ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-38108/2019

город Ростов-на-Дону

11 июня 2021 года

15АП-906/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 11 июня 2021 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от фермерского хозяйства "Пульс": представитель по доверенности от 10.11.2020 ФИО2;

от ФИО3: представитель по доверенности от 04.06.2021 ФИО2,

от ФИО4: представитель по доверенности от 09.10.2020 ФИО5;

конкурсный управляющий Сельскохозяйственного производственного кооператива "Победа" ФИО6, лично:

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива "Победа" ФИО6 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.12.2020 по делу № А53-38108/2019 по заявлению конкурсного управляющего ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива "Победа",

ответчик: ФИО3; Фермерское хозяйство "Пульс",

третье лицо: ФИО7

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива "Победа" (далее - должник, СПК "Победа") конкурсный управляющий должника ФИО6 обратился с заявлением о признании недействительным соглашения от 29.01.2019 об изменении (уменьшении) срока действия договора аренды земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:943 от 18.07.2013, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК "Победа", площадью 110000+/-2902 кв. м, заключенного между должником и ФИО3. Конкурсный управляющий также просил применить последствия недействительности сделки в виде обязания фермерского хозяйства"Пульс" возвратить должнику во владение и пользование вышеназванный земельный участок, восстановить у должника право его аренды.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.12.2020 по делу № А53-38108/2019 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обжаловал его в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении заявления, поскольку пришел к неверному выводу о том, что расторжение договора аренды от 18.07.2013 отвечало интересам должника, в то время как последний мог реализовать право аренды на оставшийся срок действия договора и полонить конкурсную массу. Податель апелляционной жалобы также обращает внимание на тот факт, что со стороны арендодателя допущено злоупотребление правом. Конкурсный управляющий отмечает, что судом первой инстанции допущены процессуальные нарушения, что повлекло за собой существенное нарушения прав и интересов заявителя.

В отзыве на апелляционную жалобу фермерское хозяйство "Пульс" просит оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, пояснили свои правовые позиции по спору.

Конкурсный управляющий просил определение суда первой инстанции отменить, требования удовлетворить в полном объеме, поддержал правовую позицию, отраженную в апелляционной жалобе.

Представитель фермерского хозяйства "Пульс" просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Представитель ФИО4 просил определение суда первой инстанции отменить, удовлетворить требования конкурсного управляющего в полном объеме. 

В судебном заседании, состоявшемся 31.05.2021, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 04.06.2021 до 16 час. 00 мин.

Информация о времени и месте продолжения судебного заседания после перерыва была размещена на официальном сайте Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда http://15aas.arbitr.ru. О возможности получения такой информации лицам, участвующим в деле, было разъяснено в определении о принятии апелляционной жалобы к производству, полученном всеми участниками процесса. 

В рамках перерыва в судебном заседании в суд апелляционной инстанции посредством системы "Мой арбитр" в электронном виде поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ответчик просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Также указано, сумма задолженности по арендной плате за 2017-2019 годы (с разбивкой по периодам) всего составляет 128237, 66 руб. Кроме того, указано, что в 2017-2019 гг. СПК "Победа" не уплачивал земельный налог за земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:943, который также входил в состав арендной платы за земельный участок согласно пункту 2.2. договора аренды. Общая сумма уплаченного налога за названный период составила 6363 руб. Указано, что в судебном порядке задолженность по арендной плате взыскана не была, поскольку ФИО3 является нетрудоспособным (установлена инвалидность), отсутствовала финансовая возможность для несения судебных расходов. 

После перерыва в судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору. В том числе представитель ФИО3 поддержал правовую позицию, отраженную в отзыве на апелляционную жалобу в части нарушении должником условий арендной платы за 2017-2018 годы. Уточнил, что данное соглашение было заключено с целью расторжения договора аренды к установленному сроку по обоюдному согласию. Должник (арендатор) не имели возможности своевременно и в полном объеме вносить арендную плату как в денежном выражении, так и натуральном.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.10.2019 заявление индивидуального предпринимателя ФИО8 о признании несостоятельным (банкротом) сельскохозяйственный производственный кооператив "Победа" принято, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.12.2019 (резолютивная часть объявлена 11.12.2019) заявление индивидуального предпринимателя ФИО9 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6.

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете "Коммерсантъ" от 21.12.2019 № 236(6716). 

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.08.2020 СПК "Победа" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Информация о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликована в газете "КоммерсантЪ" от 15.08.2020 № 146(6867).

В ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего, ФИО6 было установлено, что 18.07.2013 между ФИО3 (арендодатель) и должником заключен договор аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения, по условиям которого арендатору передан земельный участок, кадастровый номер 61:01:0600017:943, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК "Победа", площадью 110000+/-2902 кв. м. 

Согласно пункту 1.2 договора срок действия договора определен в 10 лет. 

В пункте 2.1. стороны определили арендную плату в натуральной форме путем передачи продукции (зерна, кукурузы, масла подсолнечного, сахара), а также в виде вспашки огорода, оказание ритуальных услуг, подвоза угля, воды.

29 января 2019 года между СПК "Победа в лице представителя по доверенности ФИО7 и ФИО3 заключено дополнительное соглашение "Об изменении срока действия договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения" (далее – соглашение о расторжении договора аренды, оспариваемое соглашение, соглашение), согласно которому стороны изменили срок действия договора, установив дату прекращения договора - 01.11.2019. 

В дальнейшем право собственности на спорный земельный участок перешло в порядке сингулярного правопреемства к новому собственнику - фермерскому хозяйству "Пульс", дата регистрации права 17.07.2019, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 02.09.2020.

Полагая, что вышеназванное соглашение нарушает права и интересы кредиторов, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании его недействительным.

В обоснование заявленных требований заявитель сослался на положения статей 173.1, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации. В предшествующем просительной части заявления, заявитель также сослался на положения статей 61.1 и 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве). В качестве правового обоснования заявленных требований заявитель, в том числе, сослался на постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.07.2020 по делу № А63-20918/17. 

При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции руководствовался следующим. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве. 

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. 

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013). 

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе. 

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания  недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права. 

Согласно пункту 9 постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

 Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления № 63). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) было возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.10.2019, оспариваемая сделка совершена 29.01.2019, то есть в период подозрительности, установленный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом). 

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе, путем проверки его по указанной картотеке.

Для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсному управляющему необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств: 

1) сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; 

2) условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника. 

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления       № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении вопроса о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности или неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, следовательно, чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией о действительной рыночной стоимости как переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств, так и полученного встречного исполнения. 

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. 

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий должника указал на то, что посредством отказа от права аренды нанесен вред правам и интересам кредиторов, поскольку выбыло имущественное право, за счет реализации которого возможно пополнение конкурсной массы.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации, в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Законом могут быть установлены виды имущества, сдача которого в аренду не допускается или ограничивается.

Законом могут быть установлены особенности сдачи в аренду земельных участков и других обособленных природных объектов.

Землями сельскохозяйственного назначения признаются земли, находящиеся за границами населенного пункта и предоставленные для нужд сельского хозяйства, а также предназначенные для этих целей. В составе таких земель выделяются сельскохозяйственные угодья, земли, занятые внутрихозяйственными дорогами, коммуникациями, лесными насаждениями, предназначенными для обеспечения защиты земель от негативного воздействия, водными объектами, а также зданиями, сооружениями, используемыми для производства, хранения и первичной переработки сельскохозяйственной продукции (пункты 1 и 2 статьи 77 Земельного кодекса Российской Федерации).

Земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей (пункт 1 статьи 78 Земельного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно пункту 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (пункт 2 статьи 450 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи, если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут.

В соответствии с положениями статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда арендатор:

1) пользуется имуществом с существенным нарушением условий договора или назначения имущества либо с неоднократными нарушениями;

2) существенно ухудшает имущество;

3) более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату;

4) не производит капитального ремонта имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки в тех случаях, когда в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором производство капитального ремонта является обязанностью арендатора.

Договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендодателя в соответствии с пунктом 2 статьи 450 названного Кодекса.

Арендодатель вправе требовать досрочного расторжения договора только после направления арендатору письменного предупреждения о необходимости исполнения им обязательства в разумный срок.

В соответствии со статьей 620 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию арендатора договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда:

1) арендодатель не предоставляет имущество в пользование арендатору либо создает препятствия пользованию имуществом в соответствии с условиями договора или назначением имущества;

2) переданное арендатору имущество имеет препятствующие пользованию им недостатки, которые не были оговорены арендодателем при заключении договора, не были заранее известны арендатору и не должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора;

3) арендодатель не производит являющийся его обязанностью капитальный ремонт имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки;

4) имущество в силу обстоятельств, за которые арендатор не отвечает, окажется в состоянии, не пригодном для использования.

Договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендатора в соответствии с пунктом 2 статьи 450 названного Кодекса.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 46 Земельного кодекса Российской Федерации, аренда земельного участка прекращается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены гражданским законодательством.

Наряду с указанными в пункте 1 названной статьи основаниями аренда земельного участка может быть прекращена по инициативе арендодателя по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 45 названного Кодекса.

Прекращение аренды земельного участка по основаниям, указанным в абзаце втором подпункта 1 пункта 2 статьи 45 названного Кодекса, не допускается:

1) в период полевых сельскохозяйственных работ;

2) в иных установленных федеральными законами случаях.

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Земельного кодекса Российской Федерации, право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, право пожизненного наследуемого владения земельным участком прекращаются принудительно:

1) при использовании земельного участка с нарушением требований законодательства Российской Федерации, а именно при:

использовании земельного участка не по целевому назначению или если его использование приводит к существенному снижению плодородия земель сельскохозяйственного назначения или причинению вреда окружающей среде;

порче земель;

невыполнении обязанностей по рекультивации земель, обязательных мероприятий по улучшению земель и охране почв;

невыполнении обязанностей по приведению земель в состояние, пригодное для использования по целевому назначению;

неиспользовании земельного участка, предназначенного для сельскохозяйственного производства либо жилищного или иного строительства, в указанных целях в течение трех лет, если более длительный срок не установлен федеральным законом. В этот период не включается время, необходимое для освоения участка, за исключением случаев, когда земельный участок относится к землям сельскохозяйственного назначения, оборот которых регулируется Федеральным законом "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", а также время, в течение которого участок не мог быть использован по целевому назначению из-за стихийных бедствий или ввиду иных обстоятельств, исключающих такое использование;

создании или возведении на земельном участке самовольной постройки либо невыполнении обязанностей, предусмотренных частью 11 статьи 55.32 Градостроительного кодекса Российской Федерации, в сроки, установленные решением о сносе самовольной постройки либо решением о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями;

2) при изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд в соответствии с правилами, предусмотренными названным Кодексом;

Применительно к рассматриваемому случаю, судом установлено и из материалов дела следует, что оспариваемое конкурсным управляющим соглашение подписано сторонами на добровольной основе и направлено на прекращение арендного обязательства.

В отличие от классических сделок, связанных с перемещением материальных благ, данная сделка обладает своей спецификой, по общему правилу не предусматривает встречного имущественного предоставления.

Вместе с тем, соглашение о расторжении договора аренды нельзя признать безвозмездной сделкой.

По существу встречные предоставления по такому соглашению сводятся к освобождению сторон договора от несения ими имущественных обязанностей по отношению друг другу. 

В результате такого соглашения прекращается обязанность арендатора по внесению арендной платы и обязанность арендодателя по предоставлению земельного участка в пользование и владение и воздержанию от чинения препятствий в пользовании. 

Таким образом, соглашение о расторжении договора аренды является возмездной сделкой (пункт 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для определения наличия или отсутствия оснований применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, важным является установление рыночного характера условий соответствующего соглашения. 

Для отказа в признании сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо чтобы встречные предоставления были эквивалентными или, по крайней мере, существенно не отклонялись от эквивалентности. 

Применительно к соглашению о расторжении договора аренды важным является соотношение размера арендной платы и стоимости права аренды за соответствующий период. В тех случаях, когда размер арендной платы равен или превышает стоимость соответствующего права аренды, соглашение о расторжении договора аренды нельзя признать подозрительной сделкой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Равно как нельзя признать такое соглашение недействительным и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку такое соглашение не причиняет вреда имущественным интересам кредиторов. 

Напротив, такое соглашение о расторжении договора аренды ведет к уменьшению текущей задолженности должника и должно быть признано заключенным в интересах реестровых кредиторов. 

Также не представлено доказательств того, что должник на момент расторжения договора аренды имел возможность использовать земельный участок по назначению и извлекать прибыль, а именно осуществлять необходимые сельскохозяйственные работы, оплачивать арендную плату, либо иным образом использовать земельный участок таким образом, что бы такое использование улучшило финансовое положение должника и не привело бы к увеличению кредиторской задолженности, нерациональному использованию земельного участка и уменьшению его стоимости.

Напротив, прекращение договорных отношений, при неисполнении финансовых обязательств, блокировало увеличение задолженности общества по арендной плате, а также привлечение общества к административной ответственности за неиспользование земель сельскохозяйственного назначения.

Как следует из представленного ответчиком отчета об оценке от 09.12.2020 № 0697/0 рыночной стоимости права аренды 1 гектара земельных участков в пределах кадастрового квартала 61:01:0600017, расположенных по адресу: Ростовская область, Азовский район, в границах землепользования СПК "Победа", составленному оценщиком ФИО10, рыночная стоимость 1 гектара составляет на 02.11.2019 - 6 238,35 руб., на 07.12.2020 - 6 468,52 руб.

Судом установлено, что указанная стоимость примерно соответствует ценовой информации, содержащейся в общедоступных источниках в сети "Интернет".

Ответчиком произведен расчет величины рыночной стоимости годовой арендной платы в отношении спорного земельного участка, который составил               71153,72 руб. в год на текущий момент, 68621,85 руб. на 02.11.2019. При этом размер текущих платежей, которые понесет должник в случае возвращения права аренды, составил 75206,07 руб. в год на текущий момент, 56295,83 руб. на соответствующую дату.

Как отмечено выше, для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим должна быть доказана неравноценность встречного предоставления.

Применительно к рассматриваемому случаю, это означает, что управляющим должно было быть доказано, что продолжение действия договора аренды для должника с учетом необходимости нести соответствующие расходы было более выгодно, чем его расторжение. Так, например, в случае невозможности самостоятельной обработки поля, должник был вправе сдать земельный участок в субаренду. Вместе с тем, в таком случае управляющий должен был обосновать доводы соответствующим расчетом, чего сделано не было.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что должник имел возможность извлечь прибыл в результате самостоятельного использования спорного земельного участка и в обоснование своей позиции представляет расчет специалиста.

Между тем, указанный довод является необоснованным, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что 

СПК "Победа" действительно рационально использовал спорный земельный участок по целевому назначению и извлекал прибыл, достаточный в том числе и для своевременного внесения арендной платы и земельного налога согласно условиям договора аренды. При этом суд апелляционной инстанции учитывает специфику достаточно высокой степени рискованной деятельности сельскохозяйственного предприятия, для осуществления которой необходимы постоянные финансовые вложения и соответствующие ресурсы.

Как указывает сам конкурсный управляющий, в спорный период должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в настоящее время должник находится в процедуре конкурсного производства и не ведет производственной деятельности. Даже в случае возврата активов (права аренды) в конкурсную массу возможно лишь предоставление в субаренду спорного земельного участка (по условиям договора аренды таких ограничении не установлено). Между тем, как указано выше, ни конкурсный управляющий. Ни иные лица, участвующие в деле, не доказали возможность извлечения должником  дохода от сдачи в субаренду земельного участка, учитывая установленный договором размер арендной платы и реальная рыночная стоимость права аренды на актуальную дату исходя из представленного ответчиком отчета и имеющейся общедоступной информации.

Несмотря на неоднократное предложение суда, ходатайства о назначении судебной экспертизы именно по определению рыночной стоимости права субаренды по спорному земельному площадью 11 га. на срок до 02.08.2023 (с учетом первоначально установленного срока аренды) не заявлено.

Вместо этого, очередь конкурсный управляющий заявил ходатайство назначении по делу судебной экспертизы права аренды всех земельных участков, выбивших из распоряжения должника, которые в последствии были приобретены Фермерским хозяйством "Пульс" общей площадью 560 га, не входящие в предмет спора по настоящему делу, без указания срока аренды, а также с целью определения размера не полученного СПК "Победа" доход от использования всех ранее находившихся в аренде земельных участков общей площадью 560 га.

Суд апелляционной инстанции рассмотрев данное ходатайство отказа в удовлетворении заявленного ходатайства, поскольку исследование данных вопросов не входит в предмет доказывания и не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора по существу, о чем указано выше.

Кроме того, согласно представленному в суд первой инстанции письму ФИО3 от 14.12.2020 и платежным документам, СПК "Победа" не исполняло обязательства перед арендодателем в части уплаты арендной платы в натуральной форме, оплаты земельного налога, о чем .

В рамках рассмотрения обособленного спора судом апелляционной инстанции от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Как указывает ответчик, ФИО3 не получал от           СПК "Победа" натуральной арендной платы за земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:943 в соответствии с пунктом 2.1 договора аренды от 18.07.2013 г., а именно:

в 2017 г. СПК "Победа" не выдал 4000 кг пшеницы, 1000 кг кукурузы, 40 кг подсолнечного масла и 50 кг сахара, входящие в состав арендной платы за земельный участок;

в 2018 г. СПК "Победа" не выдал 4000 кг пшеницы, 1000 кг кукурузы, 40 кг подсолнечного масла и 50 кг сахара, входящие в состав арендной платы за земельный участок;

в 2019 г. СПК "Победа" не выдал 2159 кг пшеницы, 540 кг кукурузы, 22 кг подсолнечного масла и 27 кг сахара, входящие в состав арендной платы за земельный участок (с учетом того, что ФИО3 оставался собственником земельного участка до 16.07.2019 включительно).

Общая стоимость сельхозпродукции, которая не выдана СПК "Победа" в пользу ФИО3 в 2017-2019 годах за аренду земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:943 по договору от 18.07.2013 г., составляет денежную сумму в размере 128 237,66 руб., а именно:

Невыплаченная арендная плата за земельный участок

Стоимость сельхозпродукции по данным Росстата на дату выплаты арендной платы, установленную договором

Задолженность СПК "Победа" по арендной плате за земельный участок

4000 кг пшеницы за 2017 год

7 794,88 руб/т

31 179,52 руб.

1000 кг кукурузы за 2017 год

6 679,71 руб/т

6 679,71 руб.

40 кг подсолнечного масла за 2017 год

100,99 руб/кг

4 039,60 руб.

50 кг сахара за 2017 год

36,75 руб/кг

1 837,50 руб.

4000 кг пшеницы за 2018 год

10 001,30 руб/т

40 005,20 руб.

1000 кг кукурузы за 2018 год

9 062,20 руб/т

9 062,20 руб.

40 кг подсолнечного масла за 2018 год

100,67 руб/кг

4 026,80 руб.

50 кг сахара за 2018 год

46,23 руб/кг

2 311,50 руб.

2159 кг пшеницы за период с 01.01.2019 г. по 16.07.2019 г.

10 146,74 руб/т

21 906,81 руб.

540 кг кукурузы за период с 01.01.2019 г. по 16.07.2019 г.

7 958,07 руб/т

4 297,36 руб.

22 кг подсолнечного масла за период с 01.01.2019 г. по 16.07.2019 г.

97,41 руб/кг

2 143,02 руб.

27 кг сахара за период с 01.01.2019 г. по 16.07.2019 г.

27,72 руб/кг

748,44 руб.

ИТОГО за 2017-2019 гг.

128 237, 66 руб.

Также ответчик обратил внимание суда, что в 2017-2019 годах                  СПК "Победа" не уплачен земельный налог за спорный земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:943, который также входил в состав арендной платы за земельный участок в соответствии с условиями пункта 2.2 договора аренды. В соответствии с представленными в материалы обособленного спора доказательствами, налог в 2017-2019 годах уплачивался супругой ответчика - ФИО11. 

Каких-либо доказательств, подтверждающих обратное, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.  

Общая сумма земельного налога, уплаченного в 2017-2019 годах, составила 6363,00 руб. Выплат в счет возмещения этих налоговых платежей СПК "Победа" в пользу ФИО3 осуществлено не было. Доказательств обратного в материалы обособленного спора не представлено. 

Таким образом, итоговая величина задолженности СПК "Победа" по арендной плате за 2017-2019 годы составила денежную сумму в размере 134600, 66 руб. = 128237,66 руб. (стоимость сельхозпродукции) + 6363,00 руб. (неуплаченные налоги).

Как пояснил ответчик, последний неоднократно обращался к руководству СПК "Победа" с просьбами выплатить арендную плату и выкупить земельный участок, так как ФИО3 остро нуждался в денежных средствах для проведения операции в связи с осложнениями, вызванными сахарным диабетом. В свою очередь, руководством СПК "Победа" было отказано со ссылкой на тяжелое финансовое положение кооператива, но предложило оформить досрочное расторжение договора аренды, чтобы, с одной стороны, не накапливалась задолженность по арендной плате за СПК "Победа", а, с другой стороны, - ФИО3 имел возможность свободно продать участок без арендного обременения.

В судебном порядке задолженность по арендной плате ФИО3 не взыскивалась, поскольку ответчик не трудоспособен (установлена инвалидность) и не имел финансовой возможности для оплаты необходимых для этого судебных расходов.

С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств дела, по соглашению от 29.01.2019 договор аренды с СПК "Победа" был расторгнут с 01.11.2019.

Впоследствии ФИО3 нашел покупателя и продал земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:943 фермерскому хозяйству "Пульс" по договору от 03.07.2019 за 1 400 000 рублей. На полученные от ФХ "Пульс" деньги ФИО3 была сделана операция по ампутации ног.

В соответствии с пунктом 3.7 оспариваемого договора, арендатор обязан своевременно вносить арендную плату. 

В пункте 2.1. договора стороны определили арендную плату в натуральной форме путем передачи продукции:

зерна (2000 кг) до 30.09. текущего года;

кукурузы (500 кг) до 30.08. текущего года;

масла подсолнечного (20 кг) до 30.10. текущего года;

сахара(25 кг) до 20.12. текущего года. 

А также в виде вспашки огорода, оказание ритуальных услуг, подвоза угля, воды.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены доказательства, которые якобы подтверждают факт надлежащего исполнения должником обязательств по договору аренды перед ответчиком. Согласно представленной ведомости в 2019 году в пользу ФИО3 передано:

зерно в количестве 5000 кг;

кукуруза – 1000 кг;

сахар – 50 кг;

масло – 40 кг. 

Вместе с тем, как пояснено представителями сторон в судебном заседании, указанный размер произведенных выплат (в натуральной форме) обусловлен не погашением задолженности за иной (более ранний) период, а наличием обязательств по иному, также заключенному с ФИО3, договору аренды в отношении иного земельного участка. (как уточнили стороны в судебном заседании между должником и ответчиком были заключены два договора аренды земельных участков с аналогичными условиями). Кроме того, исполнение обязательств по аренде за 2019 год не подтверждает факт исполнение обязательств и за 2017 и 2018 годы, учитывая, что другая сторона договора отрицает факт исполнения обязательств, а конкурсный управляющий таких доказательств не предоставляет.

Утверждения конкурсного управляющего о надлежащем исполнении СПК "Победа" своих обязанностей по внесению арендной платы со ссылкой на акт налоговой проверки № 1072 от 16.05.2019 не могут быть признаны обоснованными на основании следующего.

Из указанного акта налоговой проверки никак не следует, что на протяжении всего 2018 года, а тем более 2017 и 2019  годов должник в срок и в полном объеме исполнял все обязательства по внесению арендной платы за земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:943 в пользу предыдущего собственника ФИО3

Все заявления конкурного управляющего об обратном фактически являются голословными, поскольку из буквального содержания указанного акта можно установить только то, что арендная плата в общей сумме 4 691 090 руб. была выплачена должником 331-му физическому лицу-арендодателю 27.12.2018, при этом сумма неудержанного СПК "Победа" как налоговым агентом НДФЛ с арендных платежей составила 609 842 руб.

Из представленных в материалы дела доказательств невозможно достоверно установить, что в указанную группу арендодателей, получивших 27.12.2018 арендную плату за 2018 год в денежном выражении, входил ФИО3, как невозможно установить общую сумму выплаченной ему арендной платы. 

Актом налоговой проверки № 1072 от 16.05.2019 данные обстоятельства не подтверждаются.

Кроме того, не установлено, на основании каких первичных документов в акте сделан вывод об оплате арендных платежей.  

Согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" факты уклонения гражданина или юридического липа от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

Таким образом, любое исполнение (неисполнение) налоговых обязанностей должником не имеет правового значения в настоящем обособленном споре о недействительности сделки, в связи с чем акт налоговой проверки № 1072 от 16.05.2019 не может быть признано относимым и допустимым доказательством.

На основании вышеизложенного, надлежащих относимых, допустимых, достаточных первичных документов, подтверждающих уплату в полном объеме арендной платы по договору аренды от 18.07.2013 в пользу ФИО3 в денежном и (или) натуральном выражении, таких как: платежные поручения, расходные кассовые ордеры, ведомости на выдачу арендной платы в натуральном выражении, накладные и т.д. конкурсным управляющим ни в суд первой инстанции, ни в рамках апелляционного рассмотрения обособленного спора не представлено, в связи с чем наличие задолженности по арендной плате не опровергнуто. В любом случае при наличии спора между сторонами по договору, акт налоговой проверки не может являться надлежащим доказательств исполнения обязательств данного договора, выводы, изложенные в акте проверки не имеют преюдициального значения по настоящему спору. При этом из данного акта невозможно установить какие-либо фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего спора.

На основании вышеизложенного, с учетом, неоднократного нарушения СПК "Победа" обязательств по полному и своевременному внесению арендной платы, в частности, в соответствии с пунктом 2.2 договора аренды от18.07.2013, у       ФИО3 до заключения оспариваемого соглашения от 29.01.2019 имелись все основания для предъявления иска о досрочном расторжении договора аренды земельного участка в порядке статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с общими условиями, предусмотренными положениями статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор аренды может быть досрочно расторгнут по требованию арендодателя в случае, если арендатор  более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату.

В рассматриваемом случае, между сторонами было заключено соглашение об изменении срока действия договора, фактически направленное на его досрочное расторжение. При этом, соглашение заключено на добровольной основе.

При этом сам факт нахождения должника в процедуре конкурсного производства не исключает возможность досрочного расторжения договора аренды земельного участка с должником по причине несвоевременного и неполного внесения им арендной платы, нарушения иных обязательств по договору аренды, поскольку Закон о банкротстве не содержит положения о том, что открытие в отношении должника-арендатора процедуры конкурсного производства автоматически лишает арендодателя права на досрочное расторжение договора, в том числе, при наличии к тому оснований, установленных законом.

Соответствующая правовая позиция изложена, в частности, в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.2020 №303-ЭС16-19972(2) по делу № А73-5433/2014 и от 28.01.2021 №304-ЭС15-17252(3) по делу № А03-3315/2013.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что возможность для арендодателя выйти из договорных правоотношений с неоплатным должником-арендатором в равной степени подлежит признанию и защите как в случае одностороннего отказа арендодателя от договора или его расторжения на основании решения суда, так и в случае заключения сторонами соглашения о досрочном прекращении договора, как это имеет место быть в настоящем случае.

Судом также не установлена аффлированность сторон, соответствующие доводы сторонами не заявлены, о чем подтвердили в судебном заседании представители лиц, участвующих в деле.

Также не доказано, что ответчик знал или должен был знать, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Неисполнение обязательства по внесению арендных платежей само по себе не свидетельствует об осведомленности арендодателя о факте неплатежеспособности арендатора. Мотивация лица, ненадлежащим образом исполняющего свои обязанности по арендному соглашению, может не зависеть от его финансового состояния, а быть обусловленной иными факторами, влияющими на принятие экономически важных решений участником хозяйственного оборота.

В рассматриваемом случае, арбитражным управляющим также не были представлены доказательства и приведены доводы, свидетельствующие о наличии у ФИО3 цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Как отмечено выше, для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим должна быть доказана неравноценность встречного предоставления.

Применительно к рассматриваемому случаю, это означает, что управляющим должно было быть доказано, что продолжение действия договора аренды для должника с учетом необходимости нести соответствующие расходы было более выгодно, чем его расторжение. Так, например, в случае невозможности самостоятельной обработки поля, должник был вправе сдать земельный участок в субаренду. Вместе с тем, в таком случае управляющий должен был обосновать доводы соответствующим расчетом, чего сделано не было, о чем более подробно указано выше.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что в настоящее время собственником спорного земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:943 с 17.07.2019 является ФХ "Пульс" на основании договора купли-продажи с ФИО3, досрочно прекративший арендное правоотношение с СПК "Победа" на основании оспариваемого соглашения от 29.01.2019.

Как указывает ответчик и не оспорено сторонами, фермерское хозяйство "Пульс" никогда не состояло в каких-либо вещных или обязательственных правоотношениях с СПК "Победа" по поводу земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:943, в связи с чем, какая бы то ни было возмездность и встречность предоставления между ними по поводу участка исключена.

При этом, приобретая в собственность земельный участок, ФХ "Пульс" не знало и не могло знать об основаниях и порядке прекращения арендного правоотношения между ФИО3 и СПК "Победа", а потому оснований для выводов о злоупотреблении последним правами не имеется.

Доказательств обратного, в том числе в виде наличия аффилированности или сговора между сторонами, конкурсным управляющим не представлено.

С учетом изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание отсутствие каких-либо взаимоотношений между должником и ФХ "Пульс", суд апелляционной инстанции также признает необоснованными требования конкурсного управляющего к ответчикам применительно к пунктам 1. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом правовой позиций высшей судебной инстанции, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 303-ЭС1б-16877 по делу № А16-1418/2014 и пункта18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации   № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, равноценность встречного предоставления между сторонами по договору аренды является презумпцией, которая может быть опровергнута с учетом содержания каждого конкретного договора и особенностей его исполнения.

В этой связи, с одной стороны, проведенной в настоящем обособленном споре оценкой объективно подтверждено, что на момент прекращения арендных правоотношений между ФИО3 и СПК "Победа" размер текущих платежей в виде арендной платы по договору превышает размер рыночной стоимости права аренды, досрочное расторжение договора аренды было обусловлено в том числе отсутствием экономического интереса со стороны самого должника, а также с целью недопущения увеличения задолженности по арендной плате. Стороны на добровольной основе расторгая договор аренды действовали в интересах обоих сторон договора. 

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что удовлетворение требования в рассматриваемом случае существенно не восстановит права должника и кредиторов, поскольку реализация права аренды по существенно завышенной цене невозможно учитывая незначительный остаток первоначально установленного срока договора аренды  - до 02.08.2023, при отсутствии возможности дальнейшей пролонгации (новый собственник также является сельскохозяйственным производителем и активно возражает против передачи прав аренды должнику). Кроме того, суд учитывает, что дело относится к сложной категории, имеется множество лиц, участвующих в деле с разными правовыми позициями и интересами, и нет оснований полагать, что в кратчайшее время возможно утверждение Положения о продаже имущества должника и будет реализовано имущество с правом аренды на все ранее имеющиеся земельные участки единым лотом по более высокой цене (как заявляли конкурсный управляющий и кредитор).

На основании изложенного следует, что презумпция взаимной возмездной равноценности встречных предоставлений по договору аренды опровергается с учетом содержания и обстоятельств исполнения заключенного между                СПК "Победа" и ФИО3 договора аренды от 18.07.2013. При этом, учитывая как наличие задолженности по договору, так и соотношение рыночной стоимости права аренды (субаренды) на незначительный срок с учетом специфики деятельности и целевого назначения земельного участка, с размером арендных платежей, установленном договором аренды на спорную дату, на стороне арендодателя ФИО3 отсутствовала обязанность совершать в пользу СПК "Победа" какое бы то ни было имущественное предоставление за досрочное прекращение договора аренды. Напротив, непогашенный долг существовал именно на стороне арендатора.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что нельзя признать оспариваемое соглашение от 29.01.2019 подозрительной сделкой, направленной на причинение вреда имущественным интересам кредиторов, поскольку встречные имущественные выгоды сторон по соглашению равнозначны и существенно не отступают от рыночных условий. 

При этом, судом апелляционной инстанции также принята во внимание правовая позиция, отраженная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2015 № 308-ЭС15-11405.

Судом апелляционной инстанции также принято во внимание, что применение последствий недействительности сделки не отвечает интересам кредиторам.

В рассматриваемом случае в качестве последствий признания сделки недействительной возможно было применить исключительно восстановление права аренды должника в отношении спорного участка. 

Вместе с тем, с учетом положений статьи 45 Земельного кодекса Российской Федерации, указанное было бы возможно только по окончании посевного сезона.

В ином случае, применение последствий признания сделки недействительной помимо прочего повлекло бы увеличение задолженности посредством возмещения настоящему собственнику расходов, понесенных на засев земельного участка.

Правовой подход, изложенный в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.07.2020 по делу № А63-20918/2017 в рамках настоящего обособленного спора не применим, поскольку в рамках дела № А63-20918/2017 имели место иные фактические обстоятельства, в частности иная стоимость права аренды, обстоятельства исполнения договора арендатором и т.п. 

Указанное обстоятельств также косвенно подтверждает, что избранный конкурсным управляющим способ защиты в любом случае не восстановит права должника, которое он полагает нарушенным.

Таким образом, основания для признания спорного соглашения недействительной сделкой применительно к пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют. 

Конкурсный управляющий должника также просил признать спорное соглашение недействительным по общегражданским основаниям. 

Проверив оспариваемое соглашение на предмет недействительности применительно к положениям параграфа 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции также не установил оснований для удовлетворения заявления. 

В обоснование заявления конкурсный управляющий ссылается на статью 174 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При этом управляющий полагает возможным оспорить сделку применительно к пункту 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях. 

Указанная норма не регулирует вопросы, связанные с признанием недействительной сделки, совершенной от имени представляемого представителем по доверенности с выходом за пределы соответствующих полномочий. В таком случае подлежит применению норма статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

 В юридической литературе отмечается, что в силу статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации,  сделка, совершенная лицом, который действовал без полномочий или превысил свои полномочия, не связывает представляемого и по общему правилу считается совершенной от имени лже-представителя. 

Отсутствие сделки, совершенной с превышением полномочий, для псевдо-представляемого оправданно, так как здесь ограничения были отражены во внешней стороне представительства – в самой доверенности или в законе. 

Соответственно, контрагент по такой сделке должен испытывать все последствия своей невнимательности при определении объема полномочий представителя, а представляемый не должен нести бремя подачи каких-либо исков для констатации отсутствия связанности совершенной сделкой. Поэтому если, например, директор филиала или иной сотрудник компании совершает от ее имени сделку без наличия доверенности или с превышением полномочий, ограниченных в ней, и при этом полномочия на совершение такой сделки не следуют из обстановки, к такой сделке положения пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации  не применяются, а применяются положения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 16.09.1997 № 435/96, пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57). 

В тех же случаях, когда ограничения не отражены во внешней стороне представительства, а носят лишь "внутренний" характер, право пытается защищать разумные ожидания добросовестного контрагента (или стороны, которой была адресована односторонняя сделка) и поэтому оно объявляет такую сделку действительной, связывающей представляемого и позволяет последнему аннулировать такую сделку только в судебном порядке и только при доказанной недобросовестности контрагента. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 119, абзаце втором пункта 122 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяется к случаям совершения сделок органом юридического лица с выходом за пределы ограничений, которые установлены его учредительными документами, иными документами, регулирующими деятельность юридического лица, или представителем, за пределами ограничений, указанных в договоре или положении о филиале или представительстве юридического лица. Такие сделки могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, а контрагент юридического лица добросовестно полагался на сведения о его полномочиях, содержащиеся в ЕГРЮЛ, сделка, совершенная таким лицом с этим контрагентом, создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности для юридического лица с момента ее совершения (статьи 51 и 53 ГК РФ), если только соответствующие данные не были включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).

В иных случаях, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, подлежат применению положения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 123 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 также разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

В рассматриваемом случае вопреки доводам конкурсного управляющего, доверенность от 25.02.2014 № 61АА2666802 предоставляла ФИО7 полномочие на совершение сделки - соглашения о расторжении договора аренды от имени арендатора. 

Данная доверенность предоставляла ФИО7 право совершать сделки в отношении неограниченного круга лиц от имени доверителя. 

Нельзя согласиться с доводом, что поскольку в доверенности указано, что ФИО7 представляет интересы СПК "Победа" в органах, организациях, учреждениях, то он не вправе подписывать соглашения с физическими лицами. Суд апелляционной инстанции также признает данный довод ошибочным. 

Указание в доверенности на представление интересах в соответствующих органах, учреждениях, организациях имеет иную направленность. 

Системное толкование доверенности позволяет сделать вывод, что          ФИО7 были делегированы полномочия на представление интересов доверителя в соответствующих организациях и на совершение сделок. 

При этом совершение сделок не ограничено по кругу субъектов и представляет собой иное полномочие. 

Противоположный подход противоречит правовой логике, поскольку ограничение по субъектам, перед которыми представителю делегированы полномочия действовать от имени представляемого, не имеет под собой никакого разумного экономического или хозяйственного основания. 

Кроме того, как следует из материалов дела, единоличным исполнительным органом СПК "Победа" не оспорено полномочие ФИО7 на подписания спорного соглашения в период до даты введения конкурсного производства. Наоборот, в последующем сделка фактически была одобрена руководителем юридического лица в том числе посредством регистрации в Упарвлении Росреестра.

Таким образом, оснований для применения ни пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации  не имеется. 

Конкурсным управляющим в качестве основания недействительности также указываются положения статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 173 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия.

Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом,  согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность. 

При этом, в силу пункта 2 данной статьи поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа. 

Для применения данного основания недействительности необходимо установления двух обстоятельств: необходимость получения соответствующего согласия на совершение сделки и осведомленность об этом другой стороны по сделке. 

Заявитель ссылается на отсутствие необходимого согласия Правления кооператива. 

Вместе с тем, заявителем не учтено следующее. 

В силу пункта 3 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации", сделки кооператива (в том числе сделки по передаче в аренду земельных участков и основных средств кооператива, по залогу имущества кооператива), стоимость которых в процентах от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива составляет до 10 процентов, совершаются по решению правления кооператива (за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим настоящего пункта), от 10 до 20 процентов - по совместному решению правления кооператива и наблюдательного совета кооператива, свыше 20 процентов - по решению общего собрания членов кооператива. 

Сделки кооператива по отчуждению и приобретению земельных участков и основных средств кооператива совершаются в соответствии с пунктом 3 статьи 20 названного Федерального закона. 

Уставом кооператива могут быть предусмотрены полномочия председателя кооператива по принятию решений о совершении сделок, не выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности кооператива и не связанных с владением, пользованием и распоряжением земельными участками и основными средствами кооператива. При этом уставом кооператива может устанавливаться предельная стоимость указанных сделок, которая не может превышать 10 процентов от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива.

 Согласно пункту 1 главы 5 Устава СПК "Победа", сделки кооператива, которые не связаны с отчуждением земельных участков и основных средств производства кооператива или их приобретением на сумму, размер которой составляет до 60% стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств производства кооператива, совершаются по решению Правления кооператива. 

Действительно, в данном случае, учитывая положения закона и устава кооператива, согласие правления кооператива на совершение соответствующей сделки должно было быть получено. 

Вместе с тем, действующий устав кооператива не предусматривал формы такого согласия, ФИО3 не знал и не мог знать о подобных ограничениях с учетом того обстоятельства, что сам договор аренды подписывался от имени кооператива его председателем. 

Более того, все последующее поведение СПК "Победа", не оспаривание соответствующего соглашения Правлением кооператива, направление в регистрирующий орган письма от 04.06.2019 № 93 о полномочных лицах в части обращения в регистрирующий орган, свидетельствуют об одобрении данной сделки соответствующим органом кооператива, что исключает в силу абзаца 4 пункта 2, пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  возможность оспаривания сделки по соответствующему правовому основанию. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции также отмечает, что наличие или отсутствие такого согласия в любом случае не могло негативно повлиять на права и интересы арендодателя, воля которого была направлена на расторжение договора аренды в связи с нарушением арендатором существенных условий договора, о чем более подробно указано выше.

Таким образом, оснований для удовлетворения заявленных требований конкурсного управляющего не имеется.

Доводы ответчика о пропуске заявителем срока исковой давности судом первой инстанции обоснованно отклонены на основании следующего. 

Как указано в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. 

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. (в ред. постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации  от 30.07.2013 № 59). 

Если основание недействительности сделки связано с нарушением совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий. 

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации  по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности (в ред. постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации  от 30.07.2013 № 59). 

Если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности. 

Резолютивная часть решения о признании должника банкротом объявлена 04 августа 2020 года. 

Согласно указанному решению конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6. 

С заявлением об оспаривании сделки управляющий обратился 20.10.2020, то есть в пределах годичного срока исковой давности. 

Определением от 20.10.2020 в рамках настоящего обособленного спора приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Росреестра по Ростовской области осуществлять регистрационные действия с земельным участком 61:01:0600017:943, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК "Победа", площадью 110000+/-2902 кв.м.; запрета Фермерскому хозяйству "Пульс" совершать сделки, направленные на отчуждение и (или) обременение земельного участка, кадастровый номер 61:01:0600017:943, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК "Победа", площадью 110000+/-2902 кв.м. 

В силу части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу. 

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации  от 12.10.2006 № 55 "О применении арбитражными судами обеспечительных мер", исходя из части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. 

В связи с этим арбитражный суд вправе указать на отмену обеспечительных мер в названных судебных актах либо после их вступления в силу по ходатайству лица, участвующего в деле, вынести определение об отмене обеспечительных мер. 

В связи с принятием определения от 23.12.2020, обеспечительные меры обоснованно отменены судом первой инстанции.

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

При принятии апелляционной жалобы к производству подателю апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Поскольку апелляционная жалоба конкурсного управляющего не подлежит удовлетворению, с должника в доход федерального бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.12.2020 по делу № А53-38108/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива "Победа" в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий    Г.А. Сурмалян

Судьи    Я.А. Демина

  Н.В. Сулименко