Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-7261/2022

г. Владивосток

23 января 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 января 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Л. Сидорович,

судей А.В. Пятковой, Т.А. Солохиной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Владивостокской таможни,

апелляционное производство № 05АП-7552/2022

на решение от 11.10.2022 

судьи Беспаловой Н.А.

по делу № А51-7261/2022 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о признании незаконными решений,

при участии в заседании:

от ООО «Стратус-ДВ»: ФИО2, по доверенности от 10.01.2023, сроком действия до 31.12.2024, копия диплома (регистрационный номер 210/ЮФ-0566), паспорт; ФИО3, по доверенности от 10.01.2023, сроком действия до 31.12.2024, диплом (регистрационный номер 363/5-19), паспорт;

от Владивостокской таможни: ФИО4, по доверенности от 16.12.2022, сроком действия до 31.12.2023, копия диплома (регистрационный номер 2069), служебное удостоверение; ФИО5, по доверенности от 11.01.2023, сроком действия до 31.01.2024, служебное удостоверение; ФИО6, по доверенности от 26.12.2022, сроком действия на 31.12.2023, служебное удостоверение, копия диплома (регистрационный номер 0790),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Стратус-ДВ» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Владивостокской таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от 17.02.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/291121/3004953, после выпуска товаров; решения от 17.02.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/021221/3010082, после выпуска товаров; решения от 17.02.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/101221/3019701, после выпуска товаров, а также судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 90 000 руб. и по оплате государственной пошлины.

Решением суда от11.10.2022 заявленные требования удовлетворены, в целях восстановления нарушенного права суд обязал таможенный орган возвратить обществу излишне уплаченные таможенные платежи по спорной декларации, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда. Требование общества о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя удовлетворено в размере 30 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, таможенный орган обратился с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению таможенного органа, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о том, что документы, представленные декларантом, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную таможенную стоимость ввезенного товара. Настаивает на том, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. Указывает на непредставление достоверных документов, подтверждающих оплату поставленных товаров продавцу. По мнению таможни, представленные декларантом документы и сведения не обосновывают объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с товарами того же вида.

ООО «Стратус-ДВ» по тексту представленного письменного отзыва, приобщенного судебной коллегией к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ, с доводами апелляционной жалобы не согласилось, считает, что судом первой инстанции выяснены все обстоятельства дела, и им дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем обжалуемое решение отмене не подлежит.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Из материалов дела судом апелляционной инстанции установлено следующее.

В декабре 2021 года ООО «СтратусДВ» в таможню поданы ДТ № 10702070/291121/3004953, ДТ № 10702070/021221/3010082, ДТ № 10702070/101221/3019701, в которых в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления задекларированы товары – «пленка из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без подложки…предназначенная для изготовления натяжных потолков, в рулонах, на сердечнике…», различных размеров, поступившие из Китая на условиях поставки FOB Шанхай и FOB Нинбо, ввезенные на территорию ЕАЭС во исполнение внешнеторгового контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, заключенного с продавцом иностранной компанией «HALEAD (н.к) CO., LTD., определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», в подтверждение которой представив информацию о коммерческих и иных товаросопроводительных документах, согласно сведений графы 44 спорных ДТ.

В целях проверки полноты заявленных сведений и правомерности определения таможенной стоимости товара таможня 29.11.2021 по ДТ № 10702070/291121/3004953, 02.12.2021 по ДТ № 10702070/021221/3010082, 10.12.2021 по ДТ № 10702070/101221/3019701 запросила документы и (или) сведения, предложив в целях выпуска товаров внести обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

Во исполнение требований таможенного органа о предоставлении дополнительных документов и сведений, декларант предоставил таможне письменную информацию по каждому запрошенному дополнительному документу по спорным ДТ, в том числе обществом представлено:

по ДТ № 10702070/291121/3004953 - контракт от 29.07.2019 № 3 HLD-STRFOB, паспорт сделки, приложение от 27.09.2021 № HALEAD19-433, инвойс от 27.09.2021 № HALEAD19-433, упаковочный лист от 27.09.2021 № HALEAD19-433, заявление на перевод от 25.11.2021 № 568, дополнительное соглашение от 25.11.2021 № 501, заявление на перевод от 29.12.2021 № 697, дополнительное соглашение от 29.12.2021 № 585, заявление на перевод от 30.12.2021 № 703, дополнительное соглашение от 30.12.2021 № 589, выписки по счету, ведомость банковского контроля, коносамент № SACH2128NS065V, коносамент № SACH2128NS373V, договор на оказание агентских услуг от 01.06.2019 А – 81, ордерное письмо от 25.11.2021, ордерное письмо от 25.11.2021, отчет агента от 17.11.2021 № 12287, экспортная с переводом, прайс-лист продавца от 27.09.2021;

по ДТ № 10702070/021221/3010082 - контракт от 29.07.2019 № 3 HLD-STRFOB, паспорт сделки, приложение от 29.09.2021 № HALEAD19-435, инвойс от 29.09.2021 № HALEAD19-435, упаковочный лист от 29.09.2021 № HALEAD19-435, заявление на перевод от 30.11.2021 № 587, дополнительное соглашение от 30.11.2021 № 514, заявление на перевод от 10.01.2022 № 1, дополнительное соглашение от 10.01.2022 № 591, заявление на перевод от 11.01.2022 № 2, дополнительное соглашение от 11.01.2022 № 592, выписки по счету, ведомость банковского контроля, коносамент № ZIMUSNH9155964, коносамент № ZIMUSNH9155963, договор на оказание агентских услуг от 01.06.2019 А – 81, отчет агента от 25.11.2021 № 12619, экспортная декларация с переводом, прайс-лист от 29.09.2021;

по ДТ № 10702070/101221/3019701 - контракт от 29.07.2019 № 3 HLD-STRFOB, паспорт сделки, приложение от 10.10.2021 № HALEAD19-449, инвойс от 10.10.2021 № HALEAD19-449, упаковочный лист от 10.10.2021 № HALEAD19-449, заявление на перевод от 07.12.2021 № 612, дополнительное соглашение от 07.12.2021 № 530, заявление на перевод от 24.01.2022 № 48, дополнительное соглашение от 24.01.2022 № 623, заявление на перевод от 12.01.2022 № 4, дополнительное соглашение от 12.01.2022 № 594, выписки по счету, ведомость банковского контроля, коносамент № SACH2130NN344V, коносамент № SACH2130NN345V, договор на оказание агентских услуг от 01.06.2019 А – 81, ордерное письмо, ордерное письмо, заявка, отчет агента от 26.11.2021 № 12626, платежное поручение от 15.12.2021 № 719, экспортная декларация с переводом, прайс-лист от 10.10.2021.

По результатам таможенного контроля, посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 17.02.2022 таможня приняла решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорных ДТ.

Не согласившись с указанными решениями таможенного органа, посчитав, что они не соответствуют закону и нарушают его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который удовлетворил заявленные требования.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что корректировка заявленной таможенной стоимости товара по рассматриваемой ДТ была произведена таможней при отсутствии к тому правовых оснований, поскольку общество исполнило обязательное требование о документальном подтверждении заявленной таможенной стоимости.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 268-270 АПК РФ, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе таможенного органа, суд апелляционной инстанции считает решение арбитражного суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу таможни - не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

 Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

 В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

 Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Как установлено судом и следует из материалов дела, в рассматриваемом случае в подтверждение применения первого метода определения таможенной стоимости по спорной ДТ обществом при таможенном оформлении ввезенных товаров представлена информация о контракте, коммерческих и товаросопроводительных документах, оформленных на спорную партию товаров (графа 44 ДТ).

В ходе таможенного контроля заявленной таможенной стоимости выявлены риски недостоверного декларирования, выразившиеся в более низкой цене декларируемых товаров по сравнению с ценой на однородные товары при сопоставимых условиях их ввоза и отклонение заявленного индекса таможенной стоимости от среднего уровня, сложившегося в регионе деятельности ФТС России и РТУ.

В связи с этим, таможенным органом направлены обществу запросы о представлении документов и (или) сведений от 29.11.2021 по ДТ № 10702070/291121/3004953, от 02.12.2021 по ДТ № 10702070/021221/3010082, от 10.12.2021 по ДТ № 10702070/101221/3019701.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 постановления Пленума от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление №49), согласно которой отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения (пункт 11 Постановления № 49).

Согласно пункту 12 постановления №49 судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Из материалов дела следует, что при таможенном оформлении ввезенного товара, общество в ходе таможенного контроля представило пакеты документов по каждой спорной ДТ, в том числе: внешнеторговый контракт и дополнительные соглашения к нему, а также приложения к контракту, инвойсы, упаковочные листы, оформленные на каждую партию товаров, прайс-листы продавца и экспортные декларации, выписки по счету, заявления на перевод в подтверждение оплаты партий товаров, которые подтверждали заявленную таможенную стоимость товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом.

В соответствии с подпунктом 15 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС счет-фактура (инвойс), спецификации, отгрузочные и упаковочные листы и другие документы относятся к коммерческим документам, используемым при осуществлении внешнеторговой и иной деятельности, а также для подтверждения совершения сделок, связанных с перемещением товаров через таможенную границу таможенного союза.

Из представленных при декларировании товара, а также по запросам таможенного органа от 29.11.2021 по ДТ № 10702070/291121/3004953, от 02.12.2021 по ДТ № 10702070/021221/3010082, от 10.12.2021 по ДТ № 10702070/101221/3019701 документов следует, что они содержат в себе сведения о наименовании и ассортименте товара, количестве товара, условии поставки и общей стоимости товара в общем количестве, итоговой стоимости.

Анализ положений внешнеторгового контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STRFOB и дополнительных соглашений к нему, а также приложений от 27.09.2021 № HALEAD19-433, от 29.09.2021 № HALEAD19-435, от 10.10.2021 № HALEAD19-449 к контракту, предоставленных заявителем в материалы дела, показывает, что при заключении сделки стороны согласовали все существенные условия (в том числе ее предмет), а также предусмотрели механизм определения ассортимента, цены и условий поставки, порядок оплаты партий товаров

Во исполнение достигнутых сторонами договоренностей по поставке партий товаров, оформленных приложениями от 27.09.2021 № HALEAD19-433 на сумму 57 100,96 долларов США, от 29.09.2021 № HALEAD19-435 на сумму 56 830,02 долларов США, от 10.10.2021 № HALEAD19-449 на сумму 57 507,55 долларов США, продавцом сформированы и выставлены инвойсы от 27.09.2021 № HALEAD19-433, от 29.09.2021 № HALEAD19-435, от 10.10.2021 № HALEAD19-449 на аналогичные суммы, а также оформлены упаковочные листы. В указанных приложениях к контракту согласованы условия оплаты - в течении 60 дней с момента отгрузки товара Продавцом. Сторонами внешнеэкономической сделки согласованы условия рассматриваемых поставок товара FOB Шанхай и FOB Нинбо, аналогичные условия указаны в коммерческих документах, а также в графе 20 спорных ДТ.

Данные документы подтверждают цену сделки, содержат сведения о наименовании, количестве, фиксированной цене за единицу товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки, а также содержит ссылку на реквизиты контракта и сведения о продавце и покупателе товара, сведения об условиях оплаты и поставки. Аналогичные сведения о товаре, его количественно-стоимостных показателях, продавце содержатся и в упаковочном листе к коммерческому инвойсу.

Вопреки мнению таможенного поста, описание товара в представленных декларантом документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, сведения, содержащиеся в них, позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки.

Судебная коллегия отмечает, что в ходе дополнительной проверки у таможни не возникло вопросов в части понесенных декларантом транспортных расходов по доставке партий товаров по спорным ДТ, исходя из согласованных условий поставки, поскольку какие-либо дополнительные пояснения относительно требующих уточнения сведений не запрашивались; выявленные признаки, являющиеся основанием для проведения дополнительной проверки, декларанту также не сообщались.

На основании изложенного коллегия считает, что в рассматриваемом случае, декларант представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар.

Как следует из условий поставок по спорным ДТ и сведений, содержащихся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости. Условия контракта и дополнительных соглашений к нему, а также порядок согласования сторонами существенных условий поставки, главным образом цены (стоимости) товара, порядок заключения сделки, не противоречат положениям статей 30 и 53 Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи товаров» от 11.04.1980, а также статей 432, 434, 438, 455 - 460, 465, 481, 485 - 487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Внешнеторговый контракт соответствует данным требованиям, подписан сторонами сделки. Цены, указанные в инвойсах, выставленных на основании данного контракта, соответствуют ценам на товары, указанным в приложениях к контракту, то есть товары по спорным ДТ поставлялись по ценам, согласованным сторонами. При поступлении партии товара в адрес декларанта у контрагентов не возникло претензий друг к другу по выставленным инвойсам (счет-фактуре), а также пункту доставки партии товара.

Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты. Коммерческие и сопроводительные документы на товар содержат ссылку на реквизиты контракта и сведения о продавце и покупателе товара, а также свидетельствуют об исполнении продавцом по упомянутому внешнеторговому контракту принятых обязательств и отсутствие каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

Указанная обществом в графах 22 и 42 стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза.

Учитывая изложенное и тот факт, что соответствующие пояснения об условиях поставки товара были даны обществом в ходе таможенного контроля, судебная коллегия не усматривает оснований признать, что условия спорной поставки не были подтверждены декларантом.

Что касается довода таможни о непредставлении документов по оплате ввезенного товара, то суд апелляционной инстанции, соглашается с выводами суда первой инстанции о его необоснованности в силу следующего.

В соответствии с пунктом 3.1 контракта от 29.07.2019 №3 HLD-STR-FOB, условия оплаты отдельной партии товаров могут быть согласованы в приложении на конкретную поставку.

Декларантом при подаче спорных ДТ в таможенный орган было представлены Приложения о согласовании существенных условий каждой поставки, в которых отражены условия оплаты - в течении 60 (шестидесяти) дней с момента отгрузки товара Продавцом.

Как следует из материалов дела, по ДТ № 10702070/291121/3004953 обществом представлены таможне дополнительное соглашение от 25.11.2021 № 501, которым стороны договорились, что оплата в сумме 29 309,69 долл. США производится по следующим реквизитам: HANGZHOU HAOYONG ELETRICAL TOOLS СО LTD; дополнительное соглашение от 29.12.2021 № 585, которым стороны договорились, что оплата в сумме 150 000 долл. США производится по следующим реквизитам: ZHEJIANG HALIDE NEW MATERIAL CO., LTD и дополнительное соглашение от 30.12.2021 № 589, которым стороны договорились, что оплата в сумме 90 000 долл. США производится по следующим реквизитам: ZHEJIANG HALIDE NEW MATERIAL CO., LTD.

Судом установлено, что с ответом на запрос документов и (или) сведений от 29.11.2021 по ДТ № 10702070/291121/3004953 обществом в адрес таможенного органа представлены документы по оплате спорной партии товара: заявление на перевод от 25.11.2021 №568, дополнительное соглашение от 25.11.2021 № 501, заявление па перевод от 29.12.2021 №697, дополнительное соглашение от 29.12.2021 № 585, заявление на перевод от 30.12.2021 № 703, дополнительное соглашение от 30.12.2021 №589.

Из представленных заявлений на перевод (графа «примечание») следует, что в счет оплаты товаров, заявленных в ДТ № 10702070/291121/3004953 (инвойс от 27.09.2021 № HALEAD19-433), по заявлению на перевод от 25.11.2021 №568 перечислено 17 130,29 долл. США, по заявлению на перевод от 29.12.2021 №697 перечислено 20 919,28 долл. США, по заявлению на перевод 30.12.2021 №703 перечислено 19 051,39 долл. США, что в сумме составляет 57 100,96 долл. США и соответствует полной стоимости товаров, указанной в инвойсе от 27.09.2021 № HALEAD19-433 и заявленной в графе 22 спорной ДТ.

Декларантом с ответом на запрос документов и (.или) сведений от 02.12.2021 по ДТ №10702070/021221/3010082 в адрес таможенного органа были представлены документы по оплате спорной партии товара: заявление на перевод от 30.11.2021 №587, дополнительное соглашение от 30.11.2021 №514, заявление на перевод от 10.01.2022 №1, дополнительное соглашение 10.01.2022 №591, заявление на перевод от 11.01.2022 №2, дополнительное соглашение от 11.01.2022 №592.

Из представленных заявлений на перевод (графа «примечание») следует, что в счет оплаты  товара,  заявленного в ДТ № 10702070/021221/3010082 (инвойс от 29.09.2021 № HALEAD 19-435) по заявлению на перевод от 30.11.2021 №587 перечислено 17 049,01 долл. США, по заявлению на перевод 10.01.2022 №1 перечислено 38 698,52 долл. США, по заявлению на перевод 11.01.2022 №2 перечислено 1 082,49 долл. США, что в сумме составляет 56 830,02 долл. США и соответствует полной стоимости товаров, указанной в инвойсе от 29.09.2021 № HALEAD 19-435 и заявленной в графе 22 спорной ДТ.

Декларантом с ответом на запрос документов и(или) сведений от 10.12.2021 по ДТ № 10702070/101221/3019701 в адрес таможенного органа были представлены документы по оплате спорной партии товара: заявление на перевод от 07.12.2021 №612, дополнительное соглашение от 07.12.2021 №530, заявление на перевод от 24.01.2022 №48, дополнительное соглашение от 24.01.2022 №623, заявление на перевод от 12.01.2022 №4, дополнительное соглашение 12.01.2022 №594.

Из представленных заявлений на перевод (графа «примечание») следует, что в счет оплаты товара, заявленного в ДТ №10702070/101221/3019701 (инвойс от 10.10.2021 № HALEAD 19-449) по заявлению на перевод от 07.12.2021 № 612 перечислено 17 252,27 долл. США, по заявлению на перевод от 24.01.2022 №48 перечислено 492,68 долл. США, по заявлению на перевод от 12.01.2022 №4 перечислено 39 762,60 долл. США, что что в сумме составляет 57 507,55 долл. США и соответствует полной стоимости товаров, указанной в инвойсе от 10.10.2021 №HALEAD 19-449 и заявленной в графе 22 спорной ДТ.

Согласно пункту 3.3 Контракта, в соответствии с дополнением к Контракту оплата может быть произведена в адрес третьих лиц.

В распоряжении таможни имелись банковская выписка со счета, паспорт сделки, ведомость банковского контроля, тем самым у таможенного органа не должно было возникнуть сомнений в действительности и заключенности сделки, так как для открытия валютного контроля в отношении внешнеэкономической сделки в банк обслуживания предоставляется контракт со всеми реквизитами, в том числе с подписями и печатями сторон (пункт 2.5 Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления»).

Указанные документы  имелись в распоряжении таможни.

Как установлено судом и не опровергнуто таможенным органом, общество произвело расчет с инопартнером исходя из стоимости товаров конкретного количества и ассортимента, дополнительными соглашениями стороны договорились, что исполнение обязанности по оплате товаров по контракту от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB производится в адрес третьих лиц.

В соответствии с пунктом 5.1. Правил применения метода определения таможенной стоимости товаров но стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утвержденных Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 №283 указанные платежи могут осуществляться не только прямо, то есть непосредственно продавцу, но и косвенно, то есть третьему лицу в пользу продавца, например, путем погашения полностью или частично задолженности продавца для выполнения обязательств продавца перед третьим лицом.

Оплата в адрес третьего лица, указанного кредитором, предусмотрена и российским законодательством (статья 312 Гражданского кодекса Российской Федерации), приоритет которого установлен пунктом 11.9 Контракта.

Заявления на перевод позволяют идентифицировать произведенные платежи с рассматриваемой поставкой спорного товара. В связи с чем, доводы таможни об обратном коллегия находит ошибочными.

В разделе III «Сведения о подтверждающих документах» представленной в материалы дела ведомости банковского контроля, отражены спорные декларации на товары, подтверждающие ввоз на таможенную территорию таможенного союза в рамках исполнения внешне торгового контракта товара на сумму, указанную в соответствующих графах спорных ДТ.

В разделе II «Сведения о платежах» данной ведомости банковского контроля отражены все валютные операции, произведенные на основании представленных декларантом заявлений на перевод.

Следовательно, представленная ведомость банковского контроля не только подтверждает перечисление денежных средств в рамках исполнения указанного выше контракта, но и фиксирует факт оплаты к корреспондирующей обязанности поставки товаров на условиях, согласованных сторонами внешнеэкономической сделки, с обязательным соблюдением требований валютного законодательства.

Учитывая отражение уполномоченным банком спорных валютных операций в ведомости банковского контроля, у таможенного органа отсутствовали основания для сомнения в том, что указанные платежи осуществлены в пользу продавца по рассматриваемому контракту.

Таможня не представила доказательств запрета на формирование сторонами условий о цене и порядке оплаты товара. Таможня не доказала отсутствие в представленных заявителем при декларировании товара документах сведений, необходимых для определения таможенной стоимости по избранному им методу, а также не указала, какими именно признаками неточности и недостоверности обладают представленные декларантом для таможенного оформления документы и сведения.

Довод таможенного органа о том, что декларант обязан подтвердить характер правоотношений продавца товара и получателя денежных средств, а также представить документы, подтверждающие указанные правоотношения, признается несостоятельным.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или лежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Основанием для осуществления платежа в адрес третьих лиц являлись пункт 3.3 контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB и дополнительные соглашения.

Таможенный орган в целях реализации пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС мог запросить дополнительные документы для устранения сомнений в обоснованности оплаты товаров в адрес третьего лица, чего сделано не было.

Коллегия отмечает, что валютный платеж в адрес третьего лица принят и исполнен уполномоченным банком, денежные средства не вернулись на расчетный счет общества, претензии со стороны продавца по оплате товаров отсутствуют.

Доказательства того, что товар фактически доставлен и оплачен по цене, отличной от согласованных сторонами условий контракта, в материалы дела таможенным органом не представлены.

Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта. Доказательств недостоверности указанных документов либо заявленных в них сведений, наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможенным органом вопреки части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ в материалы дела не представлено.

В этой связи у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать, что стороны внешнеэкономической сделки не достигли условий о наименовании, количестве и стоимости поставляемого товара.

Указание в оспариваемых решениях таможенного органа на то, что прайс-лист содержит исключительно номенклатуру товара, не является основанием для отказа в применении метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости. Прайс-лист представляет собой лишь коммерческое предложение от фирмы-продавца/изготовителя.

Практика делового оборота исходит из того, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период), указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту и в отношении конкретного товара с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

Продавец самостоятельно определяет форму прайс-листа, информацию, содержащуюся прайс-листе и другие сведения. Учитывая предпринимательский характер отношений, принципы коммерческой тайны, принятые в гражданском обороте, и постоянную рыночную конкуренцию, организации не открывают для свободного доступа и неопределенному кругу лиц сведения о коммерческих условиях работы с контрагентами.

Из условий внешнеэкономического контракта не следует, что существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ подлежали согласованию в прайс-листе продавца/изготовителя товара. Адресность прайс-листа не препятствует применению метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, какие-либо законодательно установленные требования к оформлению прайс-листов отсутствуют и, учитывая смысл названия данного документа, обязательным требованием к его содержанию является наличие цены товара, а его оформление и период действия могут быть произвольными.

Представленный прайс-лист полностью подтверждает заявленную стоимость товара на тех условиях, что и предусмотрены внешнеторговым договором. Согласно условиям контракта прайс-лист не является документом, устанавливающим цену товара за конкретную поставку, носит лишь информационный характер. Окончательная цена за конкретную поставку определяется в проформе-инвойсе и инвойсах. Кроме того, прайс-листы адресованы неопределенному кругу лиц и содержат публичную оферту, не исключают возможность достижения между продавцом и покупателем согласия об иной цене товара, отличающейся от цены, содержащейся в таких прайс-листах (прейскурантах), с учетом условий поставки и отдельных факторов экономического характера (количество поставляемого товара, скидки, обусловленные снижением его востребованности на потребительском рынке на момент заключения и в ходе исполнения контракта, распределение обязанностей по доставке товара, связанных с ней расходам, риска гибели, порчи товара, изменение обстоятельств, касающихся производства товаров). Содержание конкретной группы товаров в прайс-листе также не противоречит действующему законодательству. Декларант представил прайс-лист в том виде, в каком виде он был получен от инопартнера.

Исследование прайс-листа на этапе проверки правомерности определения декларантом таможенной стоимости обусловлено проверкой сведений о ввезенном и задекларированном товаре в случае отсутствия достоверных данных о согласовании сторонами внешнеэкономической сделки всех необходимых для поставки товара условий. В то время как в рассматриваемом случае предоставленные заявителем на этапе таможенного оформления товара документы устраняют сомнения в факте заключения внешнеэкономической сделки и согласовании ее сторонами существенных условий поставки товара, задекларированного в спорной таможенной декларации.

Судебная коллегия отмечает, что у общества отсутствовали основания требовать от инопартнера представления иного прайс-листа, с учетом требований российской таможни к его оформлению, поскольку это не предусмотрено условиями внешнеторгового контракта. В спорной ситуации, как подтверждается материалами дела, прайс-лист продавца отражает уровень отпускных цен на товар, согласующихся со стоимостью товаров, заявленных в спорных ДТ.

Факт перемещения указанного в декларации товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается.

Довод таможенного органа о ненадлежащем оформлении экспортных деклараций, что, по его мнению, свидетельствует о неподтверждении заявленных сведений о таможенной стоимости товаров, признается несостоятельным в силу следующего.

Экспортная декларация сама по себе не является обязательным документом, поскольку не свидетельствует о согласовании сторонами контракта рассматриваемой партии товара, его цены, количества и общей стоимости, является только дополнительным документом, который может быть запрошен в ходе дополнительной проверки.

Экспортную декларацию следует рассматривать как документ, который составляется контрагентом декларанта в одностороннем порядке в адрес таможенного органа иностранного государства, в связи с чем, он не может иметь первостепенное значение перед коммерческими документами, согласованными обеими сторонами внешнеторговой сделки.

Выявление отдельных несоответствий в экспортной таможенной декларации страны вывоза товара, не опровергающих по существу факт заключения сделки, не может являться основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости.

Доказательства того, что фактически к таможенному оформлению предъявлен товар, отличный от указанного в коммерческих и товаросопроводительных документах, отсутствуют.

Коллегия отмечает, что исходя из анализа статьи 4 Федерального закона от 03.08.2018 №  289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 289-ФЗ), которой установлено правовое регулирование отношений в области таможенного дела, таможенный орган может руководствоваться в своей деятельности только законодательными и нормативными актами, указанными в данной статье.

Обществом таможенному органу представлена экспортная декларации в том виде, в котором была получена обществом от инопартнера, в связи с чем, оно не должно нести ответственность за оформление и содержание сведений документа, который не оформляло.

Между тем, как верно отмечено судом первой инстанции, таможенный орган, имея сомнения в подлинности предоставленного ему декларантом документа и изложенных в нем сведений, не был лишен возможности в силу своих полномочий и на основании Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах от 03.09.1994 самостоятельно направить соответствующий запрос в компетентные органы иностранного государства, где оформлялась экспортная декларация в отношении партий товаров по спорным ДТ, с целью подтверждения или опровержения изложенных в ней сведениях.

Относительно указаний таможенного органа в оспариваемом решении на анализ информации, размещенной на сайте https.//msdrussia.ru в сети Интернет в отношении аналогичного с заявленным в спорных ДТ товара – пленки ПВХ, в ходе которого, как считает таможня, установлено, что представленные декларантом коммерческие документы не отражают действительную стоимость оцениваемых товаров в зависимости от характеристик, коллегия поясняется следующее.

Поскольку вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности конкретного продавца товара, то к структуре заявленной таможенной стоимости по спорным ДТ, отношения не имеет. Информация интернет-сайтов торговых площадок, на адреса которых указывает таможня, не являются официальным источником ценовой информации. Таможней не установлено, как данная информация и кем была размещена в глобальной сети интернет, в связи с чем, она не отвечает критерию достоверности. Таможенным органом информация интернет-сайта не оценена в совокупности и наравне с иными сведениями о цене товаров с учетом обстоятельств их перемещения через таможенную границу Российской Федерации, а также не подтверждено время действия цен на товары, информация о которых берется на интернет-сайтах и не установлены лица, ее поместившие.

На основании изложенного указанная информация не принимается коллегией как доказательство, подтверждающее сомнения в подлинности предоставленной ему декларантом экспортной декларации.

Довод таможенного органа о повышении стоимости сырья в 2021 году, в связи с чем цена товара должна быть выше, признается коллегией несостоятельным.

Стоимость произведенной продукции не зависит напрямую от стоимости сырья на стоковом рынке, так как многие производители приобретают сырье на фьючерсном рынке, имеют значительный сырьевой запас, что позволяет снизить зависимость от колебаний цен на сырье, и иметь устойчивое ценовое предложение на производимую продукцию.

Как пояснил декларант, анализ фьючерсного рынка на поливинилхлорид в Китае показывает, что стоимость ПВХ в период с 01.01.2021 по 01.08.2021 составляла от 7000 до 9562 юаней (от 995 до 1350 долл. США). Учитывая, что индекс стоимость ввезенного товара составляет 1700 долл. США за тонну, то вывод таможенного органа о несопоставимости цены товара со стоимостью сырья является несостоятельным. Ввезенная обществом пленка имеет в своем составе другие вещества, такие пластификаторы, красители, антигрибковые и иные добавки, что не позволяет приравнивать стоимость сырья к стоимости товаров. Сравнение цены везенного товара с ценой на полиэтилен является недопустимым, так как пленка изготовлена из поливинилхлорида.

Кроме того, общество в ценообразовании иностранных партнеров не участвует, в связи с чем, вопрос ценообразования относится к факторам хозяйственной деятельности поставщика товара и к структуре таможенной стоимости не имеет отношения.

Довод таможенного органа об отсутствии полномочий, у лица, подписавшего контракт и коммерческие документы, коллегией отклоняется.

Так как директором компании «Наlead (Н.К.) Co., LTD» в 2019 году являлся Gao Wangwei, а документы подписаны Gao Limin, по мнению таможенного органа, данные обстоятельства свидетельствуют о подписании документов неуполномоченным лицом.

Однако таможенным органом не учтено, что единственным учредителем компании «Halead (Н.К.) Co., LTD», является компания «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd», а законным представителем компании «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd» является Gao Limin, что подтверждается лицензией на ведение коммерческой деятельности от 28.07.2017

Как следует из представленной в материалы дела доверенности от 22.01.2019, она выдана компанией «Наlead (Н.К.) Co., LTD» господину Gao Limin как законному представителю компании учредителя Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd», следовательно данная доверенность позволяет подписывать контракты и иные коммерческие документы, документы для валютных операций и таможенного оформления товаров от имени компании «Halead (Н.К.) Co., LTD». Таким образом, все коммерческие документы подписаны генеральным директором Gao Limin, чьи полномочия подтверждаются доверенностью.

Простая письменная форма сделки соблюдена сторонами путем подписания контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB уполномоченными лицами, что соответствует требованиям, как российского законодательства, так и законодательства Гонконга.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Как следует из пункта 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься; письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это липом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

В рассматриваемом случае, компанией «Halead (Н.К.) Co., LTD» обязательства исполнялись в полном соответствии с контрактом от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, подписанным представителем, что свидетельствует о признании сделки юридическим лицом.

В целях подтверждения действительности заключенного представителем контракта, сторонами в 2021 году был оформлен дополнительный экземпляр контракта от 29.07.2019 № 3 HLD-STR-FOB, который подписан генеральным директором Gao Wangwei, что свидетельствует о наличии воли и намерений компании «Halead (Н.К.) Co., LTD» на заключение контракта.

Как следует из представленных объяснений директора ООО «Стратус-ДВ», необходимость оформления дополнительного экземпляра контракта подписанного генеральным директором Gao Wangwei вызвана наличием у Владивостокской таможни сведений о том, что именно Gao Wangwei является руководителем компании «Halead (Н.К.) Co.. LTD», а иные лица в соответствии с законодательством Гонконга не имели права подписывать коммерческие документы. Оформление дополнительного экземпляра контракта подписанного генеральным директором Gao Wangwei, а не представителем Gao Limin не повлияло на объем прав и обязанностей сторон сделки, не изменило или прекратило обязательства продавца или покупателя, в связи с чем довод таможенного органа о невозможности установить волю сторон на заключение договора купли-продажи товаров, не подтверждается материалами дела.

Довод таможенного органа о том, что контракт и коммерческие документы могут быть подписаны только директором, а у компании «Zhejiang Hailide New Material Co., Ltd» и господина Gao Limin полномочия отсутствуют, противоречит личному закону компании «Halead (Н.К.) Co., LTD» и представленным в материалы дела документам.

Юридическая сила контракта подтверждается также тем, что он принят сторонами и исполнялся, согласно его условиям. В настоящий момент он не оспорен и не признан недействительным в установленном законом порядке. Доказательств обратного таможней не представлено.

При этом, коллегия отмечает, что в сферу таможенного контроля не входит оценка полномочий участников сделки на ее заключение, с учетом отсутствия спора между ее сторонами, равно как и оценка действий продавца и покупателя, направленных на установление, изменений или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таможенный орган, не является лицом, полномочным на заявление доводов о недействительности сделки, в связи с чем доводы таможенного органа о подписании внешнеторгового контракта от 29.07.2019 № 3HLDSTR-FOB неуполномоченным лицом со ссылкой на сведения, полученные от представителей таможенной службы в Китайской Народной Республике, в частности о лицах, действующих от указанной компании и уполномоченных от ее имени подписывать контракты судом отклоняются, как не имеющие значения для рассмотрения данного спора, предметом которого являются решения о внесении сведений, заявленных в декларации на товары.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться, как позволяющие ему произвольно (бездоказательно) осуществлять корректировку таможенной стоимости товаров. Таможенный орган обязан доказать наличие признаков недостоверности сведений о цене сделки либо ее зависимости от условий, влияние которых не может быть учтено при определении таможенной стоимости, в соответствии с частью 5 статьи 200 АПК РФ.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

При оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательств совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и другое) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49).

При изложенных обстоятельствах, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что обществом доказано после выпуска товаров наличие оснований для определения заявленной таможенной стоимости товаров на основании первого метода определения таможенной стоимости и, как следствие, для внесения изменений в сведения, указанные в спорной ДТ.

Условий, позволяющих исключить применение метода определения таможенной стоимости «по цене сделки» (пункт 1 статьи 39 ТК ЕАЭС), не выявлено.

Оценивая довод таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа стоимости однородных товаров было выявлено отклонение заявленной таможенной стоимости от информации, содержащейся в базах данных таможни, судебная коллегия исходит из разъяснений пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49.

В соответствии с пунктом 10 указанного Постановления система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.

При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Между тем, в рассматриваемом случае выявленные таможенным органом расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа, были объяснены декларантом в ходе дополнительной проверки путем представления соответствующих документов.

Таки образом, утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении товаров по рассматриваемой ДТ нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что фактическое исполнение условий внешнеторгового контракта устраняет сомнения в его действительности, сделка одобрена обеими сторонами, поставка товаров по спорным ДТ осуществлена согласно контракту и приложениям к нему, инвойсам, которые содержат необходимые сведения о количестве, технических характеристиках и стоимости товара, что не опровергнуто таможенным органом, результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений названного Кодекса, в том числе в части недостоверности и (или) неполноты проверяемых сведений, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности выводов, изложенных в решениях таможенного поста от 17.02.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары № 10702070/291121/3004953, № 10702070/021221/3010082, № 10702070/101221/3019701, после выпуска товаров.

Учитывая изложенное, корректность выбора источников ценовой информации таможенным постом, послуживших основанием для доначисления таможенных платежей по спорной ДТ при определении таможенной стоимости и в отношении которых в оспариваемых решениях сделаны выводы о верном их выборе, не оценивается, как не влияющая на правильность разрешения спора в связи с отсутствием оснований для внесения изменений (дополнений) в сведения спорной ДТ и последующей корректировки таможенной стоимости.

В этой связи следует признать, что недоказанность таможенным органом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости свидетельствует о противоречии оспариваемых решений от 17.02.2022 закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта, поскольку его принятие повлекло увеличение размера таможенных платежей.

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела установлено наличие оснований для признания оспариваемого решения незаконным, суд апелляционной инстанции считает, что требования заявителя правомерно удовлетворены судом первой инстанции.

Следовательно, в целях восстановления нарушенных прав заявителя арбитражный суд в порядке пункта 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обоснованно возложил на таможенный орган обязанность по возврату заявителю излишне уплаченных таможенных платежей по ДТ 10702070/291121/3004953, № 10702070/021221/3010082, № 10702070/101221/3019701.

Из материалов дела следует, что обществом также были заявлены ко взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 90 000 рублей, оценив которые, суд первой инстанции пришел к выводу об их частичном удовлетворении - взыскав с ответчика в пользу заявителя 30 000 рублей судебных расходов.

Апелляционная жалоба не содержит возражений относительно выводов арбитражного суда в данной части.

Проверив выводы суда о разумности взысканной суммы судебных расходов, судебная коллегия считает, что они сделаны судом первой инстанции в пределах предоставленных ему дискреционных полномочий с учетом положений пункта 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 № 454-О, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» и в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

По итогам рассмотрения апелляционной жалобы коллегия приходит к выводу о том, что обстоятельства настоящего дела были предметом тщательного рассмотрения в суде первой инстанции. При этом судом со ссылкой на имеющиеся в деле документы подробным образом аргументированы сделанные выводы.

Все доводы апелляционной жалобы, повторяющие по существу доводы, заявленные в суде первой инстанции, подлежат отклонению по мотиву неосновательности, поскольку при проверке материалов дела не нашли своего подтверждения.

Ссылку апеллянта на судебную практику суд апелляционной инстанции отклоняет, как не имеющую преюдициального значения для данного дела. Различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свидетельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права.

Таким образом, судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и примененным нормам материального права.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

На основании статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не относит на таможенный орган судебные расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 11.10.2022 по делу №А51-7261/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.Л. Сидорович

Судьи

А.В. Пяткова

Т.А. Солохина