров осуществлялось по следующим адресным ссылкам:  

– https://www.wildberries.ru/catalog/17567674Q/detail.aspx7targetUrl-SP; – https://www.wi]dberries.ru/catalog/175676195/detail.aspx?targetUrl=SP.  

Факт предложения к продаже подтверждается скриншотами карточек товара на сайте wildberries.ru с артикулами 175676740, 175676195, содержащими реквизиты ответчика.  

Между тем, истец своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав не давал; право пользования товарными знаками «БЕЛАЗ»/«BELAZ» на основании лицензионных договоров ответчику не предоставлялось.  

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец направил в адрес ИП ФИО1 претензию, в которой предложил уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб., убрать контрафактную продукцию со всех маркетплейсов.  

Поскольку указанная претензия была оставлена без ответа и исполнения, открытое акционерное общество «БЕЛАЗ» - управляющая компания холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» обратилось в Арбитражный суд Курской области с настоящим исковым заявлением.  

Оценив представленные документальные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.  

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.  

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.  

По смыслу статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.  

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.  

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.  

В силу части 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.  

Частью 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.  

В соответствии с частью 2 статьи 1477 ГК РФ правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.  

Как следует из частей 1, 2 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.  

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе  

на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (часть 2 статьи 1484 ГК РФ).  

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

Из названной нормы права следует, что обозначение, сходное до степени смешения или тождественное товарному знаку (статья 1477 ГК РФ), зарегистрированному в отношении определенных товаров и услуг (статья 1480 ГК РФ), перечень которых изложен в свидетельстве на товарный знак (статья 1481 ГК РФ), не может быть использовано в отношении указанных товаров и услуг, или однородных с ними, без разрешения правообладателя (статья 1229 ГК РФ).  

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.  

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.  

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид)  

товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.  

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.  

В пункте 7.1.2.2 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденных Приказом Роспатента от 24.07.2018 № 128, указано, что при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении.  

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утв. приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правил № 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.  

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.  

Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.  

Согласно пункту 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.  

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:  

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по  

отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;  

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;  

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.  

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).  

Материалами дела подтверждается, что открытое акционерное общество «БЕЛАЗ» - управляющая компания холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» является обладателем исключительных прав на общеизвестные товарные знаки «BELAZ» и «БЕЛАЗ» в Российской Федерации, что подтверждается свидетельствами №№ 245 от 09.05.2022, 244 от 05.05.2022.  

В результате проведения мероприятий, направленных на выявление фактов незаконного использования товарного знака «БЕЛАЗ»/«BELAZ» на территории Российской Федерации в ходе мониторинга сети «Интернет» истцом был установлен факт неправомерного использования индивидуальным предпринимателем ФИО1 вышеуказанных объектов интеллектуальной собственности путем предложения к продаже футболок с использованием товарных знаков, принадлежащих ОАО «БЕЛАЗ» - управляющая компания холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ».  

Предложения к продаже товаров осуществлялось по следующим адресным ссылкам:  

– https://www.wildberries.ru/catalog/17567674Q/detail.aspx7targetUrl-SP; – https://www.wi]dberries.ru/catalog/175676195/detail.aspx?targetUrl=SP.  

Из скриншотов карточек товаров следует, что индивидуальным предпринимателем ФИО1 предлагались к продаже:  

– белая футболка с синей надписью «БЕЛАЗ» (артикул 175676740); 

– белая футболка с синей надписью «БЕЛАZ» и изображением грузового автомобиля (артикул 175676195).  

Изучив представленные в материалы дела скриншоты карточек товаров, суд установил, что используемые ответчиком в предложениях о продаже товаров на маркетплейсе словесные обозначения «БЕЛАЗ», «БЕЛАZ» тождественны товарным знакам истца по звуковому и семантическому критериям.  

Незначительные графические отличия, использованные в надписи на футболке с артикулом 175676195, а именно: четыре буквы написаны кириллицей, а последняя – латиницей, не влияют на сходство данных обозначений с товарным знаком истца до степени смешения, поскольку ассоциируются с ним в целом.  

Аналогичная правовая позиция нашла свое отражение в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2025 № 09АП-53825/2024-ГК по делу № А40-85499/2024.  

Таким образом, в рассматриваемом случае действия Предпринимателя по предложению к продаже продукции, содержащей обозначения «БЕЛАЗ», «БЕЛАZ», сходные с товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат ОАО «БЕЛАЗ» – управляющей компании холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» («БЕЛАЗ», «BELAZ»), образуют самостоятельное правонарушение, за которое ответчик несет персональную ответственность.  

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 117-ПЭК16 от 04.05.2016 по делу № А67-4453/2014, размещение обозначения, сходного с товарным знаком, на Интернет-сайте является самостоятельным нарушением исключительных прав правообладателя. Предложение о продаже товаров, в том числе посредством рекламы, размещения информации в сети «Интернет» являются одним из способов ведения товара в гражданский оборот, что прямо следует из положений статьи 1484 ГК РФ.  

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог, и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного размещения интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.  

Между тем, доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарные знаки, ответчиком в материалы дела не представлено.  

Довод Предпринимателя о том, что правовая защита спорных товарных знаков предоставлена только в отношении 12 класса МКТУ («автомобили-самосвалы, тягачи, запасные части для них»), арбитражным судом отклоняется как несостоятельный ввиду следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 1508 ГК РФ по заявлению лица, считающего используемый им товарный знак или используемое в качестве товарного знака обозначение общеизвестным в Российской Федерации товарным знаком, товарный знак, охраняемый на территории Российской Федерации на основании его государственной регистрации или в соответствии с международным договором Российской Федерации, либо обозначение, используемое в качестве товарного знака, но не имеющее правовой охраны на территории Российской Федерации, по решению федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности могут быть признаны общеизвестным в Российской Федерации товарным знаком, если этот товарный знак или это обозначение в результате интенсивного использования стали на указанную в заявлении дату широко известны в Российской Федерации среди соответствующих потребителей в отношении товаров заявителя.  

Пунктом 2 статьи 1508 ГК РФ предусмотрено, что общеизвестному товарному знаку предоставляется правовая охрана, предусмотренная настоящим Кодексом для товарного знака. Предоставление правовой охраны общеизвестному товарному знаку означает признание исключительного права на общеизвестный товарный знак. Правовая охрана общеизвестного товарного знака действует бессрочно.  

В силу пункта 3 статьи 1508 ГК РФ правовая охрана общеизвестного товарного знака распространяется также на товары, неоднородные с теми, в отношении которых он признан общеизвестным, если использование другим лицом этого товарного знака в отношении указанных товаров будет ассоциироваться у потребителей с обладателем исключительного права на общеизвестный товарный знак и может ущемить законные интересы такого обладателя.  

Факт приобретения широкой известности товарных знаков «БЕЛАЗ», «BELAZ», как среди потребителей продукции ОАО «БЕЛАЗ», так и иных субъектов хозяйственных отношений является неоспоримым и подтверждается свидетельствами, выданными при регистрации уполномоченным органом Российской Федерации вышеуказанных товарных знаков как общеизвестных.  

Ввиду приобретения широкой известности на рынке, узнаваемости среди других товарных знаков на территории Российской Федерации, использование сходных с ними до степени смешения обозначений представляет собой высокую угрозу смешения в сознании потребителей данных товарных знаков, поскольку они (потребители) вводятся в заблуждение, полагая, что приобретают лицензионный товар.  

При таких обстоятельствах, вопреки доводам ответчика, в силу пункта 3 статьи 1508 ГК РФ правовая защита спорных товарных знаков распространяется не только на товары 12 класса МКТУ, а на более широкий спектр товаров.  

Аналогичная правовая позиция нашла свое отражение в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 11.07.2023 № С01-1120/2023 по делу № А40-252629/2022, Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2025 № 09АП-53825/2024-ГК по делу № А40/85499/2024.  

Ссылки Предпринимателя на злоупотребление правом со стороны истца (ввиду наличия многочисленных судебных дел по защите нарушенных исключительных прав) подлежат отклонению как необоснованные, поскольку принятие истцом мер, направленных на защиту исключительных прав, само по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ), так как является реализацией предусмотренных законом мер по защите исключительных прав в судебном порядке.  

Исходя из вышеизложенного, принимая во внимание, что использование товарных знаков допускается только с согласия правообладателя, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки «БЕЛАЗ», «BELAZ».  

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно  

размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

Судом установлено, что размер компенсации был определен истцом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в сумме 50 000 руб., из них: 30 000 руб. – за общеизвестность товарных знаков, 20 000 руб. – за незаконное использование общеизвестных товарных знаков в сети «Интернет»).  

Ответчик, в свою очередь, полагал вышеуказанный размер компенсации необоснованным, просил снизить до минимального размера, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.  

Изучив обоснование размера взыскиваемой суммы, рассмотрев ходатайство ответчика, арбитражный суд приходит к следующим выводам.  

В пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.  

Следуя пункту 62 Постановления Пленума № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.  

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.  

В силу положений части 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права, будучи мерой гражданско-правовой ответственности, имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.  

Штрафной ее характер, наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя, должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.  

Суд учитывая, что права истца нарушены ответчиком путем предложения к продаже на маркетплейсах двух товаров с изображением общеизвестных товарных знаков истца; незаконное использование ответчиком объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика (основной вид деятельности, согласно выписке из ЕГРИП, – «производство строительных металлических конструкций, изделий  

их частей); отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что нарушение ИП ФИО1 исключительных прав истца носило грубый характер, принимая во внимание однократность нарушения (сведения об оптовой продаже контрафактных товаров в материалах дела отсутствуют), недоказанность вероятных убытков истца, степень вины нарушителя, с учетом принципа разумности и справедливости, считает возможным удовлетворить исковые требования частично, снизив размер предъявленной к взысканию компенсации до 30 000 руб. (из них: 20 000 руб. – за общеизвестность товарных знаков, 10 000 руб. – за незаконное использование общеизвестных товарных знаков в сети «Интернет»).  

Оснований для взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки «БЕЛАЗ», «BELAZ» в большем размере суд не усматривает.  

При указанных обстоятельствах, арбитражный суд полагает законным и обоснованным определение компенсации в размере 30 000 руб. 00 коп.  

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд, с учетом установленного выше, полагает требования истца законными, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению в размере 30 000 руб. 00 коп.  

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

Статьей 101 АПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.  

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением  

дела в арбитражном суде, относятся расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.  

При этом, как разъяснено в Определении Конституционного Суда РФ от 04.10.2012 № 1851-О из содержания данной статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что перечень судебных издержек не является исчерпывающим, а потому, исходя из взаимосвязи этой статьи с положениями статей 64 и 65 АПК РФ, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений.  

В соответствии с частью 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.  

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту), признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 106, 148 АПК РФ).  

Материалами дела подтверждается, что почтовые расходы истца составили 22,02 белорусских рублей, что по курсу национальной валюты Национального Банка Республики Беларусь по состоянию на 14.11.2024 составило 643 руб. 81 коп. (3,4203 белорусских рубля за 100 российских рублей).  

Поскольку факт несения почтовых расходов на отправку досудебной претензии подтвержден материалами дела, то указанные расходы в силу положений статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика.  

Как разъяснено в пункте 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за  

незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.  

Таким образом, в условиях, когда в законе указан минимальный и максимальный размер компенсации, а также предусмотрено право суда определять конкретный размер компенсации исходя из характера нарушения, истец, заявляя исковые требования в повышенном по сравнению с минимальным размере, должен обосновать такой размер длительностью, объемом допущенного ответчиком нарушения, иными факторами и в силу статьи 9 АПК РФ несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий по предъявлению требования в максимально возможной сумме с одновременным несовершением процессуальных действий, связанных с обоснование такой суммы.  

Неблагоприятные последствия в рассматриваемом случае заключаются в отнесении на истца судебных расходов пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации. Аналогичная правовая позиция нашла отражение в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.05.2022 № С01-752/2022 по делу № А05-8905/2021, Постановлении Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2019 № 14АП-10189/2018 по делу № А52-2625/2018.  

С учетом изложенного судебные расходы истца на оплату государственной пошлины и почтовые расходы подлежат возмещению за счет ответчика в размере, исчисленном пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.  

При таких обстоятельствах, в связи с частичным удовлетворением иска с учетом статьи 110 АПК РФ, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. 00 коп., почтовые расходы в размере 386 руб. 29 коп.  

На основании статей 1259, 1477, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 16, 17, 27, 28, 102, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л :

Исковые требования открытого акционерного общества «БЕЛАЗ» – управляющей компании холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» (УНП 600038906) удовлетворить частично.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу открытого акционерного общества «БЕЛАЗ» – управляющей компании холдинга «БЕЛАЗ-ХОЛДИНГ» (УПН 600038906) компенсацию за незаконное использование товарных знаков «БЕЛАЗ»,  

«BELAZ» в размере 30 000 руб. 00 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. 00 коп., почтовые расходы в размере 386 руб. 29 коп.  

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать. 

Данное решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже.  

 Судья И.В. Кочетова